* * *

Сезон 119, хадзуки, выпуск № 3

(14.09.2004 ~ 14.10.2004)

Ёкай проявляет жестокое обращение с животными.

Тихий ужас, угрожающий нашему безмятежному Генсокё.

∎∎∎

В районе 2 часов ночи в день Д месяца М я неожиданно услышала крик, похожий на лисий. Это явно было неспроста, поэтому я проснулась, протёрла глаза и устремилась на место происшествия. По прибытии я увидела ёкая, жестоко сидящего верхом на лисе, - поистине вопиющий случай жестокого обращения с животными. Мне, как карасу-тэнгу, смотреть на это было особенно неприятно.

Виновником была Юкари Якумо (ёкай). Она - единственный в своём роде неуловимый ёкай. Сама её сущность неизвестна, как и - её прошлое. Она всегда носит роскошные платья и странно улыбается, угрожая всем, кто рискнёт заговорить с ней. Вот что виновница заявила в своё оправдание:

«Жестокое обращение с животными? И когда это я таким занималась? А, ты про Ран. Это не жестокость, а воспитание. Кроме того, Ран может выглядеть как лиса, но она сикигами, а не животное.»

Поскольку слова виновницы - нелогичный бред, который ни одному разумному существу не понять, я взяла на себя смелость объяснить их так, чтобы стало понятно. Фразы обидчицы могут значить следующее: Ран - лиса, подвергающаяся унижению совсем не животное, а сикигами. Сикигами- - не животные, а просто вещи, и если ими много пользуются, значит их любят. Поэтому она часто её использует. Она говорит, что одних только эмоций недостаточно, и битьё лисы зонтом по голове есть лишь ещё одна форма любви.

«Послушай. Сикигами должны делать лишь то, что им приказано. Сегодня ты проявила самостоятельность и полезла в драку с людьми, не так ли? Я не помню, чтобы велела тебе такое. Что бы ни случилось, какая бы опасность ни грозила тебе, ты должна делать лишь то, что я прикажу тебе. Это ради твоего же блага.»

Виновница продолжала выдвигать свои неразумные требования, пытаясь оправдать жестокое обращение. Будучи сама наполовину животным, я планирую провести независимое журналистское расследование.

Госпожа Якумо (ёкай), продолжающая всё отрицать.

∎∎∎

Интервью

— Ясно. И?

— Я не уступлю, если дело касается жестокого отношения к животным.

— Я не трогаю никаких зверей. Кроме того, не ты ли написала всё это? Тогда ты должна всё понимать.

— Нет, я не понимаю. То, что я видела ничто иное, как именно жестокое обращение с животным.

— Однобокий взгляд на вещи говорит об отсутствии у тебя воображения и аналитических способностей. Даже если ответ будет перед твоими глазами, ты не увидишь его. Это потому, что ты видишь лишь обратную сторону ответа. Но для журналиста это даже хорошо.

— Даже если я и не понимаю того, что ты говоришь, всё, что мне нужно — отыскать правду. Такова моя работа: говорить правду.

— Как ты можешь увидеть правду, если не видишь всей картины в целом? Твоя газета так и останется низкокачественной

— «Газета Бумбуммару» не является низкокачественным изданием!

— В любом случае, ради Ран я объясню всё это ещё раз. Это не жестокое обращение, а воспитание. Ран сикигами, если она не будет меня слушаться, то не сможет эффективно использовать свою силу. Тем не менее, она проигнорировала мои указания и вступила в бой с людьми. Поэтому я отругала её.

— ... Если бы она не вступила в бой, разве она не подверглась бы опасности?

— Отнюдь. Опасность как раз в сражениях. Ты поняла? Ран - не лиса, а сикигами.

— Именно этого я и не понимаю. Чем они так отличаются?

— Следуя моей воле, Ран получает силу, равную моей собственной. Таким образом, если Ран будет выполнять мои указания, она никогда не проиграет. А вот при любой самостоятельности её сила ослабеет и не сможет сравниться с моей. Сражение в таком состоянии лишено смысла.

— А что, если она была уверена в победе даже в таком состоянии?

— Имея гарантированный способ победы, всё равно использовать сопряжённый с угрозой? Это закончится тем, что Ран окажется в опасности. Поэтому я столь строго воспитываю её, иначе она не послушается.

— ...

— И кроме того, Ран иногда забывает, что она сикигами, слуга. Но это чертовски опасно. Если она не будет осознавать свою истинную природу, её сила легко отклонится от проложенного мной курса. Я оставила её без присмотра, пока спала. Но сейчас, кажется, она определённо не забудет, кто её хозяйка.

— А не в том ли дело, что она просто боится жестокого обращения?

— Нет, разница в силе и добродетели.

— Ты не обманешь меня своими эгоистичными объяснениями!

— Ты действительно ничего не понимаешь.

— Меня обуревает праведный гнев! Что бы ты ни говорила, я не могу проигнорировать жестокость.

— Ой, ой, ну разве ты не милая?

— Ч-что ты...

— Если ты не понимаешь, почему бы не примерить шкуру Ран? Стань моей сикигами. Я думаю, ты сразу всё поймёшь.

— Я против жестокого обращения с животными!