Я проснулась от яркого света. Взглянув на часы, увидела, что уже за десять утра. Рё рядом не было.

«Может, он в туалете?» — подумала я, но тут же вспомнила события прошлой ночи. 

«Ах да… Вчера я убила Рё.» 

Нана встала с кровати и направилась в ванную. После фестиваля бон-одори она смыла пот, но утром тело снова стало липким. Холодная вода обдала кожу. 

— Ах, как будто заново родилась… 

Настолько приятно, что сама собой с губ сорвалась мелодия «Танко-буси», под которую они вчера танцевали. Быстро вытершись полотенцем, она надела свободное хлопковое платье и пошла на кухню проверить холодильник. 

Вчерашний карри не вызывал аппетита. Хотелось чего-то, что освежит изнутри.

«Может, приготовить традиционный японский завтрак?»

Она промыла рис и поставила его в рисоварку. Пока он готовился, сварила мисо-суп с луком, баклажаном и жареным тофу. Поджарила лосося, перемешала натто, добавив соевый соус, горчицу, зелёный лук и помятые руками нори. 

Когда рис был готов, она размешала мисо в супе. 

И в этот момент… 

Раздался скрип раздвижной двери у входа. 

— Я дома… — показалось ей.

Кто-то вошёл без спроса? Шаги зазвучали ближе, двигаясь по коридору от входа к кухне. Нана инстинктивно схватила нож. 

— Что на завтрак? 

— Рё?! 

Её тело окаменело. А он, будто ничего не случилось, скользнул на кухню и заглянул в кастрюлю с супом. 

— О, неплохо, — пробормотал он, насыпал чайные листья в заварочный чайник и залил кипятком. Затем разлил чай по двум чашкам, предварительно согретым горячей водой. 

Нана так и стояла, сжимая нож у груди, не в силах оторвать от него взгляд. 

«Это сон?! Почему Рё, которого я убила прошлой ночью, жив и сейчас передо мной?»

— Что-то не так? — Рё прищурился, отхлебнув чай.

— Ты… воскрес?

— А?

Рё, не выпуская из рук чашку, открыл рисоварку. 

— Уже можно есть? Я голодный.

Он положил вежесваренный рис в пиалу. 

— Тебе тоже положить?

Нана молча кивнула. 

«Или… может, убийство Рё прошлой ночью было сном?»

Его силуэт, его шея — всё выглядело нетронутым. 

Но вчера она точно видела багровые следы от электрошнура, которыми душила его. 

Нана выскочила с кухни и бросилась из дома. 

«Может, это был не Рё? Может, я убила другого, похожего на него?»

Нет, не может быть. 

Перед тем как открыть дверь сарая, она оглянулась - Рё не преследовал её. 

Она рванула к морозильнику и распахнула крышку. 

Он был там. 

Рё, замороженный в той же позе, в которой она запихнула его вчера. На ресницах - лёгкий иней. Она ткнула пальцем в его щёку - твёрдая, ледяная. 

«Это тоже Рё. Точно он.»

Тогда… кто же был в доме? 

«Призрак? Да, должно быть, так. Он был убит во сне и не осознаёт, что мёртв.»

Значит, он думает, что всё ещё жив, и бродит по этому миру…

«Тогда я должна дать ему понять, что он мёртв.»

Но как? Признаться, что это я его убила? 

В любом случае, сначала нужно вернуться. Нана ещё раз коснулась ледяного тела Рё и вышла из сарая. 

«А вдруг его призрак уже исчез?»

С тайной надеждой в сердце она вернулась на кухню и увидела, что Рё ест карри. 

Он всё ещё здесь. 

— Ты не будешь есть?

— А? Да, сейчас…

Проходя мимо, Нана как бы невзначай положила руку ему на плечо. 

Но вместо того чтобы провалиться сквозь него, её ладонь ощутила плотную мужскую мускулатуру и тёплое, живое тело. 

«Это не было похоже на призрака.»

Еда словно застряла в горле. Ещё недавно она собиралась с аппетитом съесть свой первый за долгое время традиционный завтрак, но теперь… 

Рё, несмотря на худощавое телосложение, ел с привычной ему жадностью. Он уже расправился с её завтраком и теперь налегал на карри. 

Глаза, нос, рот, слегка каштановые волосы — всё было Рё. Только Рё. 

Даже форма ногтей была его. 

Перед ней сидел тот самый Рё, которого она встретила пять лет назад, только повзрослевший за эти пять лет.