Много лет обучающая и оценивающая людей Ли Юнь с первого взгляда поняла, что Наследного принца нельзя недооценивать. Из-за кровного родства Наследный принц и Четвертый принц были похожи, но первый выглядел более достойным; возможно из-за того, что долгое время занимал более высокое положение. Его глаза были глубоки, а ярко-желтый цвет идеально подходил ему – как никому другому.

Прекрасное лицо мужчины в данный момент, казалось, ничего не выражало, а свет, излучаемый золотой короной, словно покрывал все его тело, отображая его несравненное благородство и авторитет.

Ли Юнь пробежалась взглядом по роскошно одетым женщинам, которые с восхищением смотрели на Наследного принца, и мысленно фыркнула – неудивительно, что Юнь Цянь Юэ была в него влюблена, а люди вокруг продолжали говорить о «Его Высочестве»; его взгляд был способен свести с ума, даже если он ничего не делал.

Когда Четвертый принц закончил говорить, весь сад погрузился в оглушительную тишину, будто был совершенно пуст.

Императрица повернулась, чтобы посмотреть на сидящего прямо Наследного принца, и не заметила на его лице никаких эмоций. Мысленно вздохнув, она перевела взгляд на Ли Юнь и помахала ей, улыбаясь: – Правда? Кто посмел запугивать мою Юэ-эр, вынуждая избегать сада? Подойди же ко мне, скажи, кто издевался над тобой. Я хочу взглянуть на человека, у которого хватило смелости поступить так в этом дворце.

Когда Императрица закончила, Ли Юнь заметила, как побледнели несколько женщин.

Она не ожидала, что Императрица выразится так прямо. Не спрашивая, что произошло, Ее Величество сразу же поверила, что над Ли Юнь издевались и хотела помочь ей. Неподвижно стоя, девушка задавалась вопросом – Императрица в действительности баловала Юнь Цянь Юэ или у нее были другие мотивы? Столица не очень велика, а все присутствующие были детьми чиновников из разных фракций. Женщина была слишком выдающейся; неудивительно, что Ее Величество вызывала у других зависть и ненависть. Хотя на публике они все ее боялись, наедине она должна была много страдать. Что касается поднятого вопроса – оригинальная Юнь Цянь Юэ даже необъяснимо умерла, что и помогло Ли Юнь воплотиться здесь!

– Ничего страшного, правда! Ваше Величество, не беспокойтесь об этом. – Девушка сделала вид, что ей все равно.

– А? Кажется, ты чрезвычайно зла, иначе почему, как обычно, не назвала меня тетей? – Императрица не ожидала, что Ли Юнь отпустит ситуацию. Она взглянула на побледневших девушек, в том числе на принцессу Цин Ван, а затем улыбнулась и сказала, понизив голос: – Я действительно хочу знать, кому хватило смелости запугивать мою племянницу.

Судя по сильным словам, женщина решила наказать кого-то за нее. Лица только испытавших облегчение девушек снова побелели.

– Верно, сестренка Юэ, тебе нужно только назвать их имена, и матушка примет решение за тебя. Теперь, когда она здесь, чего тебе бояться? Если с тобой действительно плохо обошлись, матушка накажет этих высокомерных людей, – немедленно согласился со словами Императрицы стоящий рядом с девушкой Четвертый принц.

Ли Юнь слегка поджала губы, раздумывая, говорить ли правду. Она находится в императорском дворце! Говорят, в Древнем Китае во дворце даже муха незамеченной не пролетит. Как Императрица могла не знать, что произошло? Она чувствовала по дороге в сад, как множество глаз следят за каждым ее движением!

Пока девушка колебалась, ранее молчавший Наследный принц медленно сказал: – Мама, ты поднимаешь шум из-за пустяков. Это всего лишь шутка между девушками. Ты преувеличиваешь, говоря об «издевательствах». Сестра Юэ не такая, как другие. Она осмеливается спорить даже с отцом. Кто может ее запугать?

Услышав Наследного принца, некоторые девушки засмеялись, не сводя с него глаз. Особенно двое из них, которые, казалось, игнорировали всех вокруг: в розовом и зеленом, стоящие около принцессы Цин Ван.

Ли Юнь сосредоточила на них свое внимание: служанка говорила, что это вторая дочь семьи Жун и принцесса семьи принца Сяо. Скоро она узнает имена каждой из них.

Услышав сказанное Наследным принцем, принцесса Цин Ван перестала нервничать и посмотрела на Ли Юнь с оттенком презрения. Она сказала Императрице: – То, что сказал Наследный принц – правда. Это просто девичья шутка. Все жители Тяньшень знают, что только сестра Юнь может запугивать других. Кто бы посмел поступить так с ней?

– Верно. Сестра Цянь Юэ – не только сокровище семьи Юнь, но и Ваше Величество очень любит ее. Мы не смеем издеваться над ней, только надеемся, что она не станет запугивать нас. Несколько дней назад мой дядя случайно оскорбил ее на улице. Она сразу попросила кого-то его избить. Дядя был серьезно ранен и до сих пор лежит в постели. Думаю, Ваше Величество тоже слышала об этом, – сказала девушка в розовом, изо всех сил пытаясь отвести взгляд от Наследного принца.

– Именно. И я кое-что слышала вчера. Говорят, что сестра Юнь пошла в Ван Чунь Лоу (прим. пер. – публичный дом) на Западной улице безо всякой на то причины, а затем подожгла его, приказав слугам не выпускать находящихся внутри людей. Сотни были заживо сожжены. Говорят, многие министры пришли сегодня, чтобы сообщить об этом происшествии. – Девушка в зеленом тоже отвела взгляд от Наследного принца и со злорадством посмотрела на Ли Юнь.

– Зачем ей это делать? – потрясенно спросила Императрица, глядя на Ли Юнь.

Девушка посмотрела на кипящих от злости женщин и, нахмурившись, глубоко вздохнула. Она только появилась здесь, а ей уже предъявили такое серьезное обвинение. Раньше Ли Юнь думала, что у Юнь Цянь Юэ просто плохой характер, но не ожидала, что та настолько высокомерна, что позволяет себе избивать и даже поджигать других. Юнь Цянь Юэ действительно… совершала всевозможные преступления.

– Разумеется это правда. Само собой, слухи распространились по столице. Боюсь, что уже все в Тяньшень знают об этом. Матушка, возможно, вы не слышали новости в течение последних двух дней из-за подготовки к собранию. Даже если отец хочет дать сестре Юэ кров, невозможно сдержать все обвинения и сплетни. Сестра Юэ, на этот раз ты совершила большое преступление. Говорят, даже старый принц Юнь заболел из-за гнева, – злорадствовала принцесса Цин Ван.

Императрица не могла судить о мыслях долгое время молчавшей Ли Юнь по выражению ее лица. Ее Величество была поражена спокойствием племянницы. Сдерживая удивление, она повернулась и посмотрела на Наследного принца.

Оставаясь бесстрастным, он на мгновение взглянул на Ли Юнь, прежде чем сказать: – Это действительно произошло, но, так как отец сегодня не проводил собрание, все обращения были направлены в императорский кабинет. Мне неизвестно, какое решение отец вынес по этому вопросу. Но мой дедушка, старый принц Юнь, действительно болен.

– Ты навещал его? Болезнь серьезна? – Императрица помрачнела.

Девушка подумала, что раз она называла Императрицу «тетей», то старый принц Юнь должен быть отцом Ее Величества. Она опустила голову, думая, как сказочно ей не повезло оказаться в подобной ситуации сразу после переселения. Кажется, легко решить этот вопрос невозможно.

– Мне известно, что отец вместо собрания посетил сегодня поместье Юнь. Болезнь дедушки… – Наследный принц, казалось, тщательно взвешивал свои слова; он посмотрел на Ли Юнь, которая неподвижно стояла и не спорила. Несмотря на то, что она подверглась обвинениям, она вела себя необычно. Наследный принц не сумел уловить на ее лице ни малейшего следа гнева или обиды. В его глазах промелькнуло удивление, и он на мгновение замер. – Главный врач, старейшина Чжан из Императорской Медицинской Академии, ставя диагноз, сказал, что дедушка был в такой ярости, что Ци и кровообращение были заблокированы (п.п. – как он живой то еще, бедолага). Доктор прописал ему лекарства и сказал, что ему нельзя больше выходить из себя. Боюсь, он должен быть прикован к постели почти полмесяца.

– Так серьезно? – возмутилась Императрица.

Наследный принц кивнул, на его бесстрастном лице, наконец, показалась беспомощность. – Мама, не волнуйся. Императорский врач находится рядом с ним, а отец отправил в поместье множество хороших лекарств. Дедушка обязательно скоро поправится.

Императрица, наконец, вздохнула с облегчением и кивнула. Когда она повернулась, чтобы посмотреть на Ли Юнь, в ее глазах полыхнул гнев. – Юэ-эр, все в порядке, если ты приказываешь избить кого-то на улице, но зачем ты подожгла Ван Чунь Лоу? Ты слишком далеко зашла!

Девушка не знала, как защититься, потому что не представляла, что вчера произошло. Она могла только опустить голову и молчать.

– Мама, в отличие от меня тебе не все известно об этом инциденте. Ты не можешь винить сестренку Юэ, – вмешался Четвертый принц. – Насколько я знаю, Цянь Юэ была спровоцирована кем-то. Кто-то сказал, что императорский брат отправился в Ван Чунь Лоу. Поэтому она и пошла туда. Но презренные люди в Ван Чунь Лоу не сказали сестренке правды – даже попытались ее задержать. Сестра Юэ была так раздражена, что сожгла его. Ты же знаешь, как искренне сестра Юэ относится к императорскому брату! Как она могла сдерживаться, зная, куда он направился? Естественно, она сделала это, чтобы выразить свой гнев. В ее поступке нет ничего плохого. Но… как мог императорский брат быть очарован этими лисицами из Ван Чунь Лоу?

– Это правда? – повернулась нахмурившаяся Императрица к Наследному принцу.

Холодный и острый взгляд Наследного принца сфокусировался на Четвертом принце. Императрице он не ответил.

Четвертый принц, казалось, ни на что не обращая внимания, повернулся и спросил Ли Юнь: – Меня там вчера не было, но довелось обо всем услышать. Все ли верно я сказал, сестра Юэ?

Их разговор дал девушке достаточно времени на размышления. Она посмотрела на Четвертого принца, Императрицу и, наконец, остановила взгляд на Наследном принце. На ее бесстрастном лице вдруг отразилась обида и покорность, а глаза наполнились едва сдерживаемыми слезами. Бросив лишь один взгляд, она снова опустила голову. Она и не сказала ни слова, но выражение ее лица, без сомнения, было красноречивее тысячи слов.

Наследный принц был шокирован.

Видя обиженный взгляд Ли Юнь, Императрица сразу же поверила словам Четвертого принца. Все знали, что пока дело касалось Наследного принца, ее племянница была готова пойти на любые безумства – неудивительно, что она сожгла этот Ван Чунь Лоу. Думая об этом, она недовольно нахмурилась и гневно сказала: – Что за вздор! Ты достойный Наследный принц, как ты мог опуститься до такого места? Не боишься запятнать свою репутацию?!