Четыре часа спустя поезд прибыл на станцию в городе Р. Прежде чем выйти, гид напомнил всем держаться вместе и не отставать. Но в толчее на перроне, где люди входили и выходили нескончаемым потоком, Ци Мяо и Го Ран всё же отстали от группы. Го Ран, неся её сумку, предложил:

— Держись за мой рюкзак, а то вдруг потеряешься.

Ци Мяо услышала его слова и послушно взялась за ремень спортивной сумки.

После долгой поездки в поезде, да ещё и в душном здании вокзала, где повсюду толпились люди, она почувствовала лёгкое головокружение. Шла за Го Раном в полусонном состоянии и, глядя на его красивый профиль, вдруг поймала себя на безумной мысли: как хотелось бы идти за ним хоть на край света, идти до конца времён…

Когда они вышли из вокзала, яркое солнце ослепило глаза, а фигура Го Рана словно была окутана золотистым сиянием.

Он оглянулся, заметив, что у неё побледнело лицо, и с тревогой спросил:

— Тебе не здоровится? Всё нормально?

Ци Мяо молча покачала головой. Она сразу пришла в себя, и сумбурные мысли вмиг рассеялись.

К этому времени перевалило за полдень, все порядком проголодались. Гид отвёл их в заранее забронированный ресторан на обед. Ци Мяо, Го Ран и та самая влюблённая парочка сели за один стол.

Пара расположилась на одной стороне, Ци Мяо с Го Раном — на другой.

Еда была не то чтобы очень вкусной. Девушка из пары всё время ворчала, а вот Ци Мяо уплетала за обе щёки с видимым удовольствием.

В следующие несколько дней путешествия у неё всё время было хорошее настроение.

Хотя тур вёл гид, внутри самого туристического района всем давали возможность гулять свободно. Ци Мяо, Го Ран и парочка часто ходили вместе. А когда той паре хотелось побыть наедине, Го Ран с Ци Мяо просто так же вдвоём отходили в сторону.

Го Ран проявлял настоящую галантность. Он держал над ней зонт от солнца, покупал воду и еду, помогал выбирать сувениры и даже торговался за них. Если он был рядом, то любое занятие казалось Ци Мяо увлекательным. С утра до вечера улыбка не сходила у неё с лица.

Казалось, они не могли наговориться. От глобальных мировых тем до мелочей повседневной жизни, от увлечений до сплетен про общих знакомых — говорили обо всём подряд. За эти несколько дней они наговорили, наверное, больше, чем за все предыдущие двадцать с лишним лет.

На четвёртый день, днём, когда они вернулись с побережья и зашли в кафе выпить чего-нибудь прохладительного, Го Ран вдруг сказал, глядя на неё:

— Знаешь, а я раньше думал, что ты меня терпеть не можешь.

Ци Мяо крайне удивилась:

— Почему ты так решил?

Он усмехнулся:

— Просто было такое ощущение.

Чувства у Ци Мяо были смешанными:

— Да брось, я никогда не ненавидела тебя.

— Ха-ха, я так и подумал. Иначе ты бы сейчас со мной не разговаривала, — Го Ран подпер рукой подбородок и с лукавой улыбкой добавил: — Я же помню, если кто-то тебе не по душе, ты даже пары фраз с ним не обменяешься.

— А? — Ци Мяо моргнула. Откуда он мог это знать?

— Когда мы были в старшей школе, я однажды шёл через небольшую рощицу и случайно увидел, как один парень нервно признавался тебе в чувствах. Он и половину ещё не успел выговорить, а ты сухо ответила «спасибо, извини» и, даже не оглядываясь, пошла дальше, — Го Ран насмешливо присвистнул. — Круто, да?

Лицо Ци Мяо полыхнуло краской. Она сделала вид, что ничего не помнит:

— Не помню такого. Может, тебе просто показалось?

— Ох, у тебя ведь ухажёров хоть отбавляй, неудивительно, что запамятовала, — пошутил он.

Ци Мяо покосилась на него:

— Да ладно тебе. Знаешь, как девчонки в нашем классе тебя называли?

— Как же? — Го Ран с любопытством наклонился вперёд.

Ци Мяо, прищурившись, медленно выговорила:

— Сердцеед.

Го Ран расхохотался.

Делая вид, будто ей всё равно, Ци Мяо спросила:

— Послушай, Го Ран, а у тебя сейчас есть девушка?

Улыбка с его лица понемногу исчезла, он сделал глоток холодного чая, прежде чем ответить:

— Нет.

Ци Мяо подумала, что он, возможно, вспомнил бывшую. У неё самой на сердце стало как-то тоскливо. Она замолчала, уставившись в свой стакан.

Через некоторое время Го Ран сам прервал молчание и, хитровато прищурившись, сказал:

— Ладно, а знаешь, как парни из нашего класса тебя называли?

— Может, «ледышка»? — предположила она.

— Почти. «Ледяная красавица».

Ци Мяо залилась краской пуще прежнего. Любой девушке приятно такое услышать, а уж от парня, который ей небезразличен, тем более. Пускай она и понимала, что в словах Го Рана нет какого-то особого подтекста.

Они перешли к воспоминаниям о школьном времени, а заодно к планам на будущее. Го Ран сказал, что собирается остаться в городе Т.

Ци Мяо ощутила лёгкую горечь, хоть и не удивилась. У его отца там компания. Как бы ни были натянуты их отношения, они всё-таки отец и сын. Рано или поздно Го Ран станет преемником, другого варианта нет.

Значит, он останется жить в городе Т, а она — в родных краях. Возможно, они не встретятся целый год. А может, и дольше.

С тех пор её настроение стало напоминать параболу, которая достигла вершины и теперь летела вниз.

На шестой день в программе тура не было никаких экскурсий, каждый был волен распоряжаться своим временем как хотел. Парочка отправилась гулять по магазинам. Ци Мяо осталась в отеле, уставившись в телевизор. Неожиданно ей пришла в голову мысль: «А не пойти ли мне на банджи-джампинг?» Она позвонила по внутренней связи в номер Го Рана и попросила составить ей компанию.

Он поколебался мгновение, а потом согласился.

В городе Р есть известная площадка для прыжков с высокой башни, и в разгар туристического сезона там всегда много людей. Им пришлось долго стоять в очереди, так что солнце почти успело сесть, когда настала их очередь.

После того как они надели снаряжение и внимательно выслушали все указания, Ци Мяо взглянула вниз, на озеро под вышкой, и у неё закружилась голова. Ноги сделались ватными. С детства у неё была лёгкая боязнь высоты.

Го Ран подошёл, мягко посмотрел на неё:

— Ци Мяо, если страшно, не нужно себя мучить. Не прыгай.

Она покачала головой, посмотрела ему прямо в глаза. Сделала глубокий вдох, стиснула зубы и одним рывком шагнула в бездну.

Всё вокруг завертелось, холодный ветер обдал лицо, в ушах стоял непрерывный свист. На упругом тросе её тело несколько раз отлетало и возвращалось, раскачиваясь туда-сюда. Ци Мяо крепко зажмурилась, но ощущение потери контроля над собой невозможно было игнорировать. От невыносимого ужаса она невольно кричала:

— А-а-а-а!!!

Когда она вернулась на землю, всё внутри неё дрожало. Руки тряслись, губы побелели, и она никак не могла перестать дрожать.

А Го Ран, наоборот, спрыгнул совершенно спокойным, бодрым и весёлым. После всего он принёс ей горячей воды и похлопал по плечу:

— Всё, всё уже позади, не бойся.

Ци Мяо с трудом улыбнулась. В тот миг, когда она летела вниз, ей вдруг показалось, что жизнь может оборваться прямо сейчас. А ведь у неё ещё так много планов, желаний, недосказанных слов… Даже Го Рану она ни разу прямо не говорила, что любит его.

Тёплые лучи заходящего солнца озарили их, Ци Мяо постепенно согрелась. Она села на траву, обхватив кружку с горячим напитком, и слушала, как Го Ран рассказывает ей нелепые шутки, пытаясь отвлечь её от шока. И тут она тихо произнесла:

— Го Ран, я люблю тебя.

— А этот парень… ну он… — Го Ран умолк, рука замерла в воздухе. Он ошеломлённо посмотрел на неё, вытаращив глаза, словно, не веря своим ушам.

Ци Мяо никогда не видела его таким растерянным и смешным. Она всего пару секунд пожалела о своей порывистости, а потом принялась хохотать.

Опустив руку, Го Ран нерешительно сказал:

— Ты серьёзно или шутишь? Я что-то… даже не знаю, как реагировать.

Ци Мяо в глубине души с трудом сдерживала горечь, но, игриво прищурившись, ответила:

— А ты как думаешь?

Го Ран вроде бы успокоился, но нарочито сделал вид, что ему очень жаль:

— Эх, а я-то уж было обрадовался: раз мы оба без второй половинки, то могли бы составить отличную парочку. А оказалось, зря всё. У меня прямо сердце разбито, ответь за это!

— Ладно, как вернёмся, угощу тебя морепродуктами, устроит?

— Отлично!

Так и прошли оставшиеся дни поездки. Потом каждый уехал своей дорогой — она к себе домой, он в город Т. Между ними ничего не изменилось, словно слов «я люблю тебя» не звучало вовсе, и их общение вернулось к дружескому формату, как ни в чём не бывало.

Но Ци Мяо понимала: Го Ран наверняка догадывается, что это было не шуткой. Просто, чтобы не делать ей больно и не загонять ситуацию в тупик, он решил сделать вид, будто ничего не понял. Если бы он чувствовал к ней хоть что-то подобное, вряд ли стал бы так искусно «заметать следы».

Несмотря на такой исход, Ци Мяо не почувствовала сильного разочарования. Стоило ей произнести те слова, и на душе сразу стало легче — казалось, все переживания рассеялись. Её семилетняя тайная любовь больше не оставляла чувства неудовлетворённости. Да и не надеялась она, что эта совместная поездка сделает их друзьями, ведь у Го Рана так много приятелей, а их с ним связь была слишком незначительной.

Казалось, само небо подарило ей это прекрасное и радостное короткое путешествие, которое она разделила с Го Раном, как прощальный презент в честь окончания учёбы. Словно оно подвело черту под её девичьими годами и дало старт следующему этапу жизни.