Вернувшись в комнату, Хань Фэй сразу легла развалилась в кровати. Она почесала живот, взбила подушку под собой и начала строить планы на будущее.

«Что ударило меня током, из-за чего мне пришлось упасть на колени? И почему после не было ни звука в моей голове?»

Как только она подумала об этом, голос снова ворвался в её разум, но на этот раз тише и слабее.

[ Пожалуйста, вставайте, хозяйка! ]

Хань Фэй с удивлением ответила:

— Почему ты хочешь поднять меня с кровати?

[ Вы можете лежать, только пока тяжело сидеть! Если вы можете сесть, значит, сможете и стоять! ]

— Чего?

[Хозяйка, вы слишком толстая! Пожалуйста, будьте готовы худеть в любом месте и в любое время!]

Хань Фэй не нашла, что сказать. Теперь странная система будет проводить разряд даже за то, что она просто лежит? И всё потому, что она толстая?

— Если я не встану, ты снова ударишь меня током, как сегодня?

Голос прозвучал тише:

[ … Пожалуйста, простите меня. Я на какое-то время потерял контроль над энергией ]

Хань Фэй фыркнула и, приподнявшись, произнесла:

— Теперь-то ты скажешь мне, кто такой?

[ Худейте и следите за своим телом, чтобы завоевать сердце божественного мужчины ]

— Чего? Зачем я должна похудеть?

[Я с вами для того, чтобы вы успешно выполнили три задания: похудели, стали красивой и завоевали божественного мужчину]

Хань Фэй подумала, что это похоже на золотую ложку. Про тот факт, что нужно похудеть, она ещё может понять… Но какой к чёрту божественный мужчина?

[ Сейчас я верну память этого тела, чтобы вы в дальнейшем смогли выполнять все задания добросовестно. Пожалуйста, приготовьтесь! ]

Как только система договорила, Хань Фэй и опомниться не успела, как её голову пронзила острая боль. Было ощущение, словно мозг вот-вот взорвётся от переизбытка воспоминаний, нахлынувших в один миг. Дышать стало тяжело. От болевого шока девушка потеряла сознание.

* * *

На следующий день Чун Хон собиралась разбудить хозяйку пораньше, иначе вторая госпожа снова начнёт издеваться над мисс.

Но служанка и постучать в дверь не успела, как изнутри раздался голос:

— Войдите.

Чун Хон была ошеломлена, но всё же зашла с некоторыми опасениями. Раньше хозяйке было трудно вставать по утрам. Даже после обеда не всегда получалось добудиться. А сегодня она не то, что проснулась, но и уже активно ходила по комнате.

Хань Фэй вовсе не просыпалась. Очнувшись после потери сознания, она не спала всю ночь. Девушка тщательно раскладывала по полочкам все воспоминания, которые только получила. После того, как выслушала ответы системы на все вопросы, она поняла, что жизнь этого тела была ужасной.

«Кажется, меня можно назвать путешественницей-неудачницей»

Конечно, система сразу разъяснила некоторые спорные моменты из жизни прошлой мисс, но смириться с наличием игровой системы и переносом из современности было невероятно сложно.

Как и в родном, в этом мире девушку звали Хань Фэй. Она была первой дочерью министра Хань. По идее, ребёнок такого высокопоставленного человека не должен быть несчастным, даже если с его телом что-то не так.

Её отец заслужил титул самого нелюбимого министра. Императорская семья, как и вся остальная верхушка власти, недолюбливала его. А те, кто стоял ниже Хань, могли спокойно донести на него. Поэтому отец был постоянно занят делами страны. О внутреннем дворе заботилась вторая госпожа — мачеха Хань Фэй — Ся.

Мать девушки умерла слишком рано, чтобы успеть позаботиться о положении малышки в семье. Отец вечно пренебрегал дочерью. А ребёнок от такой жизни заедала стресс всё сильнее и сильнее.

И наконец она наела огромный живот и стала такой, какая есть.

Лицо Хань Фэй позеленело от злости. Глубоко внутри себя она была зла на это тело. Если прошлая Хань не могла контролировать свой вес, как она может хоть как-то контролировать жизнь?

— Мисс, ваше лицо… почему оно выглядит так ужасающе…

Чун Хон поразило настолько свирепое выражение лица у Хань Фэй. Она выглядела, словно людоед.

Девушка успокоилась и изменила мимику, после чего произнесла:

— Помоги уложить мне волосы.

Проблема в том, что сама Хань Фэй ни за что не справится со своими волосами. Её руки слишком короткие и толстые, поэтому она не сможет наловчиться, чтобы сделать себе хотя бы какое-то подобие причёски. Поэтому в этом вопросе может полагаться только на свою служанку.

Чун Хон поспешно подошла и начала укладывать волосы хозяйке.

— Хун Хон обязательно сделает юную леди красивой.

Хань Фэй рассеянно проговорила:

— Красивую свинью?

Рука служанки напряглась, но ответа не последовало.

Хань Фэй посмотрела на себя в бронзовое зеркало. Её раздражало это мясистое отражение. Тело из старого мира было очень милым. Кожа мягкая, как белый зефир, формы пышные и нежные, словно сладкая булочка. А тут скорее тёмная, как подгоревший хлеб. Даже не так! Она словно мешок цельного зерна!

Утешает лишь то, что из-за упитанности кожа натянутая и гладкая. Пор и угрей нет, из-за чего организм чувствует себя прекрасно.

Хань Фэй пыталась успокоить себя. Было бы лучше, если б кожа стала белее.

— Мисс, господин вернётся сегодня домой. Давайте оденем вас празднично, чтобы ему понравиться!

Мисс рассеянно кивнула, но как только Чун Хон достала «праздничный» наряд, она не выдержала.

«Что это такое, чёрт возьми!?»

Она будет похожа на разодетого артиста!

Хань Фэй вдруг вспомнила, что старой личности очень нравилась такая модная одежда. Она ведь невероятно дорогая и, скорее, гламурная, чем изящная.

— Госпожа будет самой красивой в этом красном платье!

Чун Хон искренне произнесла эту фразу, но Хань Фэй тупо уставилась на наряд и проронила:

— Свинья в красном?

И этот вопрос служанка не удостоила ответа.