Перевод: Astarmina

Бум! Услышав резкий удар, Обри вздрогнула и подняла голову. Сквозь плотно сотканную ткань проникал желтоватый свет.

Топ. Топ. Топ. Один за другим раздавались шаги людей. Они расхаживали перед мешком, в котором пряталась Обри. Она съёжилась ещё сильнее и зажала рот руками.

«Нельзя издавать ни звука. Я ни за что не должна попасться. Ни за что не вернусь обратно».

Закрывая рот, чтобы не вырвалось ни единого вздоха, Обри осторожно скосила глаза. Среди тёмных силуэтов мелькнула особенно маленькая фигура.

— Забери меня с собой.

Мальчик, молча смотревший на Обри, схватил её за руку и бросился бежать, когда раздались крики преследователей. Они скатились с горы и забрались на пришвартованный корабль.

К счастью, он был пуст, но расслабляться было рано. В любой момент преследователи могли ворваться.

Повернувшись спиной к дрожащей как осиновый лист Обри, мальчик показал ей старый большой пустой мешок. Другой рукой он указал на угол корабля, где рядами были сложены мешки. Словно предлагал спрятаться там.

Медлить было некогда. Обри сразу же забралась в мешок, который держал мальчик. Маленькое худое тело легко исчезло внутри. Так она оказалась среди других мешков.

В этот момент на корабль вернулись хозяева. Похоже, это была семья мальчика.

— Быстрее отчаливаем! Мы уже слишком задержались!

От громкого окрика Обри чуть не выдохнула, но сдержалась. При этом она навострила уши, пытаясь разобрать мужской голос.

— Шевелитесь быстрее!

К счастью, это был не подручный Янка. Голоса тех типов обычно были хриплыми, а речь — грубой.

Из мешка Обри быстро осмотрелась. Среди силуэтов людей выделялся особенно маленький. Наверное, тот мальчик.

Она вспомнила его лицо, белевшее в лунном свете. Настороженные синие глаза, чёрные волосы, развевающиеся на ночном ветру, мальчик, который после короткого раздумья схватил её за руку и побежал со всех ног.

К этому мальчику подошёл высокий силуэт.

— Сидите здесь. Прекратите, наконец, свои выходки. Понимаете ли вы, насколько из-за вас всё задержалось, молодой господин? Где вы вообще были?

Мужчина обращался к мальчику «молодой господин», но в его тоне чувствовалось пренебрежение. Казалось, он вот-вот закричит, требуя ответа.

— Простите. Ремонт должен был занять много времени, и я решил осмотреться вокруг, но...

В ответ на слова мальчика мужчина фыркнул.

— Вы думали, что приехали на экскурсию?

Затем он снова повернулся вперёд и крикнул отчаливать.

Одновременно с этим корабль медленно двинулся вперёд. Это покачивание на спокойных морских волнах... Несомненно. Она покидает этот адский остров.

По спине пробежали мурашки, волосы встали дыбом. Обри поспешно зажала рот. Ей казалось, что от восторга она вот-вот закричит.

«Наконец, наконец я...»

Момент, когда она впервые попала сюда, момент, когда раскалённым клеймом выжигали метку на её лопатке. Жестокие побои и бесконечные проклятия быстро пронеслись в её памяти.

Плавно покачивающийся корабль полностью отошёл от острова. Вскоре он мягко поплыл по волнам.

«Беги!»

Словно галлюцинация, раздался отчаянный голос Фиби.

Обри наконец подняла голову и посмотрела в сторону острова. Хоть она и была в грязном мешке, но все равно видела Крайсис.

Кричащее лицо Фиби постепенно исчезало, а на кажущемся таким мирным острове осталась девочка. Рыжеволосая девочка, которая даже не подозревала, что её продали в рабство, беззаботная шестилетняя Обри.

Эта девочка махала рукой с погрузившегося во тьму Крайсиса.

«Прощай. Никогда больше не возвращайся сюда».

Подступившие слёзы безудержно потекли по щекам. Обри уткнулась лицом в предплечье и, всхлипывая, выпускала рыдания, которые не должны были вырваться наружу.

***

Когда сплошная темнота перед глазами начала понемногу светлеть, корабль, видимо, достиг гавани — он остановился с глухим ударом.

— Сначала выгружайте эти чёртовы ящики с вином!

Закричал мужчина. Расслабившееся было тело снова напряглось. Она осторожно пошевелила запястьями и лодыжками внутри мешка. Теперь оставалось только сойти с корабля незамеченной. А затем снова бежать.

«Туда, где меня никто не знает».

Мужчины, таскавшие мешки один за другим, вскоре приблизились и к ней. Когда кто-то уже раскинул руки, чтобы поднять мешок, в котором пряталась она...

— Я тоже помогу.

Юный голос. Это был мальчик.

— Молодой господин, идите туда. Хотите снова выслушивать нотации от Харди?

— Я просто хочу помочь. Позвольте мне перенести хотя бы этот мешок.

Мальчик говорил вежливо, что не соответствовало его юному голосу. Мужчина, поразмыслив, кивнул, разрешая.

— Спасибо.

Поблагодарив, мальчик осторожно подошёл к мешку.

— Прошу прощения.

Прошептав это, он аккуратно поднял мешок. Затем быстро обхватил его, чтобы никто не увидел. И сразу ускорил шаг.

Гавань с раннего утра была полна людей, занятых своими делами. Мальчик, оглядываясь по сторонам, нашёл большую колонну и спрятался за ней. Затем осторожно опустил мешок и развязал небрежно завязанный узел.

— Ах!

При внезапном появлении девочки проходившие мимо люди вздрогнули. Но, увидев её потрёпанную одежду, они только покачали головами и ушли.

Свежий воздух хлынул в ноздри. Вскоре резкий, скользкий запах начал раздражать обоняние. Обри, тяжело дыша, осмотрелась вокруг.

Изысканно одетые женщины и безупречно выглядящие джентльмены, мальчик с корзиной, продающий хлеб, мужчина с большой сумкой, продающий газеты... Все это было ей незнакомо.

Оглядевшись, она наконец посмотрела на стоящего перед ней мальчика.

— Ах, правда, спас...

— Теперь уходи.

Голос подростка оборвал слова Обри. Похоже на изгнание. Судя по разговорам на корабле, дела мальчика тоже были не очень хороши, поэтому это было понятно.

Но всё же хотелось сказать спасибо.

Обри, запнувшись, подняла глаза. Его лицо при дневном свете выглядело немного иначе.

Тусклые чёрные волосы в лучах света, белое лицо с царапинами тут и там. Равнодушно мигающие синие глаза. От мальчика исходила странная аура, которую Обри никогда в жизни не испытывала.

— Я сказал, уходи. Хочешь, чтобы тебя снова поймали?

От этих слов Обри сжала губы. Как и сказал мальчик, она только что сбежала с острова. Если Янк решит поймать беглую рабыню, он, возможно, уже пересекает море на корабле.

Как только эта мысль пронеслась в голове, Обри прошла мимо мальчика. Вскоре её маленькие босые ноги застучали по мостовой.

Мальчик на мгновение обернулся. Девочка в потрёпанной одежде убегала сквозь толпу людей. Её рыжие волосы, достигающие поясницы, развевались, как пляшущее пламя.

***

Была ли счастлива четырнадцатилетняя рабыня, сбежавшая с острова?

Некоторое время — да. Одного побега из того адского места было достаточно, чтобы чувствовать, будто владеешь всем миром. Казалось, что можно сделать всё что угодно.

Но эта ничтожная надежда разбилась слишком легко.

Рваная одежда, годная разве что на тряпку, грязные босые ноги, растрёпанные рыжие волосы — всё это привлекало внимание людей, куда бы она ни шла. Все превращались в образы подручных Янка, которые избивали её. А потом — в образы людей сутенёра, которые преследовали её в безумии.

— Эй, ты в поряд... Ой!

Обри в ужасе убегала, стоило кому-то заговорить с ней. Даже если она не хотела, её тело реагировало автоматически.

Бегая по улицам, раскалённым осенним солнцем, Обри оглядывалась по сторонам.

Но куда бы она ни посмотрела, в этом изысканном городе не было ни одного места, которое приветствовало бы беглую рабыню.

В итоге снова лес. Из всех видимых мест только туда она могла пойти.

До горы, которая казалась довольно близкой, она добиралась два дня. Она спала под мостом и в зарослях у реки, куда никто не приходил. Голод утоляла водой.

Так она с трудом добралась до горы, но ничего не изменилось. Хорошо, что можно было избежать взглядов людей, но это ненадолго. Неутолённый голод и боль от ран, которая пришла позже, мучили её.

Ступни, поранившиеся при бегстве с Крайсиса, совсем изодрались от бега по горячим дорогам. Даже ходить стало трудно.

На пятый день после побега Обри лежала на плоском камне, едва дыша.

Теперь она не знала, где находится. Невозможно было определить, как далеко она ушла от гавани. Прошло много времени с тех пор, как в последний раз видела людей, поэтому, вероятно, она убежала довольно далеко.

По испачканному лицу пробежала слабая улыбка. Даже в таком состоянии её успокаивало отсутствие преследователей.

Но в отличие от настроения, тело бунтовало от голода. Голод, который она до сих пор утоляла только водой, достиг предела. Перед глазами всё закружилось, и в воздухе замерцали искры.

— Ха-а...

Обри глубоко вздохнула и закрыла глаза. Так ощущается приближение смерти? Обессиленное тело словно вдавливалось в камень.

В затуманенном сознании раздался живой голос. Перед закрытыми глазами появилась девочка с рыжими волосами, заплетёнными в две косы. Фиби.

— Фи...

В тот момент, когда она попыталась произнести имя вслух, Фиби фыркнула и сказала:

«Видишь? Думала, что сбежать одной — это так здорово? Зачем ты меня бросила!»

Её обычно улыбающееся лицо постепенно исказилось, и она начала рыдать. Волосы, которые она всегда заплетала, теперь были растрёпаны.

— Фиби, я... — охрипший, надломленный голос сорвался с потрескавшихся губ. — Прости... Прости, Фиби...

«Не стоило оставлять тебя. Даже сбежав, я ничего не могу сделать. Лучше бы я ушла вместе с тобой. Вместе с тобой...»

«Не двигайся и оставайся на месте. Пока я не выжег твоё лицо, — теперь раздался хриплый голос. На месте Фиби появился ухмыляющийся мужчина с раскалённым докрасна прутом. — Куда бы ты ни пошла, ты будешь доказательством того, что ты рабыня Крайсиса».

Как только этот голос затих, спина загорелась. Именно тогда Обри широко раскрыла глаза.

Воспоминания о людях, которые просто смеялись, когда ставили клеймо на тело шестилетнего ребёнка, мгновенно укрепили её слабеющий дух.

Она выживет любой ценой. Обязательно выживет.

Обри, шатаясь, спустилась с камня. Солнце уже зашло, и она пристально вглядывалась в сгустившуюся тьму.

— Ух... Что за запах?

Ужасный запах, принесённый прохладным ветром, ударил в нос Обри. Это был совершенно невыносимая вонь.

Обри, которая бродила в поисках пищи, поспешно зажала нос и огляделась. Откуда шёл этот ужасный запах?