На самом деле, она знала, что он собирался сделать. И все же ей не хотелось в это верить, поэтому она спросила.

- Что я делаю Оливия? Я просто устал терпеть.

- Брат, это...

- Я очень сильно люблю тебя, Оливия.

Она широко раскрыла глаза от признания, которое он буквально выплюнул. Рука Кевина нежно ласкала ее тело. Когда Оливия попыталась остановить его, он крепко схватил её за запястье и прижал к кровати. Она не могла сопротивляться силой. Кевин был взрослым мужчиной, и как член Императорской гвардии, он был выше других мужчин.

Он заговорил тихим, приглушенным голосом.

- Оливия. Когда Леон приедет, я скажу ему, что женюсь на тебе

- …

- Тогда ты сможешь остаться здесь как моя жена.

- …

- Когда он приедет Леон, тебе некуда будет идти, даже если ты уйдешь отсюда, верно? В лучшем случае, тебе придётся продавать своё тело.

Сказав это, Кевин лучезарно улыбнулся. Оливия не знала, что делать. Она чувствовала только страх. Страх, что ей придётся стать такой же как её мать. Её страна снова воевала со страной, в которой она была, и она - падшая аристократка. Не существует места, где её приняли бы. Она не хотела жить, как ее мать.

- Мм?

По его подсказке Оливия вздохнула и закрыла глаза. Зная, что это означало ее разрешение, рука Кевина, которая на миг остановилась, скользнула по ней и обхватила ее обнаженную грудь.

- Ты не знаешь. Смотря на твое зрелое тело… Как долго...

Его дыхание стало тяжелым. Задрав ее пижамную юбку до груди, он стянул нижнее белье, которое едва её прикрывало. Рука Кевина коснулась места, которого ещё никто никогда касался. Неожиданно она ощутила доселе незнакомое чувство.

- Ты станешь моей, Оливия…

Кевин не был плохим человеком. В любом случае, для нее Кевин, второй сын герцога, был лучшим выбором для брака. Так что, всё было не так уж и плохо.

Он поспешно разорвал остатки её шелковистой белой пижамы. Когда её худое тело обнажилось, Кевин, опьяненный, сглотнул слюну.

- Не прикрывайся.

Сказал Кевин, убирая ее руку, рефлекторно прикрывавшую грудь. Когда Оливия осторожно высвободила руку, его влажный язык скользнул по соску.

- Мне кажется твоя грудь ещё не созрела до конца, жаль.

Он лизнул Оливию между грудей, и она зажмурилась от щекочущего ощущения. Кевин жаждал ее обнаженного тела, которое она никогда никому не показывала.

Внезапно он встал и снял штаны. Оливия посмотрела на мужчину с эрекцией, стоящего перед ней.

Она долго была в борделе и знала, что за этим последует. Когда она в страхе приподнялась и попятилась назад, он схватил ее за лодыжки и подтащил к себе.

- Брат Кевин, подожди, подожди.

- Лежи спокойно, Оливия.

Она почувствовала его горячий член у себя между ног. Какое-то время он двигался взад-вперёд между её нежными бёдрами, прежде чем наконец вошёл до конца.

От боли, которую она испытала в первый раз, Оливия нахмурилась и изогнула талию, не в силах закричать. Его член грубо пронзил её и казалось, что он разрывает её на части. Она стиснула зубы, чтобы выдержать это. Таким был её первый секс с Кевином.

Он диковато обнял её, недавнюю девственницу, и это стало болезненным воспоминанием. В он подарил ей изумрудную заколку для волос в тон её рыжим волосам.

На следующее же утро её положение изменилось. Возможно, из-за приказа Кевина с ней снова обращались, как в старые добрые времена. Но презрение слуг всё росло. Несмотря на это у Оливии не было выбора.

Всякий раз, когда Кевин вспоминал о ней, он приходил, чтобы обнять ее. Общение с ним всегда было грубым и невнимательным. Иногда ему удавалось возбудить её - например, когда он массировал её клитор пальцами или облизывал языком чувствительные зоны, которые находил. Но всё же, он был садистом и часто заставлял её вести себя как извращенку.

В этой любви по принуждению Оливии пришлось приспосабливаться. Она стонала в поисках удовольствия в страданиях и пыталась осчастливить его так, как её учили проститутки.

- Оливия, Оливия!

Когда он достиг кульминации, Кевин, назвавший её по имени, неосознанно успокоил её. Она поняла, что ей не придется покидать особняк…

- Позаботься о том, чтобы не забеременеть.

Кевин всегда предлагал ей противозачаточные снадобья и говорил, чтобы она их принимала. Поэтому, даже если в итоге она могла стать бесплодной, у Оливии не было другого выбора, кроме как смириться.

Их горький вкус, всегда оставался у нее во рту после визитов Кевина.

Это продолжалось пять лет, пока ей не исполнился двадцать один год.

В течение этих пяти лет война всё продолжалась, и казалось, что Леонард никогда не вернется. Она даже подумала, что, может быть, его убьют на поле боя. Но он всё же вернулся.

Леонард. Он все еще был прекрасен. Впервые они встретились через некоторое время после её приезда. В тот момент, когда Оливия плакала, от того, что шляпу, которую она носила, унесло ветром и зацепило за высокое дерево. Она подумала, что ее сильно отругали бы, если бы она потеряла подарок герцога.

Тогда подошел Леонард и, молча, достал ее шляпу. Он был самым милым человеком, которого она когда-либо встречала. Затем он ушёл, не ответив на её благодарность. Несмотря на то, что это была не первая их встреча, она не могла отвести от него глаз.

Молодого человека звали Леонард Деорк. Его называли - Леон.

В отличие от дружелюбного герцога, Леон всегда был молчалив. Она часто украдкой наблюдала, как он упражняется в стрельбе или с мечом.

Для Оливии он был идеальным. Он ей нравился. Она просто восхищалась всем, что было в нем. Ей нравилась его серьезность, низкий голос, который она иногда слышала, и ей нравилось, что его большое тело, казалось, защищало ее.

Но Леон не проявлял никакого интереса к Оливии. Великий наследник великой семьи был обязан жениться на женщине из другой великой семьи. В тот момент, когда она увидела Леона, разговаривающего с гостьей, она почувствовала отчаяние.

Оливия с самого начала знала, что в ее сердце будет только безответная любовь. И скрывала свои чувства.

Вскоре после этого, он отправился на войну. В тот день, когда он ушел, она рыдала и плакала в своей комнате, но ничего не могла сказать. Он, человек, который, казалось, никогда не вернется, возвращается в Столицу…

Ее сердце колотилось от волнения.

Я скучала по тебе.

Я так по тебе скучала.