Меня зовут Хэ Гынян.

Я и сам знаю. Имя у меня странное.

Если начать перечислять все унижения, которые я вытерпел из-за своего имени, то не хватит и нескольких ночей.

Были и такие, кто говорил мне прямо в лицо, мол, разве родителям можно так бездумно называть своего ребенка.

Безответственно, или как там еще.

И вот, прожив столько лет, я впервые в жизни получил выгоду от своего имени.

Благодаря имени меня приняли стажёром в одну из ведущих отечественных корпораций.

В мой первый рабочий день начальник позвал меня к себе и сказал:

— Хэ Гынян! Ты был на грани провала, понял? Но мне понравилось твое имя, поэтому я тебя и принял. Так что впредь оправдывай его.

Притворяясь, что принимаю близко к сердцу последующие нравоучения начальника, я начал свою первую трудовую жизнь.

Сейчас, на пятом месяце моей стажировки…

Единственное, что защищает меня в этой компании, — это офисная перегородка с трех сторон моего стола.

Высокий рост нисколько не помогал в офисной жизни.

Из-за того, что я был высок даже сидя, мне приходилось сгибаться за перегородкой, чтобы не встречаться взглядами с коллегами.

Из переговорной, как обычно, доносились крики. Это начальник На Чжинсон в пух и прах разносил ассистента менеджера Чхве Сонъю.

— Ты проверил форму сигнала по сбою теста из отдела верификации? Об этом доложили исполнительному директору, так что нужно разобраться с этим быстро! Ты что, издеваешься надо мной?

Услышав периодические оскорбления с упоминанием родителей, я швырнул ручку на клавиатуру.

«Что с ним такое? Он переходит все границы».

Перегородка скрывала меня, поэтому никто не видел моего поступка.

Мой бунт всегда происходил, словно по линейке, только за пределами перегородки.

«Атмосфера в компании просто отстой. Интересно, во всех компаниях так, или только здесь такая хрень происходит…»

- Шлеп-шлеп-шлеп.

Это начальник На ударил ассистента менеджера Чхве по левой руке отчетом. Синеватые синяки никогда не сходили с руки Чхве Сонъю.

Люди в офисе сосредоточенно занимались своими делами, будто ничего не слышали.

— Этот недоделанный ублюдок.

Когда Чхве Сонъю вышел из переговорной, понурив голову, заместитель начальника отдела Ге Уджин захихикал. Сотрудник Ким Инбэ присоединился к его насмешкам, поддакивая.

У заместителя начальника отдела Ге было хорошее образование, но на деле ему не хватало навыков.

Тем не менее, начальство благоволило ему, и он получил внеочередное повышение на 2-3 года, после чего жил, упиваясь своей исключительностью, словно это была его собственная заслуга.

Он присваивал себе достижения подчиненных и при этом изо всех сил строил из себя хорошего человека перед сотрудницами канцелярии.

Почему начальник На и заместитель начальника отдела Ге так ненавидят Чхве Сонъю?

Чхве Сонъю был единственным человеком в этом офисе, кто заботился обо мне, стажёре, поэтому на душе было особенно неспокойно.

Но что я, всего лишь стажёр, мог поделать?

Заявить о травле на рабочем месте? Да ладно, если бы Чхве Сонъю собирался заявить, он бы уже давно это сделал.

Если я вмешаюсь, ему может стать только хуже… На самом деле, если говорить начистоту, все это отговорки.

У меня у самого дел по горло, разве легко помогать другим? Мне же еще нужно стать штатным сотрудником.

У Ким Джуён, моей коллеги-стажёра, в последнее время тоже заметно испортилось настроение. Наверное, из-за этой ужасной атмосферы в офисе.

Медленно ползущая часовая стрелка наконец указала на шесть, и наступило время уходить домой.

«Класс! Пора домой».

Выйдя из офиса, я наконец-то смог вздохнуть свободно. Сейчас, в этот момент, в моей голове была лишь одна мысль.

— Хаа… Как же хочется кофе…

Суровая жизнь стажёра. Кофе был моей единственной радостью в повседневной жизни.

В толпе, что в конце рабочего дня устремлялась к станции метро, я внезапно остановился.

Словно прочитав мои мысли, в нос ударил аромат кофе, заставив меня замереть.

— А? Этот запах… это же аромат кофе?

Сначала я не придал этому значения, но, принюхавшись, понял, что этот аромат… был совершенно не похож на тот, что у кофе из обычных магазинов.

«Пахнет поджаренной рисовой корочкой, похоже на бразильские зерна, хм… или нет? Судя по цветочному аромату, это могут быть и эфиопские…»

Облизнувшись, я медленно пошел туда, откуда доносился аромат.

Я долго шел, оглядываясь по сторонам, но кафе и в помине не было.

Внезапно опомнившись, я понял, что уже довольно далеко отошел от офиса.

«Разве за офисом был такой район?»

Словно одержимый, я продолжал идти на запах.

Пройдя еще немного, я заметил ветхий супермаркет. На скамье перед магазином праздно сидела старушка.

— Бабушка, скажите, пожалуйста, откуда идет этот кофейный аромат? Здесь поблизости есть кофейня?

— Кофейня? Здесь поблизости таких нет.

— Что? Не может быть. Я же отчетливо чувствую запах…

Услышав мои слова, старушка с досадой сказала:

— Какой еще кофейный аромат, уже несколько месяцев из канализации несет вонью, мы и жалобы писали, и скандалили, а они ничего не делают!

Я никак не мог взять в толк слова старушки и недоуменно склонил голову.

— Странно. Я же отчетливо его чувствую…

Старушка начала цокать языком.

— Такой высокий, красивый молодой человек, а уже с головой не в порядке, как же так?

Проигнорировав предложение старушки купить хотя бы баночку кофе и уйти, я снова двинулся в путь.

Я не верил словам старушки. Тогда что это за сильный аромат, который я так отчетливо ощущал? Более того, он был теплым, словно только что появился.

Пройдя еще немного, я отчетливо почувствовал, как меня окутал теплый, густой аромат.

— Кажется, где-то здесь.

В этот момент я заметил, как из узкого переулка пробивается тусклый свет.

Я зашел в переулок и заглянул внутрь через маленькое окошко.

Это было крошечное помещение, в котором едва ли поместилось бы два столика.

Стоило мне прислониться головой к дверной щели, как сильный аромат кофе ударил в ноздри.

— Нашел. Значит, это здесь.

Я было собрался сразу войти, но на мгновение засомневался.

Ни вывески, ни посетителей — в голове промелькнула мысль, что это может быть обычный жилой дом.

— Что же делать? Зайти, что ли?

Немного подумав, я протянул руку к двери с намерением узнать хотя бы, где они покупают зерна, если это не кафе.

- Тук-тук-тук.

Я осторожно открыл дверь. Маленький колокольчик на ней звякнул.

— Прошу прощения. Это случайно не кафе?

Девушка, на вид моя ровесница, молола кофейные зерна в ручной кофемолке.

— Ага, я тут хозяйка.

Услышав это, я в душе обрадовался и вошел в кафе.

— Я бы хотел заказать чашку горячего дрип-кофе. Того самого, что так пахнет.

Девушка искоса взглянула на меня и буркнула:

— Дороговато будет.

— Ничего, просто дайте.

Да насколько дорогим может быть кофе? В этот момент мое скудное финансовое положение меня не волновало. От одного только запаха я почувствовал нетерпение.

— Правда? Видимо, деньги у тебя водятся? Раз так говоришь, не могу же я отказать.

Хозяйка, до этого державшаяся отчужденно, внезапно заговорила дружелюбным тоном.

Кстати, почему она говорит с клиентом неформально.

Я сел на стул и стал наблюдать, как она готовит кофе.

Слегка раскосые, как у кошки, глаза и алые губы. Белоснежная кожа казалась немного суховатой, а волосы были длинными и иссиня-фиолетовыми.

Хозяйка в ярко-фиолетовом свитере и фартуке искоса посмотрела на меня и спросила:

— Сначала заплатишь?

— А, да. Сколько с меня?

Я начал шарить по карманам в поисках кошелька, и тут меня охватило неприятное чувство. Кошелька на месте не оказалось.

«Неужели оставил в офисе? Да быть не может…»

— Денег, видать, нет? — спросила хозяйка, заметив мое растерянное лицо.

— Я, кажется, забыл кошелек. Если не возражаете, я могу перевести на счет?

Хозяйка, не обращая внимания, сосредоточилась на приготовлении кофе. Она зачерпнула большую ложку мелко смолотых зерен и насыпала их в бумажный фильтр размером с кулак.

«Это точно кофейные зерна? Цвет у них странный».

Разноцветный кофейный порошок сверкал в бумажном фильтре, словно песок на пляже.

Зерна были смолоты неравномерно: одни частицы были крупными, другие — мелкими.

Хозяйка налила немного воды внутрь, а затем скрестила деревянные ручки по бокам бумажного пакетика.

Это больше походило на приготовление отвара, чем на заваривание кофе.

«Цвет у кофе очень красный. Кто увидит, подумает, что это вино».

Мгновение спустя хозяйка принесла кофе в чашке в форме тыквы.

На мгновение забыв, что еще не расплатился, я осторожно вдохнул аромат и сделал глоток.

— Аромат просто восхитительный.

Честное слово, я пробовал много разного кофе, но такой вкус — впервые.

Сладкое послевкусие вместе с освежающим, бодрящим ароматом надолго остались во рту.

Из-за необычного вкуса кофе я вдруг вспомнил слова хозяйки о том, что он дорогой.

— Ах, да. Сколько вы сказали?

Хозяйка скрестила руки на груди и улыбнулась несколько зловещей улыбкой.

— За это человеческими деньгами не платят.

— Что? Что вы имеете в виду…

Подумав, что она из тех, кто любит подобные словесные игры, я добавил:

— Может, мне душу продать или что-то в этом роде?

Я сказал это в шутку, но, услышав мои слова, хозяйка стала очень серьезной.

— Душу? Я что, по-твоему, такая бессовестная? Как бы там ни было, просить душу за чашку кофе — это уже перебор. Я таким не торгую.

— А… хорошо.

Она определенно была странной. Смутившись, я все же не опустил чашку.

Приятный аромат продолжал наполнять мой рот.

Пока я потихоньку допивал кофе, хозяйка не проронила ни слова.

— Так сколько на самом деле? Я сейчас же переведу…

Договаривая, я сделал последний глоток, и в тот же миг меня охватило туманное чувство, а маленькое кафе вдруг стало казаться огромным, словно оно мгновенно расширилось.

— Постойте, это случайно не алкоголь вместо кофе? У меня, кажется, галлюцинации.

Маленькая кофейня в мгновение ока расширилась до размеров в несколько десятков пхёнов (1), и за каждым столиком сидели самые разные посетители, наслаждаясь кофе и десертами.

Пока я стоял в замешательстве, хозяйка снова заговорила.

— Два лягушачьих зубных протеза.

— Что?

— Цена за кофе. Или давай три вороньих глаза.

Я не мог понять, о чем она говорит, и невольно нахмурился.

Пока я все еще ошарашенно оглядывался по сторонам, кто-то сзади тронул меня за плечо.

— Если закончил заказывать, отойди.

Мужчина средних лет, настолько высокий, что почти упирался головой в потолок, с желтой бородой, держал за задние лапки двух лягушек и потряхивал ими.

— Я же, кажется, просила принести только протезы? Так мне придется делать двойную работу.

Мужчина с желтой бородой добродушно усмехнулся.

— Так удобнее носить. В прошлый раз я вынул только протезы, так они меня в кармане за палец укусили.

— Это твои проблемы.

Когда мужчина, расплатившись (?), исчез, вперед вышла стоявшая за ним женщина в красном пончо.

Женщина открыла мешок, который держала в руке, достала что-то, похожее на непонятные глазные яблоки, и выложила на стол.

— Вот вороньи глаза, мне как обычно.

Услышав слово «глаза», я покрылся мурашками, и волосы на теле встали дыбом.

Я отчаянно цеплялся за угасающее сознание.

«Возьми себя в руки. Это, должно быть, сон. Иначе… это просто невозможно».

Я с трудом поднялся с места и направился к двери, через которую вошел.

— О, простите. Я ненадолго, в туалет.

Придумав нелепую отговорку, я открыл дверь, через которую вошел, и выбежал наружу.

Однако, открыв дверь и выйдя, я оказался, словно прошел через зеркало, снова внутри кафе.

— Туалет в той стороне.

Сколько бы раз я ни выбегал, распахивая дверь, я лишь топтался на месте.

Хозяйка фыркнула, глядя на меня, растянувшегося на полу с ошарашенным выражением лица.

— Так что насчет платы за кофе? Действительно душу отдашь?

С трудом удерживая рассудок, я, притворившись спокойным, ответил хозяйке:

— Нет. Судя по фильмам, конец у героев, продавших душу, всегда несчастливый.

— Ого. Считаешь себя главным героем?

— Нет, я не это имел в виду…

В этот момент меня словно обдало холодным ветром, и по коже пробежали мурашки.

Потому что все взгляды в кафе, включая хозяйку, были устремлены на меня.

Ситуация была не из простых. Сон это или явь, я должен был как-то выбраться отсюда.

Напрягая все извилины, я наконец выдавил из себя:

— В долг нельзя?

— Что?

Лицо хозяйки внезапно побледнело и стало ледяным.

Страшно. В таких случаях нужно быстро менять тактику.

— Ха-ха… Конечно, нельзя, да? Я так и думал. Тогда, может, я поработаю здесь, пока не отработаю стоимость выпитого кофе?

— Что? Отработаешь?

Хозяйка криво усмехнулась, а затем, словно что-то вспомнив, указала на узел в углу стола и сказала:

— Неплохая мысль. Как раз есть одно дело, которое я откладывала, потому что лень было. Ты умеешь определять качество вороньих глаз?

— Определять качество вороньих глаз… вы сказали?

Хозяйка усмехнулась с выражением крайнего презрения.

— Ты вообще кто такой? Называешься магом, а даже про вороньи глаза не знаешь. И с самого начала несешь всякую человеческую чушь про банковские переводы.

- Бах!

Хозяйка ударила кулаком по барной стойке и пристально посмотрела мне в глаза. Чувствуя, что проиграю, если отведу взгляд, я тоже уставился на нее.

— Постой-ка! Ты… твои зрачки.

Хозяйка, изобразив удивление, распахнула свои и без того большие глаза еще шире и сказала:

— Ты… случайно не полукровка?

— Что?

Внезапно.

Настал момент раскрытия тайны моего рождения.

* * *

1) Пхён — корейская мера измерения площади. Равна примерно 3.3 м2.