Она расстегнула джинсы и просунула внутрь тонкую руку. Я мог видеть, как слегка движется ее запястье, а глаза были прикованы к моему паху. Я не знаю, боялась ли она смотреть мне в лицо или это просто завораживало ее.

Мне все равно кто ты, но у меня есть для тебя новость — твое мужское эго получает огромную поддержку от того, что женщина мастурбирует, глядя на тебя. Даже если эта женщина — твоя почти сорокалетняя мать. Может быть, из-за этого социального табу это чувствовалось даже сильнее.

В любом случае, я чувствовал, как кровь стекает мне ниже пояса и я ни черта не мог сделать, чтобы остановить это. Я подумал о том, чтобы отвернуться, когда мой член начал набухать.

"Нет, черт возьми! Ты сам пригласил ее, теперь смирись с этим!" - я упрекнул себя.

И вот так я стоял там под теплым душем. Мой член медленно утолщался, неторопливо поднимаясь, а моя мама наблюдала.

Она сжимала грудь, перебирая твердый сосок между большим и указательным пальцами, когда я увидел, как дрожь пробежала по ее телу. Я ничего не мог с собой поделать, мне было интересно, сколько пальцев она зажала в эту мокрую киску и эта мысль заставила меня вздрогнуть.

Я смотрел, как ее глаза медленно перемещаются вверх по моему мокрому телу, когда она встретилась со мной взглядом, ее глаза расширились, когда она поняла, что я тоже смотрю на нее. Я молча смотрел на нее, когда моя рука опустилась на талию.

Я не смог подавить хлюпанье, когда моя рука обхватила теперь пульсирующий член. Я не был даже на полпути к собственному оргазму, когда увидел, как мама начала внезапно трястись и дрожать. Я услышал тихий стон, когда она испытала оргазм прямо передо мной.

У меня было столько женщин, что я даже не смогу вспомнить точную цифру. У большинства я даже не мог вспомнить имени. Но не смотря на весь этот опыт, это была самая эротическая вещь, которую я когда-либо видел.

Как только ее тело начало ослабевать, на ее покрасневшем лице отразилась паника. Она высвободила руки и обернула блузку вокруг тела. Не говоря ни слова, она исчезла за дверью. Ну, а я пока ещё не закончил.

Я стоял в душе и медленно дрочил на образ моей матери в агонии оргазма. Я выжал самую большую порцию в своей жизни на чертову стену душа, пока мои колени не почувствовали, что они подгибаются.

Я принял душ и в боксерах вернулся в свою комнату. Дверь мамы была закрыта и я мог поклясться, что услышал тихий плач с другой стороны. Я думал о том, чтобы постучать, но, похоже, еще не время. Будь я прежним, наполовину пьяным или под кайфом, я бы уже был по уши в девчонке. Но всё было по-другому и я почувствовал то, чего раньше не мог. Любовь.

Три дня маме удавалось избегать меня, это сводило меня с ума. Я оставлял дверь душа открытой, но никаких ответных визитов. Я ходил без рубашки, но она быстро уносилась из комнаты, где я был.

Она даже ничего не обсуждала. Каждый раз, когда я пытался начать разговор, она снова уходила из комнаты. К концу третьего дня мне было достаточно. Ужин кончился и вместо гостиной мама снова ушла в свою комнату. Я стоял за дверью в холле, пытаясь отрепетировать все, что хотел сказать, но это только еще больше меня злило.

К черту это, подумал я. Хорошо, я признаю, что не тактичный человек и никогда им не был. Я предпочитаю откровенную честность танцам вокруг яичной скорлупы. Я даже не постучал, а просто повернул ручку и вошёл в ее комнату.

Я был в двух шагах, прежде чем увидел маму. Я замер на месте, когда она сама застыла в шоке, стоя перед комодом. В одной руке она держала поношенную сорочку, которую обычно надевала для сна. Меня остановило не это. Дело в том, что на ней были только бледно-голубые короткие трусики для мальчиков. Они располагались высоко на ее бедрах и обхватывали изгибы ее маленькой попки.

-Остин! - голос мамы прозвучал громче обычного.

-Боже.. -прошептал я, когда мои глаза увидели ее.

Ее загорелая кожа на руках, от дневной работы, плавно перетекала в бледную у плеч и гладким блеском спускалась к изгибу груди. Для сорокалетней женщины, её грудь была фантастической. Черт, это был самый сок. Выступающая перед ней твёрдость, была идеальной формы и размера, чтобы взять ее в руку и поднести ко рту.

Животик у нее был плоским и подтянутым. Ее маленькая круглая задница виднелась сзади. Изгиб, идеально подходящая для сиденья на моих коленях. Когда она испуганно обернулась у двери, я увидел хорошо обрезанную темную букву V под тонкой тканью ее трусиков. Ее бедра были упругими и подтянутыми, как у танцовщицы, и я наблюдал, как они дрожали, когда она перекладывала свой вес с ноги на ногу.

Каждое слово, которое я практиковал, моментально стерлось из моего головы. Я просто смотрел с открытым ртом на маму, стоящую всего в нескольких шагах от меня. Забудем, что она была моей мамой. Она была чертовски великолепна, почему я никогда это не замечал?

Она медленно начала поднимать руку, собираясь придерживать старую сорочку перед собой, чтобы спрятаться за ней.

-Не надо. - выдавил я.

Мама склонила голову набок, в глазах ее появилось удивление. Я видел, как ее глаза скользнули вниз, а затем снова поднялись. Черт возьми, она, должно быть, увидела растущую выпуклость на моих джинсах.

-Боже мой, ты прекрасна! - сказал я, подойдя ближе на два шага.

Мама прошептала: -Остин.. - когда я приблизился к ней. Тем не менее, она не пыталась прикрыться.

-Это неправильно.. - прошептала мама. -Мы не можем.. Мы не должны.. - она, казалось, запиналась на словах.

Теперь я стоял прямо перед ней, ее глаза были прикованы к моим и она будто забыла, что передо мной почти голая.

-Ты и вправду не понимаешь. - мягко сказал я.

Мама просто молча стояла передо мной. Я видел, как ее груди вздымались и опускались, когда ее дыхание участилось. Ее щеки были раскрасневшими, губы слегка приоткрыты.

-Ты красивая мама. - прошептала я. И я имел в виду всю её.

Наверное, она все это время обходилась без секса. Я привык трахаться на вечеринках по выходным. Это всегда было так просто: девушки были либо пьяны, либо под кайфом, как и я. Но я сомневаюсь, что мама действительно была тем, что я считал "скрытой красавицей". За выпивкой и косяками я просто никогда не замечал женщину, которая жила в моем доме.

В этот момент что-то щёлкнуло в моей голове. Я был не единственным алкоголиком, с которым ей приходилось иметь дело. Жизнь и раньше была для нее не лёгкой. Сомневаюсь, что папа говорил комплименты.

-Нет, никакого алкоголя. - мягко пояснил я. - и никаких наркотиков, которые затуманивают мой разум, мама. - Я оглядел ее теперь дрожащее тело. -Но черт возьми, ты горячая женщина.

Хорошо, это было не совсем романтично. Как я уже говорил, я никогда не был из тех, кто использует причудливые или красочные слова в подходящий момент, но я всегда был честен.

Глаза мамы стали ещё больше.

-Ты не должен такое говорить.. - прошептала она.

-Ты права. - ответил я. -Я не должен такое говорить, - моя голова начала опускаться, -я должен показывать.

Действие всегда было для меня в приоритете.

-Остин… о боже! - Застонала мама, когда мой горячий рот поглотил её твердый сосок.

Бросив сорочку на пол, она ухватилась за край комода одной рукой, а другой приподнялась и схватила меня за затылок.

-Мы не должны.. Ох, малыш.. - выдохнула она, когда я покрутил языком ее каменный сосок

Мама продолжала вздыхать. Почему мы не должны делать то, с чем она явно не боролась? Я протянул руки и обхватил обе ее груди. Боже, они идеально лежат в моих ладонях.

Я осторожно повернулся и прислонил ее спиной к стене. Пока мой рот перемещался от одной груди к другой, я очень медленно двигал ее назад от комода, пока она не остановилась у края своей кровати.

Я не Казанова, но у меня большой опыт общения с женщинами. Больше, чем любой мужчина должен иметь в девятнадцать лет. Я откинул ее на спину, чтобы медленно сесть на край кровати. Опустившись на колени между ее расставленными ногами, я спустил ее трусики до щиколоток. Все это время я оставлял на ее животе дорожку из нежных влажных поцелуев.

-Остин, что ты?.. о Боже, Остин.. мы не должны!.. - бормотала мама надо мной. Ее рука все еще держала мою голову, не делая никаких реальных усилий, чтобы остановить меня.

Чем ниже я спускался, тем сильнее чувствовался ее мускус. Мне казалось, что я накурился. Боже, один только ее запах прошел через меня, как наркотик. Я должен был попробовать ее. Я не мог зайти так далеко и не сделать этого.

Мои губы коснулись ее холмов и щекотали букву V, которая вырезалась над ними. Ее рука держала мою голову сзади, но все равно не сопротивлялась.

-Остин.. Ты не должен.. Я же твоя мать!.. Ох.. - она с трудом вздохнула, когда мое горячее дыхание коснулось ее влажных губ.

На самом деле, она не была слегка влажной. Черт, она была чертовски мокрой. Я мог видеть капли влаги, прилипшие к ее набухшим губам. Мама была так взволнована, что чуть не капала.

У каждой киски свой вкус и консистенция. Я это знаю, богатый опыт. Так же, как их мускус имеет разный запах, каждая из них имела разный вкус. Некоторые были терпкие, некоторые горькие, а были и такие, что ты даже не понимал, что это киска.

Если честно, у мамы была такая, которую я считал самой сладкой. Если, конечно, сравнивать из тех, в которые я когда-либо имел удовольствие проникать своим языком. Ее нектар был густым, как мед, когда он покрыл мой язык, а его вкус был почти сладким для моих вкусовых рецепторов. Забыв о самой любви к этой женщине, я мог бы лакомиться ею часами.

Ее пальцы зарылись в мои волосы, а мой язык скользнул между ее нижних губ и проник внутрь. Я слышал, как она тяжело дышала, когда я вычерпывал густые сливки языком и втягивал их в рот.

-О, Боже.. О Боже! - выдохнула мама надо мной. -Я попаду в ад.. - прошептала она.

Отстранив лицо, уже скользкое от ее соков, я посмотрел на нее.

-Нет, мама, - прошептала я. -Я унесу тебя на небеса.

Моя голова упала между ее непристойно раздвинутых бедер, когда я вонзил свой язык в нее так глубоко, как только мог. Я почувствовал, как ее маленькие ножки оторвались от пола и обхватили мою голову. Я действительно чувствовал, как ее пальцы на ногах начинают сгибаться, когда она прикасалась к моим бокам.

-Остин, ты должен остановиться!.. Ох.. Малыш, я больше не могу! - простонала мама надо мной.

Я знал, что происходит, ибо чувствовал это в дрожи ее мягких бедер, когда она сжимала мою голову. Оно приближалось. Я покачал головой между ее ног, не только говоря ей, что не собираюсь останавливаться, но и позволив кончику языка хлестнуть по ее набухшему клитору.

-Остин… О черт… Я почти.. Почти! - громче застонала мама.

Затем все ее тело напряглось на кровати. Я почувствовал, как она начала почти вибрировать, когда ее пальцы зарылись в мои волосы. Этот, почти отчаянный, плач наполнил спальню, когда мама нашла свое освобождение.

-Кончаю! - завопила мама, когда ее тело сотрясалось в конвульсиях.

Горячий поток густой жидкости наполнил мой рот, а я стал сосать еще сильнее. Я почувствовал, как ее живот напрягся у моей макушки, когда второй поток хлынул мне в рот.

Я проглотил ее мед, чувствуя, как он стекает к моему горлу. Он обволакивал мой язык, опьяняя меня своим вкусом. Я никогда ни у кого не вылизывал так сильно, как сейчас это делал с её пульсирующей киской.

Пока её тело медленно спускалось с небес, я откинул голову назад. Ее руки разжали мои волосы и безвольно упали на ее бока. К тому времени, как я опустился перед ней на колени, она тяжело дышала. Малиновый оттенок красного распространился от ее щек вниз, чтобы покрыть верхнюю выпуклость ее груди. Я просто стоял на коленях и ждал, пока она отдышится, наблюдая. Голова ее поникла, она молча смотрела в пол.

Мамины руки не спеша направились к ремню на моих джинсах. Ее тело плавно поднялось, когда она посмотрела мне в глаза. Это не был взгляд матери. Это был взгляд горячей женщины, которая смотрела на меня сверху вниз. Я медленно поднялся на ноги и встал перед ней, наблюдая.

-Я не была с мужчиной три года. - ее голос больше не был шепотом сомневающейся женщины, на этот раз она говорила ясно и обдуманно. -Когда ты.. вернулся, я начала что-то чувствовать. - Ее руки играли с застежкой на моих джинсах. -Когда ты начал "замечать" меня, мне было приятно. На меня давно так не смотрели.

Ее пальцы ловко расстегнули кнопку на моих джинсах, а затем схватили замок моей молнии.

-Я хочу тебя, Остин… больше, чем я хотела любого мужчину за очень долгое время. - Я почувствовал, как медленно расстёгивалась молния. -Если это произойдет, пути назад уже не будет.

Она расстегнула мои джинсы и я почувствовал, как её палец провел по выпуклости моего члена, скрытого под боксерами.

-Я буду твоей мамой, - заговорила она тихим шёпотом. -Я также буду твоей женой… и твоей любовницей. - в голосе послышалась дрожь. -Выбор остаётся за тобой. - и посмотрела на меня.

Выбор был за мной. На этот раз решение будут принимать не выпивка или наркотики, это буду я. Могу ли я посвятить себя этому?.. Могу ли я посвятить себя ей?

Я наклонился и убрал ее руки со своих джинсов. Не говоря ни слова, я повернулся и вышел из ее спальни. Знаю, она могла подумать, что я ей отказываю, но в тот момент я не мог доверять своему голосу.

Сказать что-то не приходило мне в голову и я, как всегда, позволил своим действиям говорить за меня. Прошла всего минута и я вернулся в спальню. Мама не шевелилась, я думаю, она просто сидела в шоке, решив, что я только что отверг ее.

Когда мама увидела, как я возвращаюсь, ее глаза расширились. Она видела, что я был полностью обнажённ, а мой толстый член подпрыгивал передо мной, когда я снова занял свое место перед ней.

-Остин… - тихо сказала она, поняв мой ответ.

Ее взгляд упал на мою руку, в которой я держал небольшой пакет из фольги. Я не только разделся, но и забрал резинки со своей комнаты.

Мама протянула руку и взяла маленький пакет с моих рук, рассматривая. Она посмотрела на меня и впервые на ее лице появилась улыбка.

-Выбрось их. - сказала она хриплым голосом.

-Что? - Я был в замешательстве, разве мы не собирались заняться любовью?

-Ты больше никогда их не наденешь, только не со мной. - ответила мама. Ее рука сжалась в кулак, скомкав пакет.

-Мама… - все, что я выдавил из себя, прежде чем огонь вспыхнул в моих глазах.

-Только так. - ответила она, швыряя пакет в маленькую корзину для мусора, стоящую рядом с комодом.

Я хотел сказать, что у нас будет незащищённый секс. Хотел сказать, что нам нужно быть осторожными. Быть более ответственными. Вместо этого я мог только стонать от удовольствия, когда горячий рот одним плавным движением поглотил почти восемь дюймов(20 см) члена.

Мои глаза чуть не закатились, когда ее губы скользнули по моей длине. Бля, как такая маленькая женщина могла?.. Куда это поместилось? Но, если честно, мне было плевать, потому что жар окружил весь мой пах.

-Чё-орт.. - я на миг подавился, когда ее голова начала качаться вверх и вниз по мне.

Губы скользили по всей длине моего ствола и каждый раз, когда мамина голова откидывалась назад, ее язык кружился вокруг чувствительного кончика. Ее рука обхватила мои яйца и помассировала их, когда пылесос опустился на мой член.

Скажу вам прямо, у меня было чертовски много минета. Некоторые делали хорошо, некоторые отстойно. Бывали даже такие, кто делал великолепно. Но все они были любителями по сравнению с той, что пронзала мое тело следующие десять минут.

Я мог только дрожать и трястись, когда профессионал сосал мой член. Ее нос утыкался мне в пах, когда она глубоко заглатывала меня снова и снова.

-О, черт.. Мама.. Дерьмо.. Боже.. - Я всё стонал, когда она дразнила меня, а затем доставляла мне море удовольствия.

Это было похоже на катание на сексуальных американских горках, когда она полностью заглатывала, а затем откидывалась назад. Я кайфовал, пока она работала над моим членом и яйцами.

Я посмотрел вниз и увидел, как ее лицо оседлало мой член. Я мог видеть, как ее щеки надулись, когда она набрасывалась на меня и слышать непристойное сосание, когда она отступала.

Я всегда был одним из тех парней, которые утверждали, что косяк улучшит ваш секс. Черт возьми, я ошибался. Моя голова откинулась назад и я уставился в потолок, пока мои яйца наполнялись необузданным удовольствием.

-О, черт возьми, Боже! - простонал я, стремительно теряя сознание.

Ее рот оттянулся и губы обвились вокруг моей головки, всасывая сильнее, а кулак придерживал покрытый слюной член. Тонкие маленькие пальцы едва могли обхватить меня. Ее рука начала скользить вверх и вниз по моему стволу, пока она дрочила себе в рот.

-Боже, я собираюсь.. - попытался предупредить ее я.

Не всем женщинам нравится вкус спермы. Точно так же, как не все парни любят пробовать киску. Я не был уверен ни в маме, ни в ее предпочтениях, но она ответила мне так, как я и представить себе не мог.

Внезапно я почувствовал, как кончик ее языка вонзается в отверстие на конце моего члена. Он отправил электрический разряд из наконечника вниз по стволу прямо в мои кипящие яйца.

-Ах!... - я взревел, когда мое тело содрогнулось.

-Ммм.. - промычала мама, когда я почувствовал первый взрыв моей горячей спермы наполнившей ее рот.

Я стоял там, как статуя, опустошая свои яйца в ее сосущий рот. Мои глаза зажмурились, когда из наконечника вырвался второй взрыв.

"Боже, она высасывает меня досуха!" - смутно подумал я.

Я посмотрел вниз и увидел, как она отстранилась от моего члена. Ее рука продолжала медленно скользить по моему скользкому члену, пока она смотрела на меня.

Неспешная злая улыбка поползла по ее лицу, когда ее глаза загорелись, глядя на меня. Я мог только удивлённо смотреть, как ее рот медленно открылся и она показала лужицу густого белого крема, заполнившую ее рот. Блять, она не проглотила. Как какая-то профессиональная проститутка, она даже не проглотила мое густое семя.

Откинув голову назад, она немного сглотнула и я мог видеть, как работают мышцы ее горла. Когда ее рот снова открылся, было более чем очевидно, что эта женщина только что проглотила каждую чёртову каплю, которую я ей выдал.

Раньше я был влюблен в нее, теперь я был в полном вожделении. Раньше я обычно сбрасывал груз и мне нужно было немного отдохнуть перед вторым раундом. На фоне сей совершенно непристойной сценой, которую я только что наблюдал, мой член не уменьшился ни на дюйм.

Я начал укладывать маму обратно на кровать, но она улыбнулась и покачала головой. Протянув руку, она взяла мою и потянула к себе на кровать. Обычно, когда дело доходит до секса, я склонен доминировать. Откровенно говоря, мне никогда не было дела до того, что хотела девушка, только то, что хотел я.

На этот раз я позволил маме вести меня. Дело не в том, что я не мог поступить иначе, просто все было по-другому. Я не хотел доминировать над ней или, если на то пойдёт, чтобы она доминировала надо мной. Я хотел присоединиться к ней, а это означало делать то, чего я никогда раньше не делал... "делиться".

Когда мама толкнула меня на кровать, а затем прижалась ко мне, она начала говорить. На этот раз я слушал её и то, что я услышал, потрясло меня до глубины души.

-Когда твой отец умер, я ощутила, что тоже умерла. - мягко сказала мама. -Тогда, когда ты пошел по той же дороге, - она вздохнула, глядя на меня. -я будто умирала второй раз.

-Я молилась каждую ночь. - она покачала головой. -Нет, я никогда не хотела, чтобы ты это услышал. - Мама посмотрела мне в глаза с чувством печали. -И когда ты начал меняться, мне казалось, что я получила новую жизнь.

Она растянула меня на спине на кровати, а ее пальцы водили по моему телу. Она проводила от моих щек вниз, к моей грудной клетке, а затем, не спеша, к моему пульсирующему члену покрытому её слюной.

-Когда ты начал "смотреть" на меня… Я испугалась. - Теперь ее голос звучал, как шепот. -Я никогда не видела, чтобы какой-нибудь мужчина смотрел на меня так, даже твой отец.

Она закинула одну ногу мне на талию, ее маленькое тело буквально покоилось на мне. Я мог чувствовать ее скользкие влажные губы, когда они скользили вверх и вниз по моему члену.

-Ты тогда был тверд... как и сейчас. - произнесла она. -Ты хотел меня… как и сейчас. - Ее тело начало мягко прижиматься ко мне.

-Это взволновало меня, это заставило меня почувствовать себя женщиной. - мама посмотрела мне в глаза.

Медленно она подняла бедра и потянулась вниз. Ее маленькая рука схватила мой твердый член, поднимая его. Глаза не отрывались от моих.

-Я знаю, что это неправильно, но я не могу ничего с собой поделать. - Она почти застонала, зажав головку моего члена между своими набухшими губами.

Ее руки опустились на мою грудь. Она нависла над моим телом, словно во сне, в ожидании.

-Я люблю тебя. - прошептала мама.

Я протянул руку и схватил ее тонкую талию. Я мог чувствовать ее тепло, касающееся только кончик моего члена. Боже, я никогда не хотел женщину так, как я хотел ее прямо сейчас. Когда ее соки стекали по моему члену, я знал, что это чувство было взаимным.