Они ехали в карете лицом к лицу. Стояла неловкая тишина.

— Простите, Ваше Превосходительство, из-за меня...

Когда Оливия заговорила голосом, похожим на комариный писк, Леон ответил:

— Не извиняйся. Это все случилось только из-за того, что я был недостаточно внимателен к тебе.

— Но вы разозлились…

— Я разозлился, но моя злость не была направлена на мисс Клодель.

Его холодные слова резанули Оливию словно ножом.

Его резкий ответ заставил Оливию поникнуть. Услышав это, она заморгала и медленно взглянула на него, прежде чем склонить голову.

— О чем вы говорили с Его Велич…Мисс Клодель?

— Да...?

— Ты покраснела.

— Я, я?

«Я всегда краснею, когда вижу тебя».

Не в силах сказать этого, она закрыла лицо рукой. Когда она через перчатку почувствовала жар своего лица, ее одолела паника.

Неужели ее лицо так откровенно краснело каждый раз при встрече с ним?

Она не хотела в это верить.

Оливия удивилась, когда ее лицо начало полыхать не на шутку. Дыхание тоже стало горячим, как будто она проглотила огненный шар. Она ошеломленно раскрыла глаза.

...Что происходит?

— Ваше, Ваше Превосходительство, просто я...

— Этот парень… твою мать.

Он тихо выругался, но Оливия его не расслышала потому, что у нее начала сильно кружиться голова.

— Мисс Клодель...!

Оливия начала задыхаться.

Когда у нее сперло дыхание, она решила прислониться головой к окну кареты, чтобы отвлечься. Когда карета загрохотала, она головой ударилась о стекло. Леон заметил это и поспешно встал со своего места. Он сел рядом с ней и обхватил ее голову.

— С тобой все в порядке?

— Да, все в порядке. Мне очень жаль, Ваше Превосходительство.

— Мы скоро прибудем. Тебе лучше поспать. Ты никогда до этого не пробовала алкоголь?

— Нет, я пробовала один раз, когда Кевин заставил меня его выпить…

— Тебе и тогда было плохо?

— Я не хочу говорить, нет… Прошу прощения, Ваше Превосходительство.

Кевин, заставлявший ее пить, был одним из ее самых ужасных воспоминаний.

Увидев ее реакцию, Леон тихим, приглушенным голосом ответил ей:

— Я сожалею о его действиях. С тобой точно все в порядке?

— Простите...

— Дерьмо.

Он снова выругался. Хоть она была пьяна, она была не против находиться в его объятьях. Она могла сказать, что запах его духов даже облегчил ее состояние.

Когда она обняла его в первый раз, от него пахло так же…

— Ты в порядке?

— В порядке, но мне трудно дышать. И, к тому же, здесь жарко.

Оливия с трудом перевела дыхание. Мужчина и женщина, которые находились в таком близком положении под звук ее тяжелого дыхания, создавали странную атмосферу. И она не знала того, что этот мужчина был расстроен, услышав ее слова.

Когда она пристально посмотрела на Леона, она нашла в его глазах беспокойство и гнев. Гнев был горьким, но ей было приятно.

Когда бы она так с ним обнялась?

Не так много времени она могла выдержать такой пристальный взгляд.

В этот момент она чувствовала себя счастливой. Однако затем она внезапно вспомнила, как этот мужчина стоял в окружении людей – в окружении красивых женщин…

Для него она, возможно, даже не была женщиной. Может быть, он относился к ней хуже, чем к камню…

Ее это немного обеспокоило.

Опьянение сделало Оливию смелой, и сейчас она была настолько близко к нему, что могла без колебаний привести свои мысли в действие. Она положила руку ему на бедро, немного приподнялась и отвела талию назад, а затем поцеловала его в губы.

Леон широко раскрыл глаза, словно смущенный внезапным поцелуем.

Она поколебалась, отстранилась и посмотрела на него, ожидая реакции.

Оливия опустила голову под его безмолвие, словно спрашивая, не понравился ли ему поцелуй. И Леон внезапно поцеловал ее в ответ. Когда он повернулся к ней, их носы слегка соприкоснулись. Он зубами слегка прикусил ее верхнюю губу и своим теплым языком облизал ее сухие губы.

Оливия приоткрыла свои маленькие губки, и его язык проник внутрь, словно жаждал там оказаться. Это был мягкий и глубокий поцелуй. Этот поцелуй совершенно не был похож на поцелуи с Кевином, пропитанные похотью и абсолютным пренебрежением ее желаниям.

Его рука нежно погладила ее талию. В этот момент Оливия медленно погладила его по лицу и шее. Когда из ее влажного рта начали издаваться хлюпающие и горячие булькающие звуки, она возбудилась, нахмурилась и издала стон.

— Мм, ммм...

Ей было трудно дышать, то ли из-за поцелуя с ним, то ли из-за опьянения. Тем не менее, ее ошеломленное сознание, казалось, ушло намного дальше.

Затем карета загрохотала.

Леон схватил ее за талию, чтобы не нарушать их позу. Когда он это сделал, ее рука, лежавшая на его бедре, скользнула к его промежности. В то же время он приоткрыл губы.

— ….

Поцелуй резко оборвался, хотя она не была слишком этим смущена.

Скорее, Оливию смутило положение ее соскользнувшей руки.

Почему-то ее рука заняла неправильное положение. Ее рука соскользнула прямо в центр его промежности и очень долго оставалась там.

Ее рука чувствовала что-то топорщащееся из его брюк…

Она посмотрела на него широко открытыми глазами.

Это «что-то» было набухшим мужским достоинством Леона.