Глава знатного рода, что насчитывал тысячелетия и разделял судьбу с древнейшим созвездием высшего ранга — глава семьи Проминенс Круэль Проминенс, — выплюнул кровь, ощутив, как нечто, соединенное с его душой, с хрустом разрывается.

— Кхе-гхэ… Э-э… Что это?

Даже не заглядывая внутрь себя, он всё понял.

Контракт, связывавший его с созвездием, только что порвался, как тонкая бумажка.

Чем дольше существовал контракт, тем сильнее он осквернял разум и тело магией созвездия, именуемой «стигмой», и даже семья Проминенс, обладавшая надежной защитой от скверны, не могла полностью предотвратить это.

В особенности это касалось таких людей, как глава семьи, который веками сотрудничал с созвездиями ради поддержания рода — одно лишь принудительное расторжение контракта заставляло его испытывать муки, от которых внутренности выворачило наизнанку, а кости трещали по швам.

Мало того, что сила, которую он мог высвободить прямо сейчас, рухнула больше чем вдвое, он получил столь фатальное повреждение души, что больше никогда не смог бы заключить повторный контракт ни с одним созвездием.

— Кха…!

Шатаясь, он первым делом создал защитный барьер из пламени, чтобы отразить атаку Пан Юми, а затем оглянулся. Воплощение созвездия мучилось точно так же, а значит, дело было вовсе не в том, что оно, обезумев от желания заполучить Пан Юми живьем, само расторгло контракт с ним.

Тогда оставался лишь один ответ...

Исчезновение контракта, хранившегося в тайном хранилище семьи.

— Ульрике Проминенс! Ты всё-таки решила сжечь всю семью дотла?!

выкрикнул он, извергая кровь.

Его дочь не сдвинулась здесь ни с места, но о существовании тайного хранилища знали лишь те, кто носил кровь главы семьи.

К тому же открыть хранилище мог только… как ни противно это признавать, обладатель Неугасимого пламени.

Если бы его глупая дочь, помешанная на мужчинах, не объединилась с этими отбросами, они никак не смогли бы отыскать хранилище и уж тем более уничтожить хранившийся там контракт.

— Фух, Юми, ты в порядке?

— Ха-а, хах… Кое-как… А ведь должна была прикончить его прямо сейчас.

Словно подтверждая его догадку, рядом с Пан Юми появилась женщина в черном трико.

Анери, бравшая у нее взаймы пламя, успешно выполнила задание, но Пан Юми всё равно винила себя за то, что упустила момент и не убила главу семьи, когда тот остался наиболее уязвим.

Впрочем, атака Пан Юми не прошла даром: поскольку Круэль Проминенс был вынужден выжимать из себя силы для защиты, несмотря на скручивающие внутренности боли, его физическое состояние стало еще хуже.

— Кха-а-а-а-ак!

— Госпожа!

Более того, некоторые из бойцов Проминенс, мучившихся от боли позади, приняли смерть от рук Ульрике.

Хотя все они одинаково страдали от исчезновения контракта, Ульрике, которая заранее к нему подготовилась, сумела быстрее всех взять себя в руки и перейти к действиям.

В царившей суматохе перерезав горла доброй дюжине бойцов, Ульрике прорвала формирующееся кольцо окружения и присоединилась к отряду Пан Юми.

Пока члены «Левел Форс» ошеломленно смотрели на Ульрике, та спокойно обратилась к Анери:

— Передай этому человеку всё, что я сделала, слово в слово. Скажи ему, что меня тоже обманули, и что я на его стороне.

— Разумеется. Ювон будет вами гордиться.

В ответе Анери сквозило немало сарказма, но Ульрике пропустила его мимо ушей.

В конце концов, ее совершенно не волновало, что какая-то там Анери о ней думает.

Совершив предательство и отказавшись от мысли заполучить Пан Ювона в свои руки, она лелеяла лишь одну надежду.

Оказаться как можно ближе к нему и заслужить его внимание.

Ради этого перерезать глотки отбросам из знатного рода, что уже предали ее, не стоило ей ни малейших усилий.

— Ульрике… глупая девчонка! Ему плевать, что с тобой будет!

— Вы и сами были точно такими же. Если вы действительно заботились обо мне, то должны были предупредить заранее.

Тон Ульрике, уже отбросившей любые сомнения, был до жути безмятежным.

Для обычного человека это была безумная логика, которую невозможно постичь, но, по иронии судьбы, Круэль понимал: с ее точки зрения такое решение могло быть самым верным.

Он сам совершил бесчисленное множество безумств ради единой цели — вознести Проминенс на вершину, так как же он мог осуждать семейный уклад, подчиненный лишь личной выгоде?

— Я оставил тебя здесь в надежде, что ты сполна заплатишь за содеянное, но это была моя ошибка. Мне следовало покончить с тобой гораздо раньше.

— Вы и правда так думали. Спасибо, что укрепили меня в моем решении, отец.

Слушая перепалку отца и дочери, члены «Левел Форс» едва не теряли рассудок.

Дочь ради собственной выгоды вонзает нож в спину отцу, а отец сожалеет, что не прикончил ее раньше — и это действительно семейные отношения?

Кем же были те семьи, которые они знали до сих подумать страшно…?

— Если подумать, у нас ведь тоже есть старшая сестрица, которая из кожи вон лезет ради родного брата, так что и такие семейные узы вполне имеют право на существование.

— Клянусь, если бы ты не помогла нам на этот раз, я бы тебя прикончила…

Сквозь зубы ответив на шепот Анери, Пан Юми перевела дыхание и снова шагнула вперед.

Угасшее от истощения сил пламя вновь ярко вспыхнуло, обволакивая лезвие меча.

То ли ей казалось, то ли на самом деле — хотя она слышала, что контракт между семьей и созвездием исчез, — почему-то ей показалось, что ее собственные способности усилились.

Причиной тому было то, что все попытки созвездия, которое веками жаждало Неугасимого пламени и отчаянно пыталось сделать его своей силой, потерпели полный крах, и истинная сущность этой мощи наконец-то полностью вернулась к своей хозяйке, но Пан Юми никак не могла этого знать.

— Сначала нужно покончить с этим воплощением.

Ульрике сжала хлыст, процедив слова резким тоном, в котором отчетливо слышалось отвращение: ей даже дышать рядом с ними было противно.

К хлысту было густо прилеплено множество остро заточенных металлических осколков — стоило ей влить ману, как над каждым лезвием вспыхнула аура, смешанная с пламенем.

— Мало того, что предала, так еще смеешь идти против меня? Нынешнее поколение Проминенс поистине никуда не годится. Что ж, придется сделать Неугасимое пламя новым сосудом и возродить семью заново.

— Чушь собачья. Нельзя позволить твоим амбициям погубить семью. Я возьму тебя живым, как ты и хотел, так что помоги мне. Не как воплощение силы, а как глава семьи Проминенс, существующей тысячелетия! А ну-ка, все воины Проминенс, уничтожьте моих врагов!

Глава семьи рявкнул на воплощение созвездия и одновременно отдал приказ своим бойцам.

Суть приказа сводилась к одному: схватить и немедленно казнить всех врагов, кроме Пан Юми.

Ульрике, бывшая его дочерью, не была исключением.

Однако… если половина из них без колебаний бросилась вперед, то вторая половина замерла в нерешительности.

Это были те, кто сразу после разрыва контракта заметил пламя, вспыхнувшее на лезвии Пан Юми.

— Утраченное пламя Проминенс…

— Жестокая история. Ведь те, кто шел путем меча, тоже были частью Проминенс.

Пусть они и поддерживали род Проминенс по приказу главы, но скорее служили самой организации, чем слепо предали его роду.

Семью Проминенс поддерживало созвездие, но причиной искажения этого созвездия являлась как раз та самая сила, которой владела Пан Юми.

Теперь же, когда они заново осознали, что действительно имеет ценность, появление колеблющихся было вполне закономерным.

Именно таких людей Пан Ювон изначально планировал убедить, используя свою сестру в качестве знамени, а вид того, как собственная дочь главы предает его прямо у них на глазах, лишь подлил масла в огонь их сомнений.

Тот самый инцидент, когда чуть больше двадцати лет назад ради грязной цели устранить сильных конкурентов и захватить власть была практически уничтожена целая ветвь рода.

Даже те, кто тогда подчинился главе из соображений, что лучше сплотиться вокруг одного сильного правителя и укрепить семью, пусть даже ценой жертв, теперь меняли свое мнение, глядя на столь разочаровывающее зрелище, представляемое главой и его кровными родственниками.

Больше всего на свете на это повлияло исчезновение контракта.

Пока они находились под властью созвездия, у них не было выбора, кроме как подчиняться главе, пользовавшемуся наибольшей поддержкой этого покровителя, но теперь, когда связь с созвездием была утрачена, в этом отпала всякая необходимость.

— Кхм, эти ублюдки…!

Заметив смятение среди членов семьи, Круэль Проминенс заскрежетал зубами.

Если бы удалось поскорее покончить с врагами и подавить Пан Юми, можно было бы пресечь эти настроения на корню.

Но сделать это было невозможно: пока он сам и воплощение созвездия были заняты сдерживанием Пан Юми и Ульрике, бойцы «Левел Форс» отчаянно тянули время, выставив напоказ все свои заготовленные козыри.

Особенно его раздражала та женщина в нелепом наряде, которая, судя по всему, и уничтожила контракт.

Если остальные члены группы едва успевали защищаться, то эта женщина использовала скрытые техники, полностью маскируя свои движения и ауру, и методично перерезала горла бойцам одного за другим.

— Юми, ты видишь их?

Смятение в рядах Проминенс заметил не только глава.

Кан Ынён — она же Сейра Култ, некогда состоявшая в рыцарском ордене как представительница боковой ветви Проминенс, а ныне ставшая приемной матерью будущей главы семьи, — произнесла спокойным голосом посреди ожесточенной схватки.

— Есть те, кто сомневается, стоит ли делать тебя новой хозяйкой семьи. Сейчас самое время доказать им это.

— Мама…

— Сможешь?

Вместо ответа Пан Юми лишь сильнее сжала рукоять меча.

Алое пламя, вспыхнувшее на лезвии, начало поглощать окружающее пламя целиком.

— Да, именно это! Я должна заполучить это любой ценой!

— Сломите их! Пожертвуй частью себя, Последователь Мириад Эпох!

— Обязательно спасти ее, непременно!

Отчаянно завопив, созвездие разделило свое тело на три части и втянулось в три огненные сферы, которыми управлял глава семьи, усиливая их.

Артефакт, созданный путем перманентного пожертвования силой самого созвездия.

Глава вновь соединил их воедино, вложив между ними всю свою оставшуюся силу.

— Слушайте все, кто носит имя Проминенс! Сегодня я завладею этой силой и сделаю Проминенс еще более совершенными!

— Я будущая хозяйка семьи! Я прикончу этого мелочного козлинобородого ублюдка, который думает только о собственной крови, и стану главой Проминенс! Я лучше этого проклятого старикахи, так что следуйте за мной, отребье!

От вдохновляющей речи дочери Кан Ынён лишь хлопнула себя ладонью по лбу.

Надо было ей еще и уроки ораторского искусства преподать.

Но, к счастью, внимание членов Проминенс было приковано вовсе не к ее словам, а к ее мечу, который впитывал всё окружающее пламя, приумножая мощь.

Благодаря этому бойцы, атаковавшие ее соратников, временно лишились сил для нападения.

И в тот самый момент, когда стремительно меняющаяся боевая обстановка на миг замерла в передышке, глава воззвал:

— Ты слишком слаба для этого!

Сконцентрированное в одной точке пламя созвездия сорвалось с места.

Оно мгновенно сокрушило хлыст, который Ульрике вскинула с криком «Ах!», пробило даже иллюзию, созданную Анери, столкнулось с мечом Пан Юми — и, разрушив и его, насквозь пронзило плечо самой Пан Юми.

— Кх-х-х-эх…!

— И эта малявка еще смеет заявлять, что способна совладать с силой.

Глава семьи, ценой жертвы созвездия сломивший мощь Пан Юми, самодовольно усмехнулся и шагнул вперед.

Три эволюционировавшие сферы яростно столкнулись в воздухе, готовясь изрыгнуть вторую атаку.

— Юми!

— Я в порядке, я в порядке…

Пан Юми перехватила меч левой рукой, так как правая повисла плетью из-за пробитого плеча, и крепко стиснула зубы, но в ее голосе уже звучало меньше уверенности — видимо, потому, что даже стянув всё окружающее пламя, она не смогла остановить врага.

— Мы победим.

— Тебе не победить. Пламя, что ты носишь в себе, слишком слабо, чтобы занять место главы семьи!

— Порция заказанного пламени доставлена —!

Вместе с этим возгласом в воздухе материализовался Пан Ювон.

Глава семьи выбросил вперед пламя, желая прежде всего уничтожить именно его, но, к счастью, Ульрике бросилась наперерез и приняла удар на себя.

А Пан Ювон, подумав: «Без нее я бы, наверное, и сам справился», — тем не менее споро подбежал к сестре и приложил к ее разодранному плечу ярко сияющую красную бусину.

— Взлетай… же, о птица… чжучже…!

— Я так хочу тебя врезать, но… я люблю тебя, сукин сын!

Эффект Алого пламени глубиной в три тысячи саженей превзошел все ожидания.

Вспыхнув, пламя вырвалось из-под ног Пан Юми, вмиг окутало ее с ног до головы и рассеялось. После этого Пан Юми предстала в полном здравии, облаченная в платье из пламени — то, что знающие толк в истинной силе люди назвали бы «воплощением силы», — и вновь перехватила меч правой рукой.

— А теперь ты труп, ублюдок.

Глава семьи бесстрастным взглядом посмотрел на распростертую на земле дочь, а затем испустил Божественное Пламя, созданное ценой полного уничтожения всех его сфер.

Оно обвилось вокруг выставленного Пан Юми меча, удесятерив ее мощь.

— Ах.

коротко выдохнул глава семьи.

В следующий миг всё в нем вспыхнуло и исчезло, оставив после себя лишь горстку пепла.