И скажут все народы:

"за что Господь так поступил с сею землею?

какая великая ярость гнева Его!"

Книга Второзаконие 29:24

I

Песок ожил и забурлил. Потоки ветра кружились по своей воле. Воздух стремился разрушать.

- Эй, объясните что за чертовщина тут творится? - растерянно вопросил Пётр, всё ещё держа жезл над головой.

- Песчаная буря? - предположил Ион. - Но такая огромная.

Казалось, сама пустыня взмыла к небесам. Откуда взяться такой буре?

Песчаная воронка радиусом больше пятидесяти километров тянула свои бесчисленные щупальца. Иногда в ней сверкали бело-голубые всполохи, вероятно, трение песка вызывало электрические разряды. Воронка пульсировала, словно живая. Высоко в небе мощные воздушные потоки колыхали корабль, как лист дерева.

- С ума сойти... Такого не может быть в природе! Откуда столько энергии? - раздался задумчивый голос Кейт по радио.

Песчаные бури обычно не были сильными. Потоки ветра возникали из-за разницы в атмосферном давлении между холодным воздухом и горячей поверхностью земли, в отличие от огромных ураганов, возникающих из-за низкого атмосферного давления. Однако эта буря превосходила даже тайфун.

- Неужели Иблис? Ангел пустыни ещё жив? - пробормотал Авель себе под нос. Голос у него страшно дрожал. Он выглядел так словно увидел призрака, восставшего из могилы.

Буря медленно, но верно двигалась на северо-восток.

Авель обернулся так круто, словно его ударили, и закричал голограмме монахини:

- Вычисли, когда буря достигнет Карфагена!

- Уже! Она обрушится на город через двести четырнадцать минут, в пять часов утра. На рассвете! - быстро ответила Кейт, меняя курс корабля.

Если они полетят на полной скорости, то за пятьдесят минут достигнут Карфагена... А что потом? "Железная Дева II" была новейшим воздушным кораблём, но на борту могли разместиться лишь тридцать человек. Они даже не смогут спасти всех работников нунциатуры, не говоря уж о горожанах.

- Наша первоочередная задача спасти герцогиню Миланскую, - заявил Трес, словно прочитав мысли Кейт. - Уничтожение Карфагена неминуемо. Если начнётся паника, нам будет сложно спасти кардинала.

- Постой, отец! Как ты можешь такое говорить? Ты же терранин! - Ион, до этого зачарованно смотревший на песчаную бурю, встрепенулся, заслышав холодные слова Треса. Он гневно сказал: - И не стыдно тебе бросать своих собратьев на погибель!

- А ведь он прав! - мрачно согласился Пётр. - Отец Трес, и ты ещё зовёшь себя слугой Божьим? Где же твои честь и гордость?

Такое единодушие между инквизитором и мафусаилом казалось весьма неожиданным. Они оба решительно закивали. Спустя секунду Пётр сморгнул, когда понял, что поддерживает вампира.

Не обращая на них внимания, Трес заметил:

- Даже если они начнут эвакуацию города сейчас, вероятность выжить равна нулю. Мы не можем никого спасти. - Стрелок холодно и безжалостно продолжил: - И ещё одно, граф Мемфисский, я не человек, я машина. Мне не дано испытывать ни гордость, ни стыд.

- Но... - задохнулся Ион.

- Хватит уже! Хотите драться, идите наружу! - закричала монахиня. - А? - Она неожиданно посмотрела наверх, словно увидела что-то. - Входящее видеосообщение для графа Мемфисского. Отправитель... воздушный линкор Инквизиции "Рагуил"!

- Выведи на главный экран, - велел Трес.

Из-за бури было много помех, но невозможно было не узнать красивое лицо синеволосого молодого мужчины.

- Раду! Ты жив? - воскликнул юноша.

- Эй, это ты, Ион?

Вампир был сильно изранен, почти до неузнаваемости. Бледные губы на болезненном лице растянулись в безжизненной улыбке.

- Извини, корабль не принимает видеоизображение. Не вижу тебя, но... рад, что ты цел, - сказал Раду.

- Да как у тебя наглости хватает! - взорвался юноша. - Как посмел показаться на глаза!

- Сколько ненависти, - с горечью улыбнулся тот, но не извинился. - Перейдём сразу к делу. Времени на дружескую болтовню нет. Думаю, вы уже увидели мой туз в рукаве?

- Песчаная буря? - Ион сморгнул. - Твой туз?

- Иблис. Метеорологическое орудие, которое терране придумали для решающей битвы много веков назад, когда они и наши предки вели ожесточённые бои. Возможно, стоит его назвать оружием самоуничтожения. - Во взгляде у Раду смешался благоговейный трепет и презрение. - Терране придумали эту ловушку для полного разрушения Карфагена на случай, если они проиграют войну, а город захватят. Это и есть песчаная буря. Я уже включил центральный процессор. Скоро буря достигнет города благодаря радионавигационной системе. Вы уже просчитали время, так?

С его лица слетела всякая боль и усталость, зато в глазах зажглась жажда крови.

- Ион, сдавайся. Тогда я пощажу Карфаген и герцогиню Миланскую.

- Как низко ты пал! И всё, чтобы убить меня, Раду? - вопросил юноша.

- Конечно. Я же гнусный предатель, забыл? А ты ведь верил в меня, да? Даже после моего вероломства. Ах, друг мой.

Раду опустил взгляд. Он щёлкнул пальцами, и экран погас. Его лицо исчезло.

- Но предупреждаю. Знаю, ты ненавидишь меня всей душой, но не советую атаковать мой корабль. Вот тебе изображение того, что находится под "Рагуилом", - сказал Раду, передавая картинку.

- Э-это же! - судорожно вздохнула Кейт, взглянув на экран и увидев сложное и грандиозное строение. - Апостольская нунциатура! Ох, леди Катерина!

- Сам понимаешь насколько всё серьёзно. Приходи без сопротивления. Времени мало.

Экран погас, загудев так, словно что-то сломалось.

Несколько минут никто не двигался. Все смотрели на чёрный экран.

Тем временем песчаная буря и не думала затихать, наоборот.

- Иблис. Ангел пустыни, - медленно проговорила монахиня. - Барон Луксорский назвал его оружием самоуничтожения, но что это значит?

- Он говорил буквально, Кейт, - с горечью ответил сребровласый священник. - Ты же знаешь легенду о Святой Элиссе, так?

- О королеве, защищавшей Карфаген от вампиров? Да, знаю...

* * *

После Армагеддона человечество ухватилось за немногочисленные обитаемые земли. И пока они бились за выживание, возник новый враг - вампиры.

Эти кровососущие существа, представители разумной жизни, обладали невероятной мощью и продвинутыми утраченными технологиями, благодаря которым смогли построить единое общество. С такими возможностями, казалось, что они непременно одолеют людей, живущих на малых разрозненных территориях и не обладающих особыми технологиями. Когда всякая надежда была потеряна, что-то изменилось. Среди людей в относительно большом сообществе, в Ватикане, начали происходить чудеса. Одно за другим.

Однажды, когда армия Церкви была на грани уничтожения, явились ангелы и отогнали вампиров. Перед рыцарями, готовыми ринуться в бой, возникло оружие утраченных технологий.

Самые известные чудеса были дарованы людьми с необыкновенными способностями, которые появлялись тут и там. Найа Санкта или Тёмная Святая, которая являла пророчества папе римскому Григорию XX. Святой Иштван, вернувший электричество в одинокие деревушки на востоке. Святой Невшехир, уничтоживший за одну ночь армию вампиров, напавших на Франкское королевство. И тому подобное. Считалось, что этих людей послал сам Господь или же они были воплощениями ангелов, Церковь их почитала как святых, и они вселяли веру в сердца людей.

Святая Элисса была среди этих легендарных людей. В середине Тёмных веков, когда она правила Карфагеном, армия вампиров напала на город. Ожесточённая битва длилась три дня и три ночи, горожане бесстрашно сражались под предводительством своей королевы. В последнюю ночь Элисса отдала свою жизнь, чтобы уничтожить вампиров, и спасла Карфаген.

* * *

Авель прервал рассказ и взглянул на луны, словно вспоминая что-то.

- Однако есть кое-какие детали, не отражённые в официальных текстах. Согласно преданиям бедуинов, Элисса не рассчитывала на победу. Полагая, что они проиграют, перед битвой она установила ловушку, в тайне намереваясь уничтожить вампиров и город вместе с ними. Вероятно, Иблис, о котором говорил барон Луксорский, и есть ловушка Элиссы.

Ион, с жарким интересом слушавший рассказ священника, склонил голову.

- Странно, я никогда не слышал этого предания. В нашей истории не упоминается ни Карфаген, ни Элисса. Отец Найтроуд, а ты уверен, что это правдивая история?

- Ну...

- Бесполезно оценивать прошлые данные, - прервал его бесстрастный голос. - Советую возобновить исследование после завершения задания. - Трес, до этого внимательно изучавший карту местности на экране, обернулся. - На обсуждения нет времени. Сейчас нужно остановить бурю и спасти герцогиню Миланскую и нунциатуру. Нужно немедленно разработать план действий.

- Ты прав, но как? - вопросила Кейт.

- Сперва остановим работу центрального процессора, - ответил Стрелок.

Раду сказал, что буря управляется радионавигационной системой. Если они найдут центральный процессор и уничтожат его...

- Как мы найдём его?

- Куда движется буря? - спросил Трес.

- В Карфа... Ох! Он в городе!

- Подтверждаю. Руины Тёмных веков сохранились только в одном месте.

Трес навёл лазерный прицел пистолета на карту Карфагена на экране. Красный луч высветил Великий собор рядом с нунциатурой в медине.

- Гробница королевы под собором! Но она наверняка запечатана! - воскликнула Кейт.

- Пройдём к ней по подземному акведуку, - сказал Авель, доставая помятый лист бумаги из кармана. - Это карта доктора Борромини. Я сначала думал, что он планировал разграбить гробницу, но сейчас понял, что Раду нанял Борромини для поисков руин. Когда мы схватили программиста, барон испугался утечки информации и убил его.

- Выходит, мы сможем вывести из строя Иблис! - воскликнула Кейт.

- Если так, то мы подвергнем жизнь герцогини Миланской опасности, - холодно заявил Трес.

Раду не будет сидеть сложа руки, когда Иблис внезапно прекратит работать. "Рагуил" одним ударом превратит нунциатуру в кучу обломков.

- Разделимся на две группы, - предложил сребровласый священник, указывая на карту. - Я остановлю Иблис. Ион и Кейт, отвлеките как-нибудь барона и выиграйте время.

- Как будто это так легко. Барон Луксорский хочет убить графа, ведь так? Он знает, что его сиятельство на корабле. Мне придётся что-то сделать с "Рагуилом", он почти ничем не уступает "Железной Деве II". Правда, и граф и отец Трес ранены, а значит, сил у нас маловато, чтобы справиться с ифритом, - волновалась Кейт.

- Нет, сил у нас достаточно, - возразил Ион, покачав головой и обернувшись.

Он посмотрел на Рыцаря Разрушения - тот стоял, скрестив руки и всем видом выражая недовольство.

- Брат Пётр, - позвал его юноша, - помоги мне.

"Господи, что он?.."

Все воззрились на Иона, думая, уж не сошёл ли тот с ума.

Юноша выглядел бледным и болезненным, но глаза сверкали ясным огнём.

- Ты отлично сражался, ничем не уступал Раду в битве. Не поможешь мне?

- Ты совсем выжил из ума? - прорычал монах, выглядевший, как медведь, потревоженный во время спячки. - Я инквизитор, а ты мой заклятый враг. И ты просишь помочь тебе, вампиру?

Ион кивнул.

- Я не говорю, что ты обязан сделать это за простое спасибо. - На его лице не было ни лукавства, ни сомнения. - После того, как всё закончится, я сдамся Инквизиции. Как тебе?

- Ваше сиятельство! Не обещайте подобного! - поспешно вмешалась Кейт.

Авель молча вскинул руку и покачал головой.

- Прошу. Помоги мне, пожалуйста, - продолжил Ион, будто ничего не заметив. - Нужно покончить с Раду.

- Могу я узнать кое-что, Ион? - вопросил Пётр. - Из-за чего ты хочешь покончить с тем вампиром? Из-за обиды?

- Нет, - ответил юноша, склонив голову. Он говорил, словно хотел убедить себя. - Он был мне другом. И даже сейчас, он всё ещё мой друг. Я не хочу, чтобы он совершил ещё больше ошибок.

Напряжённый Рыцарь Разрушения скрестил руки и хмуро глядел на Иона, чей взгляд был серьёзен и полон горечи. Казалось, что жезл в руках Петра вот-вот обрушится на голову юноши. Все на мостике подумали об этом...

- Сестра Кейт, - позвал монах.

- Да? Что такое?

Инквизитор пронзительно посмотрел на монахиню - та выпрямилась, услышав своё имя.

- Здесь есть оружейная?

- А? Да, но... Что ты хочешь? Угнать корабль?

- Не говори ерунды! - досадливо сказал Пётр, тяжело ударяя жезлом об пол. - Нужно вооружиться для битвы с ифритом.

Кейт широко распахнула глаза.

- Значит, поможешь! - просиял Ион.

- Не ошибайся на свой счёт, вампир! - резко осадил его Пётр. В отличие от улыбающегося юноши он ухмыльнулся, крутанул жезл и направил его в лицо Иону. - Я не тебе помогаю! Я сражаюсь ради Церкви, двухсот тысяч жителей Карфагена и своих погибших солдат! Покончу с этим Раду и разберусь с тобой и этими предателями! Запомни это!

Великий инквизитор отвернулся от них. Лицо его горело будто от смущения.

- А пока... пока перемирие, - угрюмо сказал Пётр.

* * *

"Почему так трясло?"

Похоже она снова заснула. Эстер медленно выплыла из моря сновидений на берег яви и открыла глаза. Давно она так крепко не спала. Мысли прояснились.

"И всё равно я хочу спать... лучше всегда. Во снах я забываю обо всём".

Отбрасывая воспоминания о крови и пламени, она спросила себя, а правда ли она хочет забыть обо всём. Она напрягла мысли.

"Не хочу вспоминать. Не хочу думать об этом крылатом изверге!"

Эстер снова была на грани сна и яви.

"Не хочу думать. Я не должна думать. Я засну. Если засну..."

Стук в дверь и неуверенный голос вернули её к действительности.

- Гм, Эстер, не спишь? - спросил Авель.

В её мигом пробудившемся сознании вспыли кровь, огонь, молнии, тьма и крики.

"Не подходи!"

Она открыла глаза, но была с головой накрыта одеялом. Она не шевелилась. Не могла. Прямо за дверью стоял этот изверг.

- Спишь всё-таки, да? - вздохнуло существо.

Его силуэт виднелся в матовом стекле. Оно понурило голову и казалось печальным. Но Эстер не обмануть. Она задышала как можно тише.

"Уходи отсюда поскорее!"

- Прости, что беспокою. Я не буду будить тебя.

"Отлично. А теперь уходи!"

- Не знаю встретимся ли мы вновь, так что лучше скажу тебе сейчас... Если не решусь, пожалею об этом. Может быть, ты услышишь меня во сне, - проговорил Авель.

Сердце у Эстер разрывалось, но священник не уходил. Он что-то забормотал, а она лишь закрыла глаза и осталась лежать под одеялом.

- Прости, за этот кошмар, который я навлёк на тебя. Мне так жаль. Ты ведь испугалась, да? - тихим и ясным голосом извинился священник. - Знаю, ты испугалась. Я и сам себя боюсь.

"Что? О чём это он?"

Казалось, Авель был самим воплощением разрушения или просто опьянён своей разрушительной мощью. Отчего же он боится себя?

Эстер и сама не заметила, как начала ловить каждое слово его признания.

- Ты тогда спросила меня, почему я отлыниваю от службы. Так вот мой ответ. Из-за того, чем я становлюсь.

Сейчас в нём не было и следа от того падшего ангела. Он говорил как человек, пытающийся проглотить какую-то горечь. Как тот обычный бестолковый, но любящий священник. Однако что-то всплывало из глубин... Печаль? Отчаяние? Скорбь? В его голосе сквозила боль, словно он кашлял кровью.

- Это не то, что ты думаешь. Кресник не такая сила, как ты полагаешь. Не могу точно объяснить, но это не дар и не волшебные способности... это, скорее, бремя моих грехов, клеймо.

Авель замолчал ненадолго, словно исповедовался кому-то в своей душе, а не Эстер.

- Когда я становлюсь им, я не могу сдерживать его... или их, - говорил он с глубоким раскаянием. - Я надеялся никогда не превращаться в Кресника перед тобой, иначе напугал бы тебя. Я не хотел использовать это.

Разделённые дверью, священник и монахиня молчали. Лишь двигатели корабля едва слышно гудели... Повисла неловкая тишина.

- Ах, уже пора, - вздохнул Авель, словно очнувшись ото сна. - Прошу поверь мне, я хотел быть тебе другом. И я хочу защитить тебя и Иона. Возможно, ты не веришь мне, но клянусь тебе, это правда. - Высокая фигура глядела в матовой стекло и печально попрощалась.

Он постоял немного, словно хотел ещё что-то сказать, но лишь вздохнул и развернулся, не желая больше беспокоить.

Она слышала, как удаляются его шали. Шёл он устало - а затем тишина.

Эстер, не двигаясь, лежала под одеялом. Она накричала на него в гостинице, упрекнула в том, что он отлынивает, не хочет использовать свою силу, а он глядел так печально, но не сказал ни слова. И она только разозлилась ещё больше. Она оскорбляла его, а он всегда помогал ей. Обозвала его чудовищем, когда он хотел спасти её. До конца своих дней она будет помнить выражение его лица в тот миг. Она назвала его извергом, а он сказал ей, что хочет быть ей соратником и другом, признался, что боится себя. Авель был безмерно одинок.

- Отец! - Она спрыгнула с койки. - Стойте! Отец, не уходите!

Авель не отвечал. Она уже ухватилась за дверную ручку, как увидела, что была одета лишь в нижнее бельё.

- Ч-что за ерунда?

Она заметила у подушки чистое монашеское облачение и торопливо оделась. Выбежав в коридор, она столкнулась со священником, проходившим мимо, и упала на попу.

- Ой-ой-ой! Как вы, отец Авель?

- Отрицаю. Я не отец Найтроуд, - раздался бесстрастный голос.

На глазах Эстер навернулись слёзы.

- Отчёт о повреждениях, сестра Бланшетт.

- О-отец Трес... это вы? - вопросила она.

Священник с короткими каштановыми волосами поднял девушку. Наконец она заметила, что выглядел он по-другому.

- Вы идёте на битву, отец Икс?

- Подтверждаю, - просто ответил тот.

На плечах висели огромные металлические конусообразные трубы. Панцефаусты, одноразовые гранатомёты, способные подорвать танк с расстояния в тридцать метров. За спиной торчал пулемёт со станком, патронная лента опоясана вокруг тела, на бёдрах висели противотанковые мины, а к щиколоткам прицеплены ножи, которыми можно заколоть даже быка.

- Мы направляемся в Карфаген сразиться с "Рагуилом", зависшим над городом. Мы собираемся остановить вампира Раду Барвона, барона Луксорского, а затем освободить нунциатуру, - объяснил Трес.

- Нунциатуру?

Значит, Авель приходил попрощаться потому, что тоже собирался сражаться?

- Где преподобный Найтроуд? Он будет с вами, отец Икс?

- Отрицаю. Он там. - Трес указал на иллюминатор в тамбуре, откуда виднелось море песка... и, вероятно, оазис бедуинов. Внизу были грубые жилища и небольшой колодец, у которого стоял высокий мужчина с серебристыми волосами.

- Отец Найтроуд отбыл двадцать пять секунд назад. У него другое задание.

Авель только что выпустил трос, и тот утянуло обратно на "Железную Деву II". Он стоял и глядел на них.

- Почему именно отец Авель? - прошептала Эстер.

Корабль набирал высоту, и его фигура отдалялась.

- Почему вы послали его туда одного? - вопросила девушка.

- У отца Авеля отдельная задача. - В ответ на её опасения раздался мягкий голос Кейт. Камера наблюдения на потолке повернулась в сторону Эстер. - Наш корабль отправится в Карфаген к воздушному линкору "Рагуилу", на котором находится барон Луксорский. А в это время отец Авель будет выполнять другое задание в подземелье под городом.

- Если бы мы подлетели ближе к городу, враг мог заметить его, - сказал Трес.

Авель уже давно скрылся из виду.

- Отец Найтроуд намерен пробраться через колодец к акведуку и отправиться в город пешком, - добавил ослепший священник.

- Сестра Эстер, куда ты? - вопросила Кейт. - Я бы хотела отправить тебя в безопасное место, но времени уже нет. Пожалуйста, иди в свою каюту.

- Я отправляюсь к отцу Найтроуду! - твёрдо сказала Эстер. - Пожалуйста, поверните обратно, сестра Кейт! Я пойду вместе с ним!

- Нельзя, сестра Бланшетт, - холодно возразил Трес. - Отец Найтроуд направляется по подземному акведуку к центральному процессору Иблиса в гробнице Элиссы. Ты будешь только обузой для него.

"Да, возможно, я обуза, и всё-таки..."

- Прошу, отец Трес! - воскликнула Эстер, хватая за сутану священника, стоявшего подобно ледяной глыбе. - Мне нужно ему сказать что-то! Пожалуйста!

Трес повернул своё бесстрастное лицо к плачущей Эстер. Его губы были плотно сжаты, пока мысли проносились нулями и единицами в голове.

"Верно, он же не человек. Машина".

- Я не могу позволить тебе сопровождать отца Найтроуда, сестра Эстер Бланшетт. Ты не сможешь сражаться. Времени возвращаться у нас нет, - сказал Трес решительно, не обращая внимания на мольбы девушки. - Сестра Кейт, останови корабль и выпусти её. Она будет только мешаться нам в битве с "Рагуилом".

Его жестокие слова больно задели Эстер.

- Отец Трес! Это уже слишком! - вскрикнула Кейт.

Эстер задумалась, неужели андроид и правда предлагает высадить её посреди пустыни, когда надвигается буря.

- Ну не сможет она сражаться, но ведь не...

- Напротив, опасно удерживать её на корабле. У тебя же есть копия карты отца Найтроуда, так? Возьми её, оружие и уходи. Спрячься в подземном акведуке от бури.

- Что? - удивилась Эстер.

"Спрятаться в акведуке?"

И тут она просияла.

- То есть я могу...

- Конечно, когда ты окажешься под землёй, нам уже не важно, куда ты пойдёшь, - заявил Трес. - Защити себя.

Кукла-убийца, не сказав больше ни слова, развернулся.

II

За золотой чертой пустыни город гудел как потревоженный улей, хотя на дворе стояла глубокая ночь.

Узнав от бежавших из пустыни бедуинов о надвигающейся опасности, горожане хотели тут же покинуть город, но все дороги преграждала песчаная буря. Порт пришёл в непригодность из-за недавней битвы воздушных кораблей. Богачи могли бы улететь на аэропланах и других летательных аппаратах по оставшимся воздушным путям, но до аэропорта было не добраться - перепуганная толпа заполонила все улицы. Особенно много народа было у Апостольской нунциатуры. Завидевшие воздушный линкор в небе над зданием подумали, что могут улететь на нём, и жители медины в панике ринулись туда. Те, кто добежал до пристани, также повернули обратно к нунциатуре, так как порт был разрушен. Суматоха творилась страшная.

- Пожалуйста, не волнуйтесь, ваше высокопреосвященство, - сказал нунций и епископ Марио Кортона, выкручивая свои усы, как у моржа. - Я сопровожу вас по тайной тропе до пригорода. Прошу поторопимся к аэродрому.

- Не смешите меня, господин нунций, - ответила Катерина, сверкнув глазами. Она положила закладку в томике со стихами, который читала. Слегка покашляв, она взглянула в лицо епископу. - Кто потом поверит Ватикану, если мы, слуги Божьи, бросим своих людей? Кто бы ни покинул город, мы с вами останемся здесь до конца.

- Ваше высокопреосвященство, я... ах, я не хочу умирать! - воскликнул мужчина.

- Ох, какое совпадение. Полагаю, люди за окном тоже этого не хотят. Проводите епископа в его покои, - велела Катерина, - и заприте дверь снаружи, чтобы никто не помешал ему в молитвах.

Она не обратила внимания на мольбы нунция, пока того выпроваживали из комнаты. Она посмотрела на "Рагуил", зависший точно над зданием. Названный в честь ангела, который наблюдал за другими ангелами на небесах и судил их, воздушный корабль бесшумно висел в воздухе. По серому корпусу мигали красные огни, а значит, бойницы были открыты.

- Этот Раду, вышедший на связь, - произнесла Катерина, глядя на турели, направленные на нунциатуру, - сказал, что никто не пострадает, пока мы остаёмся в здании, но в итоге нас всё равно сметёт буря!

"Если бы я только могла связаться с "Железной Девой"!.."

Однако "Раугил" вызывал мощные электромагнитный помехи, и её радио оказалось бесполезным. К тому же нунциатура не могла оказать никакого сопротивления, ведь карабинеров уничтожили на пристани.

- Сестра Лоретта, - позвала Катерина.

- Да, ваше высокопреосвященство? - Юная монахиня выступила вперёд.

- Пустите их в здание, - сказала она, указав на людей перед воротами. - Иначе они пострадают там. Женщин, детей и стариков пропустите первыми.

- А ничего, что мы впустим такой народ во дворец? - спросила девушка.

- Меня не волнует разбитая утварь. Прекрасная возможность обратить их в нашу веру, не думаешь? - Катерина слегка закашлялась и посмотрела на улицу. - А если нам всем конец, наш долг подарить им мир. - Она обернулась к Лоретте.

Девушка уставилась в небо, не слушая начальницу.

И не только Лоретта. Остальные монахини и народ у ворот прекратили кричать и все смотрели на юг небесного свода.

- Что такое? - Катерина оглянулась. Увидев на что все смотрели, она вскочила с кресла, выронив книгу.

В тёмном предрассветном небе сверкнула белая вспышка. Сияющий луч света увеличивался, и наконец прекрасный белоснежный силуэт завис над нунциатурой.

- "Железная Дева II"! - воскликнула Катерина.

III

Подорвав точно дюжину бомб, Авель наконец смог уничтожить последний модуль устройства против вторжения. Тяжело дыша, он обернулся и посмотрел на путь, по которому пришёл. Освещённые химическими флуоресцентными лампами по стенами, модули, похожие на металлические грибы, обильно дымили. Тут и там валялись мелкие роботы-многоножки для техобслуживания, вероятно, они находятся в руинах уже несколько столетий.

- Кто-то перезапустил их? - вслух задумался Авель.

В углу стояла пустая бутылка самого дорогого вина в Карфагене, "Слёзы королевы". Недавно здесь кто-то был.

Откидывая ногами смертоносных роботов, тянущих к нему свои когти, Авель переступил алтарь. Его ранило в бок, и сейчас тот медленно кровоточил. Вместе с кровью, казалось, его покидали и силы. Ноги страшно отяжелели, пока он взбирался по лестнице.

- Ну надо же, вот позорище... какая-то царапина, а еле волочусь. Что мне, извергу... - Его губы искривились.

Всякий знавший Авеля сейчас не поверил бы, что он насмехался над собой.

Когда он добрался до вершины пирамиды заплетающимися ногами, словно пьяный, лицо его было белее полотна.

- Система, слышишь меня? - прошептал Авель на вершине алтаря.

Он открыл карманные часы и положил перед собой на панель управления. Четыре сорок утра. У него ещё есть двадцать минут.

- Система, какой текущий режим управления? Переключись на голосовой ввод.

- Принято, - мягко ответил холодный, неживой голос. - Пользователь, введите команду. Задачи будут вестись параллельно.

Авель повторил "заклинание", как подумал бы всякий, не знакомый с утраченными технологиями.

- Система, переключись на режим администратора. Мой код...

- Нет необходимости вводить код. Я просканирую вашу ладонь. Администратор, пожалуйста, положите правую ладонь на панель управления перед вами.

В углу загорелась панелька размером с блокнот. Авель снял перчатку и аккуратно положил на неё правую руку.

- Сканирую. Завершено. Пользователь идентифицирован как подполковник воздушно-космических сил ООН Авель Найтроуд. Глава службы безопасности проекта "Красный Марс". Идентификационный номер UNASF 94-8-RMOC-666-02 AK.

Тусклый свет начал заливать пирамиду, пока не осветил её как новогодняя ёлка. Убрав руку с консоли, Авель снова обратился к компьютеру:

- Система, запрашиваю переключение на режим администратора. Остановить выполнение текущей задачи. После этого запустить самоуничтожение.

- Запрос на переключение на режим администратора отклонён. Пароль пользователя не отвечает паролю администратора.

- Что? - выдохнул Авель.

Впервые за долгое время на лице священника мелькнуло что-то ещё помимо боли и усталости. До этого он стоял ссутулившись, теперь же выпрямился и посмотрел на панель управления.

- Система, запрашиваю перепроверить пароль. Это самый высокий уровень доступа, - потребовал Авель.

- Принято. Выполняю проверку заново. Завершено. Запрос на переключение на режим администратора отклонён. Пароль пользователя не отвечает паролю администратора.

- Бред!

Авель стремительно начал печатать на клавиатуре, но экран никак не реагировал.

- Система, мой пароль даёт мне допуск ко всем выходам надёжного многоадресного протокола. Это какая-то ошибка! Выведи мне детальную последовательность процесса идентификации! - потребовал он.

- Принято. Детальная последовательность...

Пауза.

Голубые глаза Авеля настороженно сощурились, когда искусственный голос внезапно замолчал.

- Система, что случилось?

"Зависла?"

Вроде всё работает. Обратный отсчёт Иблиса продолжает идти.

- Система, ответь! Отменить переключение на режим администратора, - сказал Авель.

- Выход. - Искусственный голос снова бесстрастно и мягко заговорил, словно и не было никакой поломки. - Принуждённо воспроизвожу видеофайл.

- Принуждённо? Вирус? - Авель цокнул языком и потянулся к клавиатуре.

- Доброе утро, Авель, - прошептал нежный голос на ухо.

Он сразу представил ясное небо и солнечные лучи, играющие на воде в погожий весенний день.

- Четыре утра сорок восемь минут, рановато для такого сони.

И снова тишина.

Трудно было описать выражение его лица. Он выглядел как ребёнок, готовый вот-вот расплакаться или взорваться от злости, даже скорее, как ребёнок, ожидающий наказания... У него было такое странное выражение лица, отражающее все эти эмоции сразу, а может и нет.

Он вытянул руки, но тут же опустил, будто сдержавшись. Он медленно поднял взгляд на женщину, стоявшую перед ним.

Она была примерно такого же возраста, как и Авель, возможно, даже чуть старше. Её собранные волосы были изысканного чайного цвета с красноватым оттенком, кожа смуглая, а в золотистых глазах стояла тоска. На лбу виднелась бинди, а одета она была в сари, традиционный наряд, который давно канул в лету.

- Ох, вряд ли ты проснулся так рано. Не спал всю ночь? Раз ты вернулся на эту планету, привыкай к двадцати четырём часам в сутках, - поддразнила она.

- Я знаю. Я не ребёнок, - ответил Авель, скребя щёку и чувствуя себя немного неловко, но он продолжал внимательно смотреть на печальную женщину. - Сколько лет прошло, по-твоему, Лилит?

Женщина по имени Лилит или, точнее, голограмма не ответила. Искусственного интеллекта хватало только на изменение приветствия в зависимости от времени суток, но компьютер не был запрограммирован на создание личности. Нежно улыбающаяся женщина даже не смотрела на Авеля.

- Как жаль! Если ты смотришь это послание, значит, Тунис пал. Удалось ли лейтенанту Элиссе Дар Шарит скрыться? Я волнуюсь, она упрямая. Она так вас ненавидела, поэтому и создала Иблис, - Лилит глубоко вздохнула и покачала головой.

Её изображение было настолько ярким, что казалось можно было ощутить тепло её тела.

- По правде говоря, я не хотела запускать его, но если Тунис и нефтяные скважины попадут вам в руки, что ж... Восточная Европа всего в двух шагах. Лейтенант Шарит и я потом и кровью возродили этот город, лишь один, но мы скорее собственноручно погребём его, чем он достанется вам. Конечно, лейтенант согласилась со мной... И всё же, Авель...

Он едва расслышал её вздох. Она по-прежнему не смотрела на него, но было совершенно очевидно, что говорила она со сребровласым молодым мужчиной.

- Мы с Элиссой заключили пари, что даже среди вас осталась ещё надежда... что у тебя по-прежнему человеческое сердце. Поэтому, если ты пришёл завоевать Тунис, остановить Иблис можно лишь при одном условии.

- Условии? - Авель, забыв, что перед ним голограмма, наклонился вперёд. На его лице была написана страшная усталость, точно такая же, как и на лице женщины.

- Да, условие. В городе должны остаться выжившие. Те, кого вы зовёте терранами. Хоть один человек. Если вы всех убили, значит, Элисса выиграла пари, а тебя вместе с мафусаилами, напавших на город, поглотят пески. Хватит и одного выжившего. Если ты не убьёшь хотя бы одного из терран, которых ты так ненавидишь, я выиграла, и Иблис остановится. - Красивая женщина робко улыбнулась. - Приведи сюда терранина и пусть он приложит свою ладонь. Когда система считает генетическую информацию, она выведет команду остановить Иблис. Ни Кресник, ни мафусаил не в силах запустить код... только ненавистный тебе терранин спасёт тебя, Авель.

Как она могла так понимающе смотреть, когда была так далеко?

Голограмма раскрыла руки, словно нежно обнимала кого-то.

- Я знаю, ты любишь этот мир. И хотя он стал тебе врагом, это лишь значит, что ты жаждешь его. Ты не смог вынести чувство, будто тебя предали, потому что ты любил, верил и надеялся. И поэтому ты стал врагом всего мира. Но всё равно ты любишь этот мир, ты не способен ненавидеть его.

Изображение задрожало. Белый шум смешался со звуком, и фотоны, из которых состояла голограмма, начали медленно разрушаться. В последний миг изображение ярко мигнуло, и красивая женщина наконец посмотрела ему в глаза.

- Авель, мир тебе не враг... Ты всегда можешь начать всё сначала. Помни об этом.

- Слишком поздно, Лилит, - пробормотал он.

Снова воцарилась тьма и безмолвие. На часах было четыре пятьдесят. Десять минут до прибытия бури.

- Уже слишком поздно. И для тебя и для меня!

Авель вынул револьвер из кобуры, и не оглядываясь, выстрелил через плечо.

Грохот.

Ещё выстрел.

Снова грохот.

И ещё выстрел.

Очередной грохот.

Он выстрелил ещё три раза.

Трижды раздался грохот.

Фигуры позади него упали вниз пирамиды с простреленными плечами, локтями, щеками.

- Прости, но здесь нет терран. Только они и я.

Авель посмотрел вниз. Он смеялся сквозь слёзы.

Три фигуры, которые он подстрелил, вскочили на ноги как ни в чём не бывало. На них были военные плащи, противогазы и каски... клыки сверкали из разорванных противогазов.

- Как жестоко... Мёртвые мафусаилы, - пробормотал Авель, взмахивая рукой и высыпая пустые патроны из барабана на пол и вставляя новые.

Автоегеря приближались. Они прыгнули, сверкнув длинными как клинки когтями. И тут они исчезли, словно растворились в воздухе.

- Ускорились. Чудесно.

Грохот выстрелов заглушил насмешку Авеля. Шесть пуль пронзили ему грудь слева, с хлюпающим звуком кровь брызнула на алтарь святой женщины.

Тихо застонав, Авель выронил револьвер, и тот с громким лязгом упал на пол. Из дула тянулся дым.

Три фигуры повалили его на пол и держали его. Каждый егерь впился в него клыками - в шею, плечо, бок.

- Уф!

Глаза Авеля окрасились алым.

- Наномашины Кресник 02, сорок процентов ограниченных возможностей...

Внезапно его губы перестали двигаться. Он устало воздохнул, словно прожил тысячу лет. Глаза снова стали ясного голубого цвета, а на лице возникла удивительно безжизненная улыбка, пока вампиры высасывали из него кровь.

- Возможно, это к лучшему, - пробормотал он.

Уже бесполезно что-то делать.

Если Лилит говорила правду, лишь терранин мог остановить Иблис. А ему никак не успеть, когда осталось меньше десяти минут. Такое под силу лишь Богу.

Катастрофа неминуема.

Катерина и двести тысяч людей погибнут, а город будет погребён под морем песка. Тут же развяжется война между Империей и остальным миром. Всё, что он делал, в итоге окажется напрасным.

"Я так устал, страшно устал".

Он был обессилен.

"Может, и неплохо, что всё кончится здесь".

Больше никаких сожалений. Не нужно больше бояться людей, а они не будут бояться его.

"И как-то спокойно, отпустить всё вот так..."

Внезапно яркий белый свет прорезал тьму, которая медленной смертью окутывала Авеля. Он расслышал, как Эстер корит его:

- Отец, снова вы отлыниваете от службы?

IV

- Что это такое? - спросил Пётр.

Слегка взмахнув рукой, он отразил вражеский удар. Свою славу он заслужил по праву. Однако и противник был силён. Один из них увернулся от его жезла, и оружие пролетело мимо в каких-то миллиметрах от противогаза. Жезл обрушился на пол. Будь это земля, она бы поглотила силу удара, но воздушный корпус корабля был сделан из пуленепробиваемого материала, крепче металла, и жезл отскочил.

Рыцарь отлетел назад.

- Целься на четыре часа, брат Пётр, - посоветовал Трес.

Инквизитор взметнул оружие вправо. С пронзительным лязгом жезл отразил боевой топор автоегеря.

- Благодарю, отец Трес! - сказал Пётр.

- Отрицаю. Железная Дева, как слышно? - Слепой священник слегка отступил в сторону.

Топор противника едва ли скользнул по его сутане. Хотя Трес не мог видеть, он легко открыл огонь. Автоегерю снесло полголовы, и он рухнул на улицы города далеко внизу. Тонкая струйка крови тянулась за ним следом.

- Железная Дева, приём. Ты взломала систему "Рагуила"?

- Ещё немного, Стрелок, - взмолилась Кейт.

Радиопомехи были довольно сильны. Их корабль висел лишь пятью метрами выше воздушного баллона "Рагуила", на котором и происходил бой. И несмотря на такое малое расстояние, жуткие помехи трещали по радиосвязи, заглушая голос Кейт.

- Этот вирус создал кто-то очень умный. Ещё немного времени.

- Скорее. Брат Пётр и я ещё можем сражаться, а вот...

Рыцарь издал победный клич и убил третьего егеря. Всего пять осталось. Четвёртый егерь подпрыгнул над Петром, но тот порвал его на куски.

Трес повернул свои незрячие глаза к носу корабля.

- Там бой неутешительный.

* * *

На самом конце корпуса корабля невысокая фигурка подняла меч.

- Раду! - страшно закричал Ион.

Оттолкнувшись, он метнулся к противнику. Несколько синих волосков затанцевали на ночном ветру, когда Раду отскочил, избегая удара. Синеволосый молодой мужчина насмешливо улыбнулся и двинулся к Иону. В руках бело-голубыми всполохами заискрился напалм.

- Тьфу ты! - Ион взмахнул мечом для удара, полагаясь сугубо на свою интуицию.

Однако пламя лишь отвлекло внимание, а ифрит исчез и появился за его спиной. Ион хотел отпрыгнуть в сторону, но...

- Похоже, ты ещё не поправился, - прошептал Раду, ухмыляясь.

Он схватил юношу за хрупкое плечо. В темноте повис запах обожжённой плоти.

Крик боли сорвался с губ гордого боярина.

Пётр тут же обернулся.

- О нет!

- Отрицаю! Сосредоточься, брат Пётр! Цель на шесть часов! - велел Трес.

Стрелок уничтожил седьмого егеря, пронзив его сердце. Поздно он предупредил Петра, топор резанул тому по спине. Монах коротко вскрикнул от боли и пошатнулся. Он упал и покатился к краю воздушного корпуса.

Трес скользнул следом за Петром. Он выстрелил в напавшего на монаха автоегеря, и тот без головы рухнул вниз на улицу. Остался один.

Трес едва успел схватить инквизитора за воротник, не дав тому упасть. Выбросив пистолет, другой рукой он вцепился за край воздушного корпуса.

- Похоже, твои друзья не спасут тебя, - мрачно засмеялся Раду, крепко сжимая раненое плечо Иона.

Юноша отчаянно пытался вырваться, но хватка у ифрита была как тиски. Его пальцы вонзились аж в самую кость. Ион застыл.

- За что, Раду? - процедил он сквозь стиснутые зубы. - Почему ты предал меня?

- Я же сказал уже, ты выводил меня из себя, Ион Фортуна. - Раду, казалось, готов был расплакаться. - Любимый подданный императрицы, великий аристократ из знатного рода, ослепительнее всех. Никто не замечал меня. Отчаявшись, я хотел убить тебя. Я желал тебе жутких мук. Вот и всё.

- Не лги, Раду, - заговорил Ион, хотя его пронзала жгучая боль. - Мы столько лет с тобой вместе. Думаешь, сможешь одурачить меня таким глупым враньём? Меня ты не обманешь!

- А я не лгу, - врал Раду. - Ненавижу тебя. Я хотел унизить тебя. Вот и всё.

- Лжёшь! Если так хотел унизить, почему решил разобраться со мной руками тех терранских солдат в гостинице? Почему не убил сам? Вместо того, чтобы выдумывать изощрённый план, просто бы убил меня и подстроил, будто это сделал терранин!

Улыбка исчезла с лица ифрита. Он сжал губы и выдвинул челюсть. Его лицо исказилось от боли, а Ион продолжал взывать к другу:

- Новый план, Раду. Если остановишься сейчас, я сохраню всё в тайне! Останови Иблис! Прошу, товарищ. Я не хочу сражаться с тобой!

Товарищ. Когда это слово слетело с губ юноши, Раду вздохнул.

- Не могу, Ион. - В его глазах мелькнула безмерная печаль и жгучая ярость. - Поздно. Как я могу отступить теперь? Ты умрёшь здесь, а город терран утонет в песках! Я уже перешёл черту, обратного пути нет!

- Раду, ты идиот!

И тут между ними брызнула кровь. В руке у Раду был кусок плоти Иона. Он стоял с широко распахнутыми глазами. Извернувшись, юноша пожертвовал плечом и вцепился в грудь Раду.

- Ах!

- Твоё сердце у меня в руках, - прошептал Ион, отчаянно пытаясь не потерять сознание. Пламя Раду опалило рану, и крови вытекло немного, а боль держала его в сознании.

- Раду, останови Иблис! - тихо воскликнул Ион. - Пока ещё есть время.

- К сожалению, это не в моих силах, - засмеялся ифрит, изо рта текла кровь.

- Что?

- Им управляет другой. Я не могу остановить Иблис. Знаю, ты рисковал своей жизнью. Прости, что не могу помочь. По крайней мере, в ад мы упадём вместе, друг мой.

Ифрит потянулся к юноше. Ладони вспыхнули пламенем. Он широко раскинул руки, чтобы обнять хрупкую фигуру.

И тут бездвижного "Рагуила" вдруг страшно затрясло.

- Ох, взяли управление кораблём? Но поздно. Уже бесполезно что-то делать.

Воздушный корабль стремительно набирал скорость.

"Да, уже бесполезно что-то делать".

Взглянув на тяжело дышавшего юношу, он мрачно улыбнулся. И тут он увидел свою тень на воздушном корпусе.

- Тьфу ты, корабль... - Раду резко обернулся в сторону, куда летел "Рагуил".

Восточное море утопало в синеватой мгле. Солнце всходило над горизонтом.

- Рассвет! - вскрикнул он.

Ультрафиолет набросился на раненого мафусаила, бациллы в его теле вскипели при первых лучах солнца. В немом крике Раду вцепился в своё горло. Руки покрыли уродливые волдыри. Бациллы, чью яростную активность подстегнул ультрафиолет, начали пожирать клетки хозяина. Волдыри пошли по всему телу ифрита по незащищённой коже.

- Ион! - Сквозь красную пелену Раду посмотрел на юношу.

Он тоже заживо горел, лёжа ничком. Спотыкаясь, синеволосый мафусаил протянул к нему руку. Он обнял Иона, закрывая его от света. Ожоги пошли по его агонизирующему телу.

Внезапно его откинуло, словно ударил невидимый кулак. На него обрушился жезл. Он, спотыкаясь, поплёлся к краю. На него обрушился огнестрельный дождь, пули беспощадно пронзали его израненное тело.

Он медленно полетел вниз к морю, а выстрелы звенели в ушах. Последнее, что увидели его обгоревшие глаза, как инквизитор кричит что-то, а невысокий священник бежит к его товарищу.

* * *

Удостоверившись, что синеволосый вампир упал в пенистое море, андроид ринулся на полной скорости к Иону - тот дрожал в муках. Священник на бегу щёлкнул по радиопередатчику в ухе и отдал чёткий приказ "Железной Деве II", парящей над "Рагуилом":

- Железная Дева, спусти канат! Ранения графа Мемфисского смертельны. Скорее подготовь лазарет!

Что-то пронеслось мимо Треса. Когда он уловил на слух произошедшее, брат Пётр уже ускорился и оказался рядом с раненым вампиром.

- Открой люк, сестра Кейт! - закричал монах. Подняв беспамятного Иона, он закрыл его от солнечных лучей. - Поторопись, иначе мальчишке конец! Чего ты мешкаешь?

- Х-хорошо! - ответила Кейт.

Люк медленно открылся. Крепкими ногами Пётр оттолкнулся и запрыгнул на корабль, пролетев добрых пять метров.

- Как граф? - вопросила Кейт.

- Пока живой. Спасём его, если сейчас же начнём лечить, - ответил Пётр, осторожно кладя Иона на пол. Лицо Рыцаря Разрушения было бледным из-за передозировки препарата, но он не выказывал усталости. Он поднялся и пробормотал: - Что ж, я прикончил этого ифрита и отомстил за своих людей. Больше у меня нет причин сотрудничать с вами, так?

- Подтверждаю, - ответил Трес, медленно поворачиваясь, рука на кобуре. Зная, что может выхватить свой М13 в любое время, он бесстрастно проговорил: - Спасибо за помощь, брат Пётр.

- Перемирие окончено, - объявил монах, жезлом указывая на мальчика на полу. На его лице не было ни сочувствия, ни доброты. Великий инквизитор обратился к Богу и всем грешникам: - Я уничтожу этого вампира. А после задержу вас всех за ересь и начну с Катерины Сфорца. Вы готовы к последствиям своих действий?

Трес ничего не осветил, только сжал пистолет у бедра.

Напряжение нарастало.

- В любом случае, похоже, отец Найтроуд не успел вовремя. - Инквизитор отвернулся, словно совершенно забыл о вампире. Он сощурился и посмотрел в открытый люк.

Там вдалеке улицы Карфагена окутывала предрассветная мгла. Песчаная буря и не думала утихать и надвигалась на город. Пыльные вихри лизали окраины Карфагена.

- Иблис приближается. Сейчас не время для битвы с еретиками, - сказал Рыцарь Разрушения, недовольно хмыкнув.

Не обращая внимания на Треса или Иона, он зашагал к люку.

- Брат Пётр? - тихо позвал его юноша и взглянул на него.

Пётр горько усмехнулся.

- Мне стоит взять тебя под стражу, а кардиналу Сфорца предъявить обвинения, но... как слуга Божий, я должен спасти жителей города. Оставлю дознание на другой раз. Я лично вас сожгу на костре... обещаю.

С этими прощальными словами Рыцарь Разрушения выпрыгнул из люка на "Рагуил".

V

Конусообразный предмет ударил автоегеря, впившегося зубами в бок Авеля, и бил его до тех пор, пока не припечатал к стене, где солдат и взорвался.

У всех вампиров были слабые места. Ствол головного мозга, шейные позвонки, сердце. Если полностью уничтожить эти точки, ничто уже не сможет вернуть мафусаила к жизни.

Оставшиеся два автоегеря отскочили от священника. Не способные мыслить разумно, они всё же осознали, что одного из них убили.

Однако Авель не обращал на них внимания.

- Эстер?.. - Даже не отирая кровь, он изумлённо воззрился на монахиню.

Её бело-голубое монашеское облачение мерцало прекрасной белизной во тьме. Зато в руках она сжимала ещё дымящийся гранатомёт.

- Как вы, отец? - Эстер подбежала к нему и обеспокоенно посмотрела. - Вы ранены? Встать сможете?

- Д-да. - Покачиваясь, он поднялся.

- Хорошо... - Лицо её смягчилось, будто отпустило напряжение. Правда, ненадолго. Она сурово на него поглядела. - Отец, что вы делаете?

- Ась? - Священник невольно выпрямился.

- Не аськайте мне. - Эстер упёрла руки в боки. - Вы уже завершили задание? Играетесь тут с ходячими трупами, видать, времени вагон, а?

- Н-нет, я...

- Я так и думала! Стоит мне отвести глаза, а вы уже творите чёрте что, а?

- Прости.

Вскинув палец, она сердито проговорила:

- Вместо извинений лучше делом займитесь. Я помогу.

- Да, но...

- Что но?

"Могу ли я просить твоей помощи? Я изверг, проклятый грешник. На твоих глазах я..."

- Ах да! Забыла совсем. - Эстер отвела глаза от мрачного взгляда Авеля. - Отец, я пошла за вами, потому что хотела кое-что вам сказать.

- А?

"Ты что-то хотела мне сказать? Что же?"

Позабыв совершенно и про счётчик, отсчитывающий время на экране, и про автоегерей, притаившихся для нападения, Авель ждал, изумлённо глядя на хрупкую монахиню.

- Я прямо скажу. Я совершенно не боюсь вас, несчастный вы человек! - сказала Эстер.

- Ах? - Авель поражённо уставился на неё, заслышав такие неожиданные слова.

Девушка угрюмо обернулась к нему и резко бросила, словно вызывала его на бой:

- Да! Я совершенно, абсолютно, нисколечко не боюсь! Что бы ты не делал, я не испугаюсь тебя, Авель Найтроуд! Я пришла сказать тебе это. Ах, словно камень с души свалился.

Авель молча на неё смотрел, не зная то ли плакать, то ли смеяться.

- Э-Эстер...

- Да? - отозвалась она, удивлённо взглянув на него.

Он склонил голову.

- Благодарю... - серьёзно сказал он. - Спасибо тебе большое.

- Если у вас есть время на такую ерунду, - проговорила Эстер, указывая на автоегерей, медленно приближающихся к ним, - лучше разберитесь с этими ребятами и закончите задание! А я помогу!

- Есть, - коротко кивнул священник. - Считай, сделано!

Автоегерь уже хотел было прыгнуть на Эстер, но пуля, выстрелянная быстрее, чем мог бы уловить человеческий глаз, разорвала ему живот. Однако он поднялся как ни в чём не бывало, за исключением того, что внутренности повалились на пол.

Авель взглянул на них и сказал:

- Эстер, беру их на себя! Займись компьютером!

- Но я же ничего не смыслю в этом, - удивилась она.

- Только ты сможешь остановить его! Нет времени объяснять... просто сделай это!

Осторожно автоегеря приближались к ним.

Когда монахиня села за панель управления, Авель объяснил:

- Сперва положи ладонь на ту светящуюся панель справа.

- Эту?

Когда она дотронулась до нужного места, экран ожил, и на нём появился текст.

- Отец! Тут куча странных цифр!

Быстро оглянувшись назад, Авель проверил их. Определённо, это был код для остановки Иблиса.

- Отлично! Введи эти числа на клавиатуре! Не пропусти ни одного. Печатай спокойно, чтобы не сделать ошибки, но быстро!

- Есть!

Было без пяти минут пять. В коде столько цифр. Успеет ли она?

- Я успею! - заявила Эстер, схлестнувшись в яростной битве с клавиатурой.

Авель обернулся к противнику. Теперь всё зависело от девушки, а его долг защитить её.

Автоегеря медленно приближались, неотрывно глядя на монахиню позади него. Они знали, что она делает. Перед ними боролись отчаяние и надежда, а ключом к равновесию была девушка, а не священник.

- Вы её и пальцем не тронете! - воскликнул Авель, отбрасывая револьвер. Его глаза подёрнулись алым. - Наномашины Кресник 02, сорок процентов ограниченных возможностей. Принято!

В воздухе закружилась чёрная молния. Правая рука автоегеря с кровавым следом взмыла к потолку.

- Я сочувствую вашим несчастным душам, что не в силах упокоиться с миром даже в смерти, - сказал Авель, - однако... - В руках возникла коса. - Жалеть вас не буду!

Один из автоегерей прыгнул на Авеля, но его тут же рассекло пополам. Сердце его разорвалось, немёртвый солдат прекратил своё жуткое существование. Второй егерь спрыгнул сверху, и коса обрушилась на него. Однако солдат остановил удар коротким клинком. Они отскочили друг от друга, как два магнита. И тут они снова схлестнулись, словно кто-то из них сменил магнитное поле или между ними ужалась резиновая верёвка.

Мёртвый вампир испустил крик, рот полон крови. Тёмный ветер, метнувшийся к нему, прошептал:

- Deus grants me carpar in nomine... Dona mihi permissum satisfacti... Что за проклятая сила. Какое ужасное существование! Да поможет мне это окаянное тело защитить моих близких! Лишь этой силой я смогу искупить свои грехи! Прах к праху, пепел к пеплу, земля к земле. Аминь!

Два противника сошлись. Кровь хлестнула на потолок. Рассечённый полам от самой макушки, автоегерь рухнул по частям на пол.

Эстер, печатавшая позади него, закричала:

- Отец, я закончила! Уже пятьдесят девять минут!

Всё ещё держа косу, Авель подбежал к панели управления. Он посмотрел за её плечо. Огромные цифры мерцали на экране.

- Хорошо, теперь я... - Авель начал печатать.

Введя оставшуюся часть кода, система остановится. Энергия для Иблиса оборвётся, и песчаная буря исчезнет, не достигнув города.

Неожиданно Авель заметил, что Эстер внимательно смотрела на него.

- Ах...

Его губы слегка дрогнули. Он вспомнил, что до сих пор был Кресником: красные глаза, клыки, тело запятнано в крови. Он был во всём своём чудовищном обличии.

- Всё хорошо, отец, - спокойно сказала Эстер, глядя на Авеля, смущённо понурившего голову. Она мягко положила свою нежную ладонь поверх его руки, зависшей над клавишей "ввод". - Я же сказала, я совершенно вас не боюсь.

Она опустила его руку. Вместе они нажали на клавишу.