Впервые я положила в бенто рыбное блюдо.

— Сегодняшнее жареное сабэ тацута-агэ [1] было невероятно вкусным! — Сияя улыбкой сказал Рë, он выглядел счастливее обычного.

[1] Сабэ тацута-агэ - блюдо японской кухни, которое готовят из филе скумбрии, маринуя в пряностях, а затем обжаривая во фритюре. 

— Бенто, которые готовишь ты, Нана, всегда были вкусными, но, честно говоря, там было только мясо, и я иногда думал, что хотел бы и рыбу попробовать.

— Да ты что? Если так, мог бы сказать раньше! — Хотя, если бы он действительно сказал, я бы, наверное, растерялась.

— И ещё… Я тоже хочу готовить. Мы оба работаем, так что домашние дела надо делить.

Теперь Нане не придётся занимать кухню одной.

— Правда? Тогда, пожалуй, доверю это тебе. — Нана согласилась.

Из окна комнаты с алтарëм Нана заглянула в дом Павлина. Занавески по-прежнему были задернуты.

Нужно разобраться с Рё до того, как Павлин вернётся из поездки.

Впервые за долгое время я складываю руки в молитве перед табличками с именами дедушки и бабушки. Хочу зажечь благовония, но они никак не разгорятся - похоже, отсырели. Я поискала новые, но не нашла. Придётся купить в следующий раз.

Рё и раньше иногда готовил, но его блюда были слегка пересолены. Наверное, мужская кухня всегда такая. Однако для бенто это было в самый раз. Рё, ссылаясь на то, что Нана тоже готовила для него, стал давать ей бенто с собой.

На работе ей завидовали. Она не собиралась говорить, что это сделал муж, но слова вырвались сами.

С тех пор подруги, с которыми она обедала, с жадным любопытством разглядывали содержимое её бенто и каждый раз спрашивали: «Опять муж приготовил?». Однажды Нана ответила, что сегодня это её работа, и они слегка разочаровались.

После этого Нана стала врать, что даже бенто которое готовила она, сделал Рё. Никакого тщеславия - просто чтобы порадовать их. Если уж есть возможность, почему бы не сделать обеденное время приятнее?

Когда я рассказала об этом Рё, он предложил:

— Может, мне полностью взять на себя приготовление бенто?

— Давай просто будет готовить тот, у кого есть время и возможность.

Я подумала, что ему уже наскучило готовить, но оказалось всё наоборот. Теперь роли поменялись: Нана лишь изредка стояла у плиты.

Однажды Рё сам принёс бенто на её работу - тем утром она случайно забыла положить его в сумку.

Весь день в офисе только и говорили о «муже-бенто из легенд».

«Какое счастье - каждый день получать такие бенто от такого замечательного мужа!», «Он просто ангел!» — восторженно шептались коллеги.

Кто-то даже придумал Рё прозвище - «Японский Архангел Михаил».

Нана изо всех сил сдерживала улыбку, но дрожь от охватившего чувства превосходства выдавала её.

Как бы жадно ни смотрели на её бенто, она ни разу не позволила никому даже попробовать - всегда доедала всё до последней крошки.

Коллеги провожали её завистливыми взглядами.

Казалось, некоторые даже шептались за её спиной: «Выпендривается», - но даже эти слова ласкали её слух.

Чтобы поддерживать этот образ, она иногда нарочно ворчала на Рё - мол, «готовит, но не моет посуду» или «пересаливает».

Конечно, в её устах это звучало скорее как милая жалоба, чем как настоящий упрёк.

«А Рё чувствовал то же самое, когда ел мои бенто на работе?» — вспомнила она его улыбку, с которой он возвращал ей пустую коробочку со словами «спасибо».

Нана играла роль идеальной жены - любящей и любимой.

Да, это всего лишь роль. Спектакль, которому придёт конец. Ведь я должна убить Рё.

Эта мысль, как невыполненное летнее домашнее задание, затаилась в уголке её сознания.

Так же, как тело Рё в морозилке — она не могла избавиться ни от одного, ни от другого.