Сердце со-супруги Фэн было радостно забилось, когда она увидела прибывших. Однако стоило ей заметить Е Цинжаня, и женщина тут же помрачнела.

Вчера во дворце он заодно с княжеским наследником Цзинем защищал Юнь Цяньюэ, и об этом уже ходили слухи. Не только все жители столицы, но и, вероятно, вся империя слышала эту историю. Что он делает здесь сегодня? Как она сможет наказать девицу в его присутствии? В её сердце поневоле начали рождаться новые планы.

Старый князь, увидев Е Цинжаня, вдруг весело воскликнул:

— Какой злой ветер налетел сегодня на наше поместье? Прямо праздник какой-то!

— Отец, думаю, сегодняшний случай лучше замять. В конце концов, это семейное дело… — вновь предложил князь.

— Какое ещё замять? Раз уж все пришли, пусть будут свидетелями! Ты думаешь, что в таком огромном поместье удалось бы скрыть случившееся, даже если бы никто не пришел? — Старый князь бросил на со-супругу Фэн косой взгляд и фыркнул.

Мужчина тут же замолчал.

Сначала женщина несколько раз перевела взгляд туда-сюда, а затем вдруг застыла, и её мрачное лицо просияло в улыбке.

Юнь Цяньюэ внимательно следила за каждым движением той. Увидев выражение её лица, сразу поняла: супруга Фэн снова что-то задумала. Девушка холодно усмехнулась. Какие бы приёмы та ни приготовила — пусть использует все до единого, и прогонит её из поместья Юнь, иначе с сегодняшнего дня она заставит наложницу пасть, и в будущем для неё здесь не найдется места.

В комнате снова повисла тишина — никто не вышел встречать прибывших.

Люди, стоявшие во дворе, увидев гостей, сразу же почтительно поклонились. Но не успел наследный принц взмахом руки позволить им подняться, как вслед за ними неторопливой походкой вошёл Е Цинжань. Лица у всех резко изменились. Они тут же стали в несколько раз почтительнее и поспешно приветствовали молодого князя, будто опасаясь, что малейшее промедление вызовет его недовольство и навлечёт на них беду.

Рука Е Тяньцина застыла в воздухе. Он холодно скосил взгляд на Е Цинжаня и направился к дверям.

Тот не обращал внимания на холодность кузена. На губах молодого человека играла нахальная улыбка, он явно был в хорошем настроении. Так же, как и вчера, он был надменным и заносчивым, шагал широким шагом, а его одежды развевались на ветру. Ещё до того, как он вошёл, его весёлый голос разнёсся по комнате:

— Дедушка Юнь, я не видел вас семь лет и очень по вам скучал. Интересно, а вы по мне?

— Ах ты, маленький дьявол! Сбежал на семь лет, а вернувшись, ничуть не поумнел, всё такой же! — донёсся из комнаты голос старого князя. Хоть он и ругался, было очевидно, что старик был в приподнятом настроении.

— Ха-ха, я знал, что вы по мне скучали! — громко засмеялся Е Цинжань.

— Скучал, как же! Одно твоё присутствие вызывает у меня головную боль! — ответил мужчина.

— Дедушка Юнь, ну скажите прямо, что скучали, чего уж стесняться? Я вот не боюсь в этом признаться! Едва вернувшись, сразу поспешил увидеться с вами! — нагло ответил Е Цинжань.

У Ли Юнь дёрнулся уголок губ. Этот человек и правда не знает, что такое стыд...

— Всё такой же бесстыдник! — засмеявшись, проворчал старый князь.

— Ха-ха, вчера дедушка сказал мне то же самое, — громко рассмеялся молодой человекь. Его звонкий, дерзкий смех заставил цветы и травы во дворе чуть дрогнуть. Под «дедушкой» он, конечно, имел в виду старого князя Дэ.

Пока они разговаривали, Е Тяньцин и его со-супруга уже подошли к двери. Юнь Мэн поспешно вышел вперёд, придержав занавеску. Хотя его тон был почтительным, он был не таким приветливым, как когда он обращался к Жун Цзину и Е Цинжаню:

— Прошу, Ваше Высочество наследный принц, прошу, со-супруга.

Едва оказавшись в комнате, Е Тяньцин сразу же взглянул на Юнь Цяньюэ, сидевшую рядом со старым князем. Сегодня девушка, казалось, была совсем другой. Она расслабленно, без какой-либо женственности, облокотилась на стул с лёгкой улыбкой на губах. Но эта улыбка была адресована не ему, а стоявшему позади Е Цинжаню. С самого его появления она не удостоила наследного принца даже одним взглядом, всё внимание было устремлено на его кузена. Лицо Е Тяньцина мгновенно омрачилось.

Накануне, вернувшись из Дворца, он уже не мог подавить то мутное, клокочущее чувство. А сегодня, едва увидев девушку, он понял, что оно не только не рассеялось, но ещё и усилилось. Особенно сейчас, когда она сидела вот так, безо всякого подобия осанки, совершенно не заботясь о приличиях — в этом образе она казалась куда красивее, чем все те чинные дочери знатных домов вместе взятые. Его глаза невольно сосредоточились на ней. Почему же он раньше не замечал, что эта девушка отличается от других? Нет, возможно, дело не в том, что он не замечал. С тех пор, как он себя помнит, Юнь Цяньюэ была его тенью. И куда бы он ни пошёл, эта тень обязательно следовала за ним. Он избегал её, ему было противно, он её ненавидел — ему было не до того, чтобы внимательно её разглядывать.

Юнь Цяньюэ ощутила на себе прямой взгляд Е Тяньцина. Этот взгляд постоянно менялся, он был сложным и непонятным. Она невольно нахмурилась.

Старый князь только хмыкнул про себя, но с места не сдвинулся. Даже самому императору он позволял себе не кланяться, а Е Тяньцин — всего лишь наследный принц, он не заслуживал того, чтобы старик вставал.

Князь же поступил ровно наоборот.

— Ваше Высочество, этот слуга приветствует вас! Моя дочь Сянхэ всего лишь получила лёгкую рану, и то, что вы и со-супруга лично навещаете её — большая честь.

— Дядя, вы слишком строги к себе. Услышав о том, что случилось с двоюродной сестрой, я сегодня нарочно пришел посмотреть, как она. А ещё больше я тревожусь о здоровье дедушки. Моя мать во Дворце очень переживает! — Е Тяньцин с трудом отвёл взгляд от Юнь Цяньюэ, и протянул руку, чтобы поддержать мужчину. Он повернулся к сидящему старому князю:

— Сегодня дедушка выглядит куда бодрее.

— Хм, это всё благодаря твоему вчерашнему «наставлению» для этой негодницы. Я, старик, так сердился, что от злости едва не занемог. А теперь, вот видишь, выругался — и болезнь наполовину отступила, — холодно фыркнул старый князь. Любой мог понять, что это был сарказм. Он даже не взглянул на Е Тяньцина.

— Вчера это было всего лишь небольшое наказание для младшей сестры Юэ, как реакция на возмущение народа. Как мог бы я осмелиться причинить ей вред? Дедушка меня не так понял, — тут же ответил наследный приц, не поменявшись в лице.

— Было ли это недоразумением или нет — тебе самому хорошо известно.

Е Тяньцин слегка улыбнулся и, не став спорить, повернулся к со-супруге Фэн. До этого он вовсе её не замечал, но теперь, увидев её облик, едва узнал и замер в изумлении.

— Тётушка? — сказала со-супруга наследного принца, и, прикрыв рот платочком, не удержалась от лёгкого вскрика.

— Эта супруга почтительно приветствует Его Высочество наследного принца и его со-супругу. Вчера моя дочь Сянхэ едва не погибла, я… я действительно… потеряла всякое достоинство… Прошу прощения у Его Высочества и со-супруги, — женщина подошла, поклонилась и, не упустив момента, разрыдалась, заговорив прерывающимся от всхлипов голосом. Её только что вытащили из озера и привели сюда: вся насквозь мокрая, перед этим она уже успела поплакать и покричать. А теперь, с её нынешним видом, более жалкого зрелища и придумать было невозможно. Где уж теперь ей напоминать прежнюю знатную и величественную госпожу?

— Тётушка, почему... почему ваша одежда вся мокрая? Что с вами случилось? — со-супруга наследного принца, оправившись от удивления, поспешно подошла, чтобы помочь со-супруге Фэн подняться.

— Я... я не хочу жить!..

— Тётушка, говорите спокойно. Не говорите о смерти. Я слышала о деле кузины вчера. Я хотела прийти вчера вечером, но Его Высочество сказал, что я всё равно ничем не смогу помочь, и лучше прийти сегодня. Что же случилось? Кто вас обидел? Скажите Его Высочеству — и он непременно заступится за вас! — торопливо утешала её спутница принца. Говоря, она невольно посмотрела на Юнь Цяньюэ, ведь тоже заметила, что та отличается от себя прежней.

Е Тяньцин нахмурился и, ничего не сказав, снова посмотрел на девушку.

Со-супруга Фэн просияла, и только хотела воспользоваться случаем, чтобы заговорить, как раздался голос Е Цинжаня. Он говорил с нескрываемой радостью:

— Младшая сестра Юэ, вчера мы скакали на лошадях, но путь был слишком коротким, и я не успел им насладиться. Сегодня прекрасная погода, может, прокатимся снова? На ипподроме западной горы достаточно места, мы можем проскакать десятки кругов.

Прежде чем он закончил, он уже стоял перед Юнь Цяньюэ, улыбаясь дерзко и радостно. Увидев, что она слабо улыбается и молчит, он снова спросил:

— Ну как? Я же знаю, что и ты вчера не наезднилась вдоволь!

Со-супруга Фэн задохнулась от злости, возненавидев Е Цинжаня пуще прежнего.

— Боюсь, сегодня не выйдет, — покачала головой девушка.

— Почему? Неужели ты и вправду решила послушаться дядю-императора и сидеть в поместье, ухаживая за дедушкой Юнь? Я вижу, что сегодня он в добром здравии! Ему совсем не нужен уход. Да и не умеешь ты этим заниматься — это не в твоём характере. Пойдём лучше развеемся! — Е Цинжань, казалось, готов был взять её за руку и потащить за собой.

Юнь Цяньюэ взглянула на со-супругу Фэн, затем её взгляд прошёлся по наследному принцу, его со-супруге и толпе людей во дворе. Делая вид, что ей тяжело, девушка покачала головой:

— Я бы и правда хотела отправиться на скачки, но сегодня не получится. Даже если я не буду ухаживать за дедушкой, я не могу уйти. Кое-кто утверждает, что я обидела её и её дочь, и требует у меня объяснений, — протянула она с лёгкой насмешкой, взглянув на со-супругу Фэн.