Облака низко висели в небе, словно готовые утащить прочь детей, идущих по улицам. Они смотрели на землю огромными красными глазами, обсуждая, кого же из детей им стоит украсть.

С кашлем они рассеяли снег по улицам.

В конце концов, вот каковы демоны… так говорит Господь.

Кап-кап падали они.

Дождь из крови падал кап-кап-кап.

Май 2003 года – Часовня замка Вальдштайн на острове Гроверт, Германия.

— Виконт Вальдштайн, сэр?

Это слово, которое не могло существовать в этой стране.

С провозглашением Веймарской республики в 1918 году дворяне потеряли все свои силы и привилегии. Но даже если отбросить это в сторону, титул «виконта» с самого начала не существовал в этой стране. Вместо титула «виконта» немцы использовали слова вроде «Уайлдгрейв», «Палгрейв», «Бургрейв», «Маркгрейв» или «Раугрейв», чтобы указать на всевозможные позиции между рангами «барона» и «графа».

И в старинном замке в стране, несущей эту историю, иностранное слово повторили вновь.

— Виконт Вальдштайн, прошу, скажите нам.

В величественной часовне два ребёнка стояли перед алтарём. По закону они были детьми, но физически они уже были подростками, оба примерно пятнадцати лет.

Пока мальчик нервно наблюдал за происходящим, девочка продолжила обращаться к большой ёмкости перед ними со словом, которого не должно было существовать.

— Виконт Вальдштайн, когда Релик и Феррет собираются вернуться на этот остров?

Несмотря на то, что её тону при обращении к аристократу несколько недоставало изысканности, голос девочки выражал безошибочное уважение. Эта учтивость была рождена не некоего рода классовыми различиями… Это было чувство уважения, порождённое узами доверия.

Однако перед девочкой не было никого: только белоснежный гроб, расположенный между детьми и алтарём.

Солнечные лучи падали на гроб сквозь окно в крыше. Дети сощурили свои глаза, когда свет отразился от белой поверхности прямо им в лица.

В ответ на вопрос не послышалось никакого голоса. Часовню окутала тишина.

— Ясно… Так в таком случае вы не знаете… Но ведь однажды они вернутся. Верно, сэр?

Девочка продолжила свою явно одностороннюю беседу. Мальчик возле неё тоже внимательно наблюдал за гробом, словно в беседе девочки не было ничего странного.

— Я рада слышать это. Я так боялась, что никогда не увижу их вновь… – сказала девочка, снова отзываясь на молчаливый ответ.

Мальчик, который был на год или два старше девочки, внезапно взволнованно вмешался:

— Ух, сэр! Ум, ну, ух… Когда Феррет вернётся, видите ли, я, ух… Позволите ли вы Феррет – то есть вашей дочери – встречаться со-…

Всплеск.

Послышалось нечто вроде всплеска воды. В этот самый момент мальчик свалился на пол часовни, словно его подкинула невидимая сила. Он пролетел в воздухе величественную арку и упал на пол.

— Брат!.. Сэр! – вскрикнула девочка в сторону гроба и обеспокоенно взглянула на своего брата.

— Н-не волнуйся, Хильда. Это касается только меня и виконта, – произнёс мальчик, мягко отталкивая назад свою сестру, и поднялся на ноги.

Он шагнул в сторону гроба вновь.

Затем он уставился в одну точку перед собой, прямо как его сестра делала ранее, и внезапно снова заговорил.

— Да, сэр! Я знаю, что это должно касаться только меня и её! Но говорят, что если хочешь застрелить генерала, сначала тебе нужно пристрелить лошадь-… Я, ух, не имел в виду, что вы лошадь, сэр! В любом случае, что я пытаюсь сказать, позволите ли вы мне и Феррет-… А? Не звать её по имени без разрешения?.. Ух, сэр! Видите ли, я просто практикуюсь ради нашего совместного будущего. Что? Вы не можете отдать свою дочь кому-то вроде меня?! Пожалуйста, не говорите таких ужасных вещей! Сэр, вы должны быть её родителем! Любящим и понимающим! Вы не можете просто лишить её будущего, словно-… Н-нет, сэр! Ух, что вы имеете в виду под: «Думаешь ли ты, что у тебя есть право говорить со мной таким образом»?

Мальчик продолжал бессвязно бормотать, жестикулируя так, будто он выступал в театре одного актёра. С расстояния это казалось весьма сюрреалистичным зрелищем, но девочка по имени Хильда лишь наблюдала за этим с улыбкой на лице.

— Знаю-знаю! Нет, сэр. Дело не в рыцарстве или что-то вроде того! Как мужчина я хочу защищать мою леди и телом, и душой!.. Хах? В каком смысле вы должны проверить мою решимость? Я не смогу одолеть вас, сэр! С-стойте! Я ещё психологически не гото-о-о-о-о-о-…

В это же мгновение перед их глазами промелькнули какие-то красные капли.

Кровь хлынула прямо в воздух, наполняя часовню тонким туманом.

Девочка наблюдала, как её брат упал в бассейн из крови, но улыбка так и не покинула её лицо. Она смотрела на это так, будто сцена перед ней была не более чем невинным кукольным шоу.

Хильда продолжала наблюдать за столь трагичной и ужасающей сценой снова и снова.

Гроб в часовне купался в солнечном свете.

Нетронутый белоснежный гроб был мигом запятнан алыми всплесками крови.

Под взорами священных статуй кровь капала с края гроба, капля за каплей.

Кап, кап-кап.

Кап.

Кап.