Самолет медленно скользил по взлетной полосе, а Эйфелева башня вдалеке была такой же яркой, как и всегда. Я откинулась на спинку сиденья и прочитала имя на авиабилете. За последние несколько лет я почти забыла свое китайское имя — Цзянь Аньцзе. Это имя мои родители первоначально выбрали для своего долгожданного сына, но они не ожидали, что в противоречия с их желаниями, это дочь появится на свет.

Самолет, наконец, взлетел. Я закрыла глаза, и сосредоточилась на своем дыхании. Мне всегда тяжело было переносить такие вещи, как взлет и посадка самолета, но это неизбежно ведь я, возвращаюсь в Китай.

Спустя долгое время я смутно услышала, как кто-то зовет меня.

— Эй! — Чэн Цзин хлопнула дверью. — Аньцзе, ты дома?

— Да.

— Ты все это время была в кабинете? Ты обедала?

— Немного перекусила. — я фыркнула и замерла в раздумьях, то ли вернуться в свою комнату, то ли подождать, пока она уберется из моего личного пространства.

Чэн Цзин достала папку из ящика книжного шкафа.

— Тетушка сейчас уходит, а твой отец, возможно, не придет сегодня ужинать домой, — она внимательно взглянула на меня. — Ты можешь продолжать читать свою книгу, но не забудь поужинать.

Я кивнула, и она уже собиралась уходить, открыв дверь кабинета.

— О, дорогой, ты уже дома... разве ты не говорил, что пойдешь сегодня...

Коридор за пределами комнаты был наполнен различным шумом: разговорами, шорохом одежды, звуками шагов, я не прислушивалась специально, но из-за этого не смогла сосредоточиться на книге поэтому просто закрыла глаза.

Я действительно хочу знать, что на уме у Е Линя? Он сказал, что собирается встретиться со своими друзьями сегодня, но он всегда слишком занят, чтобы ходить на свидания со мной.

Приняв более удобную позу, я открыла глаза, но я не ожидала увидеть Чэн Цзин, стоящую прямо передо мной.

— Извини, я тебя разбудила. Эта тетя хочет спросить тебя, ты не видела мои документы? Они выглядят так же, как вот эти, с желтым переплетом, я оставляла его в этом ящике, — она указала на нижний ящик шкафа, который был ранее занят.

— Нет.

— Это странно. Я видела их там только вчера.

Наклонившись, я подобрала соскользнувшую на пол книгу и направилась в свою комнату.

— Аньцзе, возможно, ты просто снова забыла, может быть, переложила их, а потом забыла?

Я отрицательно покачала головой:

— Нет.

— В этом нет никакого смысла. Сегодня ты была единственной кто заходил в кабинет.

Когда я открыла дверь, она потащилась следом за мной.

— Погоди, тетя действительно торопится, даже если ты их не видела, не должна ли ты хотя помочь найти их?

Ее хватка причиняла мне боль.

— Прекрати меня тянуть.

— Я разговариваю с тобой — почему ты уходишь, что это за отношение?

— Сначала отпусти меня...

— Ты намеренно спрятала мои документы?

Я не переношу физический контакт и не могу терпеть, когда люди вторгаются в мое личное пространство, особенно те, кто мне не нравится, поэтому мне все равно, груба я с ними или нет.

— Подожди, не уходи!

Я не знаю, почему она всегда приходит чтобы доставить мне неприятности. Очевидно, что это она разрушила мою семью заставив отца бросить мою мать.

— Остановись сейчас же!

Она догнала меня и приложила силы чтобы остановить. Я с раннего детства боюсь таких внезапных резких больших движений и поэтому рефлекторно отталкиваю ее. Я была застигнута врасплох, Чэн Цзин упал навзничь, и скатилась вниз по лестнице.

Паника захлестнула меня:

— Осторожно!

Я хотела схватить ее за руку, но было уже поздно!

Я смотрела, как она падает, мои ноги примерзли к земле, дрожь охватила все мое тело.

В ушах эхом отдавался бешеный стук моего сердце, в панике я даже не поняла, как кто-то подбежал.

Я посмотрел на расплывчатую фигуру передо мной. Я не вижу, кто он, но не важно, кто ты, ты можешь спасти меня? Я не хотела… я не хотела причинять ей боль...

* * *

— Госпожа, госпожа, — кто-то тихо пытался разбудить меня, и я с трудом открыла глаза.

Стюардесса наклонилась ко мне:

— Госпожа, вы плохо себя чувствуете? У вас бледное лицо.

— Я в порядке.

Какой уже раз, мне приснился этот сон? Десятый, пятнадцатый, или даже больше?

Я подняла руку, чтобы посмотреть на свою ладонь, покрытую холодным потом, она немного дрожала.

Опасно ли для других, что я такой человек?

Я позволила ее ребенку умереть в утробе, убила свою сестру или брата, пусть даже и только наполовину. Но получила наказание за это, ее превосходный и способный племянник дал мне пощечину. Это был первый раз, когда кто-то ударил меня. Тогда мне было очень больно и мучительно стыдно. В конце концов отец дал мне билет на самолет, и я на шесть лет уехала во Францию.

Шесть лет спустя я все же вернулась.

* * *

Я глубоко вздохнула и посмотрела на холодный зимний пейзаж, через окна такси. Это мой родной город.

Я думала, что никогда больше не вернусь сюда, но мамина просьба заставила меня вернуться.

Она хочет, чтобы я вернулся в дом Цзянь.

Я вышла из такси перед старой виллой. Посмотрев на дом перед собой, я сравнила его со своими воспоминаниями. Когда мой отец купил его, дом имел хороший вид, отличную воду, прекрасный воздух, и длинный ухоженный сад. Поэтому фасад дома был лишь слегка отремонтирован, работники обновили штукатурку, полностью сохранив причудливый и торжественный исторический образ. Красная плитка тоже была старинной, сад был скрупулезно спланирован, но даже знакомые черты делали виллу совершенно незнакомой. В саду были молодые деревья, хотя они были еще маленькими, но все равно красивыми. В этот сад пришла весна, когда бутоны цветов все еще закрыты, но такие изменения еще больше сбивали с толку. Раньше я любила этот сад, но теперь он мне чужой.

Я толкнул железную калитку и вошла внутрь. Поднявшись на крыльцо, я нажала на кнопку звонка, потому что у меня не было ключа от этого дома.

Открыла мне дверь маленькая старушка, она внимательно посмотрела на меня и оглядела с ног до головы: "Кого ты ищешь?"

— Я… ищу господина Цзянь.

— Господина Цзянь нет, — быстро ответила старушка и уже собиралась закрыть дверь.

— Линь Ма, кто это? — донесся из задней комнаты хриплый мужской голос.

Я почувствовала, что моя рука слегка задрожала, это вызвало у меня невольный смех.

Стройная фигура человека появилась у двери, он был немного удивлен, но никак человек не ожидавший моего приезда.

Я прошла мимо, таща свой багаж.

— Господин Си? — с сомнением в голосе переспросила Линь Ма.

— Она дочь господина Цзянь.

Дочь... Я моргнула и не смогла удержаться от смеха над собой.

Неожиданно я почувствовала легкое прикосновение к своей руке, Си Сичэнь подошел и забрал мой багаж. Я посмотрела на руку, которая была слишком белоснежной для мужчины.

— У тебя красивые руки.

Си Сичэнь задумчиво посмотрел на меня, но я уже отвернулась от него и начала подниматься по лестнице.

Я открыла дверь комнаты, которая раньше принадлежала мне на втором этаже. Неожиданно все моя комната была завалена незнакомыми вещами: игрушечные машинки, блоки конструктора... на полу, на кровати, на столе.

— Юй Линю, кажется, очень нравится твоя комната.

Я обернулась и посмотрела на человека позади меня:

— Юй Линь?

— Твой брат.

На секунду мне стало тяжело дышать, я думаю, я действительно должна уйти от сюда, чтобы провести Рождество в другом месте.

— Ты хочешь спать в комнате для гостей? — тихо спросил он.

— Комната для гостей? — с улыбкой я забрала у него из рук чемодан и спустилась вниз.

Си Сичэнь схватила меня за руку, и это действие заставило меня задрожать:

— Отпусти!

— Куда ты собираешься, возвращаешься во Францию? — его слова прозвучали с необычной напористостью.

Я выдернула свою руку.

— Успокойся, я вернусь во Францию. К сожалению, не прямо сейчас, но этот момент скоро наступит.

Он посмотрел на меня и его глаза стали холодными.

Но это не заставило меня колебаться:

— Я приду завтра.

— Твой отец скоро вернется, — он совершенно не удивился моему решению. — Ты можешь подождать.

— Нет, — этот диалог заставил меня осознать, что, хотя я живу в этой семье уже семнадцать лет, сейчас я просто посторонний, случайно заглянувший на огонек. — Не говори подождать, уже так поздно, а мне еще нужно найти место, где остановится, понимаешь?

Он размышлял лишь три секунды и принял решение:

— Если ты имеешь в виду, что хочешь жить только в своей собственной комнате, тогда я прикажу убраться в ней.

— Что? То, что я сказала ранее, заставило тебя так подумать? — я больше не могла сдерживать свое презрение. — Оставь при себе свое мнение!

Неожиданно он резко приблизился ко мне, и я подсознательно сделала большой шаг назад!

— Ты… боишься меня. — Это действительно было правдой.

Я бросила на него быстрый взгляд.

— Не шутите так, господин Си, — закончив на этом, я направилась к выходу.

— Да, Си Сичэнь, — я обернулась у двери и улыбнулась. — Неужели тебе обязательно поддерживать такую высокую позицию?

Выйдя из виллы, я увидела, что снаружи выпал небольшой снег.

Я побрела на автобусную остановку, с которой я раньше ездила в среднею школу, и прождав некоторое время, я села на первый подошедший автобус, даже не задумываясь о том куда он направляется. Пассажиров в автобусе было немного, и он продолжал свой путь, издавая особый дребезжащий звук. Ближе к сумеркам уличные фонари по обеим сторонам улицы зажглись, и их свет обвешал дорогу и снег, лежащий вдоль нее. Снежинка влетела в приоткрытое окно и приземлилась на мою щеку, как холодно.

У меня есть младший брат, но никто никогда не говорил мне об этом. Тебе кажется, что в этом нет необходимости, или ты избегаешь меня, словно я ядовитая змея?

— Госпожа, это конечная остановка. — голос водителя вырвал меня из хоровода снежных мыслей.

Я вышла из автобуса и осмотрела пустырь перед собой. Я не совершенно не ожидала, что в городе будет такое пустынное место. Смирившись с ситуацией, я набрала номер телефона Пяо Чжэня. Когда звонок прошел, человек, с другой стороны, заговорил со вздохом: "Почему ты не позвонила мне раньше?"

— Я заблудилась, Пяо Чжэн.

* * *

Как приятно опуститься в горячую ванну, после такого напряженного дня, тело расслабляется, а голова приятно мутнеет.

Когда в дверь постучали, я поняла, что заснула. Я надела пижаму и вышла, а Пяо Чжэн ждал меня возле двери:

— Я уж думал, ты покончила с собой, — шутливо сказал он.

— Разве долго, — улыбаясь ответила я, и сразу добавила, — спать хочу, очень устала.

— Конечно устала, убегая из того мерзкого места.

Я не поняла, что имел в виду Пяо Чжэн под мерзким местом, мой родной дом или ту конечную остановку, где не ступала нога человека. Пока я так думала, Пяо Чжэн говорил:

— Я постелил тебе новое постельное белье в комнате для гостей. Эх, есть ли какое-нибудь лекарство от моей мизофобии?

Будучи без сил, я все же ответила:

— Просто думай, что я люблю чистоту. — сделав пару шагов, я обернулась и спросила: — Тебе есть еще, что мне сказать?

— Когда будешь съезжать, не забудь заплатить за проживание, за еду… — приняв важный вид, сказал Пяо Чжэн.

Я ничего не ответила, просто развернулась и ушла.

На следующее утро, шум за дверью заставил меня проснуться. Шум был негромкий слегка прерывистый, но для меня в тот момент даже легкое перелистывание страниц серьезно могло повлиять на мой сон.

Я замерла на одном месте, когда открыла дверь и увидела в гостиной человека.

Лицо выдающейся личности, высокое и худое телосложение, как с иголочки в простой бежевой одежде, ну точно типичный сын маминой подруги.

Тот человек тоже меня заметил.

Рука Е Линя слегка дрогнула, и все его материалы разлетелись.

С Е Линем я познакомилась в начале средней школы, потом мы стали друзьями, а после были лучшими друзьями, и конце концов мы были влюбленными, все это длилось шесть лет.

Прежде он с легкостью мог повлиять на мое настроение, но сейчас, я надеюсь, у него больше нет той способности.

Придя в себя, Е Линь спросил:

— Когда ты вернулась? — с улыбкой, привычной циничной улыбкой, он начал собирать разбросанные по полу бумаги.

— Вчера.

— Я и правда ненастоящий друг, раз приехала, и слова мне не сказала

— Ты изначально не был другом.

— Серьезно? — его ленивая интонация смешалась с сарказмом.

— Как насчет того, чтобы поспать еще немного? — обращаясь ко мне, подошел Пяо Чжэн.

Я вздохнула.

Из-за этого небольшого комментария, Е Линь посмотрел в глаза Пяо Чжэня, а потом, обращаясь, ко мне выпалил:

— Не думал что у вас с Пяо Чжэнем до такой степени хорошие отношения, кажется, я малообразован и ограничен.

— Тебя это не касается, — равнодушно сказала я, правду о моих отношениях с Пяо Чжэнем знают не многие, мы не намеренно скрывали это, просто не собирались никому нечего объяснять.

Пяо Чжэн взъерошил волосы:

— Е Линь….

— Пяо Чжэн, я голодна, есть что перекусить?

Пяо Чжэн посмотрел мне в глаза:

— Есть немного, подожди чуть-чуть. — не пытаясь больше что-либо объяснить, развернулся и пошел на кухню. Он, безусловно, понял, что я имею виду.

— Как ты здесь оказалась? — глядя в спину Пяо Чжэня, спросил Е Линь.

— Негде жить, — ответила я, налив в стакан воды, перед тем как сесть за стол.

— Только не говори мне, что в большом доме Цзянь нет свободных комнат, в которых можно жить.

Мои руки задрожали, и я чуть не выронила стакан из рук.

— Не наливай столько воды, раз не можешь столько выпить, — он нахмурился, а затем улыбаясь продолжил. — Что, после шести лет во Франции не верится, что вернулась?

Я просто продолжала пить воду и ничего ему не отвечала.

— Я все полагал, что ты там и останешься. Как это, старшая дочь семьи Цзянь уехала за границу совершенствоваться, а закончив, вернулась служить отечеству? — его голос становился все более недовольным, когда он заметил, что я не обращаю на него внимания.

— Я еще не выпустилась, — если бы я ему не ответила, он продолжил бы плести всякую ересь, поэтому я взвалила на себя самую несущественную тему для разговора.

— Тебе нужно будет вернуться?

— Да.

Он вдруг кинул те документы, что уронил изначально, на чайный столик:

— Передай Пяо Чжэню, что у меня дела, я пошел.

— Хорошо, — меня не волновало его не постоянность, и уж тем более я не планировала его провожать.

— Хорошо? — некоторое время он стоял молча, а потом развернулся и пошел к двери. — А-а-а, да, верно, будет время заходи на обед, Яли соскучилась по тебе, — он открыл дверь и ушел.

Стеклянный стакан, в конечном счете, все же выскользнул из рук, разлетевшись на маленькие осколки.

— Мы с ним время от времени видимся, сейчас он хочет купить квартиру, ему приглянулись квартиры в нашей жилищной компании в соседней новостройке, поэтому в последнее время часто заглядывает, —Пяо Чжэн стоял у дверей кухни и глядел на пол. Он подошел, поставил завтрак на стол, а затем взял веник и аккуратно собрал все осколки: — Я изначально думал, что ты будешь спать до полудня, теперь я чувствую вину, прости сестренка.

Я ненадолго замерла, немного погодя, я ответила:

— Я пойду умоюсь, а потом вернусь и мы позавтракаем.

— На самом деле, Е Линь совсем не такой циничный, как кажется, — Пяо Чжэн говорил правдиво. — Он хороший человек.

Я улыбнулась, но ничего не ответила. Какой он, сейчас не имеет никакого отношения ко мне, шесть лет могут все обесценить, включая те чувства, которые, как я полагала, будут долгими как небо и постоянны как земля.

В сентябре того года, мама отводила меня на регистрацию в среднюю школу, лето было далеко не таким жарким, как сейчас, и ветер, скользящий по деревьям, был немного прохладным. В то время мама в моей памяти была особенно ласковой и нежной.

Приветствуя старших, входящих внутрь, я стояла возле учебной части и, высматривая маму в окне, стояла и ждала ее.

Успеваемость у меня была так себе, потому что из-за плохого здоровья моя посещаемость была ниже, особенно в сравнение с другими, изредка я отсутствовала даже на экзаменах, причина по которой я могла вступить в одну из лучших элитных средних школ, исключительно могущество денег, как власть. Покупая таким способом место в лучшей школе, я сначала испытывала стыд, однако родителей это нисколько не волновало, и постепенно я становилась бесчувственной.

— С самого начала ученица хвастается деньгами и покупает место, — лишь одна ироничная фраза долетала до моих ушей.

А я в свою очередь смотрела на довольно привлекательного мальчика с мягкими волосами, белой кожей, красивым лицом и яркими черными глазами.

— Я с тобой говорю, слышишь? Отвечай!

— Ты оглохла? — я продолжала игнорировать неоднократно брошенные в мой адрес слова.

На самом деле, я просто думала, что же ему такое ответить, но у него оказалось мало терпения.

— Чего лыбишься?

— Ты слишком шумный, — сказала я, хоть его голос и был красивым, но когда он говорил со мной таким тоном, он, наоборот, казался странным и причудливым.

— Что сказала?

В тот момент вышла моя мама, махая мне рукой:

— Идем.

И крикнув ему «пока», я убежала к маме.

Это был первый раз, когда я встретила Е Линя, вспыльчивого и бесцеремонного.

И в течение следующих шести лет, мальчик которого звали Е Линь, местный хулиган, вторгся в мою жизнь и занимал большую часть моего времени, а также моих мыслей.

Стоя перед зеркалом в туалете, я смотрела на свое почти бледное лицо. Если бы можно было повернуть время вспять, хотела бы я снова провести так же те шесть лет? Ответ был бы отрицательным.

Сладкое одиночество может разъесть все внутренности сильнее, чем серная кислота, поэтому если бы я знала раньше, с самого начала не позволила бы себе вступить в эту игру, если бы не боялась мучительных воспоминаний.

К счастью, сейчас об этом думать не приходиться

— Аньцзе, твой телефон постоянно трезвонит, передать его тебе? — из-за двери донесся голос Пяо Чжэня.

— Нет, я сейчас выйду.

Я открыла дверь, Пяо Чжэн протягивал мне телефон. Семь пропущенных звонков, один и тот же номер, неизвестный. Я уже собиралась перезвонить, как телефон снова зазвонил, тот же номер, я ответила на звонок.

— Цзянь Аньцзе.

В самом деле, он, Е Линь.

— Почему не брала трубку? — несмотря на то, что вопрос не имел смысла, его тон на том конце провода не казался слишком счастливым.

— У тебя ко мне дело? — не хочу попросту тратить время, поскольку я уже давно приняла решение в своем сердце, не заботиться о нем больше, для нас обоих жить в мире и согласии с собой лучше всего, поэтому любое вмешательство сейчас и в будущем будет излишне.

— Если нет, нельзя даже позвонить тебе?

Все такой же позер…

— Неудобно говорить? Пяо Чжэн рядом? — его интонация стала немного мягче с слегка хриплыми интонациями.

Нет необходимости задавать подобного рода неуместные вопросы:

— Если тебе нечего сказать, я кладу трубку.

— Что ты говоришь! Не смей вешать трубку! Цзянь Аньцзе, если ты сейчас сбросишь, я сразу же появлюсь перед тобой и разобью телефон! — он больше не смеялся, и его чрезмерный гнев меня немного удивил, и хоть я с самого начала знала, что его тон был подавленным недовольством, я не думала, что будет такая истерика.

— Тогда, что тебе нужно, — я больше не пыталась относиться к этому звонку легкомысленно.

На том конце провода, казалось, он тоже понял, что это была неуместная вспышка эмоции и быстро успокоился:

— Мне очень жаль, — его голос стал прежним, — я все еще внизу, возле дома Пяо Чжэня, не могла бы ты спуститься на минутку? Я хотел бы поговорить с тобой наедине.

— Ннет, — я больше не хочу разговаривать, и я также не сильна в поиске предлогов и отговорок, поэтому я просто сухо отказалась.

— Хорошо, очень хорошо, Цзянь Аньцзе, ты, как всегда, заставляешь меня чувствовать себя придурком, — не дождавшись моего ответа, он повесил трубку.

Рука, держащая телефон, немного побаливала, и я вспомнила слова, которые он сказал в тот день, когда мы расстались, холоднее, чем лед и снег. В мой первый год во Франции, когда я вспоминала его, мне казалось, что мне вонзали в сердце острый нож.

Он сказал: «Франция, Америка, мне все равно куда, чем дальше, тем лучше, с глаз долой из сердца вон, это самое лучшее».

Я надеюсь, он сможет повторить это слово в слово и сдержать свое слово.

* * *

https://vk.com/webnovell (промокоды на главы, акции, конкурсы и прочие плюшки от команды по переводам K.O.D.)