Голддина. Изгнанница. Чародей.

Не исключено, но, может быть, происходящее направлено только против меня, и не имеет никакого отношения к императору.

Однако внезапно появившийся человек в капюшоне, похоже, не пытался причинить мне вред, а хотел завербовать меня в члены определенной общины. Он спросил меня, не одиноко ли мне. Не тяжело ли мне держать столько секретов.

Изгнанница.

Он не спеша протянул левую руку и обхватил свое правое предплечье, на котором было вытатуировано заклинание. Во все это сложно поверить, но...

Вряд ли мои способности могли понадобиться обычному человеку... И тем не менее, это оставалось моими догадками.

На лице императора появилось задумчивое выражение.

— Последний нападавший подобрался к тебе, проникнув во дворец. В случае, если бы он заранее применил снадобье, у него могли бы быть большие проблемы, начни ты кричать.

— Согласна.

— Вероятно, если бы я не появился, он бы похитил тебя силой. У тебя есть идеи, кто это мог быть?

— Я... Я не знаю...Но мне нужно это узнать. Не понимаю, какого черта он вообще ко мне заявился... Ваше Величество, если целью была именно я, то не должна ли я сама во всем разобраться?

— Об этом не может быть и речи.

Мне казалось, что я убедила его своими логичными доводами, но император жестко пресек мое предложение. Что у него на уме?

— В конце концов, подумайте. Если им в первую очередь нужно было избавиться от меня, разве они не накачали бы меня до смерти? Они не хотят меня убивать.

— Ты не можешь это знать точно.

— Что, если Ксенон всего лишь марионетка? Его могли использовать, как инструмент для достижения своих целей. В таком случае мы не получим нужных сведений, шантажируя или пытая его, и ты зря испортишь отношения с наставником Академии. Последствия таких обвинений непредсказуемы, и возможно, в итоге, тебе просто придется покинуть Академию.

Мне нечего было ответить.

Это уж слишком.

— Как говорят: чтобы поймать дикого зверя, нужно войти в его логово!

— Ничего подобного я раньше не слышал. Из всех вещей, которые я когда-либо купил, ты оказалась той, которая доставила мне больше всего хлопот.

—Охота ведь идет за мной! Я... Я думаю, было бы неплохо - узнать почему. Прошу вас. Я выясню это, не подвергая себя риску.

Вместо ответа, император, молча, уставился на меня с озабоченным видом.

Его лицо как будто говорило: "Хорошо, делай, что хочешь", но я держала рот на замке и отчаянно пыталась поймать его взгляд.

И как всегда, я первой опустила глаза. Своим язвительным тоном он еще больше уязвил мою гордость.

— То, что нападение никак не связано с императрицей - это всего лишь твоя догадка. Не вижу больше смысла об этом беседовать. Я сам обо всем позабочусь.

Он в самом деле напоминал мне непробиваемую кирпичную стену. Его советники, по всей видимости, спорят с ним до тех пор, пока у них не откажут голосовые связки.

Раз он пришел к такому заключению, мне больше не было смысла продолжать разговор.

Я сжала губы и невольно склонила голову.

В этот момент из-за двери послышался голос прислужника.

— Герцог Тиахев просит его принять, Ваше Величество.

— Вели ему войти.

Услышав это, я засобиралась покинуть комнату, но, к моему удивлению, император пригласил меня остаться с ними в гостиной.

В последний раз я была там, когда императора навещала вдовствующая императрица и отец Виктории.

Значит, он действительно намеревался в будущем держать меня при себе, поэтому мне нужно было заранее познакомиться со многими влиятельными людьми.

Я с удовольствием села в предложенное мне кресло.

Однако в результате перенесенных накануне злоключений, я выглядела растрепанной и неряшливой, моя помятая школьная форма смотрелась неуместно на фоне этой роскошной обстановки.

Герцог Леон Тиахев, внешне так похожий на Винченцо, вошел в гостиную, демонстрируя свою стройную фигуру и вычурный наряд. Затем, опустившись на одно колено, он выразил свое почтение.

— Приветствую Вас, Ваше Величество Император. Да будет долгим ваше правление.

Даже не взглянув на него, император наклонил голову. Герцог Леон, казалось, не хотел, чтобы я присутствовала на этой встрече, но в знак признательности встретился со мной взглядом.

— Зачем ты здесь?

— Я слышал, что сегодня случилось что-то серьезное, поэтому хотел осведомиться о вашем состоянии здоровья, Ваше Величество.

— О моем состоянии? - недоуменно спросил император.

— Пожалуй вы правы, ведь тот, на кого напали даже не Ваше Величество, так зачем же я беспокоюсь? Это ведь на вашего любимого питомца напали, так что...

Корзина с печеньем, брошенная императором, пролетела в сантиметре от головы герцога Леона.

Как для дворянина его рефлексы были довольно хороши, и в итоге печенье разлетелось во все стороны.

Нападение на питомца императора?

Это ведь на меня напали.

Слушая разговор, я вспомнила, что манера речи герцога Леона была очень своеобразной.

Герцог Леон невозмутимо подобрал печенье, упавшее ему на колено, и положил его в рот. Внезапно его глаза удивленно расширились, и он взглянул на лакомство в его руке.

Я не сомневаюсь, что он подумал, что вкус у него был восхитительным.

— Ха-ха, а я все думал, о чем же ты мне тогда говорил, сейчас вся королевская семья сходит с ума из-за этих печенек, но это действительно вкусно. Оно довольно сладкое и не крошится. Очень вкусное. Этот аромат сливочного масла...

— О чем ты болтаешь? Ближе к делу, у меня сегодня масса работы.

— Т-ск, до чего же ты нетерпелив, Ван. Что за работа? Собираешься опять кого-то убить?

— Именно так.

Герцог Леон, казалось, шутил, но император кивнул, и разговор на этом прекратился.

Лучший друг императора выглядел невозмутимым от его слов, но был удивлен их содержанием.

Не в силах выдержать тягостное молчание, я осторожно вмешалась:

— Герцог, что за история с печеньем, вызвавшем переполох в королевской семье?

— О, вы об этом? Это просто уморительнейшая история.

Возможно, потому что он видел меня в банкетном зале, он обращался со мной так, как будто я была благородной дамой, а не служанкой или горничной.

— Вообще-то это секрет, но у одного из моих подчиненных есть шпион, внедренный в окружение императрицы. Хочешь - не хочешь, а истории льются одна за одной. Конечно, некоторые представители нашей стороны могут в конце концов работать на императрицу...

Я не знала, что и думать, эти слова напугали меня, но я не могла перестать слушать.

Он подослал шпиона.

Я никогда прежде не общалась с герцогом Леоном лично, поэтому плохо его знала. Я считала его добропорядочным человеком, но он оказался довольно коварным.

Я слегка кивнула, и он продолжил оживленно болтать:

— Императрица обычно в любой день вытворяет сумасбродные выходки, но на этот раз она устроила целую истерику, пытаясь выяснить, кто уронил печенье в коридоре западного здания.

От этих слов, мое сердце готово было выскочить из груди, но я не подала виду. Взглянув на императора, который отрешенно смотрел в сторону, я не смогла уловить в его взгляде никаких эмоций.

— Ничего не понимаю, и что с этого?

— Вот именно, что это - всего лишь печенье, так с чего же у нее случилась такая горячка? Эта история просто абсурдна до невозможности. Я не знаю, как так вышло, но вдруг у каждого встречного появилась упаковка печенья, как раз такого же вида, как и та, которую вдовствующая императрица таскает по всему дворцу в поисках хозяина.

Император наконец вмешался, ничего не понимая из его рассказа:

— ...таскает по всему дворцу?

— Говорю же, эти печеньки, которыми ты меня так любезно угостил, вызвали вчера настоящую бурю, поэтому я так хотел их попробовать. Императрица просто с катушек слетела, когда увидела, как ее подчиненные расхаживают с этими пакетами, полными печений. Даже и предположить не могу, какая муха ее укусила.

— То, что ты сделала - очень умно. Надо же...

Красные глаза императора смотрели прямо на меня, говоря это. На самом деле, мне сразу стало ясно, что этот комплимент адресован именно мне и никому другому.

Когда охотник хвалит свою гончую, он выглядит именно так. Каждый раз, когда император был впечатлен предпринятыми мной действиями, я не могла чувствовать себя счастливее. Мое сердце затрепетало.

— Так вот, императрица весь день была в ужасном расположении духа, допрашивая людей. "У вас была вечеринка с раздачей печенья или что-то в этом роде? А? Я тебя спрашиваю" - вопила она на бедных слуг. Поэтому я не мог спокойно усидеть на месте и пришел сюда.

— До сих пор?

— Хм?

— Она все еще бесится?

— О, разве я не сказал? По пути сюда мне навстречу шел слуга с распухшими и красными щеками от пощечин императрицы. Зуб даю, если ты не сделаешь с ней что-нибудь прямо сейчас, во дворце не останется ни одного человека.

Император задумчиво коснулся подбородка.

— Я не в том настроении...

— А причем здесь это?

— Сейчас мне нужно, чтобы ты кое-что расследовал.

— О, и что же это?

— Тебе что-нибудь известно о жене нынешнего главы?

— А что?

— До меня дошли слухи, что ее где-то удерживают...

— Ну, лучше выяснить это наверняка, чем опираться на слухи, - Леон просто кивнул, вместо того, чтобы расспрашивать о подробностях.

Император перевел взгляд на меня.

— Можешь быть свободна.

— Да, Ваше Величество.

Я уважительно поклонилась, не забывая о королевских манерах, которым меня здесь научили.

Император, кивая на мой поклон, заговорил со мной снова, когда я уже собиралась повернуться в сторону двери.

— Может, нам стоит попробовать? Но только лишь с минимальными рисками.

— А...?

— Можешь поступить, как хотела, но помни - твоя жизнь тебе не принадлежит.

Я не могла скрыть охватившего меня счастья и еще раз глубоко поклонилась.

Когда я услышала новости о состоянии вдовствующей императрицы, я убедилась, что группа, пославшая за мной людей, не взаимодействовала с той, что отравила меня. Их намерения по поводу меня были совсем не ясны, но я решила, что было бы неплохо это выяснить.

— Ты улыбаешься от уха до уха. Иди.

— Слушаюсь, Ваше Величество.

Когда я подошла к двери, они снова заговорили.

— Похоже питомец в добром здравии. Наверное, лечение врача, которого ты вызвал, а потом проклинал за бездействие, наконец подействовало.

— Не неси ерунды...

На этих словах, тяжелая дверь гостиной закрылась.

Разговора больше не было слышно.