— Что? Как странно, куда пропала одна серёжка?

Рано утром, собираясь одеться, Роза никак не могла найти свою золотую серёжку, которую она оставила на туалетном столике перед зеркалом. Она осматривалась в недоумении.

Эта пара серёжек была первой вещью, что она создала будучи глупым ребенком, когда узнала, как отливать металл, из книги. Её первая работа была сделана довольно неуклюже и в них содержалось много примесей. Они не стояли состояния, но за эти годы Роза привыкла к ним и стали личным сокровищем.

«Я настолько увлеклась красотой Бернардчика, что где-то потеряла серёжки?» — такая возможность существовала, на что Роза утвердительно кивнула, но сразу же отбросила подобные мысли.

Если всё действительно так, то остается загадкой, почему она всё ещё видит этот прекрасный мир. Солнышко ярко светило через окно, ознаменовав начало дня.

В обратном случае кто-то приложил свою руку к исчезновению серёжки.

«А если так подумать… На прошлой неделе с кухни пропал стальной нож, и кружевная ткань с камина недели две назад», — подобные пустяковые пропажи вряд ли кто заметит, но Роза заметила, потому что в своё время усовершенствовала эти вещи, набираясь навыков.

Где-то полмесяца назад слуги сообщили ей, что Бернард бродит по особняку после захода солнца, что вызывало у них подозрения. Также проходя вместе с ним по особняку, она заметила как они таращатся на Бернарда.

«Я расцениваю эти взгляды как признак того, что их подсознательно привлекает Бернард и от этого они испытывают отвращение… Но может ли быть?» — была вероятность, что слуги „укэ“ чувствовали ревность к природному обаянию Бернарда и начали прятать вещи, чтобы вызвать к нему подозрения и ненависть. Роза даже не думала в чем-то подозревать братишку.

Внезапно послышался легкий стук, за которым последовал голос, прошептавший: «Леди Роза.»

Вошедшим человеком в комнату был конюх - Лютц. На его нём красовалось сложное выражение лица.

В последнее время в нём все больше и больше преобладали черты, присущие „сэмэ“. Так как большую часть своего времени Роза уделяла обучению своего младшего брата, ей не представлялось шанса поговорить с Лютцом.

— Прошу простите меня за неожиданный визит, Леди Роза. Знаете… Есть кое-что, что мне очень сильно нужно вам показать, — он говорил довольно тихо, было видно, что ему тяжело было это говорить своей госпоже.

Роза легонько кивнула и Лютц повел её в конюшню. Придя в конюшню он показал на кое-что, из-за чего у Розы глаза расширились от удивления.

— Подковы…

— Да, те дорогие подковы, которые были на вашей лошади, госпожа… Были заменены на дешёвки, прежде чем я успел заметить.

Заместо любимых подков её лошади, с выгравированными розами, стояли простые и непримечательные.

— Господин иногда продавал дорогую утварь и мебель, так что я подумал, что это мог быть он, но даже так…

— У отца нет навыков, чтобы заменить их самостоятельно… — пробормотала Роза.

Лошадиные подковы. Замена и их установка. Литье и вышивка.

— А, Сестра? — в этот момент её застал врасплох чей-то тихий вздох.

Обернувшись, она увидела Бернарда, кто улыбался своей милой и невинной улыбкой.

— Доброе утро, что-то случилось?

— Бернард…

Из-за того, что он появился из ниоткуда она чуть было не назвала его “Бернардчик”, но в панике замолчала на полуслове. Вслух она должна называть его только так.

Заметив, что атмосфера какая-то странная, он улыбнулся ещё шире. Эта была не его обычная робкая улыбка, которую Роза часто видела. Такое чувство, будто за ней скрывалось очень много вещей не для посторонних глаз.

— Сестра, ты говорила, что они приносят удачу. Мне кажется ты была права. Я так счастлив. Мне наконец повезло самому распоряжаться деньгами, как мне захочется.

— Бернард?.. — её сердце застучало от сих неожиданных слов. У неё ещё не было никаких доказательств, но Бернард сказал это уж в слишком специфичное время. Это определенно означало, что… Он мог продать вещи из поместья и получить те самые деньги, о которых он говорил.

Лютц догадался о смысле его слов. С суровым выражением он прорычал: «Молодой господин… Как вы могли…»

В ответ он лишь пожал плечами. Непривычное поведение, как у взрослого, говорило само за себя.

— Леди Роза заботилась о вас, а вот как вы решили отплатить ей?

— Лютц, хватит, — она легонько коснулась руки Лютца, который собирался врезать маленькому паршивцу. Благодаря ей, он умерил свой пыл.

Роза слегка прокашлялась, чтобы убрать дрожь в голосе. Бернард сверлил её холодным взглядом.

«Понятно… Так вот, какова правда…» — её пульс ускорялся с бешеной скоростью, она начала потеть.

Подавленным голосом она сказала им обоим: «Давайте обсудим этот случай позже. А сейчас, я… Точно, мне нужно в сад. Я сегодня ещё не поливала свои розы.»

— Леди Роза!

Она надеялась, что они догадались, что ей нужно побыть одной. Лютц было хотел пойти за ней, беспокоясь, но она ничего ему не ответила и просто убежала, подол платья развевался на ветру.

«Это значит…»

Она бежала и бежала. Бежала настолько далеко, насколько позволяли ей силы. Сад пестрел от расцветших роз, здесь она могла побыть одна.

«Это значит, у Бернардчика…»

Вскоре она поскользнулась и упала в кусты. Розы закрыла своё лицо двумя руками и, согнувшись как креветка, кричала изо всех в глубине своих мыслей.

«У Бернардчика на самом деле темная сущность! Это лучший типаж „укэ“ на свете!!!»

Часть её ора просочился наружу, из-за чего она издавала очень странные звуки.

Всё верно, дорогие читатели.

Кража вещей не делала из Бернарда преступника, а наоборот, увеличивала его привлекательность как персонажа. Конечно, было бы не до шуток, если бы он кого-то убил или покалечил, но это были сущие пустяки, так Роза спустила это ему с рук. Да и, всё чем обладала Роза принадлежит и Бернарду.

«Поверить не могу! Не это ли чудо Божие?! О Боже, вы уверены, что мне разрешено лицезреть подобного замечательного, глубоко прописанного „укэ“ в виде Бернардчика? Он уже был лучше всяких похвал, в своём миленьком амплуа, но оказывается он тот ещё хулиган?!»

В её мозгу с пугающей скоростью начала создаваться больная фантазия о том, как Бернард бы встретил своего заботливого „сэмэ“. Их тянуло друг к другу, даже если они считали, что не подходят один другому. У них была своего рода идиллия. Но в один момент Бернардчик неожиданно предавал бы „сэмэ“, что тот не мог ему простить. И даже так, Беранард не был в силах отпустить своего возлюбленного. Он отбросил своё безразличное отношение и собрал последние капли храбрости, чтобы дотянутся дрожащими руками до „сэмэ“. Тот пытался отбросить его чувства, но Бернард делает шаг вперед, боясь получить отказ, и кричит на него: «Я не позволю тебе бросить меня. Потому что…. Ты научил меня истинной любви!»

Привстав и взглянув в чисто небо с до сих пор прикрытым лицом Роза едва шёпотом произнесла: «Это слишком прекрасно…»

Краска, попав на чистый холст, с удивительной скоростью оставила за собой великолепный рисунок розы. Такое было впервые.

Да, будущее мира роз была как никогда ярчайшим. Роза хотела закричать на весь белый свет. Слушайте внимательно, вот он, замечательный „укэ“. Такой мог родиться раз в сто, нет, раз в тысячелетие!

«Эх… Почему я одна шагаю по этому удивительному пути…» — даже если её тело пребывало в экстазе, грусть иногда попадала ей в сердце. Она задавалась вопросом, почему никто до этого не стал интересоваться этой невероятной любовью роз. Хоть она и радовалась, открывая прежде невиданные дороги, было жутко тяжело от того, что не было никого, с кем можно было поделиться этим счастьем.

«Без сомнений, где-то в этом мире… Нет, я точно уверена, что „сэмэ“ и „укэ“ являются абсолютной нормой в другом мире.»

Возможно этот неизвестный ей мир использовал другие термины по типу „верх“ и „низ“ или „меч“ и „ножны“, но Роза была уверена, что подобный концепт существует где-то ещё.

«А ещё… В это мире целое множество книг, представлений и опер, описывающих любовь роз, разрабатывая основы типажа „укэ“... Множество людей ценят самые различные формы любви и с наслаждением наблюдают за ней… А затем…» — она была уверена, что такой мир был бы раем, полный счастья, где все предавались своей версии любви улыбаясь.

— Такой… Прекрасный мир…

В итоге её разум приказал долго жить, и она начала постепенно терять сознание. Не удивительно, она слишком перевозбудилась.

«Плохо. Похоже, я снова слягу с болезнью…» — беспокоясь об этом, перед тем как отключиться, она тут же упала на землю.

——————————————————————————

Перевод выполнен командой Destruct Doujin Tales.

Перевод с английского - Ignisov.

Редактура - СБКИ