Вы когда-нибудь смотрели сериал «Клиника», где у них в одной серии был туалет на крыше? Они назвали это эпизодомом «прозрения».

Это был субботний вечер и у меня было собственное прозрение, только я не сидел на унитазе. Я согнулся над ним и выблевал всё, что было в моём желудке.

Было далеко за час ночи. Черт, я не могу сказать точно, который час. Я был в доме своего приятеля Майка, закатившего пьянку. Это было то, что я делал почти каждую субботу вечером.

Меня зовут Остин Причер(проповедник). Да, именно так. Все мои друзья зовут меня просто Причер. Завтра мне исполняется девятнадцать, так что я праздновал свой день рождения сегодня. Но это не значит, что мне нужна причина, чтобы напиваться.

Нет, я ещё не в том возрасте, чтобы мог пить, но.. Я, сука, пью. Достаточно ли я взрослый, чтобы свернуть косяк? Конечно, нет. Но скажи это мешочку с "золотом" лежащему на столе в моей комнате.

С тех пор, как я закончил среднюю школу, я потратил год впустую, прожигая свою жизнь. Я играл в видеоигры весь день, каждые выходные бухал, а если появлялась какая-то женщина, то ловил и трахал.

Другими словами, я худший кошмар родителей. За исключением того, что у меня только один родитель. Тот факт, что мой отец допился до интоксикации организма, когда мне было двенадцать, похоже, не отпечатался в моем мозгу.

Моя мама старалась. Она очень старалась вернуть меня назад. Честно говоря, я никогда не прислушивался ни к одному слову, сказанному ею.

Нет, я не назову вам ее имени. Я никогда не называл ее по имени, так почему должен делать это сейчас? Она всегда была просто мамой. Нет, я никогда не смотрел на нее в сексуальном плане. На самом деле, она не была девушкой моего типажа.

В ту ночь, когда я, спотыкаясь, брел по коридору обратно в свою комнату, в моем мозгу, затуманенном алкоголем, я услышал звук, который не мог определить. Я оглядел темный зал.

Прислонившись к стене возле маминой комнаты, я снова услышал этот звук. На этот раз я знал, что это было. Рыдание. Оно доносилось из маминой комнаты и заставило меня остановиться.

-Пожалуйста, Боже! - услышал я ее мягкий голос. -Не забирай его у меня, это все, что у меня осталось!

Я опустился на пол у стены, прислушиваясь к разговору, которого никогда не должен был услышать, но! Обязан был. Моя мать, мягко умоляющая не забирать того, кто ей дорог.. меня.

Ни одной просьбы не было для нее. Не одной! Она умоляла и умоляла сохранить мне жизнь. Она даже не говорила ни об алкоголе, ни о наркотиках, ни о сексе. Она говорила о своем одиночестве и о том, что скучает по моему отцу, и мире, каким он был до выпивки.

Я едва поднялся на ноги и, спотыкаясь, добрался до своей комнаты, когда почувствовал горячие слезы на своих щеках. Впервые за свои девятнадцать лет я осознал не то, что я делал с собой, а то, что я делал с ней.

Когда я проснулся около полудня следующего дня, мне казалось, что голова вот-вот слетит с плеч от похмелья. Мой живот болел и ощущалось, что я совсем не спал.

Когда я вылез из постели, все еще одетый во вчерашнюю одежду, я наконец-то смог увидеть и почувствовать себя. Боже. От меня воняло потом и рвотой, а в моей комнате запах был ещё хуже. На полу, рядом с моим игровым креслом, были разбросаны грязные тряпки и недоеденная еда. Это было одно из самых отвратительных зрелищ, которые я когда-либо видел. И причиной был я.

Я тут же снял с себя всю одежду стоя там. Я не мог носить ее ни секундой дольше. Недолго думая, я направился по коридору в душ. Была суббота, но я знал, что мама взяла дополнительную дневную смену.

Господи, сколько выходных она работала дополнительно, чтобы оплачивать наши счета?.. - подумал я, когда направлялся в душ. После душа я вернулся в свою комнату и, черт возьми, не смог найти чистую пару брюк или рубашек. В боксерах я медленно собирал с пола остатки своей грязной жизни и направился обратно в коридор.

Мне потребовалось больше нескольких минут, чтобы понять, как работает эта блядская стиральная машина. Она была настолько плохой, что я отошел от нее на три шага, когда понял, что даже не положил моющее средво.

Когда с одеждой закончили, я начал убирать свою комнату. Боже, чтобы вынести мусор, понадобился целый ккухонный мусорный мешок. Это всё делала мама? Терпела ли она это снова и снова, пока я, не обращая внимания, сидел перед своей консолью?

Когда мне, наконец, удалось добраться до пола в своей комнате, я сразу отправился на поиски пылесоса. Я и не знал, что она держит его в шкафу с бельем. Черт, я даже не знал, что это была стойка. Я понял, как заставить его работать и провел следующие полтора часа за уборкой загона для свиней, который я называл комнатой.

К половине второго я уже был в чистой рубашке и джинсах, и я действительно мог считать свою комнату снова пригодной для человеческого жилья. Я спустился вниз, направляясь на кухню, потому что мой уже пустой желудок вел меня туда. Я вытащил из холодильника тарелку с оставшейся едой и засунул её в микроволновку.

Стоя там, я оглядел раковину с посудной и стол, заставленный маминой кофейной чашкой с пепельницей.

Мне просто казалось самым естественным продолжить то, что я начал в своей комнате. На самом деле, на этот раз я был удивлен, когда всего через полчаса находился на чистой кухне.

Я взглянул на часы, они пробили три, а значит мамина смена скоро закончится. Должно было быть что-то еще? Я бродил по дому, просто "расматривая" всё. Гостиная была убрана и прибрана. Боже, как давно я здесь не сидел?

Маленькая столовая была завалена мамиными бумагами. Я постоял немного, глядя на открытые конверты. Счет за электричество, счет за воду, счет за мобильный телефон. Боже, сколько мы заплатили? Я попытался подсчитать числа, но головная боль всё ещё мучала меня, так что я оставил это.

"Чертовски уверен, что это больше, чем она получает. " - подумал я. Мне нужно было потом как-нибудь исправить это.

Я решил почистить свою машину. Ее состояние, должно быть, даже хуже моей комнаты. Я вышел через парадную дверь и пересек подъездную дорожку. Прошел метров десять, прежде чем увидел лужайку.

Черт возьми, я увидел. Это были проклятые джунгли с проросшими повсюду сорняками и высокой травой рядом с домом. Я посмотрел по обеим сторонам двора на ухоженные газоны соседей. Думаю, что маме должно быть стыдно даже смотреть им в глаза.

Я направился в гараж и нашел газонокосилку, спрятанную в углу. Я рылся, пока не нашел немного старого бензина и завел этого зверя. Должен признаться, сначала я думал, что от шума мой мозг расплавится, но через некоторое время вибрация и гул оказали почти успокаивающее влияние.

Я почувствовал, что начинаю потеть уже после нескольких поворотов по двору. "Теряешь форму, мудак." - подтрунивал себя. Сняв рубашку, я стиснул зубы и продолжил толкать зверя.

Я закончил заднюю часть и косил вдоль стены гаража, даже не замечая, как время шло. Из-за газонокосилки я не услышал, как мамина машина въехала на подъездную дорожку. Я вышел из-за угла гаража как раз в тот момент, когда мама шла к дому. Она остановилась как вкопанная и уставилась на меня.

-Остин.. - ее голос был едва слышен.

Я потянулся и вырубил косилку. Я видел, как ее глаза были похожи на огромные блюдца, когда я подошел. Она как будто смотрела на незнакомца.

-Привет, мама. - сказала я почти смущенно.

-Что... - она взглянула на скошенные части двора. -Остин... - снова обратилась она.

-Пора поработать с нагрузками. - мягко ответил я.

Я не смог удержаться от этой подростковой бравады, выпячивая обнаженную грудь. Я занимался спортом в старшей школе и всегда гордился своим телом.

-Да и не помешает привести себя в форму для девчёнок. - Я напряг мышцы и попытался улыбнуться.

Мама просто стояла и смотрела. Ее глаза скользили вниз по моей потной груди, а затем возвращались к моему лицу. На этот раз было больше, чем просто удивление и шок, там тлело что-то еще, чего я никогда раньше не видел.

-Почему бы тебе не пойти и не принять душ? - мягко спросил я. -И не беспокойся об ужине, он накрыт.

-Ты Остин.. верно? - тихо спросила мама.

-Да мама, это я. - Я посмотрел в ее растерянные глаза. -Тот самый бездельник и засранец Остин, которого ты знаешь.

Она открыла рот, чтобы заговорить, но я перебил ее.

-Я знаю, нельзя так говорить, - Я улыбнулся ей и мягко сказал -Но ты не можешь отрицать правду.

Наклонившись, я нежно поцеловал ее в лоб и почувствовал запах духов. Почему я раньше его не замечал?

-Ладно, ты иди пока в душ, а мне нужно закончить. - Сказал я и прежде чем она успела ответить, вернулся к косилке.

К тому моменту, как я закончил и запихнул косилку обратно в гараж, сопливый пацан, разносящий пиццу был уже здесь. Когда я вошёл на кухню то увидел, как мама стояла и смотрела на коробку на столе.

-Как...? - она посмотрела на меня.

-Я продал свои вещи Бенни. - тихо ответил я.

Я видел шок, отразившийся на лице мамы. Я продал свою заначку, самое ценное, что у меня было, чтобы купить пиццу. Я мог видеть все вопросы в ее глазах, но я не мог смотреть ей прямо в глаза.

— Мне нужно принять душ, — пробормотал я.

-Остин. - ее мягкий голос остановил меня на полпути через кухню.

Когда я повернулся к ней лицом, она скользила через комнату ко мне. Нет, не ходила. Эта пятифутовая(150см) женщина скользила. Ее маленькая рука поднялась и легла мне на грудь и я почувствовал, как забилось мое сердце, когда ее кожа коснулась моей. Я стоял как вкопанный не понимая, что происходит.

-Не.. принимай душ. - мягко сказала она.

Я посмотрел на нее озадаченно. От меня несло потом и скошенной травой. Я посмотрел вниз и увидел, как один из пальцев провел по капле пота на моей грудной мышце.

-Мне нравится… - ее голос звучал подобно приглушенному шепоту.

Я не удержался, наклонился и снова нежно поцеловал ее в лоб.

-Иди, садись, я принесу тарелки. - тихо сказал я.

Мы ели молча. Мама то и дело поглядывала на меня, столько вопросов было в ее глазах. Я и сам не знал, и половины ответов, поэтому был рад, что она не спрашивала.

Она направилась в гостиную, а я занялся кухней. В тот момент я немного растерялся. Я не присоединялся к ней в гостиной со старшей школы. Я поднялся в свою комнату и попытался поиграть в пару видеоигр.

К тому моменту, когда время приближалось к десяти, у меня уже болели мышцы и проявилась усталость. Это был долгий день. "Первый день." - подумал я. Был субботний вечер, я был трезв и был дома.

Я разделся до боксеров и попытался расправить несчастные простыни, когда в мою дверь тихо постучали.

-Остин. - Мягкий голос мамы раздался из-за двери.

-Заходи, мам. - позвала я ее.

Я отвернулся от кровати и увидел, что она стоит у почти закрытой двери и смотрит на меня. Я мог видеть ее светлые волосы, собранные в конский хвост, подчеркивающий ее ясные голубые глаза.

На ней была старая коричневая сорочка, я мог видеть потрёпанный подол. Снова навеялись мысли о том, скольким она пожертвовала для нас.. для меня.

Я стоял молча, наблюдая за ее глазами, когда они смотрели на меня. В ее взгляде определенно было что-то другое, когда она скользнула взглядом от моего пресса вверх по моей груди. Затем она снова посмотрела на меня, встречая мой взгляд.

-Ты точно Остин?... - мягко спросила она.

-Новый ребенок Остина Пауэрса. - сказал я, вспоминая старый банальный фильм и пытаясь поднять ей настроение.

Мама лишь растерянно посмотрела на меня. Я знал, что рано или поздно мне придется столкнуться с вопросами. Я присел на край кровати и погладил место рядом.

Нерешительная мама подошла и села рядом со мной. Какое-то время она продолжала смотреть на меня.

-Что происходит? - спросила она в тишине.

-Я.. Я слышал тебя.. прошлой ночью. - Это был единственный ответ, который я мог дать, глядя на свои руки.

-О Боже. - прошептала мама.

-Все в порядке, мама. - Я посмотрел на нее. -Ты была права. Не знаю, почему и как, но.. пора взрослеть. - мягко сказал я.

Мама просто сидела и смотрела на меня, ее глаза искали мои. Я попытался выразить словами то, что чувствовал со вчерашнего вечера, но никак не мог найти нужные слова. Обычно я предпочитаю действовать, а не говорить.

-Я знаю, что не был прекрасным сыном. - вздохнул я. -Прости за то, что причинил столько боли.

-Ш-ш-ш. - ответила мама, прикоснувшись к моему голому бедру. -Я тебя люблю. - прошептала она.

-Я тоже люблю тебя. - я посмотрел ей в глаза. -Теперь всё будет по-другому.

Мама наклонилась. Я сидел как скала, когда ее губы коснулись моих. Мне казалось, что от моих губ к паху пробежал небольшой электрический разряд. Какого черта?

У мамы было выражение удивления в глазах, когда она откинулась назад. Ее глаза скользнули вниз на растущую выпуклость в моих боксерах. Я хотел провалиться сквозь землю.

-Я лучше вернусь в постель. - мягко сказала мама.

Когда я смотрел, как она выходит из моей комнаты, казалось, что мои глаза не подчинялись мне. Я просканировал ее стройные ноги до маленькой тугой попки под сорочкой. Она и вправду не соответствовала моему типажу, но я также не мог отрицать небольшую волну крови, которая хлынула в мой уже твердеющий член.

Я зарылся под одеяло и изо всех сил старался прогнать эти мысли, пока сон захватывал мое усталое тело. Я не мог поверить, что так думал о своей маме, должно быть, это было похмелье от выпивки и наркотиков.

За следующую неделю я был полностью выжат. Я имею в виду буквально. У меня была дрожь, потливость — ломка. Каждый раз, когда я хотел направиться к Бенни, я слышал звук маминых слез. Если вы когда-нибудь встанете на эту дорогу, то поверьте мне, будет ужасно.

Интересно было то, что по прошествии недели в маме также произошли небольшие изменения. Она касалась меня всё больше. Касалась моих рук или груди. Делала мне лёгкие поцелуи в свободное время. А когда она прошла через кухню в джинсах и майке, я думал, что в тот же момент кончу.

-Что? - тихо спросила она, пока я смотрел на нее.

Боже, она чудесно выглядела. Где скрывалось это тело? При росте чуть более пяти футов четырех дюймов(162 см), она весила всего сто двадцать пять фунтов(56 кг). Добавьте тугую попку, обтянутую джинсами и майку, натянутую на пару 36B(вроде бы 2 размер). Возможно, раньше она не была моим типажом, но она стремительно продвигалась в этом направлении.

-Ничего. - пробормотал я, отводя взгляд.

Следующий день был примерно таким же. На ней были узкие джинсы с пайетками(блёстки) на задних карманах. Я никогда раньше не видел этих джинсов, но видимо, у нее был гардероб, которого я раньше не замечал.

За несколько часов я мог бы нарисовать узор пайеток с закрытыми глазами, так как не прекращая пялился на ее задницу.

Мы сидели за маленьким кухонным столом и ели бутерброд на обед. Мама говорила о работе. Я, честно говоря, мало что слышал. Не из-за выпивки или похмелья, а из-за того, что мои глаза продолжали опускаться.

На этот раз на ней была легкая бледно-желтая блузка, так как было чертовски жарко. Материал был настолько тонким, что я мог сказать, что на ней не было лифчика. Я с трудом мог видеть намек на темные ареолы сквозь ткань, когда её груди качались.

-Остин... - но я не слышал. - Остин… - снова заговорила она. Боже, я просто сидел там, как столб. Тонкий палец вышел и коснулся нижней части моего подбородка, поднимая мое лицо вверх.

-Мои глаза здесь, милый. - тихо прошептала мама.

-Извини. - пробормотал я, когда мои щеки залились румянцем.

-За что? - спросила мама, вставая со стула, чтобы собрать тарелки. -Как ты думаешь, почему я это ношу? - она посмотрела мне в глаза.

Я был ошеломлен. Была ли она одета для меня или это была какая-то награда? Что, черт возьми, происходит? Я встал и направился к воротам гаража, мне нужно было сделать некоторые работы во дворе. Жарко было или нет — это никуда не денется

-Остин.. - раздался мамин голос со стороны раковины, где она стояла.

Я повернулся и посмотрел на нее, но она смотрела на тарелку, которую держала в руке.

-Сними рубашку.. пожалуйста - тихо прошептала она.

Я вышел на задний двор, взял грабли и взглянул на кухонное окно. Мама стояла у раковины, ее глаза были прикованы ко мне. Честно говоря, я не знаю, что на меня нашло в тот момент, но я поставил грабли и медленно снял футболку.

Хорошо, признаю, я девятнадцатилетний парень. Я поиграл мускулами и устроил небольшое шоу, подавайте на меня в суд. Мама была не единственной, кто любил, когда ее оценивали.

Следующие пятнадцать минут или около того я работал во дворе. Я нагибался, чтобы натянуть джинсы вокруг ягодиц. Или слегка поворачивался лицом к окну, когда моя грудь блестела от пота. Я мог видеть маму, стоящую у раковины и не двигающуюся.

Внезапно я понял, что она ушла. Ну что-ж, этого наверное достаточно. Позже, когда я вернулся в дом, я решил быстро принять душ, а потом, может быть, попробовать поиграть в какие-нибудь игры.

Проходя через гостиную, я увидел маму, сидящую на диване. Что-то заставило меня остановиться и посмотреть ей в лицо. Я мог видеть слезу, бегущую по ее щеке.

-Что случилось? - спросил я, подходя к дивану.

-Мне так.. жаль. - тихо всхлипнула мама.

-За что? - Я опустился на диван рядом с ней, забыв о душе.

-Я не смогла.. остановиться. - мягко сказала она.

Я не мог понять, что она сделала такого неправильного. Когда я посмотрел на нее, мне вдруг пришло в голову, что на ней были другие джинсы, а не те, что с блестками.

Я присмотрелся к ее лицу. Да, на ее щеках все еще был тот красноречивый румянец. Будучи экспертом в этой дисциплине, я знал.

-Ты.. ты мастурбировала? - мягко спросил я.

-Да. - выдохнула мама. -У раковины. - Она повернулась и посмотрела мне в глаза.

В ее глазах я увидел смесь стыда и желания. Это происходило и со мной, ведь она была больше, чем просто моя мама. Больше, чем просто машина для уборки или приготовления пищи. Она была женщиной. Из всего, что я мог вернуть ей, возможно, это были прикосновения.

Я наклонился и мягко коснулся ее губ своими.

-Приятно, когда тебя ценят. - улыбнулся я.

-Остин… взмолила она.

-Пойду приму душ. - спокойно сказал я.

Поднявшись с дивана, я посмотрел на маму. Я видел напряжение на ее лице, но еще больше я мог видеть, как ее соски торчали из тонкой ткани кофточки.

-Ты знаешь, - мягко сказал я. - Мне нужно быть осторожнее. - Мама посмотрела мне в лицо. -Я частенько забываю закрывать дверь в ванной. - почти прошептал я.

Не дожидаясь ответа, я направился к лестнице. Забрав свежую сменную одежду из своей комнаты, я направился в маленькую ванную в конце коридора. Я взял за правило оставлять дверь наполовину открытой. Возможно, это было неправильно, но безработный бывший наркоман мало что мог дать своей матери. Если бы это принесло ей счастье, я бы сделал все, что мог.

Я специально игнорировал полуоткрытую дверь или тот факт, что стекло в душевой кабине было чистым. Спустя некоторое время я почувствовал, как кто-то за мной наблюдает. Когда я покосился на дверь, я увидел маленькую мамину фигуру, когда она прислонилась к дверному проему.

На самом деле она была не в душе, а просто у двери. Вероятно, в своё оправдание, она всегда могла заявить, что никогда не заходила в душ. Я про себя улыбнулся этой логике.

Стоя почти боком к двери и зная, что она мало что может увидеть, я глубоко вздохнул и шагнул под теплый душ, намочив волосы. Я медленно повернулся, пока не остановился лицом к двери. Я ориентировался по маминым тихим вздохам.

Мои руки были вытянуты, я начал мыть волосы шампунем, позволяя грудным мышцам согнуться. Я мог чувствовать, как теплая вода стекала вниз по моему телу. Думаю, у нее уже должен быть полный вид.

Я смыл шампунь и протёр глаза от воды. Когда я взглянул на дверь, я испытал шок всей своей жизни. Моя мать стояла, все еще прислонившись к двери, только теперь ее блузка была расстегнута и свободно висела на ее плечах. Одна рука обхватывала то, что я должен был признать, было чертовски красивой грудью.