Лиам, стоя перед племянником в тишине магической сферы, скрестил руки на груди. Его взгляд был прямым, спокойным, и в то же время тяжёлым, словно проверяющим не просто слова, но и намерения собеседника. Голос его прозвучал низко, сдержанно, как будто он предчувствовал, что речь пойдёт не о чём-то обыденном:

— О чём ты хотел поговорить?

Рейнхард всё ещё лежал, опираясь на подушку, но глаза его сверкнули холодным осознанием.

— Дядя... Тот, с кем я сражался на арене, не был рыцарем нашего дома. Он был убийцей. И, вполне возможно, что в семье он не один такой. Более того — его настоящее имя вовсе не Герасим. Его имя было Силиван, и я уверен в этом.

Он сделал паузу, внимательно следя за лицом дяди. Тот, хоть и не дрогнул, чуть сузил глаза. Рейнхард продолжил:

— Думаю, вы заметили, что техника, которую он использовал, обменивала жизненную силу на тёмную ману. Это позволило ему, пусть и на короткое время, сражаться на уровне рыцаря пятого ранга, пусть и с убывающей стабильностью. Это не обычная техника. Это нечистая сила, дядя. И я говорю это вам, потому что знаю — вы самый надёжный человек в нашей семье.

Лиам не ответил сразу. Он молчал, тяжело дыша, размышляя. Эта тишина не была простой паузой. Это была гулкая, наполненная мыслью пустота. Он и сам... предполагал, что в ряды дома могли пробраться шпионы, даже предатели, но убийца, использующий тёмную ману... Причём настолько скрытно, что даже он — командир рыцарей, не заметил ничего. Это уже было угрозой существованию рода. Он понимал: проникновение в ряды элитной охраны герцогства невозможно без высокопоставленного покровителя. Кто-то сверху — из верхушки семьи — прикрыл убийцу. А это значило только одно: корень гнили пророс в самую суть рода Дейра.

Но больше всего его тревожила тёмная мана. Если за этим стояли демоны или, хуже того, тёмная башня, то речь шла не просто о заговоре. Это была уже война изнутри, и ставка в ней — будущее их крови.

Он медленно перевёл взгляд на племянника, на этого юношу, что пережил смерть, выжил в дуэли, которую невозможно было выиграть, и теперь говорит с ним, как равный, а не как подчинённый. И в его глазах не было страха. Только расчёт и ледяная решимость.

— Хорошо, племянник... Нет. — Лиам выпрямился, и голос его обрёл силу. — Наследник рода Дейра. Я приму меры. Я лично займусь расследованием и вычислю всех, кто предал кровь нашей семьи.

В тот же миг перед глазами Рейнхарда вспыхнуло зелёное системное окно:

[Внимание!]

[Доверие персонажа → Лиам Дейра достигло высокой планки: 90/70]

[Получен титул: Доверие Командира Дейра]

[Эффект титула: Доверие Лиама Дейра не может упасть ниже 70]

Рейнхард хмыкнул. Это было идеально. С этого момента Лиам стал инструментом. Мощным, волевым, но инструментом, что сам выбрал, кому доверять в этом замке из паутины лжи.

— Прекрасно. В таком случае... — он приподнялся на подушках, глаза сузились. — Вы ведь не забыли, что обещали мне всё, что угодно, если я выиграю дуэль?

Лицо Лиама резко изменилось. Он нахмурился, черты лица стали каменными, как у статуи.

— Неужели ты… хочешь войти в родовую сокровищницу?

Молчание повисло, как свинцовая завеса. Рейнхард не ответил сразу. Его лицо оставалось холодным, взгляд — острым.

— Да.

Сокровищница. Сердце рода. Закрытая даже для самого герцога, за исключением одного раза — в момент посвящения в главу. Внутри хранились артефакты, реликвии, тайны и... то, ради чего Рейнхард был готов на всё.

Сердце тёмного дракона Балмута. Реликвия, обладающая неистощимым источником маны, из которой черпать не мог никто. Ни человек, ни демон, ни даже бог. Но он — сможет.

У него есть время до восемнадцати. Потом... сердце перестанет быть совместимым с его телом. И он не станет сильнейшим.

Но даже если нельзя — он сделает так, чтобы можно было.

— Я знаю альтернативный способ, — спокойно произнёс он, всё ещё не сводя взгляда с Лиама. — Нужно быть признанным наследником, получить одобрение пяти из восьми старейшин и совершить подвиг, который прозвучит на всю Империю Кайна.

Лиам застыл. Потом рассмеялся.

— Ты... Откуда ты знаешь, что я — седьмой старейшина рода? Это держали в строжайшей тайне, я никогда не показывался на собраниях публично.

Рейнхард ничего не сказал. Только улыбнулся — холодно и властно.

— Тогда, — Лиам приподнял подбородок, торжественно: — Я, Лиам Дейра, рыцарь пятого высшего ранга и седьмой старейшина рода Дейра, даю тебе свою рекомендацию.

Из-под тёмного плаща он достал запечатанное письмо с золотым гербом рода и передал его Рейнхарду. Следом — серое кольцо, простое на вид, будто ничем не примечательное.

— Это мой подарок. Если ты поймёшь его ценность — то изменишь взгляд на всё, что знаешь.

Он развернулся, не дожидаясь ответа, и, будто воина, выполнившего клятву, покинул комнату.

А Рейнхард остался. Он посмотрел на письмо. На кольцо. И тихо прошептал:

— Я не думал, что получу нечто столь ценное здесь… Но теперь у меня больше на один козырь**.**

* * *