Тем же днем.

Мир Кайланов.

— Перевал Инунаки, дедушка снова пришел!

Камия Кава возродился у точки сохранения – в обличии неживого.

Он бросил взгляд к Камидане, но 8-сантиметрового Маленького старичка рядом не увидел.

Похоже, путешественник-лягушонок еще не вернулся домой.

Камия Кава перевел взгляд на Туннель Инунаки.

На надписи над входом криво вырезаны два иероглифа «犬鳴», означающие Инунаки.

По обе стороны дороги бетонные блоки испещрены старой, выцветшей краской – в беспорядочных мазках граффити. Цветные слои перемешались, ни вкуса, ни ритма, лишь хаос.

Среди этих надписей красным выделялись несколько особенно заметных строк:

«Далее законы Японии не действуют».

«Кто пойдет вперед – отвечает сам».

Зияющее черное отверстие туннеля напоминало пасть чудовища – оно распахнулось без всяких преград, словно выжидая момент, чтобы проглотить любого, кто осмелится войти.

Изнутри тянуло влажным, холодным ветерком – в его завывании слышались едва различимые всхлипы.

— Назад идти – опять наткнусь на Кунэ-кунэ, — пробормотал он. — Ладно, попробуем в этот раз исследовать туннель.

Камия Кава достал окровавленный мачете, глубоко вдохнул и шагнул в темноту.

Внутри было почти ничего не видно.

Он включил подсветку на телефоне.

Но даже с фонарем видимость оставалась ничтожной.

Камия шел, прижимаясь к влажным, скользким стенам.

На мшистом камне блестели глубокие царапины – следы от лезвий.

Чем дальше вглубь, тем больше отмечин; луч фонарика выхватывал десятки, сотни – словно стены исчерчены ножами насквозь.

— Большинство следов старые… но вот эти, похоже, свежие. Недавно оставлены, — пробормотал он.

Пальцы сильнее сжали рукоять мачете. Чутье подсказало держать ухо востро.

В мире Кайланов возможно все.

Он двигался дальше.

Сечение старого Туннеля Инунаки было невелико, но, идя один, Камия чувствовал давящую пустоту.

Такую, что теряешь ощущение безопасности.

Только отголосок собственных шагов отражался эхом от стен.

По лужам шлепали ботинки…

Пляк, пляк.

Пройдя еще немного, он уловил, что эхо стало искажаться.

Пляк, пляк… пляк, пляк.

Будто к нему примешались еще одни шаги.

Камия замер.

Пляк, пляк.

Но приглушенные шаги по-прежнему слышались где-то рядом.

Так и есть – кто-то идет сюда!

Он направил луч фонаря вперед – и заметил в нескольких метрах от себя, у противоположной стены, человеческую тень!

Пляк, пляк!

Силуэт приближался быстрее.

Вместе со звуками шагов раздался мерзкий скрежет – словно металл терся о камень.

В правой руке приближающегося отчетливо блеснула сталь – топор! Луч фонаря сиял на лезвии дрожащим отблеском.

Этот скрип исходил именно от того, как топор скользил по стене.

Незваный гость явно не сулил добра.

Камия Кава не струсил – стиснул зубы, поднял мачете и стал в позицию стрекозы, готовясь к бою.

В узком, вытянутом туннеле расстояние между ними быстро сокращалось: пятнадцать шагов… десять… пять!

Свистнул воздух – топор сорвался сверху.

Камия выждал миг и, как юркая рысь, метнулся навстречу.

Шаг вперед – лезвие рассекло мгновение.

Удар на три сяку!

Луч фонаря бешено дернулся.

До того, как топор достиг цели, мачете Камии уже вонзился в тело силуэта.

Попадание точное – удар на три сяку прошел чисто.

Движения Камии превзошли скорость противника.

Раненая тень не исчезла сразу – лишь замерла, издав грубое, гортанное дыхание и нечеловеческий скрежет зубов.

Не теряя преимущества, Камия ринулся вперед, сбив противника с ног, сам навалился сверху.

Шлёп!

Шлёп!

Истощив силы после приема, он вслепую ударил ножом в живот еще пару раз – куда придется, лишь бы добить.

— Уу-вау… уу-вау…

Тень под ним вдруг зарычала, словно раненая собака.

После нескольких хриплых воплей фигура рассыпалась в черный дым и исчезла.

[Убит житель деревни Инунаки. Получено 5 кристаллов души!]

На телефоне всплыло сообщение о победе.

Только теперь Камия позволил себе выдохнуть и опустился прямо на влажный пол.

С его нынешним Телосложением даже один удар на три сяку приводил к полному истощению.

— Так это и есть житель деревни Инунаки?

Он тяжело дышал, вспоминая прочитанное перед исследованием второй карты.

В легендах говорилось:

деревня Инунаки по неизвестной причине веками оставалась изолированной. Местные не терпят чужаков – преследуют с топорами и рубят насмерть.

Пляк, пляк.

Шкряб, шкряб.

Эхо туннеля снова ожило. Новые шаги. Скрежет металла.

Камия поднял телефон, свет метнулся вперед.

В глубине тоннеля – несколько новых теней, стремительно приближающихся!

Пляк, пляк.

Шкряб, шкряб.

Звуки послышались уже за спиной – отовсюду.

— Когда они появились?

Он не успел обернуться.

Вжух!

Ветер свистнул у уха.

Мгновение – и топор обрушился на голову. Затем другой. Еще. Удары дробили кость и плоть.

Обессиленный Камия рухнул, кровь смешалась с мутной водой, заливая экран его телефона.

На нем медленно всплывало алое системное сообщение:

【ЖАЛКО】

Бах!

Один из жителей деревни Инунаки махнул топором еще раз – прямо по мерцающему экрану.

В черноте туннеля погас последний источник света. Тьма сомкнулась окончательно.

…

Реальный мир.

Под сакурами.

Очнувшийся Камия уставился на экран телефона с новым сообщением о смерти – злость взорвалась мгновенно.

— Цвети ты, проклятая вишня…

Получить толпой от жителей деревни Инунаки – само по себе неприятно, а теперь еще и издевательское уведомление!

【ЖАЛКО】 – серьезно?

Раньше хотя бы сообщали нейтрально, а теперь будто спрашивают: «Почему умер?»

Да ты уже место ЯмЫ занял, проклятая система!

Ругаться смысла не было – с интерфейсом не поспоришь.

— Ладно, ладно…

Он успокоился, закрыл уведомление: никаких новых строк, «Иллюстрированный каталог иномирцев» не обновился.

Похоже, среди этих жителей не оказалось ни одного с признаками Ихо.

Всего лишь рядовые противники, вроде Кики-додзи.

Как бы то ни было, вторая попытка на новой карте снова кончилась полным провалом.

Похоже, исследовать туннель пока бесполезно.