Перевод: Astarmina

После того, как луна взошла и прошло немало времени, Элисия, как и обещала, снова отправилась ко флигелю. Как и ожидалось, караул держал уже не тот рыцарь, что днём.

Внимательно изучив его лицо, она с довольным видом вернулась в свою комнату и легла спать.

Хотя всего лишь сходила туда-обратно между флигелем и главным зданием, тело её ныло, будто после долгой тренировки.

Благодаря усталости, ночью она спала крепко, но...

С трудом приподняв веки, Элисия поднялась с постели.

Медленно, с трудом двигаясь, дотянулась до колокольчика.

Лёгкий звон — и дверь её спальни распахнулась.

— Леди Элисия, вы звонили?

Вошла её личная горничная — Рейчел, та, что была ближе всех к должности старшей горничной.

— А где Ариэль?

Один из утренних ритуалов Элисии — справляться о самочувствии Ариэль.

Хотя та просыпалась куда позже, и ответ был очевиден.

— Она ещё спит.

Рейчел отвечала почтительно, с идеальным поклоном. Видно было, что она привыкла к этому вопросу.

Более того, Рейчел без труда предугадала следующее действие Элисии: как обычно, та отправится умываться в ванную.

Но вопреки ожиданиям, Элисия не двинулась с места и снова заговорила:

— Можно мне взглянуть на список рыцарей герцогства Партин?

— Если Его Светлость не будет против...

— Лучше бы отец не узнал.

Элисия обхватила колени и наклонила голову. В такие редкие моменты Рейчел казалось, что перед ней обычная девочка.

— Я постараюсь.

Проблема была в том, что она не могла устоять перед такой Элисией. Даже без этих уловок была готова выполнить любое её желание.

— Спасибо.

Рейчел была горничной, которую привела Изабелла, нелюбимая жена герцога Партина, была для прислуги объектом насмешек.

Ей не подавали еду вовремя, уборку в комнате часто пропускали. А издевательства в её адрес стали обычным делом.

Хорошо ещё, что была Рейчел. Без неё Изабелла покинула бы этот мир куда раньше.

— Может, кто-то из рыцарей вас обидел?.. 

— Нет, не в этом дело.

Зная, что сегодня утром одну из горничных выгнали, Рейчел спросила, не очередь ли теперь рыцарей.

Но ответ оказался отрицательным.

— Спасибо за заботу, Рейчел. Сегодня я сама справлюсь, можешь идти.

Элисия вскочила с кровати, подошла к Рейчел и слегка обняла её. Совсем не так, как вела себя с остальной прислугой.

— Хорошо.

Когда Элисия, чуть ниже ростом, обняла её, тревожное выражение лица Рейчел растаяло.

Хотя все за спиной шептались, что Элисия вылитый отец — жестокая и холодная, Рейчел считала, что хорошо, что та не слишком мягка.

Вообще, судя по тому, как Элисия обращалась с ней и Ариэль, сравнивать её с герцогом Партином было уже оскорблением.

По крайней мере, Элисия умела любить.

***

Как её видят другие, Элисия догадывалась.

Она не скрывала груз прошлого и жила по принципу «око за око».

«Наверное, и я для них злодейка».

Но первой она ни на кого не нападала. Просто больше не позволяла себя обижать. В отличие от Элисии из оригинала.

— Эй, это ты разбила! Ты знаешь, сколько это стоит?!

— Ты вообще стирала одеяло? Тогда что это за пятно?!

— Какая же ты медлительная и бесполезная!

Каждый день она придиралась к прислуге.

Дорогой бокал разбила сама Элисия, и пятно на одеяле тоже оставила она. Но прислуга лишь дерзко огрызалась.

В конце концов, даже старшая горничная вышла и отчитала её:

— Миледи, ведите себя достойно! Как можно лгать, будучи благородной дочерью герцога Партина?!

«Интересно, насколько же беспомощной была та Элисия, если даже прислуга так с ней разговаривала».

Читая газету, Элисия усмехнулась про себя, осуждая поведение слуг из романа.

В отличие от неё, у той Элисии не было власти над прислугой. Это была награда за то, что нынешняя играла роль идеальной дочери, угождая отцу. А та, не имея влияния, мстила слугам мелкими пакостями. Включая старшую горничную.

— Кто тут о достоинствах говорит? Ты же воруешь наши деньги! Эти серёжки тебе не по карману!

— Ч-что за нонсенс! Опять клевещете!

Но это была правда.

Старшая горничная не знала, что Элисия была умна и сообразительна.

Она умела мучить людей, подстраивая всё под себя.

Поэтому, читая роман, Элисия считала, что конец «злодейки» был одновременно логичным и нелогичным.

Вспомнив наконец финал «злой Элисии», она отложила газету. Там писали о потерях из-за войны. Последние полгода новости о ней занимали большую часть газет.

Хотя ситуация была серьёзной, Элисия потянулась и отодвинула газету.

Прочитав «Тюрьма Ариэль», она знала, что в итоге Империя победит — отсюда и её спокойствие.

— Леди Элисия, это Рейчел. Можно войти?

Только раскрыв книгу для учёбы, Элисия замерла, услышав голос за дверью.

— Да, входи.

Получив разрешение, Рейчел вошла. Под мышкой у неё была стопка бумаг.

Элисия сразу поняла — это то, о чём она просила утром.

— Здесь списки рыцарей, отправленных на границу.

Рейчел любезно пояснила, сократив работу вдвое.

Отбросив данные об отсутствующих рыцарях, Элисия пролистала оставшиеся документы.

Не получив приказа уйти, Рейчел стояла и ждала.

— Вот эти двое...

Внимательно изучив аккуратные фотографии, Элисия вытащила два листа и протянула Рейчел.

Та молча взяла их.

— Можешь разузнать о них подробнее?

«Подробнее»? Элисия никогда так не интересовалась людьми. Рейчел удивлённо округлила глаза.

— Особенно их слабости и компромат.

Сложно поверить, что двенадцатилетняя девочка так спокойно просит о таком.

Незнакомый с Элисией человек посчитал бы это смешным или признаком плохого воспитания.

Честно говоря, Рейчел склонялась ко второму.

— Хорошо...

Сдерживая любопытство, она поклонилась.

В Селлендиде, благодаря безразличию герцога Партина, трущобы процветали больше, чем в других землях.

Так что раскопать компромат не составило бы труда.

***

Через несколько дней Рейчел принесла всего два документа.

Вернувшись после обеда с Ариэль, Элисия сразу взялась за них.

Один рыцарь погряз в долгах из-за азартных игр.

Другой — тратился на лечение больного младшего брата.

«Я просила слабости, но...» 

Оба варианта были идеальны.

«И как раз эти двое охраняют Идена? Неужели сейчас у всех такие истории?»

Элисия, чья жизнь была сложнее всех, позволила себе легкомысленную мысль.

«Долги и брат».

Брат, судя по всему, был серьёзно болен — лечение стоило огромных денег.

Выходило, обоим нужны были средства.

Быстро прикинув свои сбережения, Элисия скрестила ноги.

Это были деньги на новую жизнь после падения дома Партин. Жаль, но это тоже было вложение в будущее.

«Сначала надо выжить, а потом думать о новой жизни, — решила она. — Тот, кому есть что терять, будет усерднее».

Она знала это по себе.

Почему-то почувствовала родство с рыцарями, с которыми даже не говорила.

***

Для Лизетт это был второй кризис с тех пор, как она стала рыцарем дома Партина.

Даже когда её могли отправить на войну, она не волновалась так.

Хотя погода была не жаркой, на лбу выступил пот. Элисия молча смотрела на неё.

«Кажется, она сейчас упадёт в обморок».

Это было самое незаметное место в усадьбе — неухоженные деревья и кусты скрывали флигель.

Герцог, конечно, не планировал этого, но место идеально подходило, чтобы прятать Идена.

— Рыцарь Лизетт?

— Откуда вы знаете моё имя... То есть, я польщена, леди.

«Но что она здесь делает?»

С трудом отведя взгляд от флигеля, Лизетт уставилась на Элисию.

Та, дождавшись нужного вопроса, радостно ответила:

— Я хочу вас кое о чём попросить.

— Меня?.. 

За всё время службы Лизетт впервые говорила с Элисией. Их пути редко пересекались, да и та никогда не интересовалась рыцарями.

Поэтому Лизетт считала, что знает её лишь со стороны.

Но теперь та внезапно о чём-то просит? Даже не познакомившись толком?

Видя её замешательство, Элисия лишь улыбалась.