Кочевник, Мобильная Крепость

Ангрод

Я уселся в своё командное кресло, после того, как воспользовался путём прямо на мостик Кочевника.

Роза, Сандра, Таня, Ирис и Никс появились на мостике одна за другой в качестве молчаливых наблюдателей, что позволило мне продолжить действовать по нашему плану.

— Таня, ты не могла бы?

Моя подруга детства кивнула и подошла к женщине, которая занимала стацию контроля полёта Кочевника. Они быстро обсудили между собой точное положение нашей цели.

Я повернулся к мужчине, который управлял вооружением.

— Пожалуйста, передай полный контроль над главным проектором заклинаний Кочевника на командное кресло. Я хочу прямой доступ без записи. Отключи все базы данных, пока я работаю в системе.

— Сэр? — он повернулся ко мне, явно озадаченный. — Разве вы не хотите использовать заранее записанные заклинания? Так гораздо безопаснее, чем создавать заклинание напрямую в проектор. Если будет какая-то неисправность…

— Я в курсе, — прервал я его. — Спасибо за твоё беспокойство, но то заклинание, которое я собираюсь использовать, не записано в базе данных по нескольким уважительным причинам. Я не хочу, чтобы кто-то мог использовать это вольно или невольно.

— Но мы же военные, сэр, — пожаловалась ещё одна из членов команды, явно обиженная тем недостатком доверия, которое я проявлял по отношению к ним.

Я нахмурился и посмотрел на женщину, которая говорила.

— Возможно именно поэтому я и не делюсь им с вами. Мне нужны вооружённые силы для тех сценариев, когда нужно защитить или захватить что-нибудь важное. В ситуациях, когда цена будет стоить жизней наших людей. Если же не возникнет один из этих двух сценариев, то мне не нужна будет армия, а значит и вам не нужно будет это заклинание.

Прояснив свою точку зрения, я переключился на Таню.

— Готово?

— Всё готово, — ответила Таня и похлопала по плечу женщину, стоящую рядом с ней. — Мы установили координаты выхода вблизи от обитаемой планеты, на которой находится база Туора. Я сомневаюсь, что они заметят наше прибытие вовремя, учитывая, что никто из нас не заметил там никаких мер предосторожности против телепортации. Сама планета смертных недостаточно продвинутая, чтобы послужить хоть какой-то формой безопасности.

Никс повернулась в мою сторону, обращаясь ко мне со сложным выражением на лице, которое изображало беспокойство и искренне замешательство.

— Я не понимаю эту Эльзарию. Там на вечеринке, она мне показалась полнейшей дурой. Общаясь с другими послами, она всегда смотрела на них свысока, при этом пытаясь повлиять на них. А потом она даже не задумалась о том, что кто-то может иметь иммунитет против её способности. Честно говоря, я очень удивлена, что ты так легко поддался её влиянию. А потом ей удалось сбежать от матери, несмотря на все шансы. Возможно ли, что это какая-то очень сложная ловушка?

— Кхм, — я погрузился в своё кресло, не желая вспоминать ту постыдную сцену. — Я не поддался. Просто у меня ушло немного дольше времени на то, чтобы преодолеть эффект её ауры. Я ожидал магии разума, а не полноценной божественности. Этому немного сложнее противостоять.

Ох уж эти дерьмовые божественности! Единственный реальный способ защититься от них — это иметь достаточно психологической устойчивости, чтобы стряхнуть их влияние на чей-то якорь души.

Роза прочистила своё горло, чтобы приготовиться к лекции, тем самым демонстрируя мне, что она ничего не потеряла от своей прежней личности в качестве Уиллоу.

— Основная идея становления богом — это получать удовольствие от какой-то идеи или эмоции, которая даёт телу глубокую связь с душой. В некоторых случаях связь божества настолько глубока, что они могут использовать ауру своей души для того, чтобы атаковать и оказывать влияние на других, чтобы направить свои собственные чувства напрямую в чужую душу. Это прямая атака и против неё очень сложно защититься, так как атаке не подвергается ни твоё тело, ни твой разум. Если только твоя собственная божественность не берёт начало из концепции, которая имеет природный иммунитет, то тебе будет крайне трудно противостоять подобному противнику.

Никс покачала головой.

— Это всё равно не объясняет необъяснимое поведение Эльзарии. Она кажется по-настоящему безумной из-за того, что вообще пошла на такой риск.

Роза кивнула.

— А ты разве не заметила, что все боги довольно эксцентричны? Если подумать, то это вполне естественно, что некоторые из нас немного неуравновешенные. Чем сильнее твоя божественность, тем больше экстремальных черт обретает твой характер. Некоторые могут контролировать своё поведение до определённой степени, а вот другие — уже нет.

Выражение лица моей дочери стало обеспокоенным.

— Означает ли это, что рано или поздно я стану душевной больной? Моя божественность не самая…

— Не волнуйся, — прервал я её. — Именно поэтому я и обучал тебя тем психологическим техникам для самоконтроля и рефлексии.

Роза пожала плечами.

— А разве ты не заметила, что мы все хоть немного, но подвержены влиянию наших божественностей?

Она жестом показала в мою сторону.

— Взять вот Хаотическое божество вроде Ангрода. Он получает удовольствие от идеи Хаоса, будучи ничем и всем, хорошим и злым. Он — мужчина с большим сердцем, который удочеряет ребёнка, чтобы спасти её на одном вздохе, и уничтожает всю планету на следующем. Ты позволь как-нибудь Тане рассказать тебе историю о том, как он подобрал её, когда она была ещё смертной. Ты хоть знаешь кого-нибудь ещё, кроме Ангрода, кто думает и планирует, словно гений без эмоций, а в следующее мгновение летит тебе прямо в лицо, словно бешеное животное, потому что ты его взбесила?

Роза наклонила голову, обдумывая ещё один пример.

— Есть ещё Целес и её идея о Порядке, о том, каким должен быть мир. Она следует этой идее Порядка с прямодушной решительностью. Причём до такой степени, что она может даже убить свою собственную дочь, Серию, потому что Целес ставит добро для всех выше, чем добро для одного. Если бы в этой ситуации оказался Ангрод, готова поспорить, что он бы смог позволить всему миру сгинуть. Твоя мать настолько упрямая, что я готова поспорить, она даже не дрогнула, когда по ней ударила аура Эльзарии.

Она взмахнула рукой в круговом движении.

— Я уверена, что где-то может быть Бог Берсерк, кто-то, кто нашёл свою божественность в прямолинейной Ярости, и который крушит всё на своём пути без плана или повода. Таким же образом и Эльзария убеждена в собственном превосходстве. Она считает себя той, кого все остальные должны обожать, а она должна смотреть на них свысока. Мысль о том, что она не может быть таким превосходящим всех существом, даже не приходила ей в голову. Вот откуда она берёт свою силу.

У Никс ушло несколько мгновений на обдумывание слов Розы.

— Вполне возможное объяснение. Если Эльзария действительно имеет такую сильную божественность и недостаток контроля, чтобы ей управлять, — она посмотрела на меня. — Но всё равно остаётся проблема с тем, что ты, похоже, слаб против неё. Разве нам не нужно было взять Целес с собой, вместо того, чтобы оставлять её там и успокаивать послов?

— Не волнуйся, — я копошился с кольцом-хранилищем, которое я создал ещё давно, для хранения моих самых ценных вещей. — Я об этом подумал. Мы и близко не будем подходить к этой женщине.

Я обратился к парню, управляющему орудиями.

— Активировать ингибирующее поле. Мы же не хотим, чтобы они сбежали.

Затем я призвал себе на колени свой том и положил на него руку. Я без слов созерцал книгу и перебирал в голове всё, что я собирался делать, прежде чем обратиться к команде на мостике:

— Выключить все системы коммуникации, сканеры, задраить все воздушные люки и, чёрт подери, убедиться в том, что ни единый электронный шёпот не проникнет в крепость. Поставить в Кочевника в полную блокаду и активировать электромагнитные шифровщики, чтобы ничто не пробралось к нам.

В этот раз народ заметил серьёзность в моём голосе и предпринял необходимые шаги без единого вопроса. Они работали тихо, пока крепость не была готова несколькими минутами позже.

— Отправляемся туда.

Я отдал приказ и положил одну руку на мой том, а другую на поле управления, которое находилось в подлокотнике командного кресла.

Я почувствовал, как Кочевник тихо скользит по путям и выходит к нашей цели. Я не спеша выпустил свою ауру и позволил ей распространиться по матрице проектора заклинаний нашей крепости, устройству, единственным предназначением которого было усиление и помощь в создании заклинаний.

У меня ушло некоторое время на активное распространение моего влияния на мир под нами, две его луны, а потом на всю солнечную систему. Я улыбнулся, когда почувствовал немощные попытки других божеств, пытающихся сопротивляться мне. Чтобы изгнать мою сущность от того, чтобы захватить пути, которые проходили через эту систему, словно паучья сеть.

Без оружия вроде проектора заклинаний, их усилия были тщетными.

Я позволил своей божественности свободно править и стал вытягивать силу, которая подавалась мне по моей связи с томом, который, в свою очередь, брал эту энергию напрямую из моего домашнего измерения. Нет смысла давать им шанс на сопротивление.

Затем я дёрнул за пути, пытаясь доказать свою теорию, которую уже давно вынашивал. Последовало кратковременное ощущение головокружения, прежде чем мы прибыли в наш пункт назначения. Остальные присутствующие в помещении начали испытывать беспокойство, когда они почувствовали, что их собственная связь с путями внезапно оборвалась в такой всеобъемлющей манере, на которую не способна даже Зона Пустоты.

Вместо тогочтобы рисковать нами больше необходимого, я переместил Кочевника обратно в нашу оригинальную позицию, оставляя всё остальное позади.

Чувствуя, что мне всё удалось, я медленно открыл глаза и убрал свою ауру. Затем я отозвал свой том и глубоко вздохнул.

— Всё готово. Можете снова включать системы.

Мужчины и женщины сделали, как было сказано, и, как только главный экран мостика ожил, он показал лишь чёрную пустоту.

— Звёзды исчезли! — воскликнула Ирис.

— Мы в Зоне Пустоты! — пожаловался кто-то ещё на мостике. — Но мы же в правильных координатах и ингибирующее поле отключено!

— Не волнуйтесь, — я попытался успокоить их, поднимая открытую ладонь. — Всё сработало, как и было запланировано. Звёзды всё ещё на месте. Я лишь переместил весь объём космоса, который содержал эту солнечную систему в другое измерение, включая всё, что было в нескольких десятках световых минут вокруг, а затем переместил нас обратно. Звёзды снова будут видны через несколько минут, как только их свет пройдёт тот объём космоса, который я вычистил.

Кристальный Город

Целес

Прошло меньше получаса, прежде чем Ангрод и Никс вернулись на вечеринку, которая после их отбытия продолжалась в менее бодром настроении.

Они вышли из пути поблизости от точки их отправления и вынуждены были обойти пару роботов-слуг, которые всё ещё были заняты уборкой того беспорядка, что остался от недавней стычки. Машины в форме яйца парили на поле левитации, пока десяток механических рук вытирал, подбирал и пылесосил всё то, что было в пределах их досягаемости.

У меня был менее чем приятный опыт, пока я пыталась восстановить испорченное настроение. Если честно, то я удивлена, что послы решили остаться, после погрома с участием Эльзарии.

Ангрод подошёл ко мне и склонился, чтобы поцеловать меня в щёку, притягивая мои бёдра к своим.

— Всё готово, дорогая, — он посмотрел в потолок. — И, эм, Надзиратель?

— Да? — ответила машина.

Он повысил свой голос так, чтобы все могли его слышать.

— Та планета, на которой была база Туора, пожалуйста, вычеркни её из записей.

Послы затихли, когда услышали это заявление, и Ангрод огляделся вокруг, пристально глядя в глаза каждому.

— Вы чего такие угрюмые? Разве у нас тут не вечеринка?

Как раз в этот момент дверь в помещение открылась, и вошёл Карн, со своими четырьмя взъерошенными на вид девушками из гарема. Мужчина и сам выглядел не лучше, но, тем не менее, он быстро уловил общее настроение.

— Тут что-то произошло, пока нас не было?

Он тут же заметил перевёрнутый стол и процесс уборки.

— У вас что, тут была хорошая драка, пока я был немного занят?! Да как вы могли?!

Карн освободился от своих женщин и в дружеской манере хлопнул Ангрода по плечу.

— Почему у меня такое ощущение, словно у тебя есть для меня интересная история?

Я закатила глаза и отошла от Ангрода.

— Вы двое развлекайтесь. Никс, почему бы тебе не сходить со мной? Энгус и Сериа не должны быть тут в столь поздний час.

Взяв Никс за руку, я потянула её за собой, прочь от мужчин и в том направлении, где я слышала голоса моих детей.

— Нет! Я же говорю вам, что я — взрослая! — Мирулиру, посол Пути, пыталась объяснить свой возраст детям. — И я — посол Пути. Мне несколько тысяч лет!

Судя по ответу Серии, она не была убеждена.

— Ты не выглядишь и не говоришь как взрослая, — заявила она как бы к слову.

— Это что, игра? Мы тоже можем притвориться взрослыми! — ответил Энгус. — Да и к тому же, что конкретно значит — быть взрослым? У меня и у Серии достаточно воспоминаний и жизненного опыта из прошлых реинкарнаций, которые могут посоперничать с любым смертным, который умер от старости.

— Я не притворяюсь, что я взрослая, — Мирулиру покраснела и взмахнула руками. — Вы двое что, пытаетесь менярасколоть?! Потому что наш разговор чертовски похож на это.

— Я не понимаю.

Ангрод опустил взгляд в пол и притворился, что пинает несуществующий камень.

— Я думаю, она имеет в виду, что она только притворяется ребёнком, в то время как её разум совершенно взрослый. И мы не достойны её внимания, — объяснила Сериа.

— Зачем кому-то притворяться ребёнком? — Энгус явно был в замешательстве.

Едва только прислушавшись к их разговору, я не удержалась от раздражённого вздоха. Когда мы сказали Серии, чтобы она сказала брату о недоразумении, она наоборот использовала своё знание в качестве преимущества, чтобы создать ещё большее замешательство.

— Потому что взрослые женщины часто недовольны своим видом. Они хотят вернуть красоту своей юности. Мужчины этого не понимают. Они никогда не выкапывали в шкафу свою школьную униформу и не хотели, чтобы они всё ещё могли её носить, — объяснила Сериа с печальным выражением лица и голосом, который выражал понимание опасности Мирулиру.

— Ааа.

Наконец-то Энгус понял. Он повернулся и с жалостью посмотрел на посла.

— Должно быть это так тяжело.

— Угх Это… Ты поймёшь, когда станешь достаточно взрослым!

Мирулиру выдавила из себя улыбку, но не смогла скрыть подёргивающихся уголков её полуприкрытых глаз.

Энгус вздохнул с угнетённым видом.

— Вот и пропали мои мечты о том, что я заведу милую подругу детства, которая сможет разделить со мной первый опыт общения с противоположным полом.

Мирулиру похлопала моего сына по плечу, пытаясь утешить его.

— Ах, может через несколько столетий….

— Всё нормально, — Сериа попыталась его подбодрить. — Твоя младшая сестрёнка найдёт кого-нибудь для тебя. Может быть пятерняшки согласятся помочь? Ладно, я прослежу чтобы ты больше не клеился к бабулям.

— Ба— Б— Во имя Пути! — Мирулиру уставилась в потолок мёртвым взглядом и прошептала сама себе. — Если бы я знала об этом, то отказалась бы от этой работы.

Только благодаря моим усиленным чувствам я могла услышать их с другой стороны комнаты.

— Что за Путь? — спросила Сериа с круглыми глазами.

Мирулиру прочистила горло и попыталась встать прямее.

— Мы пытаемся вернуть в мультивселенную законный порядок между богами и смертными. Мы твёрдо уверены, что богов нужно измерять по количеству их верующих. С большой силой приходит большая ответственность и мы, боги, должны перестать от неё уклоняться.

Энгус зашептал своей сестре.

— Как думаешь, мама оценит подобную идеологию?

— Откуда мне знать? — ответила Сериа, изгибая свой хвост вопросительным знаком. — Нам, вероятно, не стоит повторять в её присутствии всё, что мы услышали на этой вечеринке. Ты же знаешь, что может случиться, если она решит, что мы находимся под дурным влиянием.

Энгус мрачно кивнул.

— Да уж, она точно ужасная. Я не понимаю, почему её подданные называют её нежной. У этих гражданских явно винтиков в голове не хватает.

— Да. Хлещет она совсем не нежно, — подтвердила Сериа, глядя в пол и массируя свою задницу.

— Хле…

Мирулиру чуть не поперхнулась своим напитком.

— Но это ничто, по сравнению с бабушкой! — продолжил Энгус.

— Да, бабушка сильнее всех. Даже мама и папа склоняются перед ней. Она приковала меня вверх ногами голышом к стене и обсыпала чесоточным порошком, когда я плохо себя вела. У меня всё чесалось и чесалось… а потом… — Сериа начала дрожать. — Братец, я больше никогда не буду бегать голышом. Даже ради того, чтобы победить тебя в прыжках с башни.

Энгус выдавил слезу из своего левого глаза.

— Нет, это всё моя вина. В следующий раз я дам тебе две секунды форы. Если только папа не первым не размажет меня по полу за то, что я отказался от преимущества. У меня всё ещё болит щека с прошлого раза, когда я игрался со смертными.

Он потёр свою щёку.

— Д— да что же за монстры ваши родители?

Мирулиру изогнула дугой бровь, глядя на двух надоедливых детей.

— Папочка — король всех богов! Он вон там, прямо рядом с мистером Карном! Он сказал мне развлечь тебя, потому что ты выглядела одинокой.

Сериа указала в ту сторону, где Ангрод разговаривал с Карном и Маву.

— А мама — рогатая Королева Садо-… муфу…

Сериа подскочила к своему брату и заткнула его, едва он начал произносить потенциально смертельную фразу.

— Тссс! Что ты будешь делать, если она тебя услышит? Ты же прекрасно знаешь, что она всё видит и слышит!

Ладно, думаю, я услышала достаточно. Кому-то пора спать. Если так пойдёт дальше, то эти двое станут причиной того, что Мирулиру пойдёт на нас войной.

Я быстро подошла к трио и глаза Мирулиру округлились, когда она заметила, что я приближаюсь позади своих детей. Вместо того, чтобы оповестить о своём приходе, я лишь кивнула послу настолько дружелюбно, насколько позволяла ситуация.

— Энгус, Сериа?

Я положила руки им на плечи.

Они оба развернулись, словно шестерёнки и ответили в унисон:

— Да?

— Думаю, вам двоим пора в постель. А завтра у нас будет долгий разговор о том, что вы сделали сегодня, — проинформировала я их, усиливая свою хватку.

Они уже не первый раз сбегают.

— Никс, почему бы тебе не развлечь пока посла? Я вернусь на вечеринку, как только закончу с этими двумя.

— Хииии. Это всё брат! Он пытался к ней клеиться! — Сериа указала на своего брата.

— Сестрёнка! Это всё, чего достоин твой брат? — возразил Энгус, с глубоко оскорблённым видом.

— В постель. Сейчас же, — приказала я и воспользовалась путём, чтобы забрать нас с места преступления.