Когда в комнате воцарилась тишина, Генриетта наклонила голову и спросила:

— Неужели вы не собираетесь выходить замуж? Вы собираетесь остаться здесь? Но насколько я знаю, вам, мисс Клодель, уже двадцать один год? Я думала, что вы уже помолвлены…

Оливия поняла смысл ее вопросов.

Генриетта пыталась сказать, что Оливия собирается жить здесь до самой старости, ни за кого не выходя замуж.

Однако ей нечего было ответить, поэтому она могла только ухватиться за подол платья.

— Я уже обдумал брак мисс Клодель.

Услышав голос Леона, Оливия с широко раскрытыми глазами посмотрела на него.

Неужели он на самом деле собирался выдать ее замуж?

Леон взглянул на нее и улыбнулся.

Но она слишком хорошо знала, что его улыбка была ненастоящей.

— О боже, и из какой же семьи ее жених? Я думаю, что мисс Клодель, с ее красотой и спокойным характером, должна попасть в хорошую семью, я права?

— Брак произойдет внутри семьи.

— О, боже мой, я же тоже скоро стану членом вашей семьи.

Несмотря на вопрос Генриетты, Леон только улыбнулся и ничего ей не сказал. У него было расстроенное выражение лица.

Но в этой ситуации никто не мог быть расстроен больше, чем Оливия.

Неужели он решил выдать ее замуж?

Он…Он действительно сделает это?

Главе семьи естественно принимать решения о браке других членов семьи. Тем не менее, разве он не мог сначала обсудить это с ней? Зачем он тогда вообще интересовался тем, есть ли у нее кто-то на примете?

Кроме того, она и Леон уже не раз смешивались телами. Как он может так высокомерно решать, с кем она будет смешиваться телами до конца своей жизни?

…Неужели она действительно ничего для него не значила?

* * *

Генриетта сказала, что не сразу вернется в герцогство Грандэ, потому что хочет остаться в их особняке на несколько дней.

Оливия хотела, чтобы Леон отказался, но он с радостью согласился.

Могли пойти сплетни о том, что невеста еще до брака живет в доме жениха. Но это также стало доказательством их близости.

Поняв это, Оливия отказалась от ужина под предлогом плохого самочувствия и вернулась в свою комнату.

Она вошла в комнату и подавила желание заплакать. Сделала потому, что служанки могли рассказать Генриетте о ее истерике.

Оливия на некоторое время задержала дыхание, чтобы подавить накатывающие эмоции и слезы, но ей это не удалось.

Ее любовник выдаст ее замуж за совершенно незнакомого ей мужчину.

Могла ли она быть более несчастной, чем сейчас...?

Круговорот ее мыслей прервал стук в дверь.

Когда она беспомощным тоном голоса позволила этому человеку войти, дверь открылась, и вошел Леон.

Что он делает в ее комнате? Разве сейчас он не должен был ужинать с Генриеттой?

Она посмотрела на него с угрюмым и озадаченным выражением лица.

Он вздохнул.

— С тобой все в порядке?

Она не могла быть в порядке, потому что сбежала с ужина под фальшивым предлогом. Однако, если ее тело было в порядке, то разум – нет.

Оливия избегала взгляда Леона, словно игнорируя его.

Посмотрев на нее, он пододвинул стул и сел рядом с ней.

— Ну, если с твоим телом все нормально, значит, ты расстроена. Это понятно.

Его слова, как будто молотом ударили ее по голове. Оливия удивленно посмотрела на него.

Леон изучал ее с нежным выражением лица.

Увидев его пристальный взгляд, она почувствовала, как в ней начал нарастать гнев.

Она была расстроена? Неужели этот человек догадался об этом? Что он сделает, зная это?

Впервые за все время она сжала кулак и спросила:

— Вы уже устроили мой брак?

— ….

— Конечно, Ваше Превосходительство имеет право найти мне жениха. Я знаю, что следующие мои слова прозвучат грубо и бесстыдно, но было бы лучше, если бы вы сперва обсудили это со мной.

Говоря это, она начала злиться. Безнадежная меланхолия превратилась в гнев.

Она перевела дыхание и продолжила:

— Но даже так. Вы так внезапно…Рассказали о моем браке. Я уверена, что для вас, это ничего не значит, но…

— Я не думал о твоем браке.

— …Это же мое будущее…Что? У вас нет никого на примете для меня?

Когда Оливия широко раскрыла глаза и спросила это, Леон ухмыльнулся и ответил:

— Я солгал, потому что не хотел навлечь на тебя лишние неприятности. Теперь никто не будет задавать тебе раздражающие вопросы. А если кто-то и спросит тебя о браке, ответь ему именно так.

— Э-э...

Она поджала губы. В одно мгновение у нее пропали все причины для злости.

Тем не менее, в ней еще остались капли жгучего гнева.

— Тогда вы должны были сказать мне об этом заранее! А я, как идиотка…!

Прекрати! Замолчи! Перестань злиться!

Она мысленно себя удерживала, несмотря на то, что высказала свои гневные реплики уже несколько минут назад.

— Принцесса Грандэ нанесла сегодня внезапный визит, и я никак не ожидал, что она будет интересоваться твоим браком. Я собирался поговорить с тобой об этом, но… мы были немного заняты.

— ….!

Оливия покраснела, вспомнив их вчерашнюю любовную связь.

Ее поднявшийся до предела гнев, внезапно превратился в стыд.