В тот момент, когда Гу Чжоань вернулся в бар, его окликнул тихий женский голос:

— Что с тобой случилось?

Обернувшись, он увидел Амамию Тихиро в красном платье, прислонившуюся к стене и скрестившую руки на груди. Она, опустив глаза, не поворачивая головы, продолжила спрашивать:

— Неужели опять старая проблема… эспер-способность снова вышла из-под контроля?

— Среди ваших гостей затесался жучок.

— Жучок?

Амамия Тихиро на мгновение замерла и повернулась к Гу Чжоаню.

Этот подпольный бар был основан её семьёй, принадлежащей к якудза. Каждый гость тщательно отбирался, и право войти имели только те, кто занимал определённое положение в преступном мире, причём перед этим они должны были подписать строжайшее соглашение о неразглашении.

Как в такое место мог проникнуть жучок?

Кто осмелился?

— Проверь того мужчину в цветастой рубашке. Когда будут результаты, свяжись со мной.

Бросив эту фразу хриплым и ледяным голосом, Гу Чжоань, под недоумённым взглядом хозяйки, не оборачиваясь, направился к выходу из бара.

Гу Чжоань так ни разу и не взглянул на неё.

— Он… тоже плачет?

Амамия Тихиро, скрестив руки, тихо прошептала, снова взглянув на удаляющуюся спину Гу Чжоаня.

Он шёл, пошатываясь, и его спина напоминала спину бешеной собаки, которой сломали хребет.

Как только он вышел из подпольного бара, с небес полился утренний свет. Гу Чжоань прикрыл глаза тыльной стороной ладони, его затуманенные кровью зрачки дрожали.

Немного погодя он медленно поднял голову и вдруг увидел в переулке фигуру, подвешенную в воздухе чёрными лентами. Его тело было обмотано множеством чёрных полос, образуя огромный шар, который неподвижно застыл в воздухе.

Сквозь щели между сдерживающими лентами он разглядел внутри мужчину без сознания.

Внешность мужчины, его цветастая рубашка — всё было точь-в-точь как у того, кто оставил ему диктофон. В этот момент тёмные очки мужчины медленно сползли с его лица и, выпав сквозь щели в лентах, с отчётливым стуком упали на землю.

— Чёрный кокон…

Гу Чжоань с мрачным видом пробормотал это имя, и в уголке его глаза промелькнул яростный блеск. Он прошёл под мужчиной в цветастой рубашке и медленно растворился в солнечном свете в конце переулка.

Десятью минутами ранее аватар из сдерживающих лент, передав диктофон Гу Чжоаню, сразу же покинул подпольный бар.

Вернувшись в переулок, он тут же взобрался на крышу жилого дома, нашёл того самого парня, потерявшего сознание, и честно вернул ему цветастую рубашку, брюки и тёмные очки, демонстрируя дух образцового молодого человека, который всегда возвращает одолженное.

Затем Цзи Минхуань приказал аватару протянуть правую руку с перил и оставить на рекламном щите с Юи Арагаки (прим.: популярная японская актриса и модель) «ловушку из сдерживающих лент».

В мгновение ока чёрные ленты, словно клубок змей, обвились вокруг угла рекламного щита, скрыв прекрасное лицо Юи Арагаки, но тут же стали прозрачными, и щит снова принял свой первоначальный вид.

【Активирован навык «Ловушка из сдерживающих лент». Время восстановления: 1 день (каждый день создаётся одна ловушка, максимум можно хранить две).】

【Текущее количество доступных ловушек: 0.】

Следом Цзи Минхуань приказал аватару сбросить вниз одетого мужчину в цветастой рубашке.

В тот момент, когда ловушка сработала, тело мужчины тут же было поглощено взметнувшимися лентами. Он, словно на качелях, качнулся в воздухе, а затем медленно застыл посреди переулка.

‘Так папаша, выйдя наружу, не станет тратить время на расследование в кругах якудза, а сразу направится ко мне… Он же не настолько глуп, чтобы подумать, будто я и впрямь из якудза, верно?’

С этими мыслями Цзи Минхуань с удовлетворением приказал аватару на крыше раствориться в облаке горячего пара.

Настоящий Чёрный кокон уже был дома и бездельничал, лёжа на кровати в отеле. А завтра вечером Цзи Минхуань в образе Чёрного кокона встретится с Гу Чжоанем на крыше здания у моста Токийского залива. Он был уверен, что после таких угроз Гу Чжоань не сможет не прийти, чтобы во всём разобраться.

Так что сейчас единственным, кто был занят, оставался наш второй аватар.

В этот момент в другой части Токио Цзи Минхуань, управляя вторым аватаром, Ся Пинчжоу, прибыл к месту встречи, указанному Аясэ Оригами.

Он поднял глаза на заброшенный парк развлечений перед собой и, пройдя мимо таблички «Вход воспрещён», вошёл внутрь.

Огромная кукла у входа была вся в дырах и совершенно неузнаваема, и, наверное, даже сотня швов не смогла бы вернуть ей прежний вид. Многие аттракционы были настолько старыми, что на них было больно смотреть: в деревянном корпусе пиратского корабля зияли дыры, а щепки, словно снег, лежали на земле; чёрный парус был настолько истёрт ветром, что от него осталось лишь смутное белое пятно.

Он побродил по парку и вскоре нашёл аттракцион, где ещё было какое-то движение.

Это была карусель с лошадками — место, которое чаще всего посещают взрослые с детьми.

Вот только сейчас картина, представшая перед глазами Ся Пинчжоу, была, мягко говоря, не для детей: с крыши карусели свисали девять высоких фигур в костюмах и туфлях. Их тела с закатившимися глазами медленно вращались вместе с лошадками, но из них не вытекло ни капли крови, они умерли очень чисто.

Весь аттракцион был неестественно чистым, что делало эту сцену ещё более жуткой.

А посреди девяти тел, на красной лошадке, сидела женщина со светло-золотистыми длинными волосами в красном платье. У неё была изящная и стройная фигура, ростом она казалась около метра семидесяти девяти, даже немного выше Ся Пинчжоу. Её облик был элегантным и величественным, но в нём чувствовалась скрытая агрессия.

Женщина сидела на лошадке боком, и ветер, дувший с токийского неба, колыхал её светло-золотистые волосы, словно волны.

Она скосила свои алые глаза и, глядя на Ся Пинчжоу сверху вниз, медленно улыбнулась.

— Так это ты тот новичок, о котором они говорили?

— №12, Ся Пинчжоу, — спокойно ответил Цзи Минхуань.

Его взгляд всё ещё был прикован к телам, вращавшимся вместе с каруселью. Присмотревшись, можно было заметить некоторые детали: их тела казались целыми, но на самом деле были разорваны на части. Однако какие-то кроваво-красные нити сшивали эти куски воедино, из-за чего они выглядели как целые трупы.

Но самое ужасное было в том, что, подойдя ближе, Цзи Минхуань понял: это были вовсе не трупы…

Они были живы: их дыхание было отчётливо слышно, но они могли лишь сохранять одну и ту же позу, неподвижно вися в воздухе. Белки их глаз были неестественно закатаны, лица искажены, а из уголков рта стекала пена. Было видно, что они испытывают неимоверные страдания.

Со скрипом крыша аттракциона внезапно остановилась, лошадки замерли, и девять тел мужчин в костюмах, качнувшись пару раз, застыли.

Вместо них заговорила женщина в красном платье, сидевшая на красной лошадке:

— Я №9 в Бригаде. У меня нет имени, обычно меня называют «Кровавое наследие», но некоторые зовут меня «Вампир». Ты не хочешь взять себе псевдоним?

Цзи Минхуань покачал головой.

— У меня пока нет псевдонима.

Кровавое наследие улыбнулась ему и медленно произнесла:

— Ясно. Обычно мы обращаемся друг к другу по именам, если они есть, или по псевдонимам. В крайнем случае используем номера в Бригаде, но так называют друг друга только те, у кого плохие отношения.

— Понятно… — с каменным лицом произнёс Цзи Минхуань. — А что с этими людьми?

— Это эсперы-телохранители, нанятые семьёй Амамия, — равнодушно ответила Кровавое наследие. — На ощупь каждый из них примерно уровня Демона. Я случайно наткнулась на них по дороге, мне показалось это забавным, и я их убила.

Цзи Минхуань некоторое время наблюдал за ними, затем отвёл взгляд от девяти телохранителей и неторопливо предположил:

— Твоя эспер-способность, должно быть, — контроль крови. Ты разорвала их тела на бесчисленные куски, но с помощью крови, превращённой в нити, сшила их обратно, одновременно поддерживая нормальное кровообращение в их телах. Таким образом, хотя они и разорваны на части, они не могут умереть сразу.

— О? И это ты заметил, — Кровавое наследие приподняла бровь и, неотрывно глядя на Ся Пинчжоу, загадочно улыбнулась.

Цзи Минхуань продолжил спрашивать:

— Значит, ты можешь выкачать кровь у любого человека?

— Нет, — честно ответила Кровавое наследие. — Я могу контролировать кровь других, только когда моя собственная кровь вступает с ней в контакт.

Она помолчала, затем обхватила лицо руками.

— Судя по всему… ты очень боишься, что я высосу твою кровь?

Цзи Минхуань встретил её агрессивный взгляд.

Он вдруг вежливо спросил:

— №9, не могла бы ты отдать мне свои игрушки?

С этими словами он кивнул подбородком на девятерых мужчин, подвешенных под крышей карусели.

Кровавое наследие на мгновение замерла и с любопытством спросила:

— Почему?

Цзи Минхуань с каменным лицом объяснил:

— Моё Небесное оружие особенное, оно становится сильнее, когда я убиваю сверхлюдей.

Он врал, не моргнув глазом, глядя прямо в алые глаза Кровавого наследия.

На самом деле, если под каруселью действительно висели девять эсперов уровня Демона, то их убийство засчиталось бы в систему развития второго аватара — «Зимнюю охоту». Грех было не воспользоваться этими девятью фрагами.