Перевод: Yevelin

Редактура: Astarmina

Гу Ян положила руку на мохнатую голову тибетского мастифа, и пес, высунув язык, расплылся в улыбке, как самоед, совершенно лишившись обычной свирепости.

Старый господин Жуан и охранник потеряли дар речи.

Жуан Чу встала и поспешила следом. Она тоже была ошеломлена, когда увидела сцену в гостиной.

— Что за Сяо Бай? Это тибетский мастиф! — старый господин Жуан был так зол, что отдувался и скалился.

Он все еще был немного озадачен.

В прошлом, когда Гу Ян приходила в семью Жуан, она пугалась, когда видела этого тибетского мастифа. Поэтому Жуан Сюэлин просила его привязать собаку в другом месте дома.

Почему же сейчас она была такой смелой? Она даже осмелилась прикоснуться к голове тибетского мастифа.

Кроме того, пес был свирепым и раздражительным. Даже люди из семьи не могли так близко подходить к нему, а с Гу Ян он казался таким послушным!

Старый господин Жуан посмотрел на цепь, лежащую на земле, и спросил с мрачным выражением лица:

— Что происходит? Разве собака не привязана? Почему цепь ослабла?

Хотя он и сказал, что хочет выпустить собаку, чтобы она прогнала Гу Ян, его дочь и зять действительно относились к этой девушке как к своей биологической дочери. На самом деле он не собирался причинять ей вред, просто хотел напугать.

Но едва он закончил говорить, сюда тибетский мастиф подбежал к нему.

При взгляде на цепь стало заметно, что она порвалась посередине.

В этот момент снаружи вбежал охранник. Тяжело дыша, он заговорил:

— Старый господин Жуан, я не выполнил свой долг и не помешал тибетскому мастифу напасть на мисс Гу Ян. Только что, когда мисс Гу Ян вошла в дом, собака сорвалась с цепи и бросилась на неё. Я не смог его догнать.

Увидев невредимую Гу Ян и послушного тибетского мастифа на полу, охранник был настолько потрясен, что запнулся:

— Мисс Гу Ян, вы... вы в порядке?

Он только что лично видел, как тибетский мастиф гнался за ней. Охранник следовал за собакой позади и никак не мог догнать. Он был встревожен.

И собственными глазами видел, как тибетский мастиф кусал людей. Можно сказать, что каждый сантиметр их тела был покрыт ранами. Когда увидел, как пес погнался за Гу Ян, он решил, что всё кончено.

Выражение лица старого господина Жуан потемнело. Он был рад, что ничего не случилось. Иначе его дочь и зять снова стали бы доставлять ему неприятности.

— Дворецкий, отдай ему зарплату за этот месяц. Вы можете уйти, — сурово сказал он.

Хотя охранник был разочарован, но не был удивлен. Будучи охранником, если бы он не смог вовремя остановить опасность, он бы обязательно потерял работу. К счастью, с Гу Ян всё было в порядке, иначе его бы уволили.

Старый господин Жуан посмотрел на Гу Ян. В конце концов, ее преследовал тибетский мастиф в его доме, и она была напугана. Он почувствовал себя немного виноватым, и его гнев на девушку рассеялся.

Однако он все еще был недоволен ею. Старик склонил голову и посмотрел на неё:

— Мы виноваты в том, что напугали тебя. Я компенсирую тебе душевную травму.

Он просто проявил вежливость. Гу Ян всё ещё была членом семьи Гу. Как старший мог компенсировать младшему душевную травму?

Старый господин Жуан думал, что Гу Ян откажется и даст ему выход.

Однако та кивнула с искренним выражением лица:

— Спасибо, дедушка. Не нужно давать мне слишком много. Просто дай мне сто тысяч в качестве карманных денег.

Бесстыдница!

Жуан Чу тоже была ошеломлена.

С каких это пор Гу Ян стала такой непрошибаемой?!

Хотя она и не была настоящей дочерью, семья Гу не обращалась с ней плохо, верно? Более того, тетя и дядя относились к ней лучше, чем к собственным дочери и сыну, верно?

Нужны ли ей сто тысяч?

Выражение лица Гу Ян не изменилось.

Согласно законам психологии взаимной неловкости, пока она не чувствует смущения, собеседник будет ощущать себя неловко.

Кроме того, в последнее время ей действительно не хватало денег.

С тех пор как переместилась, она никогда не просила денег у родителей. И пользовалась сбережениями первоначального владельца тела. В последнее время она была расточительна и часто приводила Фэн Цзюэ в павильон «Цзиньян» на обед. Кроме того, она дарила ему материальные блага. Теперь у неё не осталось сбережений.