Дункан

Прошли месяцы с последней встречи с Noname, и, как всегда, он выглядит ещё сильнее.

Смотрю, как этот парень в одиночестве пробирается между собравшимися для рейда группами. В отличие от многих других, у него нет ни одного видимо активированного навыка, и я не могу уловить от него ни капли маны. Её стало даже меньше, чем раньше.

Он одет в белую рубашку с короткими рукавами и какие‐то странные штаны – полагаю, из его родного мира, а не из Обучения. Ни оружия, ни брони, ни единого видимого предмета экипировки. За спиной висит лишь небольшая сумка.

Словно дикий зверь, он чувствует мой взгляд и оборачивается – когда наши глаза встречаются, по спине пробегает дрожь.

До чего же пугающее выражение лица.

Но, возможно, это просто игра теней, ведь в следующее мгновение наваждение рассеивается. На лице застыло привычное пустое выражение. Он даже машет рукой и делает шаг. С этим движением фигура исчезает – и в ту же секунду, завершая шаг, он уже стоит рядом со мной.

"Привет, Дункан. Чем больше проходит времени, тем глубже на первом этаже я тебя нахожу."

"Частично благодаря тебе, знаешь ли. В прошлый раз я заработал кучу Осколков на рыбалке, а затем прошёл несколько дополнительных сертификаций, позволивших брать более высокооплачиваемую работу."

Noname пожимает плечами.

"Ты сам над этим трудился, так что благодари только себя. Помогаешь участникам с рейдом?"

"Да. Несколько мелких групп объединились в одну крупную и наняли меня в том числе. За плату предлагаю информацию, контакты и координирую действия с другими Местными в экспедиции."

Некоторое время он осматривается, впитывая происходящее. Никуда не торопится, а на мгновение в глазах вспыхивает золотистое мерцание. Затем парень медленно кивает, словно увиденное что‐то подтвердило. Прослеживаю его взгляд, пытаясь угадать предмет интереса, но это совершенно невозможно.

Затем он поворачивается ко мне.

"Выглядит более организованно, чем ожидалось."

"Становится лучше," — отвечаю я.

"В некотором роде всё ещё бардак, но люди стараются."

"Сколько участников?" — спрашивает он.

На мгновение задумываюсь.

"Наверное, больше 100? Из них, вероятно, около 5 местных. В основном люди с первого этажа, но есть несколько помощников со второго. С такими цифрами это выполнимо. Судя по словам других местных Проводников, ожидаю, что погибнет от 10 до 30 процентов. Остальные должны пройти на второй этаж."

"Это много. Они не собираются пытаться убить монстра‐стража?"

"С монстрами‐стражами, о которых у нас нет никакой информации, всегда так. Кто‐то может попытаться его убить, но без людей, способных противостоять его набору навыков и работать сообща, всё обычно заканчивается плачевно. К тому же, этот – новый. Никаких записей, никаких известных способностей. Если не повезёт, тут могут погибнуть все."

Как всегда, пытаюсь уловить мелкие жесты, которые он делает неосознанно. При упоминании о том, что все могут умереть, он слегка приподнимает бровь.

Следующий вопрос не удивляет. Остальные участники уже спрашивали нечто подобное.

"Ты не собираешься сражаться?"

"Из меня плохой боец, да и о семье нужно заботиться. У других проводников ситуация похожая. Мы приведём вас на место, но, когда окажемся слишком близко, отделимся и уйдём вместе с нашей охраной."

"Звучит разумно. Кстати, ты не слышал об участниках по имени Луан и Фаора?" — спрашивает Noname.

Эти имена звучат знакомо, и пытаюсь вспомнить хоть что‐то из увиденного в рейтингах или услышанного от других местных. В голову ничего не приходит.

"Я их не знаю, извини. Они твои друзья?" — спрашиваю его.

И впервые за всё время нашего знакомства Noname улыбается. Это самое красивое и дружелюбное выражение лица, которое мне доводилось у него видеть. Не привычный холодный или пустой взгляд, а настоящая улыбка. Она тёплая, искренняя и почему‐то заставляет его выглядеть совершенно иначе. Вся холодность исчезает с лица, и на секунду он кажется по‐настоящему добрым. Не один я это замечаю. Пара стоявших неподалёку участниц оглядываются и замирают, явно не в силах отвести от него глаз.

Улыбка медленно сходит с лица, но её отголоски всё ещё видны в глазах. Она даже задерживается на губах, прежде чем окончательно исчезнуть.

"Это люди, которым я многим обязан. В каком‐то смысле наша связь кажется даже крепче дружбы. Но не бери в голову, Дункан. В любом случае, можешь немного рассказать о лидерах этого рейда?"

Быстро киваю, натягивая на лицо свою лучшую торговую улыбку.

"Такая информация..."

"Сколько Осколков?" — перебивает он, не моргнув и глазом.

"Для тебя – всего тысяча! С тобой всегда приятно иметь дело!"

◯

Натаниэль

Смотрю, как уходит Дункан. Он хороший человек. Хоть и может показаться слегка жадным до Осколков, всегда остаётся справедливым, даже когда с лёгкостью мог бы попросить больше. Ценность, которую он предлагает, вполне честна. Как и со многим другим, с какой стати ему делиться информацией бесплатно – информацией, за которую порой приходилось платить, рисковать жизнью или тратить своё время?

Поэтому тянусь своей маной и снимаю метку слежения, оставленную кем‐то на его теле, а затем ещё одну, спрятанную на огромной сумке за спиной. Внутри лежат вещи приличной стоимости.

К обеим меткам привязан эффект, вызывающий паралич и сильную боль. Поистине мерзкая вещица. Очевидно, их установили не из заботы о безопасности Дункана, к тому же обе были мастерски спрятаны. Сомневаюсь, что больше нескольких человек в этой группе из 100 участников смогли бы их заметить.

Активирую [Затмение] и подавляю связь, соединяющую одну из меток с конкретным человеком, вторгаюсь в неё, а затем иду по следу.

Пройдя между десятками мелких групп участников, добираюсь до троицы на краю лагеря. Трое мужчин сидят вокруг парящего синего огненного шара, как и многие другие, ожидая начала рейда.

Все они люди, и задаюсь вопросом, каков же план. Возможно, они часть охраны, которая проведёт проводников в безопасную зону, когда мы окажемся близко? Или только один из них?

"Привет," — здороваюсь, входя в их небольшой лагерь.

Помимо нескольких пустых взглядов, никакого ответа не следует. Мужчина, чьи метки я стёр, даже не заметил разрыва связи. Конечно, всё было сделано аккуратно, но это всё равно разочаровывает.

Пытаюсь прикинуть, на каком этаже Обучения они могут находиться, не прибегая к агрессивному сканированию. Лучшая подсказка – кинжал, напоминающий оружие, которое любили использовать некоторые люморанцы на седьмом этаже.

"Мы не ищем никого в группу," — бросает один из них.

Едва он начинает говорить, замечаю, как вся троица поднимает защиту. Это ясно читается в движении их маны и вибрации в телах от напряжения мышц.

"Для чего была та метка, которую вы повесили на Дункана? Насколько мне известно, нападение на местных всё ещё под запретом," — спрашиваю я.

Заговоривший мужчина бросает взгляд на своих спутников. Это отработанный обмен без слов. Воздух сгущается от напряжения. Такого, которое обычно заканчивается кровью.

"Понятия не имею, о чём ты," — отзывается он.

Голос звучит ровно, но мана защитно сворачивается на груди, образуя едва заметный барьер. Один из остальных начинает медленно менять позицию, расставляя ноги ровно настолько, чтобы освободить место для извлечения оружия.

"Какая‐то дерьмовая ложь," — произношу я, делая шаг вперёд.

Атака следует незамедлительно – они даже удивляют столь решительной реакцией.

Отступаю в сторону, и синий огненный шар, вокруг которого они сидели, с рёвом превращается в поток пламени, взрывающийся в моём направлении. Исходящий от него жар просто невероятен. Поток сфокусирован, внутри него переливается белое пламя.

Но перехватить контроль с помощью [Перераспределения] оказывается до смешного легко. Синее пламя уклоняется в сторону, обвивается вокруг меня кольцом и постепенно становится золотым.

Всё происходит едва ли за секунду. Прежде чем маг, сотворивший заклинание, успевает провести новую атаку, сжимаю окружающее меня пламя. Затем одиночный всплеск золотого огня вырывается вперёд лазероподобным лучом толщиной не больше пальца.

Хотя одному из них удаётся вовремя создать барьер, он активируется лишь на мгновение – пламя с лёгкостью прожигает его насквозь. Делаю рубящее движение, и луч пробивает очередную защиту вокруг мага, применившего против меня огонь. Заряд чисто отсекает ему руку и разрезает огромный валун за спиной. На секунду камень остаётся неподвижным, а затем половина плавно и беззвучно сползает вниз, с глухим стуком падая на землю.

Прежде чем переключиться на другого нападающего, замечаю, как рана мага огня затягивается. Вокруг неё поднимается пар, а синее пламя обволакивает культю, в мгновение ока формируя очертания новой руки.

В бой бросается ещё один мужчина. Мана окружает его тело, образуя светящуюся броню. Движения дикие, словно у зверя, и поразительно быстрые. Он нападает сбоку. Даже тогда не двигаюсь с места, лишь глазами отслеживая траекторию удара.

За миг до столкновения коротким и мощным импульсом активирую [Затмение], высасывая краски из мира. Для такого уровня мана‐брони мне даже не нужно активировать глаза.

Его доспехи исчезают мгновенно, и кулак приземляется на мою щеку с нулевой силой. Кинетическая энергия атаки растворилась, полностью поглощённая мной.

Наши глаза встречаются.

Размахиваюсь для удара наотмашь, перенаправляя накопленную энергию и добавляя немного своей собственной. С интересом наблюдаю за бурлящей внутри силой, пока рука движется к лицу. Скорее всего, этого хватит, чтобы убить его на месте. Какая‐то часть меня действительно хочет это сделать. Замысел этой троицы слишком уж напоминает то, что произошло с нами совсем недавно. Но эта часть меня запрятана глубоко. То, что я чувствую сейчас, даже нельзя назвать настоящим гневом. Он припасён для кое‐кого другого.

Пусть последствия его убийства и возможные проблемы минимальны, решаю не рисковать.

Отвожу часть кинетической энергии назад, и вместо того чтобы взорваться, его голова остаётся целой, а тело отбрасывает в воздух, словно сломанную куклу. Пока он рушится на землю, использую Стойку Пульсара и двигаюсь непредсказуемо, уклоняясь от взрывов синего пламени от мага.

Добравшись до упавшего мужчины, который уже начинает подниматься, наношу удар ногой в грудь. Это ломает пару рёбер и снова отправляет его в полёт.

Но даже от этого моя нога оказывается едва не разорвана в клочья. В последнюю секунду он установил мерзкий барьер, нанёсший серьёзный урон.

Синее пламя мага замирает в воздухе вокруг меня, но я не обращаю на него внимания, бросая взгляд на только что пнутого мужчину – тот наконец‐то потерял сознание. Затем опускаю глаза на ногу, теперь почти лишённую плоти.

Пожимаю плечами. Тепловая энергия, которую я циркулировал, сгорает под кожей и подпитывает пассивную способность. Рана затягивается за несколько ударов сердца, и поворачиваюсь к магу огня. Даже сейчас продолжаю игнорировать третьего, который с самого начала пытался нарушить мой контроль над маной. Кажется, он готовит какую‐то масштабную атаку на основе маны.

Танец Призрака переносит меня к магу огня. Хватаю его за оставшуюся руку, чтобы вывести из равновесия, но, к моему удивлению, она отрывается. Его физические показатели и усиление тела оказались слабее, чем ожидалось.

Пока я в замешательстве смотрю на состояние его тела, он открывает рот, и оттуда мне в голову взрывается синее пламя. Этот огонь куда горячее всего, что он демонстрировал до сих пор. Прежде чем я успеваю должным образом настроить [Перераспределение], пламя подчистую сжигает кожу и плоть с моего лица, оставляя лишь голый череп и барьер вокруг мозга, который я поддерживаю постоянно.

Даже глаза исчезают, но я переключаюсь на отслеживание его сердцебиения и вибраций тела. Полностью поглощаю пламя и поворачиваюсь к нему лицом. Чувствую, как его сердцебиение учащается, когда он делает шаг назад. Внутри моего тела вспыхивает пламя, и кожа начинает заново отрастать от шеи вверх, снова покрывая лицо, прежде чем под ней загорается огонь для завершения исцеления.

Понимаю, что проявил беспечность. И всё же мне трудно по‐настоящему расстроиться. Вместо того чтобы проклинать себя, начинаю готовить меры, чтобы подобное больше не повторилось.

Глаза восстанавливаются, и смотрю на мага огня, всё ещё застывшего в моей хватке, пока я поглощаю кинетическую энергию от его движений. Ещё раз выпускаю лазероподобный поток пламени, отсекая ему обе ноги, а затем поворачиваюсь к третьему мужчине.

Над головой вращается бледно‐голубой ореол с парящей в центре сферой, переливающейся бледно‐голубыми, тёмно‐синими и фиолетовыми оттенками.

Он кричит что‐то о том, чтобы я остановился, если не хочу, чтобы мы все погибли. Не дав ему закончить фразу, появляюсь прямо перед ним и отбрасываю ударом ноги, одновременно используя ману для фиксации ореола и сферы на месте.

Частота вибраций сферы возрастает, и она начинает дико пульсировать в ровном ритме. Пространство заполняет пронзительный шум. Пыль и обломки поднимаются в воздух – кажется, дрожит сама атмосфера.

Наклоняюсь ближе, чтобы рассмотреть сферу. Ореол трескается, заставляя шар вращаться быстрее и сиять ярче.

Некоторые из находящихся неподалёку людей экспедиции быстро выстраивают вокруг меня массив и добавляют барьеры для сдерживания взрыва.

Радужка Мана‐Волн активируется, и я вглядываюсь глубоко в сферу.

За миг до взрыва тянусь к ней с помощью [Затмения] и беру под контроль. Подавляю и душу её. Сфера замирает, а затем рассыпается, словно песчаный ком. Вся запертая внутри мана падает на землю, ниспадая водопадами бледно‐голубых частиц.

Бросаю взгляд на окружающие барьеры и массив. Делаю несколько шагов вперёд и вызываю колебания маны вокруг себя, проходя сквозь них так, будто их и нет. Ещё через несколько шагов добираюсь до создателя сферы. Его уже окружили остальные участники, привлечённые стычкой. Он смотрит на меня снизу вверх, сжимая рану, полученную от моего удара.

Вокруг поднимается пронзительный звук. Два коротких всплеска кинетической энергии пробивают его защиту и взрывают обе ноги.

Пока он кричит, замечаю неподалёку местного Проводника и окликаю его:

"Они повесили мерзкие метки на Дункана. На тебе есть две такие же, и как минимум на ещё одном Местном Проводнике."

Больше ничего не говоря, разворачиваюсь и ухожу.