Школа всегда выступала заслоном, блокирующим монстров этого мира. Но раньше я никак по-особому не относился к этому месту. Однако сейчас был зол.

Локация битвы с Мэри переместилась сюда, и стоило начать переживать, что девочка вновь обретёт свои силы. Однако я сам почувствовал прилив энергии от гнева. 

— Это место многое для меня значит. 

Здесь хранились воспоминания, связанные с детьми.

— И? – холодно спросила Мэри.

— Так что проваливай отсюда, грёбаная сука!!! – взбесился я и ринулся на противницу.

Мэри легко увернулась от атаки, а затем махнула рукой, чтобы лианы-провода меня обездвижили. Из-за ослепившей ярости я стал очень лёгкой добычей и теперь не мог пошевелиться.

Девочка убедилась, что с моей стороны больше опасности нет, и приблизилась.

— Угх!..

— Элла… бесполезно. Теперь это моя территория.

— Отпусти!.. – прорычал я, хотя знал, что не сработает. 

Повёл себя как маленький ребёнок, хотя мне, вроде бы, уже много лет. Чуть успокоившись, я попытался переместиться в другое зеркало, но способность не сработала.

— Не получится. Все зеркала заражены. Но, признаться, твоя сила раздражает…

— Заткнись!

— В твоём доме тоже есть зеркало. Почему не сбежала туда? Могла ведь… Почему школа?

Каждое слово Мэри звучало как выстрел. Я был на грани срыва и только сильнее дёргался в обвивших меня проводах.

— Ух, раздражаешь! Откуда между нами такая разница?! Зеркала же древнее, чем телефоны!

— Ах… Опять злишься. Заткнись уже. Мне не нравится шум. Однако, как хороший монстр, буду милостива и покончу с тобой без боли.

«Бз-з-з».

— Четыре… Четыре… Четыре…* 

Заработал громкоговоритель под потолком. Она явно собралась убить меня с помощью него, выплёвывающего смертельное проклятье.

*П.п.: В корейском «четыре» и «смерть» звучат практически одинаково.

Сердце бешено заколотилось, кровь прилила к голове, во рту появился железный привкус.

— Ты проиграла, Элла, – прошептала Мэри. – Прямо как я.

Неужели и правда так умру? Зачем я вообще зашёл в игру? Чтобы вот так жалко погибнуть? Это даже не смешно!

— Ты дрожишь от страха и отчаянно ждёшь спасения. Разве не так чувствуют себя люди перед смертью?

Что дальше? 

Если всё это сон, как в сказке про Алису, тогда после я проснусь и снова просто начну играть.

Но если всё по-настоящему… Если происходящее – реальность…

Я горько рассмеялся. Даже если сейчас умру, я бы хотел, чтобы все последние события были реальностью.

Я закрыл глаза и подумал об ожерелье с розой от детей. Как бы хотелось сдержать обещание.

— Четыре… Четыре… Четыре… Один. Два. Три. Четыре…

А это ещё что? 

Чей-то голос пробился через динамики, прерывая проклятье. Очень знакомый… Ха Рим!

— Один. Два Три. Четыре… Один. Два. Три. Четыре… 

Проклятье стало ослабевать. Не знал, что в игре такое возможно!

Похоже, проклятье усиливалось с каждым повторением мрачной цифры. А вставки иных чисел могли сбить его.

— Элла, ты слышишь?! Прости, что не послушалась, но мы в одном клубе и без тебя рядом всё не так!.. Понимаешь?

Детям здесь слишком опасно… Но я почувствовал облегчение. Дуракам закон не писан… Особенно, когда оба – дураки.

— Твоё желание умереть пропало… Какая жалость, – пробормотала Мэри и замахнулась ножом над моей головой. 

Нет! Надо как-то избавиться от плена!

«Клац!»

Думал, что сейчас меня разрубят пополам, но, открыв глаза, увидел Су Хо, держащего щит.

— Су Хо…

— Элла, мы знаем, что ты сильная. Но иногда помощь не помешает. – Мальчик научился управляться со щитом до того мастерски, что любая атака босса будто бы ударялась в глухую стену. – Я давно заметил, что ты отдалялась от остальных. Значит, мне не показалось, что тебе одиноко.

Разве? Не помню, чтобы так себя вёл…

— Ты предполагала, что когда-нибудь всё обернётся вот так? Что тебе придётся сражаться в одиночку?

— Эй, Элла, – подал голос Кён Мин, подошедший следом. – Так же, как ты защищаешь нас, мы хотим защитить тебя. Все мы, несмотря на то, что познакомились не так давно.

— Точно! Ты наша подруга! Я… я очень боюсь, но хочу быть с тобой рядом! – сказала Ын Чжон. 

Они говорили по очереди, как в каком-то крутом фильме, и из-за этого я чувствовал себя невероятно неловко, но пытался не подавать вида.

Быстро разорвал зубами удерживающие меня лианы, поднялся на ноги, а затем зачем-то пошутил:

— Кён Мин, я миленькая?

— Что?!

— Сомневаешься? Говорил же, что у меня милые глаза! Дон Жуан!

— Ха-а… Ну серьёзно… Можно хотя бы сейчас про это не вспоминать?..

Я слегка улыбнулся, но наше воссоединение прервала Мэри.

— Преимущество в численности ничего не изменит, Элла. Я восстановила свои силы, а ты слаба.

— А? Я не слышу то, что говорят люди без друзей.

Девочка вновь яростно атаковала.

Су Хо сосредоточился на обороне, да и цепи Кён Мина оказались очень эффективны. Неспособная нанести серьёзный урон, Мэри начала вновь накладывать проклятье, но колокольчик Ын Чжон тут же его прервал.

— Тц.

Она махнула рукой, направляя провода к ребятам, но я тут же их перерезал.

Стратегия была ясна. Пока мы сосредоточены на обороне, нас не достать. И если Джеймс и Мария успешно активируют артефакт, то победа у нас в кармане!

— Элла, ты такая безмозглая дурочка. Я всё ещё могу убить вас в любой момент. Это лишь вопрос времени.

— Это ты идиотка, Мэри.

***

Мэри вопросительно склонила голову в сторону. Она давно заметила кое-что странное. Девочка оглядела территорию и поняла, что на ней не появилось ни одного нового подсолнуха!

— Почему?..

— Я тоже удивлена. Но, оказывается, для Ха Рим нет ничего невозможного!

Была лишь одна причина для отсутствия новых растений – кто-то уничтожал их!

***

— Раз эта телефонная будка выросла, подобно растению, не зачахнет ли она, если убрать всю землю?

— Когда слышу звонок телефона, хочется взять трубку. Нужно использовать беруши.

— Угх! Я игнорировала телефон, но он пророс через одежду, и я едва не поддалась! А если держу трубку, то вообще начинается какое-то соединение.

— Похоже, если в руке есть медиатор, то он всегда будет подключаться к чему-то того же типа. Если использовать рации или говорить с собой, то на тебя не нападут! В рациях передача звука одновременно невозможна! Отлично!

— А что случится, если дать другим монстрам послушать проклятый голос из телефона?.. Ты меня слышишь, Сатору-кун? Алло?

***

— Если избавиться от ловушек и монстров, то заражение останавливается. Но Мэри, я тебе не враг.

Девочка ничего не ответила, продолжая атаковать. Мы отбивали все её выпады, и время постепенно шло. Силы были равны. Джеймс ещё не закончил? Ха Рим уже на пределе выносливости…

— Элла… – внезапно сказала Мэри, остановившись и отступив назад. Мгновение она о чём-то думала, а затем кивнула. – Ты пытаешься выиграть время?

Она всё поняла!

— Ты послала кого-то ко мне. Ах, если так продолжится, то я проиграю и не смогу найти того, кого ищу. – Мэри нервно поправила шляпку и закружилась на месте, а мы наблюдали за ней, тяжело дыша. — Тогда нужно его использовать…

— О чём ты?

— У меня есть вот это. 

В её руках показалась музыкальная шкатулка с пометкой «М.П.». Никогда раньше не видел такой предмет. Только в названиях в файлах игры.

Откуда он у неё? Как она его получила?

Мэри открыла шкатулку. И полилась мрачная музыка, хорошо подходящая для хорроров. Я тут же на всякий случай использовал амулет психической защиты, но он почему-то не сработал. 

— Элла! Очнись! – закричал Кён Мин, но мои глаза начали закрываться сами по себе, погружая всё о тьму.

***

Я был в кинотеатре. В пыльном, захудалом заведении со сломанными креслами. Тут даже экран был разорван на части. Но это не мешало показу. Я уставился в экран, жуя попкорн.

Внезапно в фильме появились мои родители и я. Мы пересеклись взглядами на дороге из школы, но родители просто прошли мимо. Кажется, они всеми силами пытались избежать контакта.

Дома мы друг с другом не разговаривали. Еду они оставляли у дверей моей комнаты. Так продолжалось до одного случая.

Они оба погибли в автокатастрофе из-за неаккуратного вождения. Я провёл обычные похороны и вернулся в школу, как если бы ничего не случилось.

Мой единственный друг из старшего класса среагировал неожиданно агрессивно:

— Почему ты так себя ведёшь?

— О чём ты?

— Стань проще. Если всё выплачешь, ты хотя бы будешь выглядеть как человек. Хмурься, раздражайся, плач.

— Да что я сделал не так?

— Ты абсолютно ненормален. В тебе как будто чего-то нет. У тебя проблемы с головой?

— Ты слишком груб, – нервно рассмеялся я с экрана, думая, что это очередной розыгрыш.

— Когда умерли твои родители, ты не проронил ни слезинки. А будешь плакать, если я умру?

После он умер от несчастного случая. И люди смотрели на меня как на убийцу.

Я стоял напротив могилы, а в ушах звучали его последние слова: «Будешь плакать, если я умру?»

Нормальный человек бы плакал. Но я не мог. Что я за монстр такой? Я не заслужил иметь друзей.

Я кинул в экран попкорном, схватил себя за волосы и посмотрел в зеркало, оказавшееся в другой моей руке.

Показалось отражение Эллы. Не меня. Я жил в её теле. И мой характер изменился. 

Я думал, что действовал самостоятельно, а чувства, испытываемые к детям, – мои собственные. Однако на самом деле стал монстром. А на них влияют мысли людей. Поэтому из-за того, что ребята видели меня другом, я тоже решил, что мы друзья.

Ещё моя злость… Она появилась из-за влияния Эллы, однако влияние пропало, а чувство осталось.

Так настоящее ли моё отношение к детям?

— Ох…

Я притворялся Эллой, используя её тело. Но мой лучший друг умер, я пережил множество болезненных событий и теперь, по правде, просто не мог искренне дружить вновь.

— А-а-а!

Да я даже не человек. И мои отношения с детьми – ложь. Я никогда ни с кем не дружил.

Я взглянул в зеркало. Там только Элла. Лучше уж умереть.

Я закрыл глаза.

— Погоди-ка! Зачем ты закрываешь глаза, а?!

Что?

Экран кинотеатра разорвало пополам, и кто-то выпрыгнул, а затем подскочил ко мне и ударил в живот.

— Угх!

Я упал на пол. Почему всем так нравится меня бить?..

— Ох…

— Эй, ты совсем с ума сошёл? Разве не видишь, что детям сейчас тяжко приходится?

— Элла?..

Передо мной стояла она, смотря уничижающим взглядом.

— Что, в первый раз меня увидел? Ну да, снаружи я не отражаюсь в зеркале. И как тебе? Милая?

— Нет. Ты разве не умерла? Когда вселилась в моё тело, на тебя упала люстра… Ах!

Элла замахнулась ножом, сигнализируя заткнуться. Ей, похоже, было стыдно за тот промах. 

— Вставай! Ты что, девчонка? Мне назвать тебя сестрёнкой? Смех да и только! 

Да, поведение походило на настоящую Эллу. Как она раздражает! Наверное, так и чувствовал себя Кён Мин, когда я его дразнил.

— Я парень, даже если заперт в теле девушки! Просто уже привык.

— Думаю, я понимаю ход твоих мыслей. Гадаешь, кто же ты сейчас, раз не в своём реальном теле.

— Что?

Я взглянул на себя.

Элла захихикала. 

У нас обоих были светлые волосы, только уложены по-разному. И одежда отличалась. 

— Не совсем я, правда ведь? Ты можешь походить на меня, но не во всём!

— Какая радость!.. Но почему я сейчас так выгляжу, если ты рядом в своём собственном виде?!

Неужели моя душа стала женской?

— Даже не знаю… После смерти я постепенно приняла свой изначальный вид, но смогла вернуться в сознание совсем недавно.

— Тогда… почему не вернула себе контроль над телом?

— Из-за этого. 

Элла указала на ожерелье, которое подарили мне дети. Я проверил свою шею – вещица всё ещё была там. Это осознание помогло мне успокоиться и чуть расслабиться.

— Не о чем переживать, – пробормотала девочка, а затем хлопнула в ладоши. – Пора возвращаться! А то дети вот-вот умрут! Если проберёшься сквозь дыру в экране, окажешься в реальности!

Элла толкнула меня в спину.

— Почему ты мне помогаешь?

Она остановилась.

Девочка была убийцей. А согласно истории, ещё и сумасшедшей сукой. Так что изменилось?

— Прозвучит странно, но когда я спряталась в твоём подсознании, то внезапно поняла, что мой инстинкт убийств пропадал. Раз и его не стало.

— Похоже на рассказ одного особенного клоуна…

Элла почувствовала то же самое, что и Пьеро?

— У меня было много времени подумать на эту тему. И я нашла разгадку. В моей душе теплилось желание играть с друзьями, а затем убивать их, но, по моему мнению, оно было ненастоящим.

— У Мэри тоже такое есть. Но чего ты тогда действительно хочешь? 

Элла пожала плечами. 

— И сама не знаю. – Она коснулась моей груди. – Но думаю, наши с тобой желания как-то схожи…

— Неужели?..

Элла мягко взяла мою руку и повела к выходу.

— Прости за всё. Знаю, нагло просить, но, пожалуйста, иди и помоги детям. Я сама не смогу из-за инстинкта.

— Ты на одной стороне с нами?

— Не сомневайся. Я отличаюсь от тебя, но в некотором роде точно такая же. Будто смотрю в зеркало! – Элла погладила ожерелье у себя на груди. – И мы им дороги. Ток что прошу, помоги. И не сомневайся в себе! Остальное поймёшь сам.

— Говоришь загадками…

— Тебе пора перестать волноваться, если хочешь преодолеть страхи и достичь мечты! А времени почти не осталось! Мэри сейчас убьёт Кён Мина!

Я на секунду застыл, а затем побежал к выходу. Элла крикнула мне в спину:

— Я передам тебе все свои силы, так что устрой там весёлое приключение! Сделай этот мир не только страшным, но и полным чудес, эмоций восторга, грусти и радости. Я хочу, чтобы они всё это познали.

Элла помахала мне рукой.

***

Ко мне вернулось зрение, а в отражении окна появилась Элла, выглядящая одновременно по-новому и по-старому.

Монстр из зеркала. Сама суть отражения, поэтому раньше я её не видел. Но сейчас всё почему-то изменилось.

Однако теперь я ясно понимал, что даже если в зеркале я вижу Эллу, то внутри остался собой.

— Привет, Мэри.

Девочка с интересом посмотрела на меня.

— Это наша первая встреча.

— Элла, ты говоришь странные вещи.

Я увидел детей, обвитых лианами. Мэри выглядела расслабленно. За её спиной продолжал расти гигантский подсолнух, так что она явно считала, что уже победила. И в этом её ошибка.

Я выплеснул свою силу, лианы с цветами вздрогнули и начали чахнуть. Подсолнухи исчезали, а телефонные будки сгнили и посыпались на землю.

— Это… зеркало?

Всё место превратилось в зазеркалье. На стеблях вместо подсолнухов возникали зеркала. И те, не выдержав веса, обламывались.

Силы боссов наконец-то столкнулись в полной мере.

Лицо Мэри выражало холодную решимость. Я вскинул свой нож и указал на неё.

— Это моя территория! Убирайся отсюда!