К утру они вдвоём добрались, наконец, до края мрачного хвойного леса.

Раздобыть лошадь и походное снаряжение возможности не было. Потому что их преследовали. Когда они ночью шли по одному из утёсов, окаймляющих реку, то внизу слышали топот множества копыт и мужские голоса.

— Эй, но что это за вестник смерти? Говорят, она смогла в одиночку уничтожить около сотни человек?

— Кажется, она орудует мечом, похожим на стальную пластину. А она точно «Разбрасывающий соль», а?

— Ха, да ну, это всё слухи. Не дрейфь!

— Да. Я мельком видел, что она какого-то парнишку не убила, а взяла в плен и теперь сбегает вместе с ним. Стал бы такое делать вестник смерти? К тому же у них нет лошади, так что далеко они не уйдут.

Прижавшись к скале, Минерва прислушалась к внезапно раздавшимся голосам.

— Это действительно женщина? Ты не ошибаешься?

— Да, говорю же тебе. Красавица в одеждах как у танцовщицы. Э, э, если уж она — вестник смерти, было бы неплохо если она перед тем как растерзает, выполняла одну просьбу.

— А за «Разбрасывающего соль» действительно заплатят?

Они переглянулись. Подождав, пока голоса и свет исчезнут, Минерва встала, дёрнув за верёвку, обвязанную вокруг шеи Криса. Он был пленным, а потому его руки были связаны. Перспектива ходить в таком состоянии по краю мрачного утёса пугала Криса, но так как преследователи не отставали от Минервы, он был вынужден подчиниться. Им нужно было найти укрытие до восхода солнца.

Даже после того, как они оказались в лесу, времени перевести дух у них не было. Отряд всадников с факелами, выстроившись в цепочку, рыскал в тени деревьев, их кони расшвыривали землю. В поисках принимало участие довольно много людей.

«Это всё из-за меня?»

Если бы Минерва была одна, то могла бы, наверное, сбежать.

— Хватит думать о всяких глупостях! — сказала Минерва и дёрнула за верёвку, затащив Криса в выемку меж корней большого дерева.

Места там было достаточно, чтобы свободно разместиться им двоим.

Близился рассвет. Сквозь просветы в кронах деревьев стал пробиваться слабый и хмурый свет, тут и там стало раздаваться щебетание птиц. Хотя они и были в чаще леса, если бы они попытались передвигаться днём, то их сразу же бы обнаружили. Потому она сказала, что они будут ждать в этой каверне до вечера.

— Если доберёмся до границы, как-нибудь...

— А куда ты собралась возвращаться? К тому же, ты ведь осталась одна? Твои товарищи разве не погибли? Когда вас окружили, армия Королевства по меньшей мере в десять раз...

— Ну и пусть в десять. Сколько бы их ни было — они должны прорваться.

Прорваться через плотное окружение таких сил противника? Она хочет сказать, что в неорганизованной армии Альянса Княжеств были такие сильные бойцы?

— Орден Серебряного Яйца, — шёпотом сказала Минерва.

У Криса перехватило дух.

В Княжестве Закария был странный орден, на гербе которого была изображена серебряная курица. Слухи о нём распространялись в армии Святого Королевства в виде насмешек. О членах этого ордена отзывались, как о сборище, подобном отправившейся в увеселительное путешествие толпе женщин и детей. Наверное, у них были причины взять такой беспечный флаг, как, якобы, курица?

Но этот флаг сразу же стал стал грозным символом, когда Семь Восточных Княжеств согласно Принкинопольскому Пакту сформировали армию Альянса Княжеств и подняли флаг восстания против правления Святого Королевства.

Они внезапно появлялись и исчезали. Преследовали и били по тылам. Уничтожили противника в семь раз превосходящего числом. За ними по пятам по полям сражений следовали слухи. Разумеется совершенно невероятные. Однако, было достоверно известно, что Орден Серебряного Яйца прошёл через множество яростных сражений и к сегодняшнему дню заработал военную славу.

Разбрасывающий соль вестник смерти и флаг серебряной курицы представляли для армии Святого Королевства одинаково смертельную опасность. Оказывается, на самом деле они были связаны.

— А значит, они непременно прорвутся, — повторила Минерва, сидя рядом с Крисом, как будто обращаясь к самой себе.

— Ты собираешься меня... взять собой в этот орден?

— Ну разумеется.

Крис потупился и прикусил губу. Он всё ещё колебался. И не хотел, чтобы число людей, имеющих к нему отношение, увеличивалось. Они могли в конце концов возненавидеть Криса. Если бы он остался с ними слишком долго, то они могли бы узнать о клейме Зверя, и о том, что питает эту отвратительную силу. А после этого его скорее всего начали бы поносить, закидывать камнями и проклинать. Как жители его деревни той ночью, когда узнали о нём.

Это было... невыносимо.

Потому Крис нигде надолго не задерживался и странствовал в одиночестве от одного поля боя к другому.

«Всё же было бы хорошо, если бы я был с одной лишь Минервой», — подумал он.

— Почему же ты отделилась от ордена? Почему оказалась одна посреди армии Королевства?

— Потому что я должна была погибнуть в море крови!

Минерва затянула его шею верёвкой.

— Что было бы, отправься этой ночью на встречу с тобой не одна? Лишь вовлекла бы в это своих товарищей!

Ей суждено было умереть, она одна по свое воле отправилась в самое пекло, где не было никого, кроме врагов?

А затем они бы встретилась с Крисом, и он поглотил её судьбу.

И всё же удивительно. Разве Зверь не пожирал с жадностью счастье людей, обрушивая на них несчастья? Почему же в случае Минервы он поглотил её смертный рок и оставил в живых?

Потому что Минерва особенная?

— Но... — Крис продолжил, находя для себя странным говорить об уже свершившемся. — Я действительно был там. Если бы ты осталась с Орденом, то ведь ничего этого не случилось, и всё бы обошлось?

«Тогда бы... я бы так не сбился с пути. И так бы и продолжил существовать в одиночестве, мучимый ночами жаждой».

— Это образ мыслей того, кто не способен видеть будущее, — отрезала Минерва и оттолкнула Криса к стене каверны. — Если бы я осталась... Ты бы задел Орден. Это как сучить нить. Так устроен мир.

Крис, резко сглотнув слюну, пристально всмотрелся в лицо Минервы.

Так устроен мир...

Всё и для всех с самого начала предопределено.

То была всем известная отговорка, произносимая с разным выражением лица и голоса. Её можно было услышать из множества уст. Она произносилась и жирными епископами в церквях, и крестьянами, когда во время очередной войны их поля сжигали, а их самих - грабили.

Однако, в словах, сказанных девушкой, чувствовался вес правды.

— Ты действительно знаешь всё, что произойдёт в будущем?

— Не всё.

Минерва подтянула колени и уткнулась в них лицом.

— Только боль.

— Боль?

— Я вижу только моменты ранений, смерти, боли.

Крис, затаив дыхание, попытался осмыслить сказанное Минервой.

— Я вижу их не в любое время. Только во сне. Когда закрою глаза. Всегда начинается с боли. А затем сцены моей смерти.

«Вот как. Поэтому она говорила, что видела и то, как я убиваю её».

— Также посреди сражения ко мне начинают приходить мимолётные видения приближающейся смерти, — сказала Минерва и обняла свой огромный меч.

Крис содрогнулся. Разбрасывающий соль вестник смерти. Уклоняющийся от стрел, копий и мечей, как будто заранее зная их путь. Крис, сам скрестивший с ней клинки, не понаслышке знал, что это не было ложью.

— Но это не значит, что я могу предвидеть абсолютно всё. И если бы то было возможно, я бы предпочла не видеть вообще ничего.

«Боль. Если ей в видениях постоянно является боль её смерти... То какая же это жестокая сила».

— Но сейчас я не вижу. То напряжение исчезло. Потому теперь, встретившись с врагом, я не знаю, смогу ли пробиться, или нет.

— Если всё так обстоит, то не стоило тебе тащить меня с собой.

— Замолчи. Я обязательно вернусь с тобой. Если... если даже так, ты думаешь, я позволю такой ничтожной участи оборвать мою жизнь? Ты — инструмент как раз для этого, — Минерва крепко сжала пальцами клинок огромного меча.

«Как будто её что-то преследует».

Он должен был попытаться жить, отводя от неё смерть. Но глядя на бледное лицо Минервы, Крис почему-то вспомнил своё собственное лицо, отражавшееся в крови.

«Мы одинаковые. И у нас нет другого пути, кроме как взаимно поглощать судьбы друг друга. Никак иначе жить не получится. Тогда...»

— Я понял.

В ответ на бормотание Криса Минерва лишь мельком глянула на него.

— Можешь взять меня с собой. Я всегда буду рядом.

«Я не допущу её смерти».

Остальных членов Ордена он мог избегать. Он бы с этим справился. Был готов стать рабом, быть рядом с Минервой, смотреть лишь на Минерву, говорить лишь с Минервой.

— О моём... клейме не говори никому.

— Как будто я собиралась рассказывать. И если ты попытаешься поглотить жизни ребят из Ордена, я прирежу тебя на месте.

«Пусть будет так. А до того момента я буду жить, защищая её и поглощая грядущую смерть, что терзающие Минерву».

— А теперь развяжи верёвку.

— С чего это? Не шути так! Ты военнопленный.

— Я не собираюсь убегать. А так мне тяжело идти, к тому же, если мы встретимся с врагами, то я так не смогу сражаться.

— Ты же непременно сбежишь. Думаешь, я тебе поверю? Да и прежде всего, у тебя нет оружия.

— Я мог бы отнять...

— Помолчи и закрой глаза.

Минерва оборвала его и просунула клинок огромного меча через выход из пещерки.

— Отправимся в путь, когда зайдёт солнце.

Потом Минерва замолчала. Однако вскоре он заметил, что она при этом не заснула. Её чёрные, как ночь, глаза неподвижно смотрели в пустое пространство между листьями, начавшее заливаться светом.

— Ты не будешь спать? Ты же всю ночь была на ногах.

— Как я могу заснуть, когда ты рядом?!

— Я ничего не сделаю!

— Я ненавижу спать! Потому что во сне вижу свою смерть.

Крису ничего не оставалось, кроме как замолчать, прикусив губу.

«Сколько же раз ей являлись видения собственной смерти? Сколько раз она видела, как я убиваю её?»

Однако, в конце концов Минерва начала клевать носом. Некоторое время она держалась и, опираясь на меч, старалась не заснуть, но вскоре её тело согнулось.

Растерянный Крис, у которого были связаны руки, дал ей опереться о свою грудь.

Касавшееся его вплотную тёплое тело. Слабое и как будто мучительное дыхание.

Но Крис в свою очередь почему-то почувствовал облегчение.

«И всё же почему она явилась на поле боя? Если бы она дистанцировалась от сражений, то, думаю, легко могла бы избежать своей смертной участи».

Сражаясь, она лишь на чуть-чуть отодвигала от себя приближающуюся смерть, чтобы столкнуться со следующей нависшей над ней... Почему она так рисковала собой в бою?

«Точно. Она сказала — чтобы уничтожить правящий дом Святого Королевства. Что за обида у неё на королевскую фамилию?»

Было кое-что, что не давало Крису покоя с самого момента его встречи с Минервой. Её манера речи говорила о том, что она в какой-то мере принадлежит к благородному сословию. Крис знал это потому, что одно время служил одной благородной семье и, будучи обласканным ими, выучился манерам и грамоте.

«Наверное, она дочь знатного рода. Нет...»

Пока он смотрел на уголки глаз находившейся рядом с ним Минервой, его внезапно посетила мысль.

Дар предвидения смерти.

Предвидение.

Откровения Королевы.

Должна уничтожить королевскую фамилию Святого Королевства...

Неужели...

Крис покачал головой. Такого просто не могло быть.

Крис думал, что пророчества правительницы Святого Королевства были ложью. И полагающих так же было немало. Что божественные откровения, которые позволяли узнавать будущие казались глупостью. Что это была ложь, взращенная, чтобы заполучить власть и держать под контролем королевской семьи провинции государства. Так он к этому относился.

Но способность Минервы — «предвидение собственной смерти» — была реальной. Он смог прочувствовать это на своей шкуре.

«Но неужели... Этого не может быть!»

Крис, сам того не заметив, возжелал, чтобы эта встреченная им девушка не несла на своих хрупких плечах такое тяжёлое бремя.

Шорох шагов по палой листве заставил Криса проснуться.

Во тьме раздавался непрерывный треск веток. В воздухе чувствовалась влага.

Дождь.

На его груди беспокойно ворочалась и возилась голова Минервы. Только собравшись её тихонько позвать, Крис снова, как и незадолго до этого, услышал шаги и на этот раз мужской голос.

— Недавно на дереве я видел прилипшую кровь!

— Жаль, собак нет.

— Да дождь этот всё равно запах сбивает.

— Эй, ты точно доложил в ставку командующего о найденной крови?

Минерва внезапно вскочила, растрепав волосы. Её глазам тут же вернулся прежний блеск. Когда она поняла, что проспала на его груди, её щёки покраснели, брови вздёрнулись, и она открыла рот, чтобы что-то сказать, но Крис поспешно удержал её, тихо шикнув.

Взглянув в сторону выхода из пещерки, Минерва забилась глубже в неё — туда, где был Крис.

— Если это её кровь, то она может умереть и плакала наша награда.

— Как я слышал, господин Корнелий готов отвалить денег и за мёртвое тело.

— Говорят, что помимо этого предлагают двадцать золотых бригэдэнов, если захватить её живой. Нам надо к этому стремиться! Его Высочество главнокомандующий нам столько не даст.

— Так, народ, ну-ка отставить мечты об отмечалове и прочем бухле, ищем тут везде!

— А подкреплений всё и нет.

— Да оно и лучше же! Поделим тогда те двадцать монет между собой. Хреново будет, если нас обойдут. Давайте, пошли!

Горло Минервы издало булькающий звук. Её тонкий палец упёрся в грудь Криса. Когда голоса и звуки шагов удалились и исчезли в шуме дождя, Минерва резко оттолкнула Криса и привстала.

— Т-ты! Ты что делал, пока я спала?!

— Ничего я делал. Сама так заснула!

— Чушь не неси! Я...

Минерва принялась бранить Криса, сильным рывком верёвки подняв его и подтащив к себе. Но похоже, Минерва и сама хорошо понимала, что в том, что она заснула, прильнув к Крису, виновата сама, потому что вскоре резко замолкла и отпустила его.

— Проклятие! Как я вообще могла заснуть рядом с таким как ты!

Минерва заскрежетала зубами, её ногти вонзились в поверхность огромного меча.

— Я не стал тебя будить, потому что ты так крепко спала.

— Так крепко спала?..

«Почему она так рассердилась?»

Крис, будучи в сомнениях, постарался оказаться по возможности подальше от Минервы и ретировался по направлению к дальней части пещеры.

— Ты правда ничего не делал? М-мои волосы не гладил или ещё чего?

— Разумеется, нет. У меня же руки связаны.

— А, у... — Минерва, будто бы устыдившись, потупилась.

— Что снилось?

— Я не видела, — надувшись, ответила Минерва, сидевшая, обхватив руками колени и зажатый между ними огромный меч.

— Э?

— Видения смерти, их не было... Это впервые. Проклятье, что ты...

— Но ведь это хорошо, нет?

— Не хорошо... — подняв глаза, Минерва встретилась взглядом с Крисом, а потому опустила покрасневшее лицо к груди. — Да не знаю я!

— Я тоже.

Он взглянул на лицо Минервы.

— Я и не думал, что смогу заснуть. Ведь тут кто-то бродит неподалёку.

Несмотря теплоту её тела рядом.

— Я почувствовал какое-то спокойствие... Странно, однако.

«Возможно, это потому что Минерва сильнее меня. Потому её не поглотил этот Зверь».

Но похоже, Минерва его как-то не так поняла, потому что её уши покраснели, и она двинула Крису кулаком в раненый живот.

— Э-эй, что такое?! Больно!

— Замолчи! Тихо! — проговорила она и быстро глянула наружу.

То ли из-за дождевых туч, то ли потому, что день уже подходил к концу, но стало так темно, что и дерева в трёх шагах было как следует не разглядеть.

— Выбираемся потихоньку. Дождь, похоже, будет только усиливаться.

— Разве выход из долины не блокирован? Пришедшие преследователи наверняка...

— В таком случае... — Минерва крепко сжала рукоять огромного меча. — Мы прорвёмся.

Тьма, надвинувшаяся от деревьев справа и слева, давила. Они уже видели утёсы, окаймлявшие долину с обеих стороны. Армия Святого Королевства скорее всего здесь расставила свои сети. Вдобавок там должен был быть лагерь. Там могло располагаться не менее тысячи человек, немыслимо, что кто-то был способен прорваться здесь.

«Но для Минервы это было возможно. Нет, ведь сейчас... она не способна видеть будущее».

Он шёл в трёх шагах позади неё, следуя за алыми волосами, и изо всех сил напрягал связанные перед собой руки. Путы были недостаточно слабы, чтобы их можно было разорвать одной лишь силой рук. Но в случае необходимости, можно было попробовать вывихнуть большой палец.

Внезапно к звуку дождя добавился ещё один звук. Минерва и Крис замерли и стали оглядываться по сторонам, пытаясь разглядеть что-либо в давившей на них со всех сторон тьме. Краем глаза они уловили тут и там огоньки. Минерва приготовилась, распустив кожаную обвязку меча.

«Мы окружены!»

Топот ног по земле. Звон металла. Треск огня факелов. Звуки начали приближаться со всех сторон. Во тьме они увидели огненные блики на стали множества доспехов.

Крис, почти не задумываясь, подсчитал количество солдат, появившихся из леса. Их было около сотни. Вокруг были утёсы, и кроме как прорываться выбора не было.

— Эй, этот меч!

— А-а-а!

— И всё же сколько людей погибло от его клинка?

Напряжение было такое, что, кажется, даже можно было услышать, как сглатывалась слюна. Лица солдат армии Святого Королевства, появившиеся в свете факелов, были перекошены от невыразимого ужаса.

— Это кто там идёт?

— Проклятье, что-то мне не по себе.

— Это вестник смерти что ли? Говорят, вроде, этого типа видели.

Кто-то из солдат швырнул факел. Тот упал к ногам Криса и, зачадив на сырой земле, очертил их силуэты.

— Действительно, женщина!

— Молодая.

— Ну и какой из неё вестник смерти? Да она же напугана!

— Хе-хе. Хорошенькая. Может, нам всем стоит с ней поразвлечься?

— Жаль поисковый отряд. Мало того, что под дождём вымокнут, так ещё и вернутся с пустыми руками.

— Они сами вызвались, но к тому времени, как они вернуться, от неё уже не будет никакого прока.

Плечи Минервы, крепко стиснувшей рукоять своего меча, задрожали. Крис почувствовал, как его затылок свело от страха.

— Эти... эти подонки...

Вечно наёмники ведут себя как похотливые животные, когда видят женщину. Крис подумал, что, наверное, они доселе не видели такую красивую девушку, как Минерва.

В таком случае, если она попадётся им, её ждут страдания пострашнее смерти.

— Хорош болтать! Не забывайте, сколько народу она одна порешила.

Из леса вышел рыцарь, полностью закованный в броню, подняв забрало шлема, он явил лицо с жидкой бородкой и усами.

— Выжившие солдаты армии Альянса Княжеств! Сдавайтесь! Если вы будете сопротивляться, то пощады не будет никому, даже женщинам! — Вы умрете там же, где стоите!

— Командир, если мы возьмём её живой, то нас наградят!

— Двадцать золотых монет!

— Убивать такую красавицу?

— Молчать! Вы что, забыли приказ его превосходительства Корнелия? Стрелки, вперёд!

Они увидели выбравшихся из подлеска солдат с арбалетами наготове. Перед глазами Криса взвихрилось красно-белое пламя. Не произнеся ни слова, они практически одновременно сорвались с места. Когда они ринулись вверх по склону, окружавшие их солдаты резко загалдели — кто весело, кто злобно.

Но их веселье утихло в один момент. Минерва взмахнула уже взятым на изготовку огромным мечом и одним ударом разрубила тела трёх солдат, облачённых в доспехи, красиво рассеяв в дожде брызги крови.

— С-стреляйте! Нет, подождите, а потом стреляйте, не то попадёте по своим!

Нетвёрдый голос рыцаря потонул в криках солдат, лязге оружия и кольчуг. В воздух взлетели лишь редкие стрелы. Большинство из них встретил огромный меч, но одна зацепила руку Минервы, прочертив на ней кровавую полосу. Она была не способна видеть будущее, и Крис попытался броситься к ней.

— Ты иди вперёд, я остановлю их! — выкрикнула Минерва и в мгновение ока взбежала по склону к выстроившимся там в ряд стрелкам.

Раздались крики и пронёсся вихрь ударов меча, в воздух взмыли изрубленные конечности и обломки арбалетов.

— Окружить! Окружить её копьями, не робеть!

Увидев, что оставшиеся в живых солдаты с арбалетами, рассыпавшись в стороны, перестраиваются, Крис сорвался с места.

— Минерва!

Одновременно с криком Криса раздался звон множества тетив. Поражённая Минерва, заметив это, вскинула огромный меч. Стрелы устремились к ней со всех сторон.

— Ч...

Лицо обернувшейся Минервы побледнело. Она увидела, как несколько стрел вонзилось в бок Криса, когда он закрыл её своим телом.

— Я же сказала тебе идти вперёд!

— Но не сказала убегать, не так ли?

— Дурак! Ведь...

Минерва, схватив Криса за волосы, швырнула его в грязь. Оказавшись на земле, он увидел, как над его головой пронёсся клинок, обрубив множество копий и рук солдат, их державших.

— У тебя нет причин помогать мне!

Отбивая клинком копья и стрелы, Минерва отступала. Сразу позади неё чернел утёс. Их загнали в угол. Приободрившийся рыцарь, похоже командир отряда, внизу склона отдавал приказы один за другим, размахивая мечом.

— Окружайте! Окружайте-е! Соблюдайте дистанцию и постоянно атакуйте!

Почти все копья, одновременно выброшенные вперёд, был отбиты одним взмахом меча Минервы. Однако острия двух ускользнувших от меча с боков вонзились в её бёдра.

— У...

Её насквозь мокрая от дождя одежда потемнела от крови. Движения меча замедлилось. Он понял, что от боли её руки ослабли. Однако Крис тоже мог лишь, разбрызгивая грязь, уворачиваться от вражеских клинков. Боль от ран, нанесённых стрелами, исчезла, он лишь чувствовал, как кровь, а вместе с ней и тепло, вытекает из бока.

В грязи он постепенно терял сознание. Он лишь не сводил глаз с промокших алых волос.

«Минерва. Не должна умереть. Ни за что не должна умереть. Если её не станет, у меня не будет никого. Ни за что...»

— А-А-А-А-А-А-А-А-а!

Он почувствовал, что с рёвом разорвал связывающую его кисти верёвку руками. Когда Крис поднялся на ноги, он услышал свист рассекающего воздух лезвия. Почти бессознательно вскинув голую правую руку, он остановил клинок, обрушившийся на него сверху, боли он не чувствовал. Солдат, нанёсший удар, в ужасе негромко вскрикнул.

Крис вырвал у него меч, повалил на землю и вонзил клинок в сочленение его доспехов. Солдат, у которого он отнял меч, скатился вниз по склону, разбрызгивая кровь.

Крис и Минерва с мечами в руках встали спина к спине. Они не отрывали взглядов от окружавших их нескольких сотен врагов. Они чувствовали дыхание и даже биение сердец друг друга.

— Почему ты не убежал?! — воскликнула через плечо Минерва. — Им нужна только я. Тебе-то зачем сражаться?

Крис, стоя к ней спиной, стряхнул кровь с меча и ответил:

— А кто сказал, чтобы я всегда был рядом с ней?!

— Ч... т-ты... С тех пор, как я это говорила, ситуация...

— Я ведь раб. Раб Минервы. И у меня нет причин убегать. Всегда это будущее... — произнеся эти слова, он почувствовал привкус крови. — Преследующие тебя смерти я буду поглощать.

Минерва не ответила. Он услышал лишь исходящее из её груди сдавленное дыхание, едва различимое на фоне шума дождя и приближающихся шагов.

— Все вместе, поднажали! Хватит думать о том, чтобы взять их в плен! — отдал приказ рыцарь пронзительным голосом.

Солдаты с копьями и мечами в руках ринулись вперёд, разбрызгивая грязь. Крис и Минерва, доверив друг другу свои спины, взяли мечи наизготовку.

Когда Крис взглянул на приближавшихся солдат с налившимися кровью, похожими на звериные, глазами, его рука бессознательно взметнулась. Он разрубил древко нацелившегося копья вместе с рукой, а затем обратным движением вонзил меч в шею солдата. Вытащив меч из упавшего тела и подняв кровавые брызги, он раскроил челюсть противнику, попытавшемуся ударить его сбоку. Множество раз вражеские клинки рассекали кожу Криса, но он каждый раз в следующий же момент отрубал руку сделавшего это.

Он не знал, сколько тел уже пало перед ним.

Постепенно, из-за тяжести мокрой от дождя и крови одежды, холода и усталости, его руки стали наливаться свинцом. Позади он слышал хриплое дыхание Минервы.

— Окружение. Прорываем? — раздался, наконец, её отрывистый шёпот.

Крис обернулся. Они убили около половины противников. Теперь, наверное, можно было прорваться из долины вдоль утёса?

Однако раздавшиеся в следующий момент позади голоса и множество огней, осветивших тьму, повергли Криса в отчаяние.

— Командир, поисковые партии вернулись!

— Где они копались?! Мы тут крепко влипли!

Те из солдат, кто, алкая награды, обещанной за поимку пленницы, отправились на поиски, вернулись в лагерь. Крис схватил Минерву за руку и бросился к выходу из долины, где уже собирались ещё c полсотни солдат. Он не знал, смогут ли они прорваться, но если бы они промедлили, то были бы окружены.

— Идиоты! Они прорываются! Перехватить!

Крис, издав звериный рык, влетел в лес копий.

«Пусть хотя бы Минерва...»

Он размахивал мечом, не обращая внимания на копья, вонзавшиеся ему в руки и тело. Рыцарь лихорадочно пытался собрать распавшуюся шеренгу.

— Не твори безумство! — раздался крик Минервы.

Но других вариантов, кроме как прорываться вперёд силой, не было. Множество раз клинок его меча, покрытый кровью, ломался о копья. Он забирал оружие с трупов, проскальзывал, уворачиваясь от копий солдат, и сбивал их с ног.

Левая рука давно онемела. В животе рана, а ноги по колено в грязи. Ему казалось, будто он слышал горестный голос Минервы, звавший его. Рыцарь, громко рассмеявшись, указал мечом на Криса, и к нему устремились острия бесчисленных пик.

В этот момент воздух прорезали множество голосов.

Командовавший рыцарь внезапно вытаращил глаза и, изумлённо раскрыв рот, рухнул вперёд, подняв мутные брызги.

— Командир?

— А-а-а-а!

— Гуа!

Сдавленно вскрикивая, солдаты стали падать один за другим. Поднявшийся Крис сквозь грязь и кровь увидел летящие с того края долины стрелы, рассёкшие тьму.

— Что?

— Откуда бьют?

— Командир!

Раздавались робкие голоса позади. В них послышался страх, когда они увидели свет множества факелов в лесу за тем местом, где лежал поверженный рыцарь.

Их огонь осветил знамя.

— Э-это...

— Что? Почему?

— Не может быть... Здесь?

На нем был герб: серебряная, расправившая крылья, как будто защищая сжимаемое яйцо... курица.

— Уничтожить!

В калейдоскопе тьмы и огня раздался ясный голос. Женский голос. Послышался шум шагов, разбрызгивавших воду, и перед Крисом возникли фигуры солдат с большими луками наготове. Когда он обернулся, то увидел, как наёмники армии Святого Королевства в беспорядке отступали в лес. Стрелы полетели в их спины с ещё большей интенсивностью. Фигуры в доспехах падали одна за другой, скатываясь по склону.

Крис в ошеломлении лицезрел эту картину, лёжа на земле.

Рядом с ним Минерва с бледным лицом, прислонившись к гнилому дереву, тяжело дышала.

— Прекратить! — прозвучал вскоре приказ, и ливень стрел остановился. Это был тот же женский голос, что и ранее.

Немного погодя раздались звуки шагов. Крис, из последних сил сжимая меч в руке, взглянул в ту сторону.

Он увидел... молодую женщину с яркими золотисто-медовыми волосами, приближавшуюся к нему в окружении отряда рыцарей и камергеров, нёсших факелы. Она была преисполнена достоинства, граничившего с надменностью, казалось, что даже хлеставший дождь утихал рядом с ней.

Видимо, это она отдавала приказы. Если это так, то такая молодая, да вдобавок женщина...

Была командиром знаменитого Ордена Серебряного Яйца?

Невероятно, но сомнений быть не могло. Поверх одежды женщина носила богато украшенный орнаментами доспех, закрывавший плечи и грудь, наброшенный на плечи поверх брони табард развевался на ветру.

И на его правом плече был вышит герб Княжества Закария.

Крис заметил, что из всей группы подошедших к нему лишь женщина глянула на него взглядом, полным любопытства. Остальные же её спутники Криса такой чести не удостоили.

С криками «Мина, ты в порядке?» и «Больше так не делай!» все как один они устремились к Минерве.

Золотоволосая женщина, растолкав рыцарей, первая добралась до неё.

— О-о, Мина. Прости меня! Если бы я только могла прибыть быстрее, то на твоей прекрасной коже не было бы этих ран, — игривым тоном произнесла золотоволосая женщина, расчёсывая перепачканные в крови алые волосы, — Я выиграла пари. Я же тебе говорила. Такая краса не может погибнуть.

Минерва, кажется нахмурившись, оттолкнула руку женщины.

— Замолчи. Я действительно должна была умереть. Поэтому...

— О. Ты покинула нас. Хорошо. Ты, вопреки приказам, ускользнула, потому что пыталась сказать тем самым, что о нас беспокоишься, да? Я не желаю слышать отрицаний твоего поражения.

— Я не пытаюсь этого отрицать! — Минерва повысила голос, в нём чувствовалась боль от нанесённых ран. Держась за бок, она присела на корточки.

— Оставим наш забавный спор в стороне. Отступившие господа вернутся с подкреплением. Вы, отнесите Мину до повозки.

— Я могу идти сама!

— Нет. Твоё драгоценное тело, гладкие руки и ноги — моя собственность. Такие нелепости недопустимы. Кстати, Мина, — Золотоволосая женщина, наконец, повернулась к Крису. Её темно-синие глаза встретились с его взглядом. — Кто это тут у нас такой миленький?

Минерва тоже взглянула на него. Крис невольно отвёл взор.

В тот момент он, наконец, ощутил в груди странное спокойствие. Столь реальное ощущение того, что он жив, подобно холодному дождю растеклось по его телу. Наверное, потому что видел лицо Минервы, зардевшееся в смущении.

— Он мой раб.

Услышав слова Минервы, Крис внезапно ощутил, как всё его тело окутывает согревающая вялость, и он, как будто погружаясь в грязь, забылся.