— Напоследок решил отвезти меня в моё любимое место?

— Напоследок? Если ты хочешь, мы можем остаться там навсегда.

Неужели он задумал тайно убить меня там? Что ж, пусть. Мне уже все равно. Я слишком устала.

— Да, пожалуй, — нехотя ответила Нана и снова медленно пошла вперед. Даже идти сейчас было в тягость.

Пусть будет, что будет.

— Нана.

— Что?

Она обернулась на Рё, который замер на месте.

— Нана, это же я.

Лицо Рё, под светом уличного фонаря, выглядело безумно печальным.

— Почему ты не замечаешь? Если бы ты немного подумала то поняла бы что, всё было на поверхности.

Рё неторопливо поставил чемодан на дорогу.

— На самом деле нас с самого начала было двое, Нана. Два Рё.

Вдалеке залаяла собака.

Слова Рё не сразу дошли до её сознания.

— Нана, мое настоящее имя — Со.

Со? Кто это? Она не знает никакого мужчину с таким именем. Перед ней же стоит Рё, разве нет?

Нана бросилась бежать.

— Нана!

Она бежала, не помня себя.

Враньё! Он хочет еще больше запутать и подловить меня. Надо бежать. Во что бы то ни стало бежать!

Она выбежала на большую площадь. Яркий свет ослепил её. Бесчисленные красные огни фонарей, словно блуждающие огоньки, набросились на Нану.

Луна взошла! Луна взошла! Ах, йой-йой!

В ту ночь... Я убила! Я убила Рё!

Над шахтами Миикэ взошла!.

Точно, убила!

Нана закричала, потом упала ничком на землю и разрыдалась.

Что-то внутри неё, что было натянуто до предела, наконец порвалось. С того момента, как она убила Рё, нет, даже раньше — как струна, натянутая до предела, она лопнула.

Она плакала, пока её голос совсем не охрип.

В какой-то момент песня стихла, и в ушах звучали только ее собственные рыдания. Красные блуждающие огоньки тоже куда-то исчезли, и перед глазами раскинулась лишь пустая темная площадь.

— Нана.

Неподалеку стоял Рё.

— Почему всё так получилось, зачем я убила Рё, зачем всё это... Если бы можно было повернуть время вспять, я бы вернулась в то счастливое время, когда мы с Рё только познакомились.

Рё подошёл и обнял Нану.

— Давай начнем все сначала, Нана. Мы с тобой начнем заново. Рё больше нет. Того Рё, который причинял тебе страдания, больше нет.

Со, обхватив ладонями лицо Наны, притянув её к себе.

— Нана, это я. Это я — тот, кого ты подобрала в дождливый день, тот, кто покупал твои любимые эклеры, с кем ты ела рождественский торт, кто подарил тебе кокэси. Всё это был я. Я, Со, а не Рё.

Нана помотала головой, её лицо было мокрым от слез.

— Я ничего не понимаю.

— Мы с Рё — однояйцевые близнецы. Мы по очереди заменяли друг друга перед тобой, выступая как один человек — Рё.

— Прости меня, — вдруг сказал Со, ударившись лбом о пол.

Гнев не возник. Скорее, в душе Наны постепенно, словно рассеивающийся туман, прояснялась причина тех противоречивых чувств, которые она испытывала.

Демон Рё и Святой Рё. Это было два разных человека.

— Зачем вы так поступили?

Со медленно поднялся.

— У нас с ним нет свидетельства о рождении,— тихо сказал Со.

Их мать, беременная близнецами, сбежала, рискуя жизнью, от мужа, который постоянно подвергал её домашнему насилию. Развод ещё не был оформлен, когда она родила, и, не желая указывать как отца бывшего мужа, она не подала заявление о рождении.

— Это был лучший способ защитить нас, который она придумала . Я не держу на неё зла.

Со сказал, что отчасти поэтому они не могли устроиться на нормальную работу.

— А брак? Я замужем за Рё... Или тобой, Со?

Со посмотрел на Нану с выражением глубокой печали.

— Нана... Ты не замужем.

Она ахнула, у неё перехватило дыхание.

Не то что банкета — свадьбы-то не было. А регистрация брака... Рё ходил подавать заявление один. Точно, тогда они поссорились из-за этого, ведь он пошел без неё.

— Кто ходил подавать заявление? Рё? Или ты, Со?

— Это был я, Нана. Рё терпеть не может такие формальности, поэтому никогда таким не занимается. Но вот потом с тобой поругался именно он.

Нана сжала кулак и изо всех сил ударила Со в грудь. Он крепко зажмурился, терпеливо принимая один удар за другим.

— Сволочи! Верни мне мою жизнь! Зачем вы это сделали? Зачем вы поступили так жестоко со мной?

Нана продолжала бить неподвижного Со, пока её руки не онемели.

— Сначала это было действительно просто игрой для нас, — проговорил Со.

Рё забавляло, что Нана совсем не замечала, что они с братом менялись местами. Сколько Со ни пытался уговорить его всё честно рассказать, тот не соглашался.

— Тогда исчезни из её жизни, — пересказал слова брата Со.

Они с Рё никогда не были на равных. Несмотря на то, что они близнецы, их характеры были полностью противоположны.

Со одно время думал отступить и оставить Нану, но когда он узнал, что брат применяет к ней насилие, не смог остаться в стороне. Рё унаследовал кровь отца. Со тоже с детства страдал от жестокости своего брата.

— Я хотел порвать с ним все связи. Думал об этом бесчисленное количество раз. Но он был единственным, кто разделял одиночество человека, которого фактически не существует.

— Не только ты, Нана. Я тоже бессчётное количество раз хотел убить Рё. Поэтому тогда я нанёс ему последний удар.

Со поправил растрёпанные волосы Наны.

— Не ты убила Рё, а я.

В ту ночь они с Рё должны были поменяться местами на этой площади, где проходил фестиваль с танцами.

Со искал брата в толпе, но тот всё не появлялся. Внезапно его взгляд упал на Нану, которая безумно танцевала.

Тогда он побежал домой почувствовав, что что-то случилось.

Со обыскал дом, но Рё там не было. Выйдя во двор, он заметил, что дверь сарая слегка приоткрыта.

— Нана, ты бы сразу догадалась — там был слышен звук работающей морозильной камеры.

Когда он открыл крышку морозильника, издававшего низкое гудение, внутри оказался свёрнутый калачиком, словно эмбрион, Рё. И в этот момент...

— Рё... Открыл глаза. В полном отчаянии я схватил его за шею. Внутри себя я кричал, чтобы он наконец умер.

Пересказывал произошедшее Со.

— Так что, знаешь... Это не ты убила его, Нана. Рё убил я.

Нана уставилась на парня перед собой. Человеком, которого она любила, был именно он.

— Как хорошо... Что ты жив.

— Нана...

— Правда, как хорошо, что ты остался жив.

Нана закрыла лицо руками, и её плечи затряслись.

Со всё это время не спускал с неё глаз.

— Пойдём домой, Нана, — сказал он, дождавшись, когда та успокоится. В ответ Нана покорно кивнула.

Они пошли по улице, держась за руки.

— Разве не сюда? — потянула она Со за руку, когда он собрался идти прямо, а не свернуть в нужную сторону.

— Я оставил вещи на обочине, надо их забрать.

Дорожная сумка одиноко стояла на ночной дороге, будто ждала их.

Глядя на это Нана вспомнила, как собиралась сбежать с Каматой.

— Прости.

— За что?

— ...

Со поднял сумку и отряхнул её.

— Ничего, ты же думала, что я — Рё. Конечно, тебе хотелось сбежать. Да и мне самому жаль.

Он прикусил губу, вспомнив, как из ревности к Камате жестоко поступил с Наной.

— А Камата... Сколько он знает правды?

Со немного запнулся:

— Он думает, что у тебя не всё в порядке с головой, — закончил он, сдавшись, и фальшиво рассмеялся.

Войдя в дом, они увидели через окно слегка приоткрытую дверь сарая.

— Слушай, а куда ты дел Рё из морозилки?

— Закопал под комнатой с татами, пока варил карри. Это было сложнее, чем я думал.

— Почему ты сразу не сказал мне правду?

— Если бы я рассказал, разве ты спокойно приняла бы это?

Действительно... Возможно, она просто впала бы в панику.

— Перед тем как попытаться убить Рё, ты ненавидела даже меня. Поэтому я хотел, чтобы Нана вспомнила хотя бы то счастливое время, проведённое со мной.

Со протянул ей руку и Нана взялась за неё.

Они вошли в комнату, где был закопан Рё.

— Значит, тут лежит Рё.

Присмотревшись к татами, можно было заметить, что кое-где они испачканы землёй.

— Я думал, может, отвезти его куда-нибудь подальше.

Со смотрел в определённое место. Наверное, именно под ним был Рё.

— Но подумал, что тогда Рё будет одиноко.

Даже не смотря на то что, он хотел убить его много раз, всё же это его брат, с которым они вместе с самого рождения. Наверное, его чувства несравнимы с чувствами Наны.

— Если Нане неприятно, может, всё же переместить его куда-нибудь?

— Нет, пусть останется здесь.

Со сказал, что это он убил Рё, но к этому его привела Нана. И то, что он действительно нанёс решающий удар — тоже факт. В их случае убийцами Рё были они двое.

Жить всё время над Рё казалось искуплением вины.

— Теперь Рё действительно не существует. Мы, незарегистрированные, по закону — несуществующие люди. Поэтому, живы мы или мертвы, ничего не изменится, мы словно невидимки. Интересно, что будет, если я сдамся полиции? Я, фактически не существующий, убил другого такого же как я. Будет ли это считаться преступлением? Будут ли судить меня как обычного человека? Или, может, заключённых называют по номерам? Вдруг я внезапно появлюсь в этом мире как заключённый № такой-то? Как-то это нечестно. Только из-за отсутствия регистрации до этого со мной не обращались как с обычным человеком, но стоит совершить преступление — и меня начинают им считать. А может, меня даже не привлекут к ответственности? Нана, что ты думаешь?

Нана ничего не смогла ответить. Она просто молча обняла Со.

Они воскурили на буддийском алтаре больше благовоний, чем обычно, и сложили ладони в молитве.