«Крак!» 

После того как предмет был уничтожен, из него высвободилась мрачная аура.

«Нарушение статуса: замешательство».

— Что? 

Я посмотрел на разбитый артефакт и мгновенно пожалел о своих действиях. Зачем сломал? Это же пасхалка от разработчиков, которую спрятали намеренно. Она могла стать подсказкой к тайнам игрового мира.

Как так?..

До того как попал в тело Эллы, я был довольно эмоционально сдержанным. Пока ситуация находилась под контролем, я легко держал лицо. Но теперь всё изменилось. Чувств копилось столько, что ими становилось сложно управлять. Полагаю, изменения вызвал характер Эллы. Когда я принял этот факт, стало немного лучше.

Но что случилось сейчас?

Я же уже привык к телу призрака, и импульсивное поведение удавалось контролировать. Но именно в этот момент как будто бы «я» превратился в Эллу.

Моя идентичность под угрозой?

Нет, нет. Возможно, просто ещё не привык. Я же до сих пор не могу пройти мимо конфеты, не схватив её! 

Но никакие внутренние отговорки не могли унять моё беспокойство. А мрачных мыслей всё прибавлялось.

Действие совершается после мысли. Да, это импульс, но, значит, это мой импульс. А мои же мысли не изменились. Я уверен, потому что я — это я. Ещё я совершенно точно привык к телу Эллы. И теперь нет ничего, что выбило бы у меня руль. Выходит, импульс был «моим».

Когда я настолько изменился?.. Когда стал так себя вести и думать?

Чем больше сравнивал себя в прошлом и настоящем, тем яснее видел разницу, и меня бросило в холодный пот.

Люди так просто не меняются. Так почему? Что послужило фактором?

На монстров влияют человеческие мысли. А я стал близок с детьми. Если проявлять слабость перед щекоткой, то становишься восприимчивей к ней. Значит, чем чаще я показываю детям, что люблю сладкое, тем больше становлюсь зависимым от него. Чем больше обо мне думают другие, тем сильнее я к ним привязываюсь.

Но, моё становление монстром повлияло на мою душу и разум. Так могу ли я с уверенностью утверждать, что чувства по отношению к детям точно мои?

Тело пробила нервная дрожь. Нужно срочно увидеть ребят. 

В последнее время я не мог с ними поиграть, потому что был слишком занят. 

Я ускорил шаг, но попытался успокоиться и в ровном состоянии продолжил поиски. Вообще, я ещё должен встретиться с Джеймсом, но… Сейчас есть дело поважнее.

«Бах!» 

Я распахнул дверь кабинета, но ребят внутри не оказалось. В другой комнате? Там тоже не нашёл.

— Где же вы?

Тогда я побежал. И так торопился, что даже не подумал о том, чтобы воспользоваться зеркалами.

Может, найти Джеймса и Марию? Уж они должны знать, где дети. Я отправился к их отряду. Солдаты впервые общались со мной без своего капитана и выглядели немного смущёнными.

— Где Джеймс и Мария? — Я дождался их ответа и кивнул. — Понял, в школьной кладовой.

Солдаты вели себя спокойно, значит, ничего страшного не произошло.

Из-под двери кладовой лился свет, слышались какие-то шорохи и голоса. Кажется, ребята что-то готовили. Я осторожно приоткрыл дверь и взглянул на развернувшуюся сцену. Стены украшали шарики и оригами, повсюду лежали хлопушки, использующиеся на детских фестивалях.

— Ох! — удивлённо воскликнула Ха Рим, увидев меня. 

Секретное собрание. Но я не злился. Смотрел на них и не мог найти ни повода для раздражения.

Ха Рим вздохнула и сказала:

— Кхм… Мы готовили сюрприз, но ты, кажется, нас раскрыла…

Девочка развернула кусок белой ткани, который держала в руках. На нём оказалась надпись: «Элла, поздравляем с вступлением в клуб Исследователей Мистики!»

— Это… — Су Хо, тащивший что-то тяжёлое, на мгновение остановился и сказал: — Мы не знали, понравится ли тебе, но хотели узнать тебя получше. Поэтому Ха Рим решила, что мы должны состоять в одном клубе.

— Мы пытались создать атмосферу праздника, — Кён Мин почесал голову, — но в одиночку не справились, поэтому Джеймс и Мария нам помогли.

Ын Чжон появилась позади и обняла меня.

— Ух… Я так устала складывать оригами!

— Понятно… Но… Как бы сказать… Немного неожиданно…

— Даже в бесконечных боях с монстрами нужно находить время для подобного.

Так это неожиданная вечеринка. Однако что-то не давало мне покоя. Может, просто не привык к такому? В первый раз в жизни я стал центром внимания.

— И мне… правда можно? — осторожно спросил я.

— Элла, — улыбнулась Ха Рим, — помнишь, как мы рассказывали истории после квиза, и ты сказала, что я должна подготовить подарок, который тебе понравится, если хочу выразить благодарность? Вот он - сюрприз от чистого сердца!

Она достала коробочку, в которой лежало пять подвесок в виде роз, вышитых крестиком.

— Мы сделали их сами, хотя было сложно - иголка постоянно колола пальцы! Возьми.

Я поднял оно из украшений. Мягкое…

— Если наденешь, официально станешь членом клуба!

Дети принялись надевать свои украшения.

— Теперь твоя очередь! — сказала Ха Рим.

Я на мгновение замер, а затем медленно надел подвеску, и моё сердце затопило мягким, приятным чувством. Ребята приготовили подарок для «меня» в качестве знака нашей дружбы.

— Элла, как тебе? Нравится?

— Спасибо, мне очень нравится. Я никогда этого не забуду, — сказал я, держа на ладони вышитую розу.

«Состояние стабилизировано: отмена аномального статуса».

***

Мужчина шёл по блестящему от чистоты коридору. Он выглядел как головорез, но его любили за честный характер. Поздоровавшись с несколькими людьми, встретившимися по дороге, он дошёл до автоматической двери и приложил к замку ключ-карту.

«Бип».

«Доступ разрешён. Добро пожаловать».

— Как продвигаются исследования, директор?

— А, это ты, Меф.

Глава научно-исследовательского отдела просматривал отчёты. Его звали Брайан, и никто не назвал бы его самодовольным. Он лично нанял нового человека, чтобы тщательно расследовать недавний инцидент в своём отделе, и этим человеком был Меф.

Брайан попросил сотрудника пододвинуть стул и сесть рядом.

— Меня успокаивает, что ты выбрал нашу сторону.

— Ничто не приносит такой радости для простого народа, как доверие сильнейших мира сего. Я отплачу вам хорошим результатом.

Это была очевидная насмешка, но Брайану понравились эти слова.

— Хороший ответ. Тебе удалось что-нибудь выяснить?

— Прошу прощения, но нужно ещё немного времени, чтобы сделать конкретные выводы. Положение проблемное даже для института. Но всё же давайте повторим… Сложилась ситуация, при которой другой мир наложился на специфичную территорию. Тот мир спрятан умышленно и найден только в результате ритуала. Наблюдается демоническая реакция. Мы эвакуировали жителей, а затем направили туда Джеймса с отрядом спецназа и Марию из числа крестоносцев для зачистки. Связь с ними потеряна, сигнал не пробивается. И есть вероятность, что они погибли.

— Я спрашивал твоё мнение, а не пересказ событий. Есть ли в ситуации что-то странное?

— Хм… Судя по всему, с тех пор произошло много мелких происшествий.

— О чём ты?

— Ну, вроде тех, когда из-за невнимательности кто-то въезжает на велосипеде в стену. Или сжигает кастрюлю, потому что не выключен газ. Недавно мой коллега начал получать травмы так часто, что теперь не снимает бинтов. Можно было бы счесть всё за совпадение, но…

Брайан склонил голову вбок.

— Разве это не простая небрежность?

— И такое возможно…

— Эх, молодые люди… 

И Брайан начал отчитывать его, как старый брюзжащий старик. 

Тогда Меф поспешил перевести тему:

— Директор, а кто это? 

Он указал на рамку с фотографией ребёнка, стоящую на краю стола.

— Мой сын. Очень умный, но немного странный. Недавно научился кое-чему, посмотрев мультик. Сказал, что все люди друзья, и стал вести себя непринуждённо со всеми вокруг!

— Ха-ха-ха, забавно! В других странах так поступают и без мультиков!

— Да, но ты правда думаешь, что взрослые могут дружить с детьми? Может, я немного старомоден…

— Нет. Такая ситуация невозможна.

— Почему?

Меф вздохнул и сказал:

— Дети и взрослые слишком разные. Настоящая дружба предполагает родственность душ и невозможна без неё, даже если кто-то думает по-другому.

— Понятно… Интересный взгляд на ситуацию. Но мне немного неловко делиться личными историями... Так что у тебя за кипа бумаг?

— А, это. Я создал небольшую игру, а здесь — коллекция настроек. Но пока идея сырая, так что я не могу показать её в деталях.

«Состояние Алисы.

Алиса — женщина.

Алиса — ребёнок.

У Алисы светлые волосы. (Нет, чёрные!)

Алиса очень эмоциональна.

Алиса путешествует по Стране Чудес.

Алису ждут приключения (зачёркнуто)».

— Как ты пришёл к такому хобби?

— Увлёкся этим делом, потому что хотел сделать игру для друга.

— Вот как?

— Да, я часто над ним подшучивал, но мы хорошо ладили. 

Меф достал фотографию из кармана. На ней были запечатлены он сам и мрачный мужчина, будто страдающий ото всех несчастий в мире разом.

— Прости. Пострадай ещё немного. Разве сейчас не веселее, чем раньше? И намного эмоциональней, — пробормотал парень, а затем рассмеялся.