Тут должна была быть реклама...
Несколько дней спустя состоялась встреча руководителей всех отделов парка. Сэйя ещё не сказал им о трёхмиллионной квоте посещаемости, но главные актёры, похоже, догадывались о ситуации. Скорее всего, при продаже второго парка им поставили какое-то условие. Они наверно думали, что это единственная причина, по которой Каниэ-кун выглядел таким подавленным, ведь число их посетителей было достаточно большим.
Среди актёров начали распространяться слухи, подтверждающие эту теорию. Иногда цифру посещаемости даже преувеличивали. Слухи, судя по всему, распускал кто-то из Амаги Девелопмент или Диджима Груп – во всяком случае, их распространял некто из-за пределов парка и хотел этим чего-то добиться.
Конечно, Сэйя знал, что когда-нибудь всё всплывёт на поверхность. Он просто был рад, что этого не произошло в августе, когда моральный дух персонала играл решающую роль; возможно, актёры, слышавшие слухи, намеренно решили не говорить о них в то время. Потом, когда летние каникулы закончились, они немного расслабились и стали больше болтать.
— Ты собираешься им всё рассказать? — спросила Исузу у Сэйи, когда они шли в конференц-зал.
— Да, — ответил он. — Не имеет смысла больше скрывать. Я хочу, чтобы люди приготовились действовать. — В голосе Сэйи чувствовалось напряжение; его отчасти расслабленный тон прошлой недели полностью исчез.
Когда она вместе с Моффлом приехали за Сэйей той ночью, он вышел из тёмных руин с мрачным и бледным, как у призрака, лицом. Он не смотрел ей в глаза, и голос его звучал глухо. Исузу и Моффл беспокоились за него, но он практически ничего не сказал. Они поели в семейном ресторане, а потом довезли его до дома.
На следующий день Сэйя пришёл в парк, полностью обновлённый. Он посмотрел в зеркало в своём кабинете и проделал свой обычный ритуал, говоря себе: «Да, сегодня я хорошо выгляжу!» – и так далее. С некоторой неуверенностью Исузу спросила его, что случилось в тот день в развалинах. Выражение лица Сэйи на мгновение омрачилось, а затем он пожал плечами.
—Я видел ад.
— Что?
— Я просто... встретился кое с кем, — уточнил Сэйя. — Мы не слишком долго общались, но я решил поверить его последним словам. — На левом запястье Сэйи виднелись дорогие на вид часы.
Это что, Ролекс?– удивилась Исузу. – Когда он их купил?
— Мы должны продолжать бороться, — сказал Сэйя. — Я продумал наши дальнейшие действия. — Часы всё ещё были у него на запястье, когда они направлялись в конференц-зал.
Позже Исузу узнала, что Сэйя, по-видимому, отказался руководить кафе на культурном фестивале в школе. Он столкнулся с большим количеством критики от его одноклассников, слухи ходили по всей школе и даже достигли Исузу, которая училась в другом классе. (Кстати, её идею с цельно-огуречной якисобой сразу же отвергли.)
«Он ужасен», — говорили люди. «Так безответственно! Он вообще не должен был предлагать, если просто собирался всё бросить!» Но Сэйя не обращал внимания на слухи; теперь он должен сосредоточить всё внимание на том, как победить. Исузу даже начала задаваться вопросом, забыл ли он ту ночь, которую они провели вместе. Это была грустная, но в то же время и успокаивающая мысль. Ну... скорее успокаивающая, чем грустная.
Они вдвоём вошли в конференц-зал.