Стрекот цикад эхом разносился над японским садом камней. Прохладный ветер, гуляющий в густой бамбуковой роще, скользил сквозь открытые раздвижные двери, тихо покачивая фурин.

Деревянная резиденция напоминала старинный буддийский храм. В центре комнаты, в безупречной позе сэйдза, сидел Огюст Натан. Хотя ему не предложили подушку, он держал спину идеально ровно, не шелохнувшись ни на миг.

Вскоре бамбуковая штора поднялась, и появилась девушка.

​На ней были длинные хакама и одеяние, напоминающее придворные наряды эпохи Хэйан. Длинные чёрные волосы струились до самых бёдер. На накидке золотом сиял герб Кондзитё – символ Императорского дома.

П.п Фурин 風鈴 традиционный японский ветряной колокольчик. Кондзитё 金翅鳥 – Гаруды – Прикольная связь с мифами. Гаруды в буддизме враги Наг(драконов)

На вид ей было чуть больше двадцати. Черты лица отличались изяществом и благородством, но выражение оставалось мягким, напоминающим озорного котёнка.

​– Заставила тебя ждать, Огюст? – непринуждённо бросила девушка. Её голос звучал нежно, словно птичья трель.

– Нет, вы как раз вовремя, госпожа Карура, – сухо отозвался Натан, склонив голову.

​Карура обиженно надула губы.

​– Выпьешь чего-нибудь? Мне удалось достать превосходный гёкуро(чай).

​– Благодарю, но нет.

​– У меня и закуски есть. Только что прислали из главного дома Мёдзин.

– Нет, благодарю вас.

Карура пыталась завязать непринуждённую беседу, но Натан не выказывал ни малейшего желания отбросить формальности. Наконец, она смиренно вздохнула и поджала губы.

– Докладывай, сэр Натан, – произнесла она торжественным тоном, резко контрастирующим с её прежней игривостью.

Натан безучастно кивнул и поднял голову.

– “Галерея Берит” захватила огненного дракона Аваритию, скрывавшегося в 23 Районах. Главный дом Берит рано или поздно свяжется с “Ганцхайтом”.

– “Галерея Берит”... – Карура задумчиво нахмурилась. – Полагаю, это неудивительно.

​– Бериты – один из старейших родов алхимиков. Они привыкли иметь дело с драконами, – без запинки отчеканил Нэйтан.

Драконы тесно связаны с золотом, а значит, и с алхимиками. Уроборос, важнейший символ алхимии – это дракон, кусающий свой хвост; да и сам бог Меркурий, считающийся отцом этого искусства, часто изображался в виде трёхголового дракона.

– Понятно. Эти куклы справятся... но присматривай за ними, – ответила Карура, скрывая лёгкую зависть к сёстрам Берит.

И она, и близнецы воспитывались как птицы в клетке, но теперь те обрели свободу действовать по собственной воле. Карура невольно восхищалась ими.

– Похоже, они позаботились и о нашем прощальном подарке.

​– Граф Раймат... Бедняга. Сколько раз мы предупреждали его, что жажда власти, которую он не в силах вынести, приведёт лишь к гибели? – Карура опустила глаза с притворной жалостью.

Другой агент уже доложил ей о смерти Гектора Раймата. Приняв Ихор, он превратился в вирма – ложного, неполноценного дракона – и был сожжён дотла Регалией Пламени Аваритии.

Драконы ядовиты, они раздувают пламя жадности в людских сердцах... В каком-то смысле закономерно, что алчность Графа превратила его в вирма. Суи Нарусава наверняка знала об этом, вручая ему Ихор. И она, несомненно, довольна результатом.

– Ты получил данные по F-сыворотки?

– Да. Я опубликовал спасенные данные в архивах фонда. Я рассудил, что слишком высокий уровень секретности, наоборот, породит ненужные спекуляции.

– Прекрасно. Пусть жадные военные знают, что солдаты Фафнира – не альтернатива Лазарям. – Карура удовлетворенно улыбнулась.

Натан не собирался искать практического применения солдатам Фафнира. Его цель, его миссия, была противоположной: доказать, что они бесполезны как оружие – что они бесконечно далеки от уровня Лазарей.

И благодаря Яхиро Нарусаве миссия была выполнена. Теперь ни одна армия ещё долго не рискнёт использовать кровь дракона в военных целях. В конце концов, один-единственный мальчишка-Лазарь с лёгкостью уничтожил целую роту солдат Фафнира.

– С появлением Аваритии на доске теперь шесть фигур. Не хватает только Неба и Грома... Эти вспыльчивые ребята наверняка скоро сделают свой ход. – Глаза Каруры холодно блеснули. 

Спустя четыре года после J-ноцида она наконец установила личности шести драконьих медиумов. Но этой стране не нужны шесть драконов. Они должны быть убиты. Убиты Героем.

​– Есть ещё кое-что, о чём я хотел доложить, – произнёс Натан после недолгой паузы.

– Разрешаю. Продолжай, – милостиво кивнула Карура.

​Натан набрал в грудь воздуха:

​– Супербия... похоже, всё-таки слабеет. Циклы её сна остаются нестабильными и даже участились. Полагаю, она больше не сможет высвободить ту же мощь, что и четыре года назад.

– Мы знаем причину?

​– Это лишь предположение, но, возможно, дело в том, что Яхиро Нарусава продолжает оставаться Лазарем.

​В его бесстрастных глазах на мгновение полыхнуло пламя, но, моргнув, он снова вернул себе невозмутимый вид.

​– Понятно. Это действительно... весьма занятный отчёт.

​Карура одними губами произнесла имя мальчика и лучезарно улыбнулась.

†

– Ах, братик... Я так тебя люблю, – прошептала девочка под ледяным дождём.

Её школьная форма промокла насквозь. Из левого запястья безостановочно струилась алая кровь.

Стоя на самом краю крыши недостроенной высотки, она обернулась со слабой улыбкой. В её глазах, полных отчаяния, стояли чистые, прозрачные слёзы.

Мальчик выкрикнул её имя. Он умолял, и лицо его исказила мука, но голос тонул в шуме дождя, не достигая её слуха.

​Порыв ветра растрепал её белые волосы.

​И тогда она произнесла свои последние слова. 

Голос звучал спокойно, словно молитва, но губы искривились в безумной улыбке.

​– Пусть этот мир сгинет, раз он не позволяет нам быть вместе.

†

Вернувшись в своё убежище впервые за пару дней, Яхиро с разочарованием отметил, насколько унылым оно стало.

Руины кампуса частного университета находились на окраине 23 Районов. Ему казалось, что он уже привык спать в лаборатории, но теперь это место ощущалось таким чуждым.

Он понял: это чувство возникло потому, что шумных близнецов, остальных членов “Галереи” и, прежде всего, Ирохи здесь не было. Но он гнал от себя эти мысли.

Ему было плевать на обман или предательство, но терять то, что стало дорого, он не хотел. Если финал всегда один – потеря, то лучше ничего и не обретать. Банально, конечно, но именно это он сейчас чувствовал.

Четыре долгих года Яхиро прожил в полном одиночестве. Он не хотел признавать, что люди, с которыми он провёл всего пару дней, могли так сильно на него повлиять.

Но раз эта мысль вообще пришла ему в голову – значит, уже слишком поздно. И он это понимал.

​– Что мне оставалось? Они сами увязались за мной, – пробормотал Яхиро, оправдываясь перед тишиной.

​Ему не нужны были лишние привязанности. Не хотелось снова терять то, что дорого. Не хотелось отпускать их.

​Но в теле Лазаря он обречён пережить всех. Так почему бы не подыграть им немного, пусть даже из прихоти?

Кроме того, они были полезны. Ему нужны были Ироха и “Галерея Берит”, чтобы выполнить свою миссию: найти и убить Суи Нарусаву.

Его сестра продолжала отнимать слишком много жизней. Убить её – его единственное и последнее желание. Остановить безумную девочку, твердившую о любви к нему.

Он больше не мог позволить себе лишнего груза.

​Он связался с ними только ради того, чтобы использовать. По крайней мере, таков был план.

– ...

Яхиро покачал головой, чувствуя себя идиотом.

​Он вернулся сюда не ради сентиментальных соплей. Он пришёл собрать вещи, чтобы отправиться в путь с “Галереей Берит”.

​– Хотя собирать-то особо и нечего.

​Скромная сумма в валюте, скопленная за четыре года, да сменная одежда – вот и всё имущество. Ах да, ещё старый модифицированный телефон.

Он привычно потянулся к кнопке включения смартфона на солнечной батарее и тут же горько усмехнулся.

​Он больше никогда не увидит стримы Ирохи Ваон, которые так любил. Он не мог искренне наслаждаться ими, зная её настоящую личность. Зная, какая Ироха в реальной жизни.

Не то чтобы она ему не нравилась. Наоборот, он находил ее гораздо более привлекательной, чем мог себе представить.

– Ладно, пожалуй, гляну одно видео напоследок…

Яхиро уговаривал себя, что включит его просто как фон, но стоило экрану загореться...

​– Ваон!

– Ува-а?! – вскрикнул Яхиро, услышав голос Ирохи прямо над ухом.

Он обернулся и увидел, что она стоит, приложив ладони к голове наподобие звериных ушей, и ухмыляется.

– А-ха-ха-ха! Испугался? Точно испугался! Всем коничи-ваон!

​– ...Ироха... Какого чёрта ты здесь делаешь?! Это же самый центр 23 Районов! – набросился на неё Яхиро. 

​Он был совершенно серьёзен: она заявилась в зону кишащую Модзю.

​Но Ироха лишь рассмеялась, словно услышала хорошую шутку.

​– Ты забыл? 23 Района – это мои угодья. Нуэмару со мной, так что бояться нечего.

​– Сомневаюсь, что от него будет много толка... – вздохнул Яхиро, глядя на Райдзю размером с собаку, сидевшего у её ног.

Белоснежный зверь отреагировал на его слова и сверкнул глазами, рассыпая вокруг себя искры.

– Хм... так значит, вот где ты жил. Пахнет тобой.

​Ироха, не задавая лишних вопросов, плюхнулась на диван и зарылась лицом в простыню.

​– А ну прекрати нюхать мою постель, животное!

​– Эй, это твой телефон? Можно я в галерею загляну?

– Нельзя. И вообще, зачем тебе мои фото?

​– Просто интересно, наделал ли ты скринов с моих видео. – Она подняла голову, широко ухмыляясь.

​Яхиро неловко улыбнулся.

​– С какой стати мне это делать?

​– Ну, причин много, но я слышала, что мальчики любят глядеть на фото девочки, которая им нравится, ради всяких... непотребств.

– Кто сказал, что ты мне нравишься? – Он нахмурился, возмущенный ее беспочвенными выдумками. Его оскорбило обвинение в том, что он смотрел стримы из-за каких-то романтических чувств. – Во-первых, я вообще не воспринимаю Ваон в сексуальном плане, понятно? Она для меня совсем не про это.

​Модифицированный телефон Яхиро наконец загрузился. На экране блокировки, где обои менялись случайным образом, именно в этот момент высветилось простое семейное фото на пляже.

​Мальчик, его родители и младшая сестренка, которая выглядела немного испуганной.

​

Выражение лица Ирохи изменилось, когда она поняла, что это семья Яхиро.

​– ...Прости... Я не хотела подглядывать. Мне так жаль…

​– Нет, всё нормально. Я и забыл, что оно там стоит. – Яхиро покачал головой, совершенно не возражая.

​Это не было то фото, которое стоило бы прятать от посторонних. Даже несмотря на то, что его родителей больше не было на этом свете.

– Это фото с того дня, когда мы удочерили Суи... – произнес Яхиро, глядя на девочку на снимке.

Ироха ахнула. Она закусила губу и на какое-то время опустила глаза, прежде чем наконец собраться с духом и поднять голову.

​– Яхиро, ты хочешь вернуться в мир, каким он был до J-ноцида?

​– А?

​Ироха не отводила взгляда от глаз Яхиро, сжав его ладони в своих.

​– ...У меня нет семьи. У меня нет воспоминаний о детстве. Я была в приюте столько, сколько себя помню... Так что, на самом деле, я рада, что у меня появилось столько братьев и сестер после J-ноцида.

​Яхиро на секунду забыл, как дышать, услышав её признание. Одинокая девочка без воспоминаний о прошлом. Она была точь-в-точь как Суи.

​Суи не знала ни настоящих родителей, ни места своего рождения. Не удалось найти никаких следов того, как она выживала до того момента. Словно она внезапно забрела в этот мир откуда-то издалека.

​Было ли это на самом деле совпадением? У обоих медиумов столь схожие обстоятельства?

​Ироха заметила замешательство на лице Яхиро.

​– Но у них всех были настоящие семьи. Они могли бы жить счастливее. Думаешь, если я сражусь с другими девочками-драконами и останусь последней, то правда смогу создать такой мир, какой пожелаю?.. Что мне делать? – К концу фразы её голос становился всё тише и прерывистее.

Ироха молча гладила Нуэмару, понурив голову. Яхиро, глядя на её точеное лицо, невольно вздохнул. В памяти всплыли слова, сказанные Розе в самом разгаре битвы с графом.

Тогда, отвечая на вопрос, почему Яхиро смог использовать Регалию, синеволосая девушка ответила: “Дракон предлагает Регалию лишь тому, в кого влюбился его медиум”.

— Делай что хочешь, — слова сорвались с губ Яхиро прежде, чем он успел их обдумать.

Ироха изумленно округлила глаза. Парень тут же отвернулся, избегая её взгляда.

​— Я ведь уже говорил: просто поступай так, как велит сердце. А если другие драконы встанут у тебя на пути — я буду рядом и защищу тебя.

​– Спасибо... – Ироха неловко кивнула.

​В её глазах заблестели слезы. Яхиро внутренне сжался, готовясь к очередной истерике. Он давно привык, что на него кричат, его ненавидят и даже пытаются убить, но он так и не смог научиться спокойно смотреть на слёзы Ирохи – и, вероятно, никогда не привыкнет. Видеть ее в таком состоянии ранило его сильнее, чем самый острый клинок.

Он отчаянно надеялся, что она сдержится, и судьба будто услышала его. Прежде чем первая слезинка скатилась по щеке, в комнату бесцеремонно вторглись.

– Ты слышала это, Рози? Он такой крутой!

​– И правда, достойно восхищения. Я расцениваю это как официальный контракт, в котором он гарантирует безопасность Ирохи Маманы в случае нападения дракона. Давай внесем этот пункт в его договор с “Галери”.

– ...Что вы тут забыли? – фыркнул Яхиро, увидев близнецов, появившихся из ниоткуда и несущих какую-то чушь.

​– Мы здесь, чтобы охранять Ироху, а также помочь тебе с переездом. Ты думал, она придет сюда одна? – вздохнула Розе.

Глазастая Джули заметила ноутбук на столе.

​– Ух ты! Комп! Эй, можно глянуть твою папку с фотками?

​– А ну стой! Ни за что! — на этот раз Яхиро запаниковал всерьез, куда сильнее, чем в случае с телефоном.

​Он бросился к компьютеру, но Джули оказалась быстрее.

​Ироха расхохоталась, увидев его суетливость. Она смеялась от души, словно все прежние тревоги улетучились. Держась за бока, она вытерла слезы и протянула левую руку Яхиро. С улыбкой, все еще играющей в глазах, она попросила самым серьезным тоном, на который была способна:

​– Яхиро, давай поклянемся на мизинчиках.

​

– Ладно? И в чем клянемся? – сдался он, оставив попытки отвоевать компьютер.

Он не мог отказать после того, как Ироха видела его клятву с Джули. Он сомневался, что она будет ревновать к другой девушке, но было нетрудно представить, что позже она начнет препираться с близнецом по этому поводу, а главное – он просто не хотел, чтобы она снова плакала.

Яхиро знал, что его руки Лазаря, запятнанные кровью, не должны брать на себя лишнюю ношу. Но если он отвергнет протянутую ему руку, то забудет, что когда-то был человеком – и станет настоящим монстром до мозга костей.

Внутренняя борьба отчетливо читалась на его лице, и Ироха смотрела на него так, словно он был ребенком, нуждающимся в защите.

​– Оставайся со мной, пока я не исполню свое желание.

​— Слишком расплывчато, не находишь? — Яхиро нахмурился. При таких условиях пакт мог длиться вечность.

​Ироха поняла это и кивнула в знак согласия.

​– Хорошо, тогда давай так. – Ироха сцепила свой мизинец с пальцем Яхиро.

Она переплела свой мизинец с его и придвинулась так близко, что пространство между ними заполнило лишь их общее дыхание. Яхиро почувствовал, как через соединенные пальцы в него перетекает сила медиума. Сила, способная уничтожить мир. Проклятие, что унесло столько жизней.

Но даже так он знал: обещание будет сдержано. Её простейшее желание — быть рядом — обязательно сбудется.

Ведь Лазарь проследит за этим. Он будет оберегать её до самого конца.

​Ироха хитро прищурилась и произнесла те самые невинные, прекрасные слова — заклинание, связавшее их судьбы:

​— Пока смерть не разлучит нас.