— О, ты заметил... Мне просто стало любопытно, что происходит в голове моего немого братца, — с улыбкой сказал Джэхун, замечая взгляд, направленный на гаечный ключ. Он встал, отряхнул одежду, а затем продолжил: — Нужно ли было мне заходить настолько далеко, если бы ты не вёл себя так ужасно? Может мы и живём раздельно, но я всё равно остаюсь твоим старшим братом, однако ты не относишься ко мне соответствующе. Я беспокоюсь о тебе, вот и всё.

Когда Муёль ничего не ответил, Джэхун хитро улыбнулся.

— Почему ты вдруг отказываешься отвечать? Тебе отчаянно нужно внимание отца?

Раз паршивец первый об этом заговорил... Он твердил, что Муёль отчаянно требует внимания отца, хотя на самом деле жаждал его он сам.

Джэхун опустился на парту.

— О, нет! К сожалению, отец вообще не интересуется тобой. Мои оценки слишком потрясающие для него, чтобы он обращал внимание ещё и на тебя. Он сказал мне учиться у него бизнесу, как только я начну ходить в старшую школу. Ты ведь понимаешь, к чему это?

Муёль продолжал молча слушать его.

— Мне жаль, что я один получаю всё внимание отца, но то, как ты отказываешься, очень ненормально, понимаешь? Тебя будут считать бременем, но всё равно... — Джэхун спрыгнул с парты и встал перед зеркалом, с улыбкой изучая своё лицо. — О, нет! На моем лице отметина. И это уже второй раз. Скоро случится третья стычка, и тебя выгонят. Разве наш папочка ещё не настолько напуган? Хотя я, очевидно, буду защищать тебя. Знаешь же, каков отец.

Губы Муёля свернулись в усмешку, он ухмыльнулся. Никто не знал натуру господина Чха лучше Муёля. Недаром же они настолько похожи.

Теперь, когда он наподдал Джэхуну, парень знал, что последует дальше. Пусть он и жил сейчас с бабушкой, Муёль не освободился от тисков господина Чха. Всякий раз, когда его вызывал отец, Муёль должен был приходить домой. Если он не приходил, вместо него страдала госпожа Чой. Возвращение домой означало подчинение физическому и вербальному насилию, но Муёль не боялся родителя. Потому что он никогда не видел в нём человека, только монстра. Монстр, он и есть монстр – так думал Муёль.

Джэхун встал перед братом и посмотрел ему прямо в глаза, пытаясь спровоцировать.

— Это она? Любопытная психопатка? Она именно такая, как говорят, выпустит свои кишки наружу, ради чьего-то спасения.

Была лишь одна причина, по которой Муёль ещё не ушёл из класса и слушал ерунду, которую нёс Джэхун. Она заключалась в Юн Иён.

По спине Муёля прошла нервная дрожь. Юн Иён была такой идиоткой! Ей нужно было просто игнорировать Джэхуна. Теперь она вмешалась, и сама выкопала себе могилу, когда повела себя так назойливо.

Тогда Муёль понял, почему братец так беспечно повёл себя с девчонкой. Он настолько презирал её, что даже не пытался скрыть своей истинной сущности, что так отчаянно прятал от других.

Муёль подавил свою ярость. Он знал, что должен игнорировать каждое слово этого паршивца, особенно сейчас. Если он поддастся им, тогда у Иён будут проблемы.

В его сердце разжёгся пылающий ад, глаза покраснели от гнева. Муёль сжал челюсть, когда смотрел на Джэхуна.

«Не смей прикасаться к Иён, или тогда ты точно узнаешь, у кого появятся настоящие проблемы».

Джэхун растянул губы в широкой улыбке.

— Ты чувствуешь себя благодарным, не так ли?

Он прошёл мимо Муёля на выход из кабинета, и как только звук его шагов исчез вдалеке, Муёль с недовольством провёл рукой по волосам. Эта назойливость Поганой Иён доведёт её до беды.

Муёль сунул дневник в сумку и вышел. Ему нужно было пойти в учительскую и узнать, где живет Юн Иён. Хотя это и раздражало... Он чувствовал, что должен это сделать.

«Поганая Иён. Какая же ты идиотка», — злился Муёль.

* * *

Пластиковая обертка скомкалась под пальцами Иён, когда она открыла пакет с лапшой быстрого приготовления, чтобы поужинать. Она аккуратно опустошила упаковку с основой для супа в кастрюлю, потрясла, убеждаясь, что внутри не осталось ни крупинки.

«Через три дня нам нужно навестить маму. Он вернётся к тому времени, так ведь?» — думала она.

Лапши ей хватит лишь на три дня. С её губ слетел вздох, и Иён быстро закрыла рот. У неё пока были деньги, которые она получила с подработки, поэтому сможет купить ещё лапши.

Но прошло некоторое время с тех пор, как она видела отца. Он каждую свою минуту проводил за работой в пригороде, чтобы оплачивать мамины медицинские счета.

Мама Иён сражалась с раком. Сначала у них была надежда. Поскольку опухоль была обнаружена на ранней стадии, врачи с уверенностью заявляли, что она быстро вернётся в нормальное состояние. Все верили в выздоровление.

Но опухоли стали злокачественными и быстро росли. Если удаляли одну, её место быстро занимала другая. Процесс повторялся столько раз, что иммунная система дала сбой до такой степени, что это не давало вернуться домой. Но Чон Хо не сдавался. Он работал изо всех сил, чтобы обеспечить маме лучшее медицинское лечение.

— Чёрт побери, это больно, — пробормотала Иён, когда потёрла лицо, её мысли неожиданно вернулись к случившемуся днём в школе.