В глазах старого князя мелькнуло удивление, когда он пристально посмотрел на Юнь Цяньюэ. Мужчина долго всматривался, прежде чем наконец отвел взгляд и вздохнул со смесью гордости и грусти:

— Это моя внучка!

Юнь Цяньюэ давно уже спала, уткнувшись личиком в сгиб локтя. Ее дыхание было ровным и спокойным.

Снаружи слуги разных дворов закончили давать показания и единодушно преклонили колени, более не осмеливаясь произнести ни слова. Лицо безмолвного князя было пепельно-серым. Во дворе стояла такая тишина, что можно было бы услышать падение иглы.

— Господин, не слушайте их болтовню! Эти люди, должно быть, были подкуплены старым князем и Юнь Цяньюэ, чтобы оболгать Сянхэ и меня! Иначе как возможно, что они все говорят одно и то же? — со-супруга Фэн выбежала из комнаты и торопливо обратилась к князю.

Мужчина медленно повернул голову, глядя на ее паникующее лицо, краем глаза скользнув по тем слугам, чьи взгляды дрожали от скрытой злобы. Он холодно усмехнулся:

— Ты говоришь, что все они оболгали тебя? Что их подкупили отец и Цяньюэ?

Вторая супруга Фэн дрогнула, но, стиснув зубы, сказала:

— Да, старый князь всегда заступался за Юнь Цяньюэ...

— Фэн Цзиньчжу! — внезапно яростно рявкнул мужчина, перебивая ее. — Ты до сих пор не признаешь, что Сянхэ первой обидела Цяньюэ и спровоцировала конфликт? Не признаешь, что сама пришла, чтобы воспользоваться случаем и руками тайной стражи убить Цяньюэ? А теперь еще и пытаешься оправдаться?!

Женщина резко отшатнулась, ее лицо побледнело как полотно. Но она быстро взяла себя в руки. Слезы брызнули ручьем, словно рухнула плотина: 

— Господин, вы ведь знаете, каков был мой характер все эти годы. Иначе как бы я могла находиться подле вас так долго? Эти слуги явно были подкуплены. Кто еще, если не старый князь и Юнь Цяньюэ... А-а!..

— Осмелься еще хоть слово сказать!.. — князь вдруг замахнулся рукой, и раздался звук звонкой пощечины — и со-супруга Фэн, вскрикнув, упала на землю. Мужчина свирепо уставился на нее:

— Ты смеешь утверждать, что отец замыслил против тебя? Да он побрезгует марать о тебя руки! Кто ты такая, чтобы он обращал на тебя внимание? Говоришь, Цяньюэ тебя подставила? Если бы у нее действительно были такие способности, она бы не позволила тебе унижать себя все эти годы! Не думай, что я не знаю, что ты творила.

— Господин, меня действительно подставили... — со-супруга Фэн больше не смела упоминать ни старого князя, ни Юнь Цяньюэ.

— Дядя, то, что все эти люди говорят одно и то же, действительно немного странно. Возможно, со-супругу Фэн действительно оговорили, — наследный принц Е Тяньцин лишь скользнул взглядом по женщине, и в его глазах мелькнуло отвращение. Но он все же заговорил.

— Оговорили? Хм, я закрывал глаза на то, что она делала все эти годы. Не думай, будто я не знаю, что она хотела стать моей законной женой! — На лбу князя выступили вены. Видя, что женщина продолжает твердить о клевете, он глубоко вдохнул: — Хорошо. Ты говоришь, что все они тебя подставили! Тогда предоставь доказательства! Сегодня я намерен восстановить справедливость. Но если окажется, что все сказанное — правда…

— Господин, я обязательно найду доказательства! — тут же перебила его со-супруга Фэн, и в ее глазах вспыхнула радость. Она резко повернулась к людям ее двора и поспешно сказала:

— Быстро говорите, меня оклеветали?

Никто не ответил. Они все опустили головы, когда она на них посмотрела.

Лицо второй супруги Фэн изменилось. Она в гневе закричала:

— Говорите же!

Люди вздрогнули, но по-прежнему молчали.

Со-супруга Фэн побледнела, скрежеща зубами. Она повернулась к дюжине разодетых румяных наложниц, стоявших в стороне, и сказала:

— Сестры, вы же можете засвидетельствовать! Я всегда хорошо к вам относилась!

— Старшая сестра, не то чтобы мы не хотели помочь, просто вчера и сегодня утром мы были в своих дворах и не знаем, что произошло! — сказала одна из женщин того же возраста, что и со-супруга Фэн.

— Да, мы не видели своими глазами, так что не можем свидетельствовать, — сказала другая женщина.

Сердце со-супруги Фэн похолодело. Она поспешно обернулась к десятку девушек помоложе, стоявших рядом с наложницами. Это были незаконнорожденные дочери поместья, которые обычно перед ней только и знали, что льстить, беспрестанно называя «матушкой». 

— Вчера вы были с Сянхэ...

— Да, вчера мы были вместе со старшей сестрой, так что собственными глазами видели, как она обижала третью сестру. Цайлянь не солгала, — тут же сказала одна из девушек, которая была ненамного младше Сянхэ — вторая госпожа поместья Юнь.

— Старшая сестра была неправа. Матушка, вам нужно просто признать свою ошибку перед отцом. Он всегда любил вас больше всех и простит вас обеих, — мягко сказала другая девушка.

Глаза со-супруги Фэн чуть не вылезли из орбит, она вся дрожала, указывая на них пальцем:

— Вы...

— Что ты теперь скажешь? Может, их тоже подкупили отец и Цяньюэ? В этом особняке сотни людей, а твои собственные слуги — и те подкуплены? Фэн Цзиньчжу! Я и вправду ошибся в тебе! — в гневе сказал князь, сжимая кулак так, что на руке вздулись жилы.

Женщина обессиленно закрыла глаза. Она вдруг все поняла. Сколько лет она изводила себя интригами, думая, будто всё княжеское поместье у нее в руках, чтобы в итоге из-за мелочи рухнуть в бездну. Все эти льстивые обращения «сестра», эти подхалимские «матушка», словно она ближе родной матери... Причиной тому была лишь власть, сосредоточенная в ее руках. Едва дождавшись возможности, они объединились, чтобы ее уничтожить! Неудивительно, что Юнь Цяньюэ была так спокойна, когда старый князь приказал всем собраться. Даже эта глупая дрянная девчонка все понимала, а она сама осознала реальность, только когда все обернулось против нее. 

Женщина вдруг громко рассмеялась, не зная, смеется ли она над собой или над другими.

— Тебе еще есть, что сказать? — князь разочарованно посмотрел на со-супругу Фэн.

— Мне нечего сказать. Господин, поступайте, как сочтете нужным! — перестала смеяться она и молча обвела взглядом собравшихся.

Все эти годы она изо всех сил добивалась одного — чтобы князь возвел ее в законные жены, чтобы ее дочь Сянхэ стала главной дочерью поместья и однажды могла войти в Императорский Дворец. Но год шел за годом, и она все яснее понимала: как бы она ни старалась, она останется лишь второй супругой. Она много раз намекала мужу, но он всегда находил причины не давать положительного ответа, и у него явно не было намерения делать ее законной супругой. Она знала — в его сердце по-прежнему жила та мертвая женщина. С живыми еще можно побороться, но как соперничать с мертвецом?

Поэтому она перестала бороться за себя и переключила свое внимание на Юнь Цяньюэ. К счастью, та, балованная без меры старым князем и без памяти влюбленная в Е Тяньцина, без конца вытворяла безумства, покрывая себя позором. Со-супруга Фэн все это время лишь смеялась в сторонке: придет день, когда Юнь Цяньюэ постигнет беда, — и тогда у ее дочери появится шанс.

Она с малых лет растила дочь в строгости, пригласив лучших столичных наставников по музыке, шахматам, каллиграфии и живописи. Та во сто крат превосходила Юнь Цяньюэ, которая ничего не умела. Одного только не хватало — статуса законной дочери.

Позавчера Юнь Цяньюэ устроила в Весеннем павильоне пожар, жертвами которого стали несколько сотен человек. Фэн Цзиньчжу решила: вот он, шанс! Она сидела в своей комнате и радовалась весь день, думая, что на этот раз никто не сможет спасти девчонку. Но оказалось, что на защиту той встали наследник Цзин и молодой князь Жань. Пока она ломала голову над новым планом, ее дочь сама отправилась во двор Нежной луны и повредила руку. Хотя женщина была в ярости, она подумала, что одна рука стоит жизни Юнь Цяньюэ и статуса законной дочери. Поэтому она рано утром пошла к ней во двор, решив убить девицу. Кто же знал, что старый князь даст ей в помощь тайную стражу…

Всего один шаг… Совсем немного оставалось до момента осуществления ее планов…

— Слуги! Уведите ее! — сердито приказал князь, больше не смотря на со-супругу Фэн.

— Дядя, пусть со-супруга Фэн и ваша вторая супруга, но она принадлежит особняку Юнь. Дедушка сейчас в доме, а пострадавшей была сестра Юэ. На мой взгляд, вам лучше сперва войти и спросить у дедушки и сестры Юэ, как они хотят поступить си ней, — вновь заговорил наследный принц Е Тяньцин.

Князь тут же остановился.

Е Цинжань холодно хмыкнул про себя, думая, что тот попросту хочет увидеть, как Юнь Цяньюэ поступит с со-супругой Фэн. Скользнув взглядом по Е Тяньцину, молодой человек повернулся и вошел обратно в дом. 

Ему тоже было интересно. 

* * *