Когда я проснулась утром, ответ от Эрико так и не пришел. Я немного повалялась в постели, но когда поняла, что пора вставать, тут же захотела спать. Свет в комнате я забыла выключить. Мама бы отругала, если бы увидела.

Как быть с домашкой? Ай, ладно, спишу у кого-нибудь. Еще раз проверила чат с Эрикой, но мое последнее сообщение все еще висело непрочитанным. Я забеспокоилась.

Эрико была не из тех, кто игнорирует сообщения. Обычно она отвечала сразу.

Может у нее в телефоне настройки уведомлений сбились? Возможно, так и есть. Эрико наверно еще не поняла. Ну, ничего, в школе мы увидимся.

Из дома я вышла, так и не позавтракав. Сказала маме, что у меня срочное дело.

Обычный путь в школу сегодня казался ужасно долгим. Я хотела поскорее уже прийти в школу, но дорога будто не кончалась. Однако никакой гарантии, что Эрико будет там, не было. Даже голубое небо в этот ясный день раздражало.

Под конец я уже бежала к школе, и окружающий пейзаж проносился перед глазами.

Эрико еще не пришла, когда я вошла в класс.

Я все ждала подругу, а она не шла. "Ну почему ее еще нет?", раздраженно подумала я.

Прозвенел звонок, а Томита так и не появилась. Меня охватило беспокойство. Никогда такого не случалось, чтобы Эрико не приходила на уроки. Что-то было не так.

Дверь класса открылась, и я подумала, что это Эрико, но с серьезным выражением лица вошел наш классрук Ямасита. В тот момент, когда увидела его лицо, почувствовала холодок по спине.

Нет-нет, я не хочу слышать то, что он скажет. Возникло чувство, что я не должна этого слышать.

Но Ямасита открыл рот:

— Здравствуйте, класс. У нас печальные новости… Вчера Эрико Томита погибла в ДТП.

Меня словно обухом по голове ударили.

"Слушай, если идти и одновременно залипать в телефоне опасно, то почему бы тогда просто перестать ходить, а? Разве я не гений?" — это сообщение, которое я получила от Эрико вчера.

О чем это он? ДТП? Но подруга не могла пользоваться телефоном при ходьбе. Однако, я уже понимала, что Эрико убил Патрульный.

Это правда. Я не могу придумать ничего другого, а моя интуиция никогда не ошибается. Но почему же Эрико убили?

Юри сказала, что если легенда о Патрульном действительно правда, то ничего страшного, если я расскажу ее двум и более людям в течении недели. Но Эрико мертва. Значит, эта информация была неверной?

Но насколько правдива легенда? Может я слишком поздно ее услышала? А почему я тогда жива, тогда как Эрико убили? Может быть потому, что я рассказала ей о Патрульном?

Точно. Ее убили, потому что я рассказала ей об этом. Причина, по которой ее убили — я.

Я убила ее, убила, убила... Я...

Вскоре я потеряла сознание.

* * *

Открыв глаза, увидела белый потолок. Я лежала на кровати, огороженной белой ширмой. Это лазарет. Сразу почувствовала облегчение от того, что нахожусь в знакомом месте.

— О, ты проснулась, Сасаки? Как себя чувствуешь?

Когда я села, из-за ширмы выглянула госпожа Сатонака, молодая и симапатичная школьная медсестра. Все ученики ее очень любили. Нам с Эрико она тоже нравилась.

В тот момент, когда увидела лицо госпожи Сатонаки, что-то внутри меня щелкнуло. Слёзы сами собой хлынули из глаз. Госпожа Сатонака молча села на кровать и нежно погладила меня по голове.

Я так плакала, что думала, что слезы кончатся. Наконец успокоившись, рассказала госпоже Сатонаке о вчерашних событиях. Она молча слушала, пока я не закончила говорить.

— Все в порядке, Сасаки, ты не сделала ничего плохого. Тебе не о чем беспокоиться, — тепло сказала Сатонака.

— Но...

— Никаких "но".

Госпожа Сатонака посмотрела на меня непоколебимым взглядом. Я ничего не сказала и опустила голову.

— Сасаки.

— Да? — подняла голову я.

Мне было интересно, что она собирается сказать, и я немного встревожилась, но госпожа Сатонака смотрела на меня с милой улыбкой.

— Если хочешь, можем еще поговорить.

— Да, я бы...

— Отлично, но прежде чем мы будем разговаривать, ты не хотела чего-нибудь выпить?

— А? — я снова удивилась, а госпожа Сатонака лишь лукаво улыбнулась.

— Если продолжишь и дальше говорить хрипло, горло разболится, — сказала она.

Из-за того, что я рыдала и долго рассказывала ей, не заметила, что голос стал хриплым.

— Я подумываю купить себе чая с молоком в торговом автомате на первом этаже. А тебе что принести, Сасаки?

— Ой, не надо, я и сама могу купить. Но кошелек остался в классе...

— Все в порядке, не волнуйся. Пусть это будет нашим секретом, — рассмеялась медсестра, приложив указательный палец к губам. Я немного расслабилась.

— Я буду чай с лимоном.

— Хорошо, тогда подожди, я сейчас, — сказала Сатонака.

Увидев, как госпожа Сатонака выходит из лазарета, я легла на кровать. В голове бурлили разные мысли, но я чувствовала, что смогу немного разобраться во всем, если поговорю с ней.

На данный момент у меня не было плохого предчувствия. Я думала, что это место безопасно, и осторожно закрыла глаза.

— Друзьями надо дорожить, — внезапно услышала рядом голос госпожи Сатонаки.

Я опешила и открыла глаза, увидев прямо перед собой ее серьезное лицо. "Она же только что вышла", — подумала я. Но прежде, чем успела что-либо сказать, госпожа Сатонака крепко схватила меня за шею обеими руками. Я отчаянно пыталась освободиться из ее хватки. Глаза медсестры были широко открыты, и ясно, что что-то не так. Кроме того, я не слышала звука открывающейся двери лазарета после того, как госпожа Сатонака ушла.

Колебалась мгновение, но затем со всей силы пнула медсестру в живот и сумела вырваться из ее хватки.

— Друзьями нужно дорожить, — повторила Сатонака, отступив на несколько шагов назад после того, как я ее пнула. Она не показала никаких признаков боли.

Нет, это не госпожа Сатонака. Я интуитивно это поняла и выбежала из лазарета.

Этот человек определенно опасен. Нужно бежать, иначе убьют. У меня не было конкретных доказательств, но я была уверена. А пока решила пробежать по коридору и направиться в учительскую, ближайшую к лазарету.

По пути несколько кабинетов и классов, но расстояние было не таким уж большим.

Добежала до учительской и с силой распахнула дверь. Уже собиралась войти, думая, что любой, кто сможет мне помочь, подойдет, когда поняла, что в учительской никого нет.

Почему сейчас…

Сжала губы и оставила дверь широко открытой, направляясь к лестнице. Настоящая госпожа Сатонака должна быть возле торгового автомата, так что, если я добегу до нее, то спасусь.

Когда я побежала по коридору к лестнице, телефон в кармане начал вибрировать. Похоже, телефонный звонок, и он продолжал вибрировать, даже когда я его игнорировала.

Кто это мог быть в такое время? Непрерывная вибрация телефона раздражала.

Достигнув лестничной площадки, я сунула руку в карман, где лежал телефон. И вот тогда это произошло.

— Я же говорил тебе, что пользоваться телефоном во время прогулки опасно, — услышала голос над ухом. Это был тихий, незнакомый мужской голос. Когда я в панике попыталась обернуться, меня толкнули.

Не понимаю, что происходит. Но прежде чем я это осознала, уже летела с лестницы. И, как и ожидалось, упала вниз головой.

Первой, кто меня обнаружил, была медсестра Сатонака из лазарета. Она пошла к торговому автомату на первом этаже, чтобы купить напитки, и уже возвращалась, когда услышала шум, как будто что-то упало с высоты.

Она бросилась посмотреть, что случилось, а я лежала на полу, а из головы текла кровь.

* * *

Крики учителей разносились по всему зданию школы. Наоми, которую доставили в больницу, едва выжила, но ее состояние было тяжелым. Даже спустя неделю после того, как ее привезли, она так и не пришла в сознание.

В этом инциденте было несколько загадочных моментов.

Во-первых, незадолго до того, как крики медсестры Сатонаки эхом разнеслись по коридорам, в учительской находилось несколько учителей. Они готовились к следующему уроку или занимались бумажной работой, когда внезапно дверь учительской с силой распахнулась. К их удивлению, Наоми стояла там, бледная и испуганная.

Учительница, стоявшая ближе всего к двери, попыталась с беспокойством поговорить с Наоми, но та выглядела разочарованной и убежала.

Второй загадочной вещью был смартфон Наоми. Смартфон, который девушка крепко сжимала, падая с лестницы, звонил. Один из учителей, собравшихся после крика медсестры Сатонаки, заметил, что на дисплее появилось собственное имя Наоми, "Наоми Сасаки". Было непонятно, как она могла звонить сама себе.

И третье. Когда примчавшийся на место происшествия учитель подтвердил, что Наоми еще дышит, с лестничной площадки послышался голос. Это был тихий и жуткий мужской голос, который сказал следующее:

— Я лишь хотел помочь.