Май 2004 года – На корабле на территории Германии – В окрестностях острова Гроверт.

— Вампиры, видите ли…

Огромный мужчина начал свою речь. Люди, окружающие его, тихо сглотнули.

— Они не представляют собой единую расу. Вы всё время видите их в фильмах и книгах. И, конечно, некоторые из вас даже встречали их вживую… хотя, думаю, даже тогда большинство из вас не смотрели никому из них в глаза.

Мужчина сделал глубокий вдох, усмехнулся и продолжил.

— В конце концов, это наша работа уничтожать их до того, как мы взглянем им в лицо. Чем они сильнее, тем больше мы забываем о том, чтобы не смотреть на них. И пока они храпят в своих гробах, мы вытаскиваем весь этот чёртов ящик на солнцепёк и бум.

Мужчина внезапно разжал кулак, жестом изображая взрыв.

Несколько человек вокруг тихо рассмеялись и вздохнули.

— Даже сильнейшие имеют тенденцию недолюбливать солнечный свет. И, конечно, могут найтись и те, кто и глазом не моргнут под солнцем, но даже они не могут оказать особое сопротивление нам. Я прав?

Мужчина улыбнулся и произнёс заключение, которое в некотором роде казалось скорее абсурдным.

— Вампиры слабы. Они не похожи на те штуки, которые вы видели в фильмах или легендах.

В этот нехарактерно тёплый весенний день в Северном море группа, насчитывающая примерно десяток человек, собралась на палубе автомобильного парома. Хотя большинство из них были одеты как туристы, в том, как они держали себя, было нечто необычное.

— Ну, думаю, они всё ещё чертовски сильнее, чем обычные люди, но я пытаюсь сказать, что сражение с вампирами ничто в сравнении со сражением, скажем, с акулой.

Крепко сложенный мужчина, который говорил всё это, стоя в центре группы, носил военный жилет. Бесчисленные шрамы на его лице и руках были свидетельством сражений, в которых он участвовал в прошлом. Его внешность делала очевидным, что ещё больше шрамов скрывалось под его одеждой, а в его лице виднелась подобающая суровость.

— Иными словами, они не единый вид. Я не говорю о цвете кожи или о чём-то на таком уровне. У каждой страны и региона существуют разные мифы о вампирах, и именно так всё и обстоит на самом деле. Некоторые из них могут летать по воздуху, а другие медленнее, чем люди. Некоторые могут превращаться в летучих мышей, дышать огнём или гипнотизировать людей, глядя им в глаза. Но я никогда не видел вампира, который мог бы делать все эти вещи одновременно, как те из фильмов. Я не понимаю, почему, но просто думайте о вампирах, как о существах совершенно отличных друг от друга. Это также касается и их слабостей. Некоторые из них могут совершенно спокойно пересекать проточную воду, а у других иммунитет к распятиям, но боязнь чеснока и так далее. Кол в сердце обычно работает, но некоторые вампиры обладают иммунитетом даже к этому.

Мужчина в шрамах рассмеялся, потряс головой и поднял палец в воздух.

— Хотя есть одна вещь, которая объединяет большинство из них. Они не терпят дневной свет. Некоторые из них обращаются в пепел ещё до того, как ты моргнуть успеешь, а другие просто слабеют под солнцем. Но всё, что нам нужно сделать, это воспользоваться этим преимуществом и бум! Работа выполнена. Вот почему наша стратегия – добраться до них при свете дня, когда они спят в своих постелях, и нежно вынести их маленькие колыбельные для летучих мышек. После этого мы всаживаем около тридцати колов в гроб и позволяем ему взорваться. Вот как тут всё работает. А теперь, сколько новобранцев присоединилось к нам сегодня?

— Двое, мистер Каргилла. Тут у нас Уал… – ответил тощий парень в очках.

Белый парень, который выглядел чуть старше двадцати, слегка помахал остальным.

Каргилла – лидер группы, покрытый шрамами – взглянул на другую новобранку и заговорил, обрывая парня в очках.

— И ещё у нас тут Пожирательница.

— …Верно, – пробормотал парень в очках, отводя взгляд в сторону.

Там стояла молодая девушка азиатского происхождения. По её чертам было очевидно, что она явно ещё не взрослая – скорее всего, подросток, которая не смотрелась бы не к месту в старшей школе.

Она носила белую кожаную куртку, и её длинные волосы были собраны в небрежный пучок за её спиной.

Девушка, к которой Каргилла отсылался как к «Пожирательнице», сидела в стороне сама по себе, глядя на море. Сегодня воды были удивительно спокойными для Северного моря, но она, уставившись на них, не показывала ни капли эмоций.

Она стояла в одной позиции уже достаточно долгое время: её жутко бледная кожа обнажена для солёного воздуха.

Наблюдая за этим, Каргилла хмыкнул.

— Хмпх. Довольно претенциозно, а? Весьма заносчиво для нахлебницы.

И в этот момент молодой человек по имени Уал неуверенно подал голос.

— Что вы имеете в виду под «нахлебницей», сэр? И, ух… об этой девушке. Что за «Пожирательница»?

 Услышав вопрос Уала, все слегка напряглись.

Каргилла раздражённо почесал голову и тихо заговорил с новобранцем.

— Новенький. В чём состоит наша работа?

— А? Мы истребляем вампиров, разве нет?

— Верно, – Каргилла кивнул на нелепый ответ Уала. – Мы не столько наёмники, а скорее медицинские работники. Мы устраиваем вампирам засаду днём, когда они не могут дать отпор, и разбираемся с ними быстро и аккуратно. И затем мы получаем свою оплату, производит ли её освобождённый город, или деревенский совет, или миллионер, беспокоящийся о безопасности своей дочери… Или религиозная община, в которую приходят подобные люди, когда у них возникают проблемы. Так?

— Верно, сэр.

Эти люди не были частью какой-то официальной санкционированной группы, они были командой, для которой истребление вампиров было частью бизнеса. Они не были секретной организацией, скрывающейся в тенях – они открыто размещали рекламу в журналах и газетах и вели веб-сайт в интернете.

Эти люди – самопровозглашённая «Корпорация Благосостояния Иномирья Филиал 666» – продавали инструменты против вампиров, такие как чесночные спреи, комплекты деревянных кольев и молотов и талисманы, написанные куриной кровью для азиатских клиентов в интернете. Большинство людей, просматривающих их страницу, принимали всё это за глупую шутку. Но у них была удивительно большая база клиентов, которые покупали их товары из любопытства. В конечном счёте их продажи приносили миллионные доходы каждый год.

Но с точки зрения этого «истребления» их работа по ликвидации вампиров была совершенно серьёзной. Они вели бизнес как любая другая компания, но у них не было установленной базы операций, поэтому они постоянно передвигались из одного места в другое. Казалось, словно они боялись некоего рода мести.

— Никто во всём мире не подозревает нас. Если наша реклама была бы хотя бы чуточку реалистичной, мы бы наверняка получили кучу жалоб о мошенничестве, обмане или ложной рекламе, но, если мы установим заголовок, говорящий что-то вроде «Истребление Вампиров», люди будут обращать на это меньше внимания, и это действительно сработает. Это также причина, почему мы перешли на этот инфантильный подзаголовок «666».

Каргилла рассмеялся, демонстрируя свои белоснежные зубы окружающим.

— Люди, которые приходят к нам – те, кому угрожают настоящие вампиры. Им указывают на церковь или полицию или в лучшем случае больницу, и в итоге они приходят к нам, потому что больше им не к кому обратиться. Отец говорит: «Глаза моей дочери потускнели, и на её шее две красных точки», ребёнок заявляет, что видел, как его мать делает грязные вещи с летучими мышами посреди ночи, или кто-то обнаруживает себя единственным оставшимся здравомыслящим человеком в своей семье.

Несмотря на то, что они на самом деле никогда раньше не сталкивались со столь утрированными случаями, Каргилла самоуничижительно рассмеялся.

— И самая важная часть нашего бизнеса в том, чтобы вытрясти как можно больше денег с этих отчаявшихся душ. Если клиент всё ещё ребёнок, мы должны начать с того, чтобы убедить родителей поверить в вампиров. Если семья бедная, мы убеждаем общину. И если это не срабатывает, местную церковь.

— Церковь? Я думал, у них есть свои люди, чтобы разбираться с вампирами, – сказал Уал.

Каргилла покачал своим указательным пальцем.

— Может, так оно и есть. Должно быть, существует куда больше людей, чем мы знаем, которые занимаются подобной работой. Включая правительство. Могу поставить на то, что Россия и Штаты уже могут держать одного-двух вампиров под заключением, проводя над ними эксперименты. Но это не наше дело. То же самое касается и церквей. Могут существовать и другие группы вроде нас, которые, скорее, подрабатывают за просто так, но они никогда не смогут взять на себя всю эту работу. Это говорит лишь о том, сколько вампиров живёт в этом мире.

— И люди всё ещё считают вампиров мифом, а?

— Не обязательно. Существует довольно много людей, которые верят в вампиров, даже если они скептично относятся к НЛО и призракам. И, как я сказал ранее, у них всех есть спектр отличий. Некоторые даже не пьют кровь. Они вампиры только по названию. Там есть идиоты из Южной Америки, которые пили кровь только у скота, и в итоге их по ошибке приняли за пришельцев.

Новобранец выглядел несколько растерянным. Каргилла продолжил до того, как молодой человек успел хотя бы задать свой вопрос.

— Но в конце концов ничто из этого не важно. Пьют ли они человеческую кровь или нет? Честно говоря, плевать, если вампир на самом деле на стороне людей, или он хороший парень, или что-то ещё. Что важно, так это убить его и получить оплату.

— Но разве это не беспокоит вас, сэр?

— Вот почему я убиваю их при свете дня. И это также то, почему я не смотрю им в лицо. Некоторые вампиры выглядят как самые горячие девушки в мире или даже невинные дети. Теперь представь, если один из таких посмотрит тебе в глаза и скажет: «Я не твой враг, прошу, доверься мне». Говорят ли они правду или нет, всегда найдётся парочка идиотов, которые в самом деле поверят в это. Вот почему мы взрываем их на кусочки до того, как они смогут сказать нам, хорошие они или плохие.

— Это довольно жестоко.

— Даже если он был хорошим парнем, в тот момент, когда нас наняли, чтобы позаботиться о нём, можно с уверенностью сказать, что он глупец. Тот факт, что кто-то доложил нам о его скрытом убежище, сам по себе означает, что он уже сделал нечто, на что стоило бы доложить. Может, ещё и нет никаких жертв, но к тому моменту, как местные достаточно напуганы, чтобы позвать нас, всё кончено.

Каргилла зажёг дешёвую сигарету и взглянул в чистое голубое небо.

В его глазах не было ни волнения, ни жалости. Он говорил как бизнесмен, не более.

— Прямо как в этот раз, – заключил он.

Но тут Уал подал голос, продолжая беседу.

— Ух, не уверен, что это отвечает на мой вопрос…

— А? Какой вопрос? – отозвался Каргилла, выглядя так, будто он искренне забыл о нём.

Новобранец же смущённо повторил свои же слова.

— Сэр, эта девушка-азиатка! Что она вообще такое?

Глаза Каргиллы распахнулись, когда он услышал это напоминание. Мужчина выдохнул облако сигаретного дыма.

— Ох. Конечно. Конечно. Прости за это. Совсем забыл, – он вдохнул сигаретный дым, наслаждаясь покачиванием парома. – Наша работа – охотиться на вампиров за оплату, но не все работают с той же целью. Раз в столетие ты натыкаешься на кого-то, кто делает это не за из-за веры, или из-за долга, или чувства справедливости. Эта девочка вон там одна из таких. Видишь ли, она Пожирательница. И иногда мы работаем с людьми вроде неё…

Каргилла остановился, выпустил дым из своих лёгких и сухо продолжил.

— Название говорит само за себя, не так ли? Они едят вампиров.

— …Что?

Новобранец растерянно осмотрелся по сторонам. Но его примерно дюжина коллег отвели глаза, и несколько из них кинули на девушку на носу корабля полные отвращения взгляды.

— Это нечто вроде чёрной магии. Они кучка фанатиков. Они разрывают вампирские глотки до того, как те успевают добраться до них.

— Что это значит, сэр? – растерянно переспросил новобранец.

Ответ Каргиллы был простым и честным.

— Они поглощают вампирскую плоть, пьют их кровь, убивают их, затем смешивают их прах с водой и выпивают его. Они пытаются заполучить вампирскую силу, оставаясь людьми.

Уалу потребовалось около пяти секунд, чтобы обработать новую информацию. Он посмотрел на девочку со слегка изменившимся выражением лица.

— Это вообще возможно?

— Кто знает? Я пробовал это с прахом ранее, но у меня никогда не выходило сделать это. Думаю, с кровью получится лучше, но как кто-то может раздобыть вампирскую кровь, не разбудив его средь бела дня? На солнце они мгновенно обращаются прахом. В тени они отбиваются. Но эта девчонка вон там некая знаменитость в нашем деле. Она не может оборачиваться летучими мышами или волками, но с точки зрения чистой силы и времени реакции она буквально на уровне вампира. Ты поймёшь, когда увидишь её в деле. Ты не сможешь не поверить тогда.

Капля ненависти и страха просочилась во взгляд Каргиллы.

— Послушай-ка, новобранец. Это не значит, что я не люблю её силу. Я чертовски напуган, потому что она как-то смогла выпить вампирскую кровь до того, как она обернулась прахом. Некоторые говорят, что она заключила сделку с вампиром, чтобы выпить его кровь, затащив тридцать истребителей вроде нас в ловушку.

Всё ещё существовала вероятность того, что она забрала кровь силой у ослабевшего вампира, который обладал иммунитетом к солнцу, но Каргилла не казался удовлетворённым подобным заключением.

— Если ты хочешь более простой путь заполучить вампирскую силу, просто позволь одному из них обратить тебя. Если ты ещё не запятнан, всё должно быть нормально. Но Пожиратели отличаются. Осквернённые. Пытаются заполучить все вампирские силы, но ни одну из их слабостей. Если охотники на вампиров действительно существуют, они не похожи на каких-то полудампиров или вроде того. Они коварны и решительны до раздражения.

Каргилла провёл своей сигарой по палубе и погасил её.

— Прямо как вампиры, – заключил он. 

Когда они только подтвердили свою миссию, одинокая девочка пришла к их месту вербовки, прося присоединиться.

Они находились посреди большой равнины. Одна дорога пролегала прямо до самого горизонта. Там не было ничего, кроме маленького здания автокафе и припаркованных фургонов вокруг него.

Каргилла, сидя на водительском месте невзрачного фургона, глянул на девушку снаружи, словно оценивая необычный образец.

Он с одного взгляда мог сказать, что она азиатского происхождения. Её фигура, скорее, могла в полной мере называться «девичьей», и всё же… её руки и ноги были тонкими, но мускулистыми, напоминая кошку в прекрасной форме.

Под тонкой белой курткой она носила одну только майку.

Обычно Каргилла мог бы присвистнуть, но в чертах лица девушки всё ещё была заметна юность, и она смотрела прямо на него, подавляя некие эмоции. Несоответствия в её внешности побудили Каргиллу дважды подумать, прежде чем относиться к ней как к девушке – конечно, она в любом случае была немного слишком уж молода для него.

Странная девочка заговорила первой на ломаном английском.

— Ум… Ещё раз. Убить вампира острова Гроверт? Я хочу помочь.

Изначально он решил, что это шутка, и подумал выйти из машины, чтобы отпугнуть девчонку.

— Эй, барышня. Где ты услышала о нас? Ты взломала наш сайт или что? Я знаю, что мы на самом деле не в той позиции, чтобы считать что-то шуткой или вроде того, но это не поездка по достопримечательностям… Чт- ..?

— Я знаю.

В следующее мгновение голос девочки раздался позади него.

Когда он сошёл с водительского сиденья, она вне всяких сомнений стояла перед машиной. Но к тому моменту, как он осознал это, девочка исчезла и вновь появилась позади него.

Её зрелый, монотонный голос звучал почти как у убийцы, зачитывающего смертный приговор.

Каргилла даже моргнуть не успел, как она скользнула ему за спину. Холодный страх пробежал по его венам.

— Я знаю. Я пришла, потому что я знаю.

Она вампирша?!

Но естественно на дворе всё ещё царил день. Солнце пекло достаточно сильно, чтобы покалывать его кожу. И из того, что знал Каргилла, ни один вампир не мог не попасть под влияние солнца. Некоторые легенды рассказывали о вампирах с иммунитетом к дневному свету, но каждый вампир, которого он встречал до сих пор, избегал его, как чумы, и жил в тени.

Нельзя принимать легенды за чистую монету.

Он говорил так раньше. И когда подчинённый спросил: «Что, если в итоге мы сразимся с тем, кто обладает иммунитетом к солнечному свету?» – он ответил: «Тогда нас всех загипнотизируют и превратят в зомби или нашу кровь высосут и обратят в замороженную еду».

Таких вампиров, однако, не существовало. И даже если такие всё же были, он был уверен, что вампиры такого калибра не станут беспокоить группу вроде его собственной – не то чтобы у него были какие-то намерения столкнуться с кем-то подобным. Существ вроде этих лучше оставить какой-то секретной полиции или скрытой организации из Ватикана, думал он.

Они лишь вели бизнес, нацеленный на определённую нишу. Они не будут расширять его, только истреблять вампиров с очевидными слабостями и получать оплату взамен. Это то, как они жили.

Но одно существо, которое шло совершенно против этой его философии, появилось перед ним, а затем исчезло у него за спиной.

Если она действительно была вампиршей, которая могла двигаться с такой скоростью даже под солнцем, ему конец. Каргилла пришёл к этому заключению, едва в силах подавить свой крик, но не в состоянии остановить холодный пот, бегущий по его телу.

— Я помогу, не встану на пути. Позвольте мне тоже поехать, – безэмоционально произнесла девочка.

Каргилле потребовалось всё мужество, которым он когда-либо обладал, чтобы просто ответить.

— К-кто ты? Чего ты хочешь?

Ответ девочки был монотонным, но внутри него, очевидно, содержалась огромная сила.

— Киджима Шизуне. Японка. Шестнадцать лет.

Её последние слова ответили на все вопросы Каргиллы.

— …Пожирательница.

                                                                                                                     †

Она могла слышать опасающиеся голоса и чувствовать взгляды других сквозь шум волн.

Шизуне Киджима закрыла свои глаза.

Они думают, что я не могу слышать их? Или они делают это намеренно?

Нет… думаю, большинство людей не смогут хорошо расслышать это. Обычные люди не смогут сделать это. Но я могу слышать всё это, потому что я другая. Я могу слышать вещи, которые мне не нужно слышать… Вещи, которые я не хочу слышать.

Девочка в белой кожаной куртке решила игнорировать болтовню своих союзников. Уал, который спокойно заигрывал с ней перед их посадкой на паром, теперь шептался о ней приглушённым тоном.

Конечно, ранее Шизуне полностью игнорировала его, и она не чувствовала никакой огромной потери от того, что он перестал делать это. Она также знала, что другие рабочие – нет, все члены команды – также избегали её. Но это ничуть не препятствовало её решимости.

Я избрала этот путь по собственному желанию. У меня нет сожалений.

Причина, по которой Шизуне убивала вампиров, была простой, но твёрдой.

Месть. Это то, как всё началось.

Вампиры появились перед ней ещё тогда, когда она жила в маленькой деревне в горах Хокурику.

Хотя она была совершенно невежественна, не готова и не заинтересована в вампирах до того момента, одно прибытие этих существ ознаменовало начало конца для Шизуне.

Это началось с двух маленьких точек. Двух маленьких круглых ранок.

Двух маленьких шрамов на шее её младшего брата.

Это стало началом ночи, когда всё было украдено у неё.

Той ночью лесной пожар разразился в крошечной деревне, оставляя за собой двадцать два обугленных трупа. Инцидент на целый месяц потряс Японию. И после этого ничего не произошло.

Отчёты о вскрытии показали, что жертвы были убиты до того, как их тела сожгли. Жёлтая пресса не теряла времени, сравнивая это с массовым убийством в Цуяме, но отсутствие явных причин смерти означало, что никто не мог знать наверняка, были ли эти смерти убийством. Дело было оставлено на произвол судьбы.

Десятилетняя девочка, которая едва избежала трагедии, также пропала, словно пытаясь избежать медиа. И теперь, годы спустя, она находилась на пароме, везущем их на остров Гроверт. 

Чего она хотела в момент, когда решила охотиться на вампиров, так это простой силы.

Избрав путь Пожирательницы, Шизуне более чем привыкла к одиночеству. Холодность её союзников к ней не особо беспокоила её. Она просто не любила слушать их голоса.

Она не могла выдержать того, что они говорили о ней со страхом, отвращением, а иногда сопереживанием или жалостью несмотря на то, что они ничего не знали о ней.

Если бы только у людей не было голосов и языков. Если бы только мы могли коммуницировать только действиями…

К этому моменту прошло более шести лет с тех пор, как она впервые испила кровь вампира.

Быстрейшим путём заработать силу – силу уничтожить вампиров – было стать Пожирателем.

За прошедшие шесть лет она поглотила плоть более сотни вампиров, выпивая кровь и даже их прах.

Для своих первых нескольких убийств она должна была застать их врасплох или принять помощь других, но к тому времени, как она съела около десяти вампиров, её собственных сил было вполне достаточно.

Она загоняла свою цель в угол чистой силой и вонзала свои зубы в их руки и шеи. Жертва была подавлена ей – человеком – и её сверхчеловеческими силами, и их шок вскоре уступал место страху.

Эти мимолётные мгновения были именно тем, ради чего жила Шизуне. Они были светом её жизни и величайшим удовольствием, доступным ей.

Когда она впервые ощутила удовольствие от этого зрелища, она пришла к осознанию.

В тот момент, когда она приняла месть как удовольствие, она потеряла свою человечность.

Шизуне наблюдала за вампиром перед собой, рассыпающимся в прах под лунным светом с колом в его груди. На мгновение она вкусила отчаяние, но она подняла руку к своему лицу, на котором появилась лёгкая ухмылка, и она заметила нечто иное.

Выражение на лице вампира… страх, отчаяние, шок и вопрос: «Почему я?» Выражение, смешанное с сомнением…

Это было то самое выражение, что отразилось на лице Шизуне в ночь, когда её жизнь перевернулась вверх ногами. 

Она убила множество вампиров. Она истребляла их.

Огромное, огромное множество тех, что существовали в этом мире.

Она не гналась за вампирами безрассудно. Она преднамеренно выбирала своих целей, убеждаясь, что она наверняка сможет одолеть тех, кого избрала. Смакуя абсолютно каждую еду, пока она продолжала наращивать силы и опыт.

Больше месть не была её мотивацией. Её контролировала великая невидимая сила.

Нет, дело не в этом. Нет никакой невидимой высшей силы. Я контролирую себя. Сила, что движет мной, прямо здесь.

 Она продолжала убивать вампиров одного за другим с целью сохранить себя, думала она, пытаясь оправдать свои действия.

Но когда она получила удовольствие в резне своей добычи, факт лжи, которую она повторяла самой себе, показался на поверхности.

Я монстр. Конечно, люди будут избегать меня, – подумала она, позволяя своим мыслям с презрением вернуться к другим истребителям.

Я знаю, каково быть Пожирательницей. Так что я могу оправдать себя. Я имею право думать так, ненавидеть и смотреть на саму себя сверху вниз. Но кто они, по их мнению, такие? Говорят за моей спиной, хотя их слова не поддерживает ничего, кроме предположений. Они ничего не знают обо мне. Им везло с их целями, и они думают, что они сильны. Это всё равно, что угадать ответ в вопросе с несколькими вариантами. И они всё ещё полагают, будто они всё знают.

Решив, что нет смысла слишком раздражаться из-за чего-то подобного, Шизуне перевела своё внимание обратно на море.

Воздух и небо были спокойны, но водная гладь была нарушена колебаниями волн.

И на расстоянии, на самом горизонте перед паромом появилась маленькая точка.

Небольшая форма вскоре стала разрастаться над горизонтом, став горой, окружённой зеленью.

Через пару мгновений у подножья горы стал виден весьма внушительный город. Сверхчеловеческое зрение Шизуне позволило ей заметить определённое сооружение в этом пейзаже.

Замок Вальдштайн. Утверждают, что он, названный в честь его господина, был полностью отреставрирован, и некоторая его часть была отдана городу, став туристической достопримечательностью. И именно этот участок был местом, где Шизуне и истребителей ожидали их дела.

Вспомнив причину, по которой она направилась на остров, Шизуне подавила свои мысли и сконцентрировалась на поставленной задаче.

                                                                                                                    †

Паром пришвартовался в порт на острове. Туристов и их багаж высадили одного за другим.

— К счастью, сегодня солнечно. Похоже, мы закончим до заката, – сказал Каргилла.

Парень в очках, который, по всей видимости, был его правой рукой, подал голос.

— Сэр, мы также должны лично поговорить с клиентами.

— Мы разделимся. Ты возьми пару человек, чтобы увидеться с клиентами, и свяжись со мной по рации, если что-то пойдёт не так.

— Что насчёт вас, сэр?

— Я совсем не говорю по-немецки. Но это не должно быть проблемой для носителя вроде тебя, да? Рассчитываю на тебя.

Подчинённый кивнул и покинул группу с двумя другими истребителями на хвосте. Их группа привезла с собой два фургона и легковую машину для работы. Парень в очках направился к автомобилю поменьше и начал покидать порт с двумя компаньонами.

Тогда он заметил членов экипажа, выгружающих какой-то груз.

— …? Эти коробки кажутся немного слишком большими для обычных туристов. Интересно, может, кто-то переезжает сюда?

Машина парня в очках тихо проехала по гладкой асфальтированной дороге мимо неповоротливых рабочих, несущих груз размером с кровать.

Понаблюдав за тем, как его подчинённые уезжают, Каргилла осмотрел портовый город и вынес свой вердикт.

— Странно.

— Что вы имеете в виду? – спросил Уал – новобранец.

Осознавал ли он любопытство Уала или нет, Каргилла продолжил, словно беседуя сам с собой.

— Это может быть непрямой запрос, но нас попросил истребить вампиров сам мэр. Если всё зашло настолько далеко, тогда слухи должны ходить по улицам. Но это место слишком энергичное. Слишком мирное.

— Может, слухи и ходят, но никто в них не верит. Или, возможно, только мэр и его посредники знают об этом…

— …Нет. Если судить по моему опыту, где есть вампиры, там всегда можно найти что-то вроде предзнаменований или странной ауры. Туристический это пункт или нет, ходят ли вокруг слухи или нет, люди всегда с подозрением относятся к большой группе посетителей вроде нашей. Однако…

Каргилла снова изучил гавань и покачал головой, словно сдаваясь.

— …Тут просто слишком уж тихо.

Прямо перед тем, как шагнуть в фургон, лидер истребителей оглянулся на город и пробормотал себе под нос:

— Он даже в лучшем состоянии, чем большинство мест, где нет вампиров… 

Два фургона и все машины пассажиров, которые были на борту парома, в конце концов, уехали прочь. Стоя перед грузом, который был перенесён в подвальный офис портовой администрации, пара рабочих начала шептаться между собой.

— В любом случае это огромная честь, не так ли?

— Ты о чём?

— Я не могу поверить, что мне поручили перевозить семью виконта Вальдштайна!

Подвал был тёмным, и его освещал лишь свет флуоресцентных ламп. Тем не менее комната выглядела больше, чем камера хранения, и скорее напоминала высококлассную комнату ожидания. Весь груз, который был перенесён сюда, носил имя одного конкретного владельца и был обёрнут с особой заботой.

— Мне кажется, что я недостоин, понимаешь? Они могли просто поручить это своим фамильярам. Так… что вообще случилось с ними всеми? Эти горничные в зелёных платьях, баобан-сит, верно? Все эти горничные! Можешь в это поверить?

Из всего груза только два были распакованы – пара маленьких гробов. Один из рабочих, стоящий перед ними, устало пожаловался.

— Я слышал, что они прибираются после поездки. Эти двое просто захотели вернуться пораньше.

— Так они не могут постоять в очереди, как все мы, а? Дети есть дети, – рабочий рассмеялся.

В этот самый момент из одного из гробов послышался тихий голос.

— Это действительно разочаровывает…

Голос был несомненно молодым и женским с оттенком невероятной красоты.

— С каких пор людям этого острова разрешено насмехаться над их господами?

Рабочие замерли. Один из гробов был открыт.

В тот момент, когда они услышали голос, мужчины нервно перевели свои взгляды в сторону гробов. Но они не заметили, чтобы крышка открывалась.

— Подумать только, что плебеи простолюдины посмеют оскорблять достопочтенного братца…

Ярость и отвращение отчётливо слышались в её тоне. И к тому времени, как эти слова достигли ушей мужчин, девочка уже стояла перед ними.

Она носила чёрное платье в готическом стиле. Её глаза, столь проницательные, что никак не могли быть человеческими, пронзили мужчин, словно кинжалы.

Конечно, она не остановила поток времени, как и не телепортировалась к этому месту. Мужчины просто пришли в такой ужас, что их разумы сыграли с ними злую шутку. Они лишь подлили бензина в огонь изящных движений девочки: плавных и лишённых излишеств.

— …!

— …В-в-вы… проснулись…

Когда мужчины выдохнули эти слова, девочка выпустила на них свой тихий гнев.

— Вы рассчитывали, что солнечный свет защитит ваш секрет? Теперь я прекрасно понимаю, что именно вы говорите о нас за спиной.

— Э-это недопонимание! Мы не…

— Придержи свой позорный язык, негодник!

Внезапная вспышка гнева девочки заставила мужчину окаменеть, словно её слова сами по себе были магическим заклинанием. Хотя эти строки звучали комично не к месту в этом веке, глаза девочки, обладающие нечеловеческим блеском, не позволяли принимать их за таковые.

Колени мужчин задрожали, когда их страх достиг предела. Но вдруг…

— Хва-а-а-а-а-а…

Этот зевок был достаточно непринуждённым, чтобы уничтожить тысячелетний страх.

Рабочие почувствовали, как ледяная атмосфера комнаты тут же развеялась, и заметили, что зевок послышался из второго гроба.

В то же время они также осознали, что девочка держала свои руки у них на горлах, уставившись на них взглядом, который мог убить.

— …!

Испустив беззвучный крик, рабочие покрылись холодным потом. Руки девочки были маленькими и детскими, но мужчины инстинктивно заметили опасность, с которой она сжимала их шеи. Если бы не зевок, они бы уже лишились своих жизней.

Девочка опустила свои руки в тот самый момент, когда из второго гроба послышался голос. Этот голос принадлежал юноше, звуча непринуждённо и нежно, что резко контрастировало с тоном девочки.

— Здравствуйте. Ох, спасибо вам большое, что перенесли нас сюда.

— Ух…

Рабочие в замешательстве разинули рты, не до конца понимая, о чём он. Однако мальчик в гробу, кажется, не слышал их и беспечно продолжил.

— Мы можем позаботиться об остальном, так что вы можете вернуться к своей работе.

Голос из закрытого гроба был спокойным и искренним, в нём не было скрыто ни капли насмешки.

Несмотря на то, что это заняло несколько секунд, рабочие восстановили рассудок и вылетели через дверь на лестницу, выглядя при этом так, будто им только что даровали какое-то спасение.

А позади остались брат в гробу и замолкшая сестра.

Казалось, что тишина будет длиться вечно. Но сестра – Феррет фон Вальдштайн – монотонно покритиковала своего брата.

— …Достопочтенный братец, это был излишний акт милосердия.

С другой стороны, голос из гроба притворялся, будто ничего не произошло.

— Что ты имеешь в виду?

— Достопочтенный братец, из всей сказанной тобой откровенной лжи, закрывать глаза на лепет этих простолюдинов… У происходящих из нашей родословной нет потребности в дыхании. В чём заключалась причина для твоего зевка?!

— Кого волнует? В любом случае не то чтобы у нашей родословной была какая-то сила.

— Достопочтенный братец, я оскорблена! – крикнула Феррет.

Её голос эхом пронёсся по подвалу. Сам воздух содрогнулся.

Но голос брата в гробу – Релика – ничуть не запнулся.

— Если ты думаешь, что я делаю что-то не так, то вперёд, выскажи, что думаешь. Даже если это означает несогласие со мной. Помнишь? Я просто хочу, чтобы ты была собой.

Прямо как брат отказывался колебаться, сестра отказывалась склоняться перед его желанием.

— И я предала свой ответ огласке. Я должна воспользоваться этой свободой и таким образом решить следовать твоей воле, достопочтенный братец.

— А-а-а, так непреодолимая сила встретила недвижимый объект, хах?.. Интересно, как бы отец разрешил это.

— Отец не имеет к этому вопросу никакого отношения! – Феррет повысила свой голос, услышав полушуточный тон Релика.

Гроб Релика всё ещё был плотно закрыт, но Феррет могла чётко видеть посмеивающееся выражение на лице своего брата…

Не то чтобы она умела смотреть сквозь объекты, но она могла предугадывать действия и выражения своего брата на определённом уровне.

Релик хихикнул, прямо как его сестра и ожидала, и успокоился.

— Я собираюсь поспать чуть дольше. Есть много людей, с которыми нам нужно увидеться, когда солнце зайдёт…

Феррет уловила радостное волнение в голосе Релика. Она впервые за это время отвела взгляд от его гроба и вздохнула.

— Ты хочешь сказать, что желаешь увидеть свою человеческую подругу детства. Её звали Хильда, не так ли?

В этот раз Релик был не столь невозмутим.

— …Ты пытаешься отомстить мне или что? Ты знаешь Хильду так же долго, как и я.

— Это не было моим намерением. Это не моя забота, если ты испытываешь влечение к человеческой девушке, достопочтенный братец. Вопрос того, чувствуешь ли ты вину, вкушая человеческую кровь, ведёт к вопросу, веришь ли ты, что вампир никогда не сможет обрести любовь с человеком, и ведёт ли этот вопрос к твоему страху признаться Хильде в своих чувствах или нет, это не имеет ко мне совершенно никакого отношения.

— О-осторожнее! Я бы мог снять целый фильм о своих проблемах. Ты не можешь просто вот так быстро подытожить их все! – запаниковал Релик, потеряв ведущую нить беседы.

Из гроба послышался глухой стук, делая очевидным, что он только что ударился головой о внутреннюю часть крышки.

Феррет улыбнулась и продолжила загонять своего брата в угол: её интонация отказывалась выдавать хоть каплю эмоций.

— Я понимаю. Я понимаю всё, что нужно знать о тебе, достопочтенный братец. Как ты никогда не позволял себе забирать кровь у людей силой. Как ты пил кровь только в редких случаях и только с согласия. И как ты никогда не пытался подчинить человека!

— …

Гроб Релика хранил молчание. Ярость Феррет быстро утихла, и она отвела взгляд, словно то, что она собиралась сказать, ранило её настолько же, насколько и его. Она уже осознала, насколько далеко она зашла со своими обвинениями, но в этой точке пути назад не было.

— И… что всё это потому, что ты так и не смог забыть Хильду.

— …Это всё, что ты хотела сказать, Феррет?

Ответ Релика был настолько спокойным и чистым, словно его произнёс сам гроб.

Услышав это, Феррет содрогнулась.

Неописуемая тишина накрыла брата и сестру, между которыми находился гроб.

Сколько времени прошло? Релик был первым, кто нарушил тишину.

— Хр-р-р…

Он мягко дышал, практически по-детски преувеличивая звук.

Феррет была застигнута врасплох подобной демонстративностью, но всего на мгновение. Упрямое выражение отразилось на её лице, когда она вновь подала голос.

— Достопочтенный братец, я уже сказала это – настоящему вампиру вроде тебя не нужно дышать.

— …М-м-м… хр-р… фью-ю-ю-ю…

Преувеличенное дыхание продолжалось. Феррет злобно шагнула обратно в свой гроб.

— Хмпх! Больше меня не волнует!

Она повернулась спиной в сторону своего брата и закрыла крышку своего собственного гроба.

Морской ветер дул в подвальной комнате, теперь полностью окутанной тишиной.

                                                                                                                       †

Гроверт никак нельзя было назвать маленьким островом. Это был один из самых больших островов в Германии с довольно развитой туристической индустрией.

На острове было несколько городов, среди которых было всё: от улиц, напоминающих средневековые, до современных правительственных офисов и отелей. Конечно, на острове не было небоскрёбов – пятиэтажные отели были тут максимумом. И всё же ни одна комната не пустовала во время занятого туристического сезона. Старые здания на огромных улицах, которые были отреставрированы в отели, также пользовались неплохой популярностью среди приезжих.

Сейчас был не сезон, так что в настоящий момент популяция острова в основном состояла из местных жителей. Но там всё ещё не было ничего необычного в более чем десятке мужчин и женщин, приехавших для так называемой «командировки». Никто не придавал никакого значения Каргилле и другим, разместившимся в двух фургонах. Что до их огромного багажа, который содержал все виды инструментов для их работы, они пронесли их, заявив, что в нём находится снаряжение для кемпинга. Никто не стал тщательно обследовать внутреннюю часть фургонов и машины, что привело истребителей в восторг из-за слабой охраны Гроверта.

— Думаю, я не должен жаловаться из-за подобной удачи.

В этот раз их клиентами была женатая пара, живущая на острове. Они иммигрировали в Германию из Британии около десяти лет назад. По их словам, первые несколько лет на Гроверте не было ничего необычного. Но однажды они осознали нечто ужасающее об этом острове.

…На острове жили вампиры.

Они не были непонятными загадочными существами или предполагаемыми полтергейстами. Они были вампирами воплоти: их формы чёткие, реальные и физические.

Нелепо было предполагать, что они существуют. В некотором роде проще было бы поверить в существование призраков или инопланетян.

Для начала сама пара, должно быть, меньше всех хотела верить в это. Хотя Гроверт был изолированным островом, как они могли ожидать, что существа, напоминающие что-то из фильмов категории Б или дешёвых триллеров, будут скрываться на столь развитом острове?

— Как они связались с нами?

Это Каргилла спросил у человека на пассажирском сиденье, повернув руль.

— Похоже, они тайно проконсультировались с мэром. Мэр был тем, кто выступал как посредник. Он тоже знал о вампирах, так что он связался с нами через чьё-то направление. На первый взгляд, наши клиенты – пара, но мэр тот, кто позаботился о большей части оплаты… Разве вы не читали отчёт, мистер Каргилла?

Выслушав слова подчинённого, Каргилла раздражённо пожал плечами.

— Я пропустил эту часть. Всё, о чём я беспокоился – это где мы можем найти колыбель нашей цели. Это всё, что имеет значение.

— Опять эта ваша безответственность… Сэр, если вы будете заранее проводить какие-то исследования, это сделает работу безопаснее для нас всех. Помните тот раз, когда мы в итоге чуть не подорвали очень человеческого вампирского маньяка?

— Сколько ещё лет ты будешь мне это припоминать? – Каргилла гоготнул и взглянул на зеркало бокового видения.

Девочка-пожирательница находилась в фургоне, следующим за ними.

Он не увидел Шизуне ни на сиденье водителя, ни на пассажирском сиденье рядом с ним. Скорее всего, она скрылась где-то в задней части машины. И, судя по мрачным выражениям остальных истребителей в фургоне, не казалось, что они вовсе говорили с ней.

А, ну. Думаю, они ничего не могут поделать, когда рядом сидит подобная девчонка.

Если бы она была чуть более дружелюбной, она могла бы завязать беседу с каким-нибудь коллегой-истребителем. Да, люди имели тенденцию принципиально избегать Пожирателей, но в основном причина её одиночества заключалась в её собственной молчаливой позиции. По крайней мере, облегчением было то, что она не сказала ничего оскорбительного своим коллегам-истребителям, но никто не мог знать наверняка, что творится у неё в голове.

Чёрт возьми. У меня есть все деньги и связи мира, но…

Ощутив весьма бессмысленную горечь в сердце, Каргилла переключил своё внимание на горы, которые уже показались в их поле зрения.

Холмы поменьше, покрытые лиственными деревьями, возвышались вокруг них. И на вершине горы перед ними стоял замок прямиком из средневековья.

Он величественно тянулся к небу, стоя в самом центре острова, окружённый аурой величия и высокомерия, словно он правил городом, его людьми и даже кораблями, проплывающими по ближайшим водам.

— Неудивительно, что это туристическая достопримечательность.

— Замок Вальдштайн… По-видимому, в Средние века в нём проживал аристократ по имени Вальдштайн.

Когда они подъехали ближе, величество замка окутало и их, отчего казалось, словно сам воздух стал тяжелее.

— Это потрясающее место, надо отдать им должное… Были ли Вальдштайны столь могущественны?

— Я не уверен. Сегодня о них осталось не так много записей. Хотя, думаю, неудивительно, поскольку они жили на отдалённом острове, который только недавно стал туристическим местом.

— Разве тебе не интересно, почему у них был такой большой замок в таком захолустье?

Холодный пот наконец начал бежать по спине Каргиллы.

Он мог чувствовать это своими костями – что-то в этой миссии отличалось. Тревожные звоночки звенели в его голове, но он оправдал дрожь присутствием Пожирательницы и попытался сохранить спокойствие.

— Это туристическая достопримечательность, но вокруг замка есть зоны, которые были оцеплены ради сохранения культурной ценности, – начал подчинённый, но Каргилла громко оборвал его.

— Я же говорил, я читал эту часть отчёта. Это замок, где находится наша цель. Отлично, ребята, прибьём ублюдка!

Достаточно печально, но никто не ответил ему боевыми или радостными возгласами.

— Вы… вы, ребят, понятия не имеете, когда стоит что-то сказать, да?

                                                                                                                          †

Спальня в замке Вальдштайн.

— …Какого чёрта.

Каргилла и остальные подготовили своё оборудование и вошли в замок, однако…

— Это было слишком уж просто.

Прошла минута с того момента, как они начали штурм замка. И сейчас они смотрели на белый гроб.

Вернёмся немного назад.

Когда истребители высадились из своих машин, они столкнулись лицом к лицу с замком, который выглядел как какой-то королевский дворец прямиком из сказки.

Несмотря на то, что предполагалось, что это туристическая достопримечательность, там не брали плату за вход и возле не было никаких охранных мер. Они обладали полной свободой идти, куда они желали. Естественно, там не было никакого ресепшена. Будто это был самый обычный замок, окружённый напоминающим парк садом.

Согласно словам мэра, он запретил вход в замок под предлогом ремонтных работ. Кажется, он был верен своему слову, поскольку истребители не заметили никаких людей ни в замке, ни в саду.

Однако сам масштаб здания потрясал. Истребителей наполнил страх, не похожий на то, что они испытывали на прошлых миссиях.

Вампиры, которых они уничтожали до сих пор, обычно жили в хижинах на окраинах поселений, старых поместьях, мельницах или пещерах в горах. Более необычные прибежища включали квартиры, подземные парковки и заброшенные фабрики, но это первый раз в истории компании, когда их цель поселилась в столь откровенно стереотипном месте.

Но что действительно пробирало их до костей, так это тот факт, что, когда они шагнули в оцеплённую зону замка, ближе к задней части, они обнаружили огромный белый гроб в первой же комнате, куда они сунулись. 

— Что теперь, босс?

— …Будто мне нужно вам говорить…

Не в силах скрыть свою растерянность, Каргилла тихо подошёл к гробу.

Другие истребители выглядели столь же ошеломлёнными, задаваясь вопросом, была ли это какая-то ловушка или крупномасштабный розыгрыш от их клиентов, которые втянули в это даже мэра.

Но один человек среди них – Шизуне – наблюдал за происходящим с расстояния, мрачно глядя на белый гроб.

Каргилла и остальные с любопытством изучали его, но они не смогли найти никаких признаков повреждения. Достаточно странно, но на крышке гроба виднелось множество отпечатков обуви, однако Каргилла заметил нечто ещё более тревожащее и подал голос:

— …Это что? Деревообрабатывающий клей?

Нечто вроде смолы заполняло пространство между крышкой и основой гроба. Она была полупрозрачной, как некоего рода суперклей, и выглядела так, будто она находилась там с целью полностью запечатать гроб, чтобы даже капля воды не вытекла наружу.

Дело было не только в крышке, прилепленной к основе, – сам гроб выглядел довольно прочным. Им нужно будет нечто больше обычного лома, чтобы открыть что-то подобное.

— …Что здесь творится? – нервно спросил один из истребителей.

Но у Каргиллы естественно не было готово простого ответа.

Уал тревожно посмотрел на их задумавшегося лидера и нерешительно спросил:

— Там действительно вампир? Что, если пара или мэр совершили убийство или что-то типа того и они пытаются свалить вину на нас?

— Мы подтвердили все данные об этой работе. Кроме того, если у них есть хоть какие-то мозги, они бы выбросили труп где-то в горах, вместо того чтобы втягивать бойкую шайку вроде нашей. И, если они просто играются с нами, ну… мы разберёмся с этим, когда до этого дойдёт. Мы вытрясем каждый пенни и с клиентов, и с мэра.

— Это безнадёжно… – пробормотал Уал, осматриваясь по сторонам.

Внезапно позади него голос подала Шизуне.

— Здесь.

— А?

Пожирательница открыла свой рот впервые с тех пор, как они прибыли на остров.

Она не казалась особо уверенной с иностранными словами, так что просто произносила отдельные английские слова, не особо связывая их между собой, чтобы выразить свои идеи.

— Здесь внутри. Вампир. Чувствую это.

Истребители сглотнули. Они пришли сюда потому, что они знали, что вампир здесь, но подтверждение от Шизуне заставило воздух стать тяжелее, чем раньше.

— …Так ты можешь чувствовать вампиров, а? Откуда ты знаешь? Они даже не дышат.

— Не верите мне? Хорошо.

Шизуне с презрением ответила на саркастичное возражение Каргиллы и затихла. Затем она продолжила пялиться на гроб, который находился за несколькими истребителями, словно бросая им тихий вызов.

Чёрт. Холодновато. Единственное, что в ней от девушки, так это миленькое лицо и размер груди.

Мысленно бросив это оскорбление, Каргилла вернулся к работе.

— Что до уничтожения… Верно. Мы можем выйти через эту дверь на балкон… Нет. Возможно, лучше будет терраса на крыше. До тех пор, пока мы можем направиться куда-то, где много солнечного света, всё нормально.

Истребители отработанными движениями вытащили гроб наружу, хотя в этот раз в них присутствовала некая неуклюжесть. Ранее они множество раз проделывали эту процедуру, но сегодня что-то было не так. Хотя они могли справиться с некоторым дискомфортом, сегодня их беспокоило слишком много всего.

Японская Пожирательница, которая внезапно подошла к ним перед миссией.

До жути мирные улицы.

Величественный замок, часто посещаемый туристами, – место, где не решится остановиться ни один нормальный вампир.

И белый гроб, стоящий перед ними, словно подготовленный заботливым хозяином.

— Это наверняка ловушка…

— Заткнись! – взревел Каргилла на новенького, однако вскоре осознал, что он просто пытался успокоить свою собственную тревогу… Что привело к тому, что он стал чувствовать себя даже хуже, чем раньше.

Когда он получил свой первый запрос на истребление от президента компании, он не верил ни в то, что он был способен убивать вампиров, ни в то, что вампиры вообще существуют. Вот почему он в принципе смог вытащить гроб из обозначенной локации, вонзить в него напичканный взрывчаткой кол и взорвать его под солнцем.

Существо, подвергшееся воздействию солнечного света пустыни, корчилось на месте, покрытое деревянными щепками. Вскоре оно закаменело, как соляной столп, и рассеялось в прах даже не воспламенившись.

Первой мыслью, которая пробежала через его голову, была паника: «Человек?!» Затем за этим ужасом пришло осознание, что существо не было человеком. После последовало удовлетворение от наблюдения за тем, как оно растворяется у него на глазах.

Я убил… нет, истребил его. Это бесчеловечное существо.

К тому времени, как это осознание поразило его, он смеялся.

Существо, которое определённо должно было быть слишком сильным для него – монстр прямиком из фильмов и легенд – было беспомощно обращено в пыль, потому что он атаковал его, пока тот спал.

Он никогда не осознавал, что акт истребления может быть столь удовлетворительным.

Этих существ было удивительно легко уничтожить. Днём они могли барабанить по гробу или изо всех сил пинать его, но вампиры никогда не просыпались. Ночью всё отличалось, но они не были столь глупы, чтобы тратить столько ненужных усилий.

Каких-то официальных записей о вампирах не существовало. Истребитель получал благодарность за их истребление, но закон никогда не играл никакой роли. Взрывчатки, которую они использовали, было как раз достаточно для одного гроба и одного человека, так что взрыв никогда не был проблемой, если, конечно, в ближайших кварталах не было других резиденций – что было весьма маловероятно, поскольку вампиры редко проживали в густо населённых районах.

Чем больше вампиров они истребляли, тем больше они окунались в удовольствие.

Естественно, очень мало людей, избирающих этот путь, находились в здравом уме. Большинство были теми, кто сбежал, так и не сумев стать полноценными наёмниками, как Каргилла, отринув нормальную жизнь, или были бандитами без талантов или стимулов. Каждый раз набирая новых истребителей, они обнаруживали среди кандидатов два типа. Фанатиков, одержимых оккультными силами, и людей, желающих сделать что угодно ради денег. Очевидно, нанимали тех, кто попадал во вторую категорию.

Истребители считали Шизуне жуткой, но, скорее всего, по большей части они не так уж отличались друг от друга.

Главным отличием между ними, однако, были вампиры, с которыми они сталкивались ранее.

Их отношение служило подтверждением их опыта.

Каргилла был напуган из-за столкновения с неизвестной ситуацией, но Шизуне всё ещё держалась начеку – её поведение нисколько не отличалось. Она была сфокусирована и собрана, готовая среагировать на любое мельчайшее изменение, которое может настичь их.

Спальня была напрямую связана с террасой на крыше. Пока шесть истребителей тащили гроб, несколько из них начали нервно перешёптываться.

— Эй, разве этот гроб не кажется… странным?

— …Ага. Словно внутри него что-то плещется.

— У меня такое чувство, что мы тащим аквариум или вроде того…

Нечто в этом гробу беспокоило их, но они не могли бросить его на полпути.

К тому моменту, как они вытащили его на солнечный свет, они, казалось, пришли в ещё больший ужас от содержимого гроба, чем обычно.

— Тц. Что вы за слабаки? Эй, начинайте съёмку! – сказал Каргилла.

Один из истребителей установил старую камеру. С механическим щелчком плёнка внутри пришла в движение.

Запись, которую они снимут, будет использована для справочных целей в будущем и как доказательство того, что они точно истребили цель.

Краем глаза отметив начало записи, Каргилла медленно потянулся к своей рации на поясе.

— Это я. Как там всё у вас? – спокойно спросил он.

Правая рука, который уехал повидаться с клиентами, спокойно ответил:

«Никаких проблем, сэр. Пара тут у нас, как и мэр. По-видимому, сегодня у него выходной.»

— Насчёт способностей вампира. Клиенты сказали что-то ещё?

«Ничего, сэр. Мэр сказал, что он слаб к солнечному свету, как и другие вампиры.»

— Ясно. Тогда я рассчитываю, что ты договоришься по поводу оплаты, как и всегда.

Бросив эту небрежную команду, из-за которой сложно было поверить, что он бизнесмен, Каргилла тихо повернулся в сторону гроба.

Он ярко сиял на свету. Красная надпись на крышке представляла собой имя – «Герхард фон Вальдштайн».

Сорок пять секунд спустя дюжина деревянных колов будет воткнута в белый гроб.

                                                                                                                       † 

Колы, каждый размером с половину детской руки, тихо вонзились в гроб.

Оборудование, которое истребители выгрузили из фургонов, выглядело так, будто его забрали прямиком из третьесортных научно-фантастических фильмов.

Оружие, напоминающее небрежное слияние подводного ружья и базуки, выглядело достаточно показным, чтобы принадлежать съёмочной площадке, где снимали что-то о борьбе с гигантскими монстрами.

Истребители выстроились в простое боевое построение, являющее собой полукруг, вокруг гроба на террасе на крыше.

Конечно, хоть их строение и было грубым и беспорядочным, позиция каждого члена гарантировала, что они не находились на линии огня друг у друга.

— Отлично! Огонь, огонь, огонь! Выпустите свой пар!

Когда Каргилла выкрикнул этот глупый приказ, фигуры истребителей отработанными движениями нажали на курки. Казалось, словно они пришли к своим собственным заключениям, забыв свой страх, который переполнял их всего секунду назад.

С водянистым, но в то же время взрывным рёвом странные объекты вылетели из дул их диковинных орудий.

Это были длинные цилиндры, покрытые серебром. В тот момент, когда цилиндры пронзили гроб, они с хрустящим взрывом содрогнулись.

Вскоре цилиндры отпали, как потраченные гильзы, оставляя позади белые колья в местах, где ранее находились цилиндры. Скорее всего, взрыв был нужен для того, чтобы прорубить отверстия в гробу, и цилиндры выбросили колья в эти проёмы.

В итоге гроб очень напоминал дикобраза.

Каргилла поднял руку, чтобы просигнализировать остальным не стрелять.

После нескольких секунд тишины, подувший с гор ветер разнёс вокруг грохот взрыва, а сам гроб охватило пламя.

Шизуне Киджима наблюдала за происходящим с широко распахнутыми глазами и пробормотала себе под нос:

— Невероятно…

Эти слова, произнесённые на японском, отдавали каплей шока и даже восхищения.

— Подумать, что они додумаются напичкать колья взрывчаткой…

Её наполнила странная ностальгия, как будто она наблюдала смерть монстра на шоу Токусацу в Японии.

Холодный фасад Шизуне наконец был сломлен, впервые эмоции отразились на её лице.

— Я никогда не видела, чтобы кто-то затрачивал столько усилий при истреблении…

Это было сродни использованию ядерной бомбы, чтобы убить одного пришельца. Шизуне покачала головой, в то время как лёгкая улыбка отразилась на её лице.

Что мне делать? С чего бы мне вообще начать?

До недавних пор она смотрела на этих истребителей, избегающих её, с презрением. Но в тот момент, когда эта сцена развернулась перед её глазами, она начала испытывать невероятную жалость по отношению к ним.

На деле это чувство не покидало её. Планирование команды было слишком уж беспорядочным для группы, зарабатывающей этим на жизнь. У командира не было совершенно никаких лидерских навыков. Их оборудование было показным и абсурдным даже для глаз охотника на вампиров.

Причина, по которой эта группа смогла выживать так долго, заключалась в том, что они были достаточно везучими, чтобы сталкиваться лишь со слабейшими вампирами. Простофили, которые не стоили своего имени, позволяли обнаружить свои гробы несмотря на то, что солнечный свет был для них смертелен. Единственное, за что она могла похвалить эту команду, так это за способность провести подобное оборудование через таможню и их храбрость браться за такую работу.

Наверное, вот как Каргилла и другие выживали до сих пор. Они просто не сталкивались с достаточно сильными вампирами.

На самом деле, предположение Шизуне не отличалось от мыслей самого Каргиллы, но она просто тихо покачала головой.

Должно быть, группа истребителей действовала таким образом уже довольно долгое время.

— Отлично. У нас получилось! Не осталось даже кусочка!

— Может, мы использовали слегка слишком много огневой мощи. Тут повсюду кровь.

Шизуне почувствовала ещё один приступ жалости к истребителям, пока наблюдала за их беспечной болтовнёй.

Рано или поздно все эти подшучивания обратятся криком.

Она точно знала, какая судьба вскоре настигнет их. Она прекрасно осознавала ситуацию.

Мощная аура, которую она уловила ранее, бурлила с невероятной силой.

— Эй, оператор! Ты снял всё это?!

Каргилла помахал истребителю с камерой и триумфально улыбнулся.

Это было просто. Ничего необычного.

Отбросив напряжение миссии, он использовал импульс своего облегчения, чтобы одарить своих подчинённых яркой улыбкой.

Затем его глаза набрели на Шизуне, прислонившуюся к стене, которая отделяла спальню от террасы.

Кажется, тревога Каргиллы от её присутствия исчезла. Он заговорил с девушкой саркастичным тоном:

— Прости, огоньку было многовато, так что извиняюсь, если ты так хотела этот редкий стейк. Теперь лучше слизать всю эту кровь, разбрызганную вокруг, до того, как она испарится… – начал он, но застыл.

К тому моменту, как он осознал это, мир вокруг замер. Другие истребители разинули рты так, будто наблюдали, как фантастика стала реальностью у них на глазах.

[Danke!]

Это было слово, написанное на каменном полу рядом с разрушенным гробом.

Абсолютно каждая буква была размером примерно с газетный лист. Слово значило «спасибо» по-немецки.

Причина, по которой истребители застыли, заключалась не в том, что ранее букв там не было, как и не в том, что буквы вращались, чтобы они могли разглядеть их с каждого угла.

Что ужаснуло их, так это тот факт, что буквы были пугающе ярко-красными…

И что они были собраны из крови, которая пролилась из взорванного гроба.

Буквы не включали всю кровь из гроба. Остальная собралась в аккуратную лужу на небольшом расстоянии от букв. Скорее всего, в общей сложности крови там было достаточно, чтобы заполнить большую часть гроба.

Каргилла уставился на эту картину широко распахнутыми глазами. Шизуне сделала то же самое, хоть её взгляд и был серьёзнее.

И словно убедившись, что все взоры были устремлены на них, буквы поползли по полу, как ртуть, и внезапно сменились на новый набор символов.

[Thanks!] 

[Merci!]

[Bene facis]

[謝謝!]

[Grazie!]

[ありがとう！]

[Спасибо.]

[……]

[…] 

Пока истребители растерянно наблюдали за этим, буквы крови продолжали менять форму.

Они все были словами, выражающими благодарность, но у истребителей не было времени, чтобы прочитать их, так что они просто повернулись к Каргилле в поисках спасения.

— Н-не теряйте бдительность, народ! Дерьмо! Это всё же ловушка?! Главное тело, должно быть, прячется где-то в тени! Убирайтесь от крови и держитесь начеку!

И в тот самый момент, когда его голос достиг всех на террасе, буквы крови объединились с остальной лужей крови, извиваясь, как живое существо, и начали двигаться в сторону главной стены между террасой и спальней.

Кровь на мгновение собралась в лужу между стеной и полом, прежде чем бросить вызов гравитации и взобраться вверх. Истребители наблюдали за этим, застыв от шока, пока она выкладывала следующее предложение на английском.

[Прошу прощения. Поскольку я заметил, что лидер группы прекрасно разговаривает по-английски, я тоже должен продолжить на этом самом языке!]

Кровь из гроба элегантным почерком складывала буквы на стене. Сверхъестественная картина лишила истребителей дара речи, но кровь проигнорировала их шок и использовала большую белую стену как холст, чтобы создавать слова на ней своим собственным телом.

[Спасибо! Приношу вам свою искреннюю благодарность. Никаких слов не будет достаточно, чтобы выразить мою признательность! Я бы потерял все силы, если бы остался в этом тёмном гробу ещё дольше! Благодарю за этот благословенный шанс увидеть солнечный свет вновь, Господь! Дьявол! И вы, добрые святые, которые освободили меня из моего гроба!]

Кровь даже убедилась, что использует восклицательные знаки, пытаясь выразить свою благодарность. Каргилла и другие понятия не имели, почему кровь звала их святыми, но, скорее всего, она сама пришла к такому выводу, увидев остатки белых кольев, лежащих на полу.

Осознав всю серьёзность ситуации, Каргилла собрал смелость в кулак и закричал на своих коллег истребителей.

— Это плохо! Главное тело, должно быть, где-то здесь! Найдите тело, контролирующее всю эту кровь!

И, словно в попытке поправить его, буквы крови на стене вновь сменили форму.

[Что такое, мой дорогой друг? Я прямо «здесь», разве не так? Эта кровь и есть я, во плоти! Я кровь, и эта кровь – весь я!]

Буквы крови подчеркнули свою автономность, позаботившись о том, чтобы использовать даже кавычки и запятые.

— Что?..

Когда Каргилла в шоке разинул рот, буквы крови добавили объяснение.

[Верите вы мне или нет, если вы желаете коммуницировать с моим телом, боюсь, вам придётся смотреть на меня. Я считаю, что, к величайшему сожалению, я не обладаю способностями к телепатии.]

— Что это… Никто не говорил об этом. Что за чёрт?..

Каргилла оглянулся на своих подчинённых, словно прося о помощи. Гордости, с которой он держал себя сразу же после взрыва, более не наблюдалось. Он слабо улыбался, его тон в лучшем случае неуверенный, а в худшем попросту глупый.

[Ах, прошу. Я с удовольствием отвечу на любые ваши вопросы, так что не бойтесь спрашивать. Меня зовут Герхард фон Вальдштайн! Я виконт, бывший господин острова Гроверт и в настоящий момент вампир, живущий в тени!]

— Вампир…

[Но, возможно, это то, что вы, добрые святые, знали и до этого, ибо вогнали деревянные колья в мой гроб, не так ли? Судя по состоянию гроба, я полагаю, что колья, кои вы использовали, не были лишь тем, чем казались, но в любом случае я определённо вампир. Прошу, будьте спокойны. И я понимаю, что моя форма весьма необычна, так что нет нужды углубляться в это.]

— …

Истребители переглянулись, неуверенные, как они должны ответить невероятно болтливым красным буквам.

Заметив тишину, самопровозглашённый виконт по имени Герхард стёр буквы на стене и вновь начал писать на ней, используя её как новую страницу для своих слов.

[Полагаю, с выражением благодарности всё в порядке. Если ценности в частной части замка удовлетворят вас, то, прошу, забирайте их! Хотя моё скромное жилище не может посоперничать со зрелищностью замка Гогенцоллерн, управляемого его Императорским Величеством, я гарантирую, что я более чем сравнив с ним в элегантности. Антиквариат, картины, что только может поразить ваше воображение теперь ваше! Но, конечно, может быть излишней грубостью выражать мою благодарность лишь подарками материальных благ. Этот добрый поступок будет отплачен другим, если пожелаете, так что позовите, если когда-то вам потребуется помощь!]

Драматично архаичный стиль речи заставил Каргиллу и других подумать, что буквы говорили надменным тоном. Когда они медленно осознали значение этих слов, истребители растерянно переглянулись.

Однако один человек среди них отказался хранить молчание.

— Ты Герхард фон Вальдштайн, верно?

[Да, несомненно.]

Одного «ты» от Шизуне оказалось более чем достаточно, чтобы виконт понял, что юная девушка – японка. После он действовал невероятно быстро: сменив остальные свои слова на японский, он написал другой набор слов на левой нижней части стены, прямо перед ней.

[Ах, прекрасная юная леди родом из Японии, полагаю. Вы одна кажетесь невозмутимой при виде этого тела. Так чего же вы искали? Я уверяю, что я сделаю всё, что в моих силах, чтобы помочь вам.]

В тот момент, когда эти слова возникли на стене, Шизуне молча подняла взгляд.

Судя по выражению её лица, кажется, она сдерживала невероятную злость или даже ярость. Но сильнее них было возникшее чувство предвкушения и волнения из-за существа перед ней.

Но за исключением этого её лицо было лишено каких-либо эмоций. Оно было пустым, словно она не надеялась получить какое-либо удовольствие от своих ожиданий.

[Хм…]

Когда виконт даже преобразовал своё восхищение на японский, Шизуне произнесла всего четыре слова.

— Я хочу тебя съесть.

В тот момент, когда девушка пробормотала это, она исчезла из поля зрения окружающих.

— Чт-…

В секунду, которая ушла у Каргиллы на то, чтобы втянуть воздух, Шизуне подпрыгнула в воздух.

На мгновение показалось, словно она зацепилась за саму стену, но в следующее она оттолкнулась вперёд. Её пальцы зацепились за край крыши замка.

— Ум… Ч-что это было?.. Монстр?

Глаза новобранца Уала были даже шире, чем когда он впервые узрел буквы из крови. Его выражение уже перешло грань тревоги или нервозности, теперь близясь к полноценному ужасу.

— Кто именно? Кровь или девчонка?

Уал подумал секунду и пробормотал:

— …Хотел бы я знать.

Другие, кажется, только сейчас заметили, что Шизуне исчезла, дико оглядываясь по сторонам, чтобы найти её.

Сама Шизуне тем временем повернулась вниз, словно паучиха. Достав три пробирки с пояса, она кинула их в лужу крови и буквы на стене под собой.

Когда пробирки упали, они ударились о выступ возле стены и разбились. Из каждой из них вылились разные субстанции – две из них были жидкостями, а последняя некоего рода белым порошком.

Лужа крови внизу мастерски уклонилась от субстанций, которые случайным образом рассеялись сверху. Кровь под ливнем из жидкостей и порошка ускользнула только из тех участков, на которые попали вещества. Это было всё равно, что наблюдать, как вода стекает по листу бумаги, пропитанному воском.

Несколько истребителей взглянули на жидкие субстанции. Одна из них была прозрачной без запаха или какого-то пара.

Другая же являла собой загадочное вещество, которое сияло серебристой белизной. Оно свернулось на части крыши, когда она приземлилась, слегка дрожа, как капли на дождевике.

— Ртуть?.. – задался вопросом один из истребителей.

Буквы на стене вновь искривились, выражая изумление.

[Боже мой, юная леди случайно не поверила ли мифу, что вампиры слабеют от серебра? Не совсем ложь, но я хотел бы поведать вам, что серебро и ртуть – совершенно разные вещества, так что и эффекты от них разные.]

— Попробуй объяснить это ей…

[Ох? Юная леди не одна из добрых святых? Прошу, простите меня за ошибку. Я не имел в виду под этим ничего такого.]

Через мгновение после того, как было написано это извинение, лужа крови внезапно возросла.

Кровавая масса искривилась и вспенилась, как водоворот, а затем подпрыгнула на крышу, пролетев над головой Шизуне.

В тот момент, когда один из концов спирали дотронулся до поверхности крыши, он подтянул туда всё своё остальное тело, словно натянутая пружина.

Шизуне тоже последовала за ним и подкинула себя на крышу…

— Хах?

Все истребители приросли к своим местам, оцепенев из-за сцены, которая разворачивалась перед ними. Но Уал вскоре нарушил тишину.

— Ух… Так и кровь, и девчонка исчезли. Что нам делать теперь?

Его неловкий вопрос привёл остальных в чувства одного за другим.

Перед ними стояла нетронутая белая каменная стена.

Позади них стоял белый гроб, расколотый на кусочки.

Каргилла переводил свой взгляд с одного на другое, а затем развернулся к истребителю с камерой.

— Что из этого ты снял?

— Всё, сэр…

— Избавься от второй половины.

— Хах? – растерянно выпалил оператор.

Каргилла искривил свои губы в ухмылке, хотя она не достигла его глаз.

— Просто обрежь его до части, где мы взрываем гроб. Мы вручим это видео клиентам. Мы покинем этот остров до заката, даже если это означает уйти с грошами. Возражения?

Истребители вновь переглянулись и молча уставились на Каргиллу.

— Тогда никаких возражений. Хорошо. Давайте убира-… пошли.

Каргилла покинул замок быстрее всех, его подчинённые последовали за ним.

Вспоминая ужасающую сцену ранее, он вздрогнул и молча поблагодарил истребителей за то, что они последовали за ним без лишнего шума.

Он был действительно благодарен за тот факт, что никто не сказал: «Давайте последуем за ним!».

Чёрт. Хорошо, что эти ублюдки совсем не понимают, когда нужно что-то сказать.

— Ух, может, мы должны пойти помочь с а-а-а-аргх…

Каргилла ударил Уала тыльной стороной ладони до того, как тот успел закончить своё предложение.

— Ты что-то сказал?

— …Ничег-г-г-го, сэр-р-р…