Второй день во дворце.

Хань Фэй чувствовала себя свежее после помощи Чун Хон и наслаждалась её обществом последний вечер. Тётушка Гуй сказала, что, с началом занятий, служанок также ждёт своё обучение в другом месте.

Конечно, всё должно пройти не так масштабно, как у леди, но для слуг такой шанс выпадает редко. Можно считать это благословением. Те, кто вышел из дворца Ама, могут по праву считаться востребованным товаром.

Хань Фэй вышла во двор, сопровождаемая встревоженным взглядом Чун Хон.

Когда девушка вошла в основную залу, там уже стояла толпа разодетых девушек, о чём-то беспечно болтающих. Леди выглядели очень мило и нежно. Казалось, даже малюсенькая шпилька была специально подобрана, чтобы гармонировать со внешностью.

Хань Ян тоже стояла тут. Как только Хань Фэй вошла, девушка подошла к ней, фальшиво улыбаясь.

— Моя сестрица пришла сегодня очень рано. Никогда раньше я не видела её в это время.

Хань Фэй усмехнулась от всего сердца. Эту «хорошую» сестру нельзя недооценивать. У неё прекрасное личико, но невероятно порочное сердце. Такая фраза ясно указывает публике на дурную привычку сестры.

И, разумеется, она добилась эффекта. Неприязненные взгляды каждой девушки были прикованы к Хань Фэй.

Старшая сестра проигнорировала младшую. В это же время Тётушка Гуй вывела двух незнакомых женщин и нахмурилась, как только увидела, что в зале собралась лишь половина девушек.

Хань Фэй выпрямилась, огляделась и услышала, как Тётушка произнесла спокойным тоном:

— Вычтите десять баллов отсутствующим сегодня девушкам.

Все присутствующие оторопели. Нельзя было прочесть, какие эмоции в этот момент испытывали леди.

Вчера Тётушка Гуй рассказала, что первоначальный балл каждой леди по прибытию во дворец составляет сто баллов. К этим балом будут либо прибавлять, либо отнимать в течение месяца другие очки. Если их становится меньше пятидесяти, девушек сначала предупреждают, а после снижают баллы до тех пор, пока не выгонят.

Поэтому баллы для леди – словно кровь для живого организма!

Видеть, как кому-то их вычитают, было невыносимо. Если вы опоздаете несколько раз, вас просто выпнут отсюда обратно домой. Над подобной леди будет смеяться весь город!

Одна из леди, которой казалось, что подобное слишком жестоко, кротко заговорила:

— Тётушка, боюсь, это…

Брови Гуй дёрнулись. Она резко перебила девушку:

— Если будете перебивать старших, с вас вычтут пять баллов.

Леди быстро прикрыла рот руками.

Тётушка Гуй огляделась и, удостоверившись, что больше никто не осмелится говорить, продолжила:

— Здесь вы не леди из знатных семей, а группа учениц. Помните, что правила в стенах дворца незыблемы. Следуйте им. И помните: перебивать старших – страшное табу. Тут все могут раздавить вас, если захотят. Они занимают более высокое положение, чем вы. Если не будете дерзить и перебивать, никто вас не тронет.

Женщина говорила очень резко. Девушка, говорившая только что, побледнела. Остальным подобное стало примером, поэтому все стояли, молча склонив голову.

Тётушка Гуй была довольна.

— Сегодня состоится ваш первый урок. Вы будете тренироваться ходить и стоять, как подобает принцессе. Вы будете делать это одна за другой. Не посрамите свои семьи.

— Да.

Матушка рядом с Гуй повела Хань Фэй и других девушек в учебную залу.

По пути Хань Фэй внимательно осматривала дворец, чтобы однажды не потеряться.

Вскоре они прибыли к комнате. Каждая девушка заглядывала внутрь с нескрываемым любопытством. Это была большая пустая аудитория с кое-какими вещами, расставленными по углам. По центру стояли две служанки.

— Мы готовы помочь, Матушка.

Женщина вошла в комнату. Её взгляд упал на молодых служанок, а затем опустился вниз на их ноги. Она нахмурилась и произнесла:

— Предоставьте это мне.

— Да, Матушка.

Когда Хань Фэй увидела, как Тётушка смотрит им под ноги, у неё появилось дурное предчувствие.

Здесь слишком много ублюдков, которые следят за каждым твоим шагом, за каждым даже малейшим изменением!

Это точно сможет сделать обычный человек!? Что есть иерархия в этом мире!?

Плохое предчувствие Хань Фэй быстро оправдалось.

Сегодня они должны научиться ходить, пока несут на голове цветочный горшок и держат прямую осанку. Ваза была круглой снизу и заострена кверху, напоминая «пузатую» укороченную амфору.

Лицо Хань Фэй позеленело, как только она взяла горшок в руки.

Форма этой вазы сильно напоминала фигуру девушки, что явно доказывало: Хань Фэй не сможет сделать и шага.

Разве можно ожидать, что толстяк, который в принципе постоянно задыхается при ходьбе, вдруг начнёт парить с цветочным горшком на голове?