Когда Хань Фэй удалось перевести дух, в ушах раздались звуки тяжёлого дыхания и движения. Она подсознательно протянула руку, чтобы помочь принцу переместиться на кровать, но мгновенье спустя бессильно опустила. Вряд ли мужчина оценит сие проявление заботы.

Рука так и болталась, сжавшись в кулак.

Со скрипом что-то тяжёлое упало на кровать. Девушка хотела открыть рот, чтобы что-то проворчать, но услышала сдавленное дыхание. На лице тут же проступил румянец.

Осознание от того, что этот звук издавал мужчина после быстрых движений на кровати, так ещё такой низкий и продолжительный… заставляло блуждать мысли по просторам, в которые благочестивым дамам заходить не пристало.

— Выбрось из головы то, о чём только что подумала, — задыхаясь, проворчал холодный голос.

Хань Фэй кашлянула и, запинаясь, промямлила:

—Что вы… нет, я имею в виду… я…

Было сложно что-то придумать в такой ситуации.

— Прекрати.

— Но, — начала говорить Хань Фэй, но её прервали.

— Мне не нужно твоё сочувствие.

Девушка проглотила комок в горле.

Этот человек ужасно упрям. Но, к счастью, он не понял, о чём именно думала девушка, стоя перед ним.

— Я готов.

Хань Фэй прижала набор игл к груди и подошла к кровати. Она нащупала свободной рукой место, присела и, глубоко вздохнув, проговорила:

— Тогда я начинаю.

Хань Фэй абстрагировалась от внешнего мира, а конечности снова стали точным отлаженным механизмом. Игла попала ровно туда, куда и нужно было, даже несмотря на слепоту хозяйки.

Цинь Че чувствовал, что руки девушки без дрожи выполняли всю работу. Он ни разу не видел лекаря, что смог бы проделать подобные манипуляции без зрения. Мужчина глубоко задумался.

Закончив, Хань Фэй вымученно выдохнула. Только сейчас он поняла, насколько сильно устало её тело. Из-за тяжести оно не отличалось гибкостью.

«Стоит ускорить потерю веса. Нужно тренироваться и в будние дни», — подумала про себя Хань Фэй.

— Я использовала все акупунктурные точки, чтобы очистить кровоток. Ваша нога слишком долго оставалась без движений, поэтому процесс очищения будет очень болезненным. Вам нужно это пережить.

Так как Хань Фэй была слепа на протяжении нескольких часов, слух её обострился. Разумеется, она услышала тяжёлое дыхание, исходившее от мужчины.

Но, говоря начистоту, процесс акупунктуры более тяжело переносила Хань Фэй, а не Цинь Че. Ей немалых усилий требовалось, чтобы не упасть без чувств.

Осознав, что пауза в разговоре слишком длинная, а принц и не пытается что-либо ответить, девушка добавила с беспокойством в голосе:

— Вам больно? Я могу помочь вам избавиться от мук, но это может помешать быстрому выздоровлению. Вы…

— Незачем, — прервал её принц.

— Мастер…

— Я просто давно не чувствовал себя таким беспомощным.

Хань Фэй оторопела, прикусив губы. Казалось, её сердце пронзили тонкой и острой иглой. Иначе не объяснишь, почему ей было так больно.

Этот человек был принцем, но жил в холодном заброшенном поместье. Рядом с ним никого не было, кроме Ветерка. Ему оставалось лишь сидеть у окна и смотреть на запустение снаружи.

Девушка не понимала, как этот человек вообще выжил.

С больными ногами, не в состоянии двигаться, постоянно чувствовать на себе чужие липкие взгляды. Как так можно?..

Она наконец догадалась, почему в глазах этого человека так пусто и холодно.

— Как долго мне…

— Около получаса, —оборвала принца Хань Фэй, выброшенная из раздумий.

— Понял. На столе лежат книги, можешь себя занять.

Этот человек беспокоился, что ей будет скучно?

Лица Хань Фэй коснулась лёгкая улыбка. Как только она хотела поблагодарить принца, её опередил голос:

— Только помни, что не должна оборачиваться.

— Думаете, я так хочу на вас смотреть? — фыркнула девушка.

Хань Фэй повернулась к мужчине спиной, сняла ленту и подошла к столу в другом конце комнаты.

Так уж получилось, что ей нужно попрактиковаться в каллиграфии, иначе завтра на уроках возникнут проблемы.

На столе как раз лежали какие-то бумаги. Взгляд приковал фрагмент стихотворения на одном из листов. Она обратила внимание на почерк. Он выглядел восхитительно, вышел из-под кисти великого мастера.

В этот момент система выскочила откуда не возьмись со словами:

[ Хост! Хост! вам срочно нужно запустить систему эмпатии! ]

«Что, прямо сейчас?», — ошарашенно спросила Хань Фэй.

[ Да! Так получилось, что почерк этого персонажа может послужить в качестве шаблона для обучения хозяйки! ]

«Его почерк?».

[ Вы недовольны слогом божественного мужчины!? ]

«Никак нет!» — выпалила тут же девушка.

[ Тогда скорее включите систему эмпатии! ]

«П-подожди, у меня есть всего полчаса. Если иглы в его теле останутся дольше положенного срока, это может нанести ему вред!».

[ Хозяйка может не волноваться по этому поводу! Время внутри системы течёт не так, как в этом мире, так что всё в порядке! ]

«Какую цену я должна буду заплатить?».

[ Это награда за дружбу с системой! ]

Брови Хань Фэй поползли вверх.

«Награда? А что я такого сделала?».

[ Поскольку хозяйка взяла себя в руки и всё-таки проявила благосклонность к мужскому персонажу, система очень довольна. Теперь вы будете получать награду за сострадание к принцу каждый месяц! ]

Хань Фэй чувствовала, как её настроение то и дело поднимается.

«Как мило! Тогда начнём!».

[ Динь~ Система эмпатии активирована. Целевая задача выполнена. Изучение каллиграфии начинается! ]

В глазах девушки потемнело, а спустя секунду сцена перед ней изменилась. Вокруг было светло и солнечно, как днём. Минуту назад была ночь. Солнечный свет проникал в комнату через окно, ослепляя.

Хань Фэй пребывала в растерянности. Она находилась в том же месте, что и до этого, но словно и не в не там одновременно. Складывалось ощущение, что её душа воспарила где-то между мирами, приобретя форму некой субстанции.

Она уже хотела спросить, что такое система эмпатии, как сзади кто-то подошёл. Не успела она в ужасе повернуть голову, как объятия накрыли её сверху мягким одеялом.

Девушка в прострации замерла, почувствовав слабый запах лекарств, такой до колик знакомый.

Вскоре некто взял её за руку, некоторое время подержал, а после подвёл Хань Фэй к столу. Он взял кисть кончиками пальцев руки, державших ладонь девушки, и провёл линию по белоснежной рисовой бумаге.

Это…

Хань Фэй хотела повернуть голову, чтобы всё-таки убедиться, кто прильнул к ней сзади, но у неё не получалось не только обернуться, но даже двинуться.

[ Хозяйка! Пожалуйста, сконцентрируйтесь! Не тратьте время впустую! ]

Голос Таобао, казалось, доносился откуда-то из-за стены. Не теряя ни минуты, девушка попыталась сосредоточиться на письме.

Те же самые строки, что она видела только что, выплывали из-под кисти. Наконец, она догадалась, что на самом деле представляет из себя эта система эмпатии и почему ей нужен был шаблон.

Если она правильно поняла, человек за её спиной — больной принц.

Получается… если бы он мог ходить, то был бы таким высоким?

Мысли Хань Фэй снова отошли в свободное плаванье.

[ Пожалуйста, сконцентрируйтесь! ]

Девушка снова попыталась привести в порядок своё сознание и заставила себя сосредоточиться на руках. Она чувствовала каждое движение кисти, которой писал мужчина.

Иероглифы, прыгающие по рисовой бумаге, казалось, ожили и глубоко отпечатались в сознании Хань Фэй. Одно лишь монотонное зубрение каждого изгиба казалось утомительным, но принц написал лишь одну строку. У леди заволокло глаза от изнеможения.

[ Хозяйка, пожалуйста, держитесь! Чем дольше вы продержитесь, тем лучше будет эффект! ]

Голос Таобао едва достигал сознания Хань Фэй. Она яростно прикусила кончик языка, заставив себя пробудиться от усыпляющей атмосферы, а затем со всей настойчивостью продолжила внимательно наблюдать.

Один за другим, символы высекались в её мозгу.