В отличие от прекрасной вчерашней погоды, утреннее небо было затянуто тёмными облаками.

В прогнозе погоды даже сказали, что к утру возможна метель. Хотя ветра сейчас не было, но на лыжные трассы уже падал снег.

– Рука в порядке, Такасу?

Услышав вопрос Китамуры, Рюдзи повернулся и помахал правой рукой в перчатке.

– Да нормально, просто немного онемела.

Рука Рюдзи была обожжена этим утром – редкостно неуклюжей дурой. Во время завтрака в ресторане Рюдзи увидел Тайгу, когда она собиралась налить в свою чашку суп мисо. Подошёл к ней сзади и тихо спросил, «Ну, как дела?». Поскольку девушки по-прежнему игнорировали парней, Рюдзи постарался подойти потише и не афишировать разговор с Тайгой, которая в результате его обожгла.

– Ой! – Тайга намеренно выплеснула целую чашку супа на руку Рюдзи, хотя он всего лишь хотел спросить, насколько Тайге удалось сыграть роль прошлым вечером.

– …Я более-менее согласен с такой участью. Мне надо напоминать себе не подходить к Тайге, когда у неё в руках что-то опасное.

– Это случайность, простим её на этот раз.

– Тайга сказала что-то похожее… что-то вроде «Ой! Я не хотела! Это случайно! Какая жалость!»… Всё, кроме извинений.

– Наверно, из-за того, что произошло вчера вечером.

Пусть так и идёт. Китамура махнул рукой. Конечно. Рюдзи в ответ поднял бровь.

Этим утром ребята могли делать всё, что хотят.

Школьники развлекались повсюду. Одни бегали, другие неспешно лепили снеговика. Ното и Харута взяли лыжи и отправились к подъемнику, на склоны, соответствующие их возможностям.

– Не надо таскаться со мной, катайся сам по себе.

– Но я хотел сегодня научить тебя тормозить плугом.

Хотя Китамура предложил это, Рюдзи отказался. Он знал, что Китамура не сможет кататься так, как ему нравится, если будет возиться с ним. Кроме того, Рюдзи знал, что Китамура – легко возбудимый инструктор, и хотел держаться подальше от его безумств.

– У меня никаких способностей к этому, как у Тайги, которая здесь на санках катается. Я лучше с ней побуду.

Рюдзи поднял руку, расстался с Китамурой, который двинулся к лыжному подъёмнику, и побрёл вниз, к слегка заснеженным лыжным трассам.

Была Тайга одна или нет, дело второе, просто Рюдзи хотел на какое-то время остаться в одиночестве и поразмыслить. Его мысли до сих пор пребывали в хаосе, и мешали ему спокойно кататься с друзьями.

Рюдзи тащился вперёд, топча снег ботинками. Сегодня было холоднее, чем вчера, он чувствовал, как мёрзнет лицо. Он собирался дойти до деревянного здания рядом со склоном, стараясь не спотыкаться.

Он больше не беспокоился, как бы ему узнать истинные чувства Минори, его даже не волновало, что эти «истинные чувства» означают. Словно всё внутри оборвалось, и в сердце возникла дыра. Потерять самое важное – это уже достаточно больно, так что он просто не мог больше ничего прощать.

Рюдзи вздохнул и потёр глаза. Прошлой ночью он почти не спал. Когда его друзья уже заснули, он всё продолжал думать о Минори и её схватке с Ами. Он понимал, что это бессмысленно, и что сколько бы он ни думал, Минори не изменит свои чувства.

Просто когда он видел эту схватку, у него было смутное ощущение, что Ами пытается заставить Минори сказать что-то, что та явно не хочет говорить, что-то, о чём Рюдзи не знает.

Если подумать, то Ами тоже что-то скрывала.

Выдыхая белые облачка, Рюдзи задумался. Минори, Ами, Тайга и Китамура, у всех них есть кое-что, о чём они не хотят говорить. Это «кое-что» обычно то, чего по их мнению не должны знать другие. Если все смогут стать счастливыми и понимать друг друга, шестерёнки снова закрутятся без всякого обмана.

Проблема в том, что это невозможно сказать. Они боятся той неловкости, что может возникнуть, боятся, что однажды эта неловкость между ними может вырасти до невозможных размеров. И раз они начинают бояться того, что может произойти, они решают спрятать глубоко внутри то, что хотели бы сказать. Они думают «А поймут ли меня, если я скажу это? Смогут ли осознать? Смогут ли представить?». И они пытаются угадать, что думают другие.

Но они будут продолжать надеяться друг на друга, что тот скажет, что хочет сказать, и даже будут чувствовать подавленность друг рядом с другом, просто потому что это не сказано. Утаивая свои мысли, оба будут чувствовать боль. У Рюдзи тоже было кое-что, что он не говорит, и немало. Что же касается Минори… хоть Рюдзи и не упоминал об этом, кое-что его беспокоило.

Оглядев школьников на склоне в их ярких костюмах, Рюдзи нашёл среди них Тайгу. Она с Минори катались вдвоём на одних санках, обе весело хохотали.

Незачем вставать у них на пути. И когда Рюдзи собрался уйти…

– Хм-м… А чего это ты тут делаешь?

– Ноги немного болят, так что я просто отдыхаю.

…Он увидел Ами.

Она присела рядом с кучкой мягкого снега, в одиночестве, задумчиво сооружая миниатюрную снежную горку. Рюдзи слегка удивился, что она ответила ему в нормальном тоне, потому что когда они виделись раньше, она каждый раз холодно реагировала на него «Ты идиот».

После того, что случилось прошлым вечером, Рюдзи было неловко рядом с Ами.

– Ты упала?

Лыжи и палки Ами торчали в снегу.

– Да. И я устала. И забыла кошелёк, так что и кофе купить не смогу, даже если дойду до того здания.

– …И поэтому ты тут в одиночестве строишь эту снежную горку?…

– Это не горка, это иглу. [Эскимосское жилище из снега – прим. перев.]

Как это может быть иглу… Глядя, как руки Ами в перчатках лепят хрупко выглядящий холмик, даже такой дилетант, как Рюдзи, понимал, что иглу так не построишь.

– …Вместо того чтобы лепить снег в холмик, почему бы тебе не скатать шар, словно для снеговика?

– И так хорошо.

Ами продолжала сидеть на корточках и строить свою снежную горку. Её руки в перчатках продолжали лепить снег, накладывая один слой на другой. Такими темпами ей никогда не слепить иглу достаточных размеров, чтобы поместиться в нём.

Глядя на щёку Ами, отражающую сияние горы, Рюдзи видел, что она всё ещё расстроена из-за своего спора с Минори прошлым вечером. Вот почему она здесь в одиночестве сгребает снег и убивает время, словно пытаясь разобраться в собственных чувствах.

– Эй!

– Я помогу.

Рюдзи присел напротив и сам стал сгребать снег. Он не хотел ни утешать Ами, ни расспрашивать о её схватке прошлым вечером. Он даже не простил Ами за то, что она ненавидит идиота вроде него.

Просто потому, что он тоже человек, а она даже не может построить иглу, какое хочет. Он не мог вынудить себя оставить Ами бесцельно сгребать этот белый снег в одиночестве. Кроме того, если бы он мешал ей, она бы уже сказала.

– …Эй, сначала надо как следует уплотнить снег.

– …

– Просто сделай. Так сгребать бессмысленно, всё рассыплется.

Ами остановилась. Рюдзи похлопал по горке, чтобы снег не осыпался. Но он не ожидал…

– Что такое?!…

Совершенно неожиданно Ами рухнула лицом прямо в горку, словно пьяница в салат.

– Что ты делаешь?! Холодно же! Или это секретная косметическая процедура?

Через несколько секунд…

– Знаешь…

Ами наконец подняла голову, её брови и ресницы были в снегу, лицо и шея покраснели от холода. – Я кое в чём должна… признаться тебе… Я…

– Да понял я, понял. Надеюсь, тебе есть, в чём признаться, и немало. Почему бы не начать с извинений, что называла меня идиотом?

– Нет, не то… это…

Положив подбородок на рассыпающуюся горку, она закрыла глаза, глубоко вдохнула носом и сказала на одном выдохе…

– Может, это я виновата, что Минори-тян отвергла тебя.

Рюдзи онемел. Он смотрел на Ами с отвисшей челюстью, всем видом показывая, Да что ты такое говоришь?

– Некоторое время назад… ты не в курсе, я сказала Минори-тян кое-что язвительное… Я не знаю, почему я сказала это, но что сказано, уже не вернёшь. Я думаю, что может быть Минори-тян запомнила это, потому она тебя и отвергла.

Ами высказалась, но Рюдзи не мог сразу отреагировать, потому что просто не понимал, что она имеет в виду.

– Ум-м… тогда… можешь рассказать мне, что ты ей сказала?

– Рехнулся? Хе, да никто бы не смог…

– Ты не объясняешь мне подробности, так что я не знаю, что ответить.

– …Я не могу тебе рассказать.

И снова что-то, что «не могу сказать».

– И прошлым вечером я сцепилась с Минори-тян. Хоть я и раскаивалась, что сказала ей это, но каждый раз, как я видела её лицо, я приходила в бешенство. У меня было много причин злиться, но главная… она никогда не смотрела мне в глаза. Как бы я на неё ни набрасывалась, я не могла понять, что же она чувствует на самом деле.

Опустив голову, Ами подняла руки и резко разметала свою горку. Затем вздохнула…

– Такасу-кун, ты слишком глуп. Вот почему я тебя ненавижу.

– Ты опять…

– …Но я и себя ненавижу, потому что я тоже глупая.

Ами устало села на разрушенную горку, разгребая и перемешивая снег руками, затем посмотрела на серое небо…

– Эй, Такасу-кун.

Снег пошёл гуще. Волосы Ами покрылись капельками от растаявших снежинок. Рюдзи просто смотрел на неё, не зная, что сказать.

– Я слышала, что Тайга изо всех сил старается жить независимо, а Минори-тян отказала тебе наотрез… Они обе тебя отпустили. Должна ли я воспользоваться шансом и вцепиться в тебя? В этом случае мой план прекрасно подойдёт, потому что Такасу-кун мне всегда нравился и я хотела встречаться с тобой… Если я скажу это, что ты будешь делать? Хотя всё это неправда.

Не успел ещё он понять…

– Э-Э?! Ты рухнул ещё до того, как тебя напугали?

ХЛОП! Рюдзи быстро потёр лицо, стараясь успокоить заколотившееся сердце. Снег на перчатках был таким холодным, что ему показалось, что нос вот-вот отвалится.

Ами не улыбалась, просто смотрела на Рюдзи…

– Говорю же тебе, я шучу. Поверь, нет никакого плана… Я никогда не думала ничего вроде «Как хорошо было бы, если бы всё так повернулось», честно… Но… Ох, правда и то, что я слишком втянулась в это…

Даже если это меня не касается… Снег таял на её губах вместе со словами, что она готова была сказать, и её мягкой улыбкой…

– …Удерживаемая чувством вины, даже я страдаю из-за себя. Я сделала слишком много ошибок, вот почему всё вот так закончилось.

– Вот так… ты имеешь в виду, что Кусиэда отвергла меня? Тебе не стоит думать, что это твоя вина. Я не знаю, что случилось между тобой и Кусиэдой, но я не позволю ни на кого сваливать ответственность за то, что мне отказали.

– Ты прав.

Ами вдохнула через нос и медленно улыбнулась фирменной улыбкой Ами-тян. Затем сказала Рюдзи…

– Отлично, мы больше не друзья.

– Ха?!

Ами сняла перчатки, сунула их подмышку, согнула указательные пальцы обоих рук крючком, зацепила друг за друга и показала Рюдзи.

– Мы рвём связи между нами.

Она медленно, ритмично сказала это и расцепила руки.

– …Почему ты рвёшь связи со мной?

– Потому что ненавижу дураков… это сделано, точка.

Потому что ненавижу дураков? Но здесь два дурака, и Ами не сказала, из-за которого она рвёт связи. Она повернулась, чтобы уйти.

Что это значит?

Разве я не говорил тебе, что надо называть вещи своими именами?

Рюдзи смотрел в спину Ами, не зная, что сказать, беспомощно стоя на месте.

– Глупая Чи-и-и-и-и-и!… Берегии-и-и-и-и-ись!!…

– Мы не специально, не специально-о-о!…

– Э-Э-Э-Э?!!! – Санки с Тайгой и Минори врезались прямо в Ами.

Те пытались остановиться, тормозя ногами, но скорость была слишком высока. Онемевший Рюдзи смотрел, как Тайга вылетела с санок в снег. Минори последовала за ней, потеряв равновесие.

Санки проехались по Ами и заскользили дальше, к выходу на трассы.

– …Я же тебе кричала «берегись»…

Сконфуженная и нервничающая Тайга вытаскивала глубоко зарывшуюся Ами и стряхивала с неё снег.

– П-почему вы?! Сколько раз вам нужно врезаться в кого-то, прежде чем вы наконец уймётесь?! Вы слишком тупы, чтобы научиться! Почему бы вам просто не прогуляться?!

– Ну… почему… мы же извинились! Ладно, пойдём в то деревянное здание, я куплю тебе мороженое.

– Никакого мороженого, ё-моё! Слишком холодно, дура!

Взбешённая Ами начала пинать Тайгу по заднице. Но лыжный костюм был слишком толстым, и это не давало никакого эффекта.

– Извини, Амин! М-мы не смогли затормозить… так что прости меня! Правда!

Хотя Минори тоже извинилась перед Ами…

– Мне не нужны твои дерьмовые извинения!

Ами яростно посмотрела на Минори и крикнула…

– Ты это нарочно, так ведь? Это всё было нарочно! Я чувствую твою злобу!

– Э-э?! Ну конечно, нет, ни в коем разе! Я правда не смогла затормозить!

– Ты это нарочно сделала! Ты всё ещё злишься на меня за вчерашнее, разве нет? Если подумать, ты увидела, что я разговариваю с Такасу-куном и решила помешать, верно? Я знаю!

Лицо и уши Ами начали краснеть, на лбу вздулись вены, как у комического персонажа, покраснел даже нос. Она швырнула в Минори снежком.

Снежок угодил прямо в лицо Минори, заставив её пошатнуться…

– Что-о?! Вчерашнее?! Ты про наш спор вчера вечером?! Я думала, мы с этим покончили, и теперь ты хочешь завести всё снова?!

Ого… Рюдзи и Тайга обменялись взглядами… Останови их… Нет, ТЫ останови! Они общались взглядами, но поскольку оба притворялись, что не знают о случившемся вчера вечером, вмешаться им было непросто.

– Ты знаешь, что сказать! Ты всё время игнорируешь меня и смеешь говорить, что мы с этим покончили?!

– Мне больше просто нечего сказать! Если я не рассказываю что-то занимательное, это ещё не значит, что я тебя игнорирую!

– Твоя показушная поза просто бесит меня, безмозглая культуристка!

– Это кто здесь показушный? Прекрати, пока я ещё сдерживаюсь!

Бац! Минори толкнула Ами в плечо.

– Ух! Почему ты!…

Ами попыталась ответить тем же, но её рука была перехвачена Минори, которая дала ей пощёчину. Девушки продолжали яростно смотреть друг на друга… Физически Ами была не ровня Минори.

– Ты ударила меня по лицу!

– И что? Не похоже, чтобы ты могла за себя постоять!

Их голоса разносились над склоном. Ами топнула ногой и закричала…

– Я ТЕБЯ НЕНАВИЖУ! Я всегда тебя ненавидела! Ты сводишь меня с ума каждый раз, как я тебя вижу!

– Ой, правда! И что?! Меня действительно совершенно не волнует, что ты меня ненавидишь!

Минори была очень язвительна. Атмосфера становилась всё более пугающей… «Ненавижу, ненавижу, ненавижу!» «Да наплевать! Заткнись!» «И отлично!» «Кстати, почему бы тебе не свалить в свою старую школу?!» «Да какое твоё дело?! Бедная девочка, тебе работать этим местом весь остаток жизни!» «Что?! Тогда тебе провести остаток твоей модельной жизни, торгуя мордашкой, нося дюймовый слой косметики и притворные маски!» «Да как ты смеешь?!». Всего через несколько фраз в их сваре пошли в ход вещи, которые никогда не стоило бы говорить. Они толкали друг друга всё сильнее и сильнее, словно провоцируя друг друга. «Ты хочешь войны!?» «Не ходи потом плакаться к маме!» Ого… Тайга обеспокоенно посмотрела на этих двоих.

– Мы не можем просто стоять и ничего не делать. Я ввязываюсь в свару на стороне Минорин! А ты на стороне Глупой Чи!

– Хорошо… ПОДОЖДИ! Это неправильно! Мы должны остановить их, дура!

– Это страшно, я такое только в кошмарах видела!

– Твоя драка с Большим Братом была ещё страшнее! Вы всё вокруг своей кровью забрызгали!

– Что происходит? – Одноклассники в своих ярких лыжных костюмах начали собираться на шум. Рюдзи и Тайга приготовились остановить дерущихся.

– Ох!…

Только Тайга заметила, что сбитая рукой Ами заколка слетела с волос Минори и упала в стороне на кучу свежевыпавшего снега. Больше этого не заметил никто – схватка Ами и Минори уже переросла в горячую стадию.

Тайга быстро побежала к заколке. Она бесценна, её нельзя терять! Тайга подбежала к ней и протянула руку, чтобы подобрать её…

– …!

Снег неожиданно ушёл из-под ног. Она потеряла равновесие, даже не успев вскрикнуть.

Мая, Нанако и Китамура подбежали к дерущимся девушкам.

– Прекратите! Что вы вообще делаете!

– Это она виновата! Она! Она! Я ничего не делала!

– Это ты всё затеяла!

Девушек наконец растащили, когда прибежала Одинокая Леди (30 лет). Удерживаемая Китамурой Ами с красными глазами продолжала кричать. Минори тяжело дышала и смотрела на Ами, оскалив зубы. Ученики, собравшиеся на шум, начали перешёптываться, глядя на такое редкостное зрелище.

Рюдзи тоже был совершенно шокирован, И как могло дойти до такого?

– Как бы то ни было, думаю, вам надо увести Кусиеду в свою комнату и успокоить её… Тайга?

Странно. Рюдзи огляделся и обнаружил, что Тайга, только что стоящая рядом с ним, исчезла.

– …Тайга пропала!

Услышав голос Рюдзи, Минори прекратила таращиться на Ами, повернулась и удивлённо посмотрела на него.

– Она только что была здесь, со мной, пытаясь остановить вашу драку…

– Тайга?…

Минори огляделась, её взгляд за что-то зацепился. Рюдзи тоже увидел этот след.

Цепочка странных отпечатков вела к куче свежевыпавшего снега. Минори сбросила руку Рюдзи с плеча и пошла по следу. Рюдзи за ней.

– Эти следы… может, это… Тайга?

– Н… не может быть?!…

Они увидели кучу свежевыпавшего снега, немного выдающуюся вверх, и сразу за ней крутой склон, куда ссыпалась часть кучи. Попытались продвинуться дальше, но вынуждены были остановиться из-за неожиданных порывов сильного ветра.

Они не представляли, насколько глубоко он тянется. Всё, что они видели – заросший соснами край и след чьего-то падения.

* * *

– …Это правда, что Карманный Тигр из 2-С пропала?

– Пропавшая из 2-С – тот самый Карманный Тигр?

Второклассники шумели, собравшись в большом зале, предназначенном для групповых посетителей. За залепленным снегом окном бушевала метель, как и обещал прогноз погоды. Было слышно, как она барабанит в окна.

– Такасу, я спросил у Койгакубо-сэнсэй. Тот склон с соснами, куда упала Тайга, ниже выходит на дорогу, которая закрыта из-за метели. Сотрудники курорта уже начали поиск вдоль этой дороги, ведущей к склону. Если они её не найдут, они могут связаться с полицией… Такасу!

– …!

Рюдзи вздрогнул от хлопка перед носом и наконец поднял голову. Он увидел уставившегося на него Китамуру.

– Держи себя в руках! Не волнуйся, мы найдём её!

– Ага…

Это всё, что смог выдавить из себя Рюдзи. Сидя на твёрдом стуле, напоминающем ствол дерева, он чувствовал какое-то онемение в голове, словно всё это сон. Его глаза остановились на ожоге на правой руке. Он подумал…

Эта дура.

Эта глупая Тайга, её неуклюжесть всё-таки довела её до беды.

Он видел, как она падала на лестнице, спотыкалась, натыкалась на вещи, роняла еду, это всё ещё ничего. Недавно она даже чуть не попала под машину. На его правой руке тоже след её неуклюжести. Просто чудо, что при всём этом у неё не было серьёзных травм. И вот сегодня, наконец, приехали.

Ругая Тайгу за её неуклюжесть, вместе с тем он ругал и себя за то, что не уследил, как она отошла, хотя она была совсем рядом. Как и на рождественской вечеринке. Думая об этом снова и снова, он надеялся, что на этот раз всё будет так же, как и тогда.

Тогда Тайга была дома, в безопасности. Когда он заметил, что её нет, ему надо было лишь побежать, и естественно, он нашёл её там.

Но на этот раз…

Рюдзи даже боялся посмотреть в окно. Что, если они не найдут её в такую погоду? Рюдзи быстро прекратил думать об этом. Нет, такого точно не может случиться. Может, Тайга и неуклюжая, но у неё сверхъестественные рефлексы и на редкость здоровое тело, она обязательно выкарабкается. Всё образуется, всё будет в порядке.

Рюдзи сложил ладони и взмолился, плотно закрыв глаза. Он даже не замечал Ното и Харуту, сидящих напротив и обеспокоенно глядящих на него.

Всё будет в порядке… Но в уголке сознания продолжала свербеть мысль «а что, если». Если бы я мог повернуть время назад, вернуться в тот момент, я бы ни за что не отрывал глаз от Тайги и смог бы схватить её за руку.

Даже если остальные ошибочно считают, что у нас отношения отец-дочь, даже если это помешает независимости Тайги или её романтическим отношениям, я никогда не оставлю её одну, что бы ни случилось. И неважно, что люди будут думать о наших отношениях, даже если мне придётся отрезать уши, чтобы не слышать их, или удалить мозги, чтобы не думать о них.

Я никогда не отпущу руку этой идиотки, даже если в результате она будет наступать мне на пятки.

Если бы я подумал об этом раньше, если бы я знал, что Тайга может столкнуться с таким, я бы точно не отпускал её.

Неважно, насколько неправильно остальные могут понять это, я не должен оставлять её.

Но тогда почему эти руки и эти ноги торчат здесь?

– Какая сильная метель…

Услышав голос сзади, Рюдзи обернулся.

Позади него сидела Минори и смотрела в окно. Она прикусила губу, натянула шапку, перчатки и застегнула лыжный костюм. Рюдзи нахмурился, ощущая плохое предчувствие…

– Кусиэда… что ты делаешь?

– Сильная метель, быстро её не найдут. Я иду.

Она замолчала и встала. Рюдзи быстро остановил её…

– Спятила?! Что мы будем делать, если ещё и ты потеряешься?!

– Я не могу просто сидеть здесь и ждать! Всё нормально, я вернусь! Как только осмотрю то место!

Не дожидаясь ответа Рюдзи, она откинула его руку и направилась к выходу. – Стой! – Китамура заметил движение Минори и встал перед ней, чтобы остановить её. Но Минори не стала его слушать, оттолкнула руки Китамуры, спустилась по лестнице на первый этаж и вышла наружу. Рюдзи, много раз пытавшийся схватить её за плечо, начал волноваться, потому что она всё время отбрасывала его руку…

– …Плохо дело… тогда я тоже пойду!

– И я! Ното! Харута! Скажите об этом классной руководительнице!

– Что? Ты не можешь так поступить! – Услышав, что Китамура тоже собирается идти, Ното и остальные быстро встали. Но если они не могли остановить Минори, они и не могли позволить ей идти одной.

– Что нам делать? – Ното и остальные бросились рассказывать учительнице. Ами осталась, опустив бледное лицо. Она сидела в одиночестве, ничего не говоря, лицо её ничего не выражало.

Пока всё больше и больше отдыхающих возвращались из-за метели, Рюдзи и Китамура гнались за Минори, которая безоглядно двигалась вперёд.

Её очки уже залепило снегом, ноги раз за разом тонули в свежем мягком снегу. Наконец Рюдзи сумел схватить Минори за руку. Китамура вцепился в другую и сказал…

– Не беги, Кусиэда! Если ты действительно хочешь найти Айсаку, ты должна успокоиться и осмотреться.

– …!

Услышав командный голос Китамуры, Минори наконец обернулась, посмотрела озабоченно, кивнула и перевела дух.

Всех троих едва не опрокинул новый сильный порыв ветра. Они быстро поддержали друг друга и двинулись дальше. Место, где Минори дралась с Ами, находилось недалеко от деревянного здания, рядом с лыжными трассами с небольшим уклоном.

– Здесь след чьего-то падения!

Минори добралась до выступающего края крутого склона и показала на участок, где падал свежий снег.

– Эй! Не подходи близко! Это опасно!

– Но там, внизу, Тайга! ТАЙГА!!!… ОТЗОВИСЬ!!!…

Минори вытянулась, пытаясь получше рассмотреть, что там, внизу. Рюдзи схватил её за рукав и покрепче упёрся в снег, удерживая её от падения. Снег перед носками ботинок Минори уже начал оседать, не выдерживая её веса. Рюдзи почувствовал, как его прошиб холодный пот, он с трудом удерживался, чтобы не застучать зубами.

Рюдзи держал Минори, вглядываясь в густо заросший деревьями склон. Дна было не разглядеть. Если бы не метель, они могли бы найти след, который оставила Тайга, когда скользила вниз.

– Ха?!…

Что-то блеснуло.

Эта блестящая штуковина была несколько дальше места, где они искали, скрывающаяся чуть ниже небольшого сугроба, в углу, который сложно было разглядеть. Она мерцала как одинокая звезда в белом ночном небе, испуская слабое оранжевое сияние.

Слабый свет вскоре должен был скрыться падающим снегом, но Рюдзи видел его чётко.

– Тайга!…

Тайга упала, потому что пыталась достать это. Если я могу найти это, я смогу найти и Тайгу.

– Что?! Ты что-то видишь?! Там Тайга?! Ты нашёл её?!

– Думаю, да! Мы должны поспешить и позвать… нет, оно скоро пропадёт… Чёрт! Кусиэда, беги за взрослыми! Китамура, стой здесь, если я не смогу подняться, вытащишь меня или позовёшь на помощь!

– Нет, я…

Минори хотела что-то сказать, но быстро передумала и кивнула…

– Хорошо, я приведу кого-нибудь!

И побежала обратно сквозь густую метель. Используя Китамуру как маяк, Рюдзи начал медленно сползать по склону.

Поскольку склон был слишком крут, чтобы по нему можно было идти, Рюдзи стал цепляться за деревья, соскальзывая на несколько шагов, выдёргивая ноги, когда они слишком глубоко уходили в снег. Его целью был слабый свет, излучаемый маленькой заколкой для волос.

Не исчезай! Пожалуйста, не исчезай! Рюдзи едва не высказал свои мысли вслух, продолжая сползать вниз. Ещё чуток поближе… Он тяжело дышал, держась за снег и протирая очки.

Он сполз метров на двадцать. Наверно, это место с дороги им не увидеть. Он добрался до большой сосны, подобрал заколку и огляделся.

– Т-ТАЙГА!

Совсем рядом с заколкой, наполовину скрытая мягким снегом, лежала Тайга, скрючившись в ямке под деревом. Стараясь не споткнуться, Рюдзи добрался до ямки, утвердил ноги на снегу и вцепился в её маленькое тело.

– Тайга! Тайга! Тайга!

Он потянул податливое тело Тайги из снега и увидел, что её голова безвольно откинулась назад. Он крепко держал её, ощупывая её шею… Тёплая, и пульс есть. Но падая с такой высоты, она, наверно, ударилась головой. Когда он увидел красную струйку, текущую по её лбу, у него перехватило дыхание, Не может быть… Он впервые почувствовал, как его сердце стучится о позвоночник.

– Больно…

Слабо проскулила Тайга. Рюдзи увидел движение её бровей и подёргивание лица. Слава богу, жива. Глубоко вздохнув, Рюдзи посмотрел на крутой склон… Нет времени рассуждать и колебаться. Он решил, что дотащит сорокакилограммовое тело Тайги до верха. Но когда поставил ноги на склон, почувствовал, что снег под их весом проседает, не давая твёрдой опоры. Похоже, выбора не было, кроме как держать Тайгу и ждать помощи.

Чувствуя отчаяние и беспомощность, Рюдзи глухо застонал. В этот момент Тайга неожиданно схватилась за Рюдзи.

– Навернулась… Ох…

И забормотала про себя, словно лунатик. Похоже, ей нехорошо, судя по тому, как она цепляется за меня.

Рюдзи снова воткнул колени в снег и пополз вперёд, цепляясь за ветки, карабкаясь по склону. Он хотел поговорить с Тайгой, но не мог, потому что изо всех сил сжимал зубы, не позволяя Тайге выскользнуть.

– Рюдзи…

Рука Тайги прикоснулась к лицу Рюдзи. Голые пальцы нащупали защитные очки на глазах Рюдзи. Наверно, она приняла их за обычные очки.

– Ох… Китамура-кун?…

Тайга ошиблась.

Но это неважно, не время сейчас кричать «Это я». Как бы то ни было, надо поспешить.

– Я думала, что это Рюдзи… который пришёл спасти меня… Я думала, что это должен быть Рюдзи… Извини… Извини…

В её голосе он услышал странное облегчение, но речь оставалась бессвязной, как разговор во сне, который на самом деле звучит ужасно. Тайга продолжала несвязно бормотать ему прямо в ухо более высоким, чем обычно, голосом…

– Китамура-кун, похоже… твоя сила не сработала…

Нога Рюдзи немного соскользнула, он изо всех сил старался не закричать. Поскольку Тайга не могла крепко держаться за Рюдзи, они оба полетели бы вниз.

– …Извини, Пророк Бога Разбитых Сердец, но мои молитвы не помогли… Я хотела, чтобы моя любовь к Рюдзи прошла… Но это не получилось… Я хотела стать сильной… Но бесполезно…

Рюдзи быстро подхватил правой рукой Тайгу, которая начала выскальзывать.

Изо всех сил сжал зубы и, крепко держа её, посмотрел наверх.

Китамура увидит нас и крикнет нам. Мы почти добрались.

– Но я всё ещё… люблю Рюдзи… Хотя я хотела, чтобы он был вместе с Минорин… Но это всё ещё больно… так больно… Я больше не выдержу…

– …

– Я такая бесполезная… Я очень старалась жить одна… Я говорила, что смогу… но я могу только ждать кого-то, кто спасёт меня… Я такая слабая… слишком слабая… Такая жалкая…

Из плотно закрытых глаз Тайги покатились слёзы, её руки совсем ослабли. Рюдзи теперь держал весь её вес одной рукой. Он отчаянно пытался удержать Тайгу, карабкаясь наверх. Но нога скользнула, он потерял равновесие.

Когда они оба уже были готовы упасть…

– Ха?!…

Перед ним появилась твёрдая рука. Это была группа взрослых людей в люминесцирующих костюмах. Они моментально выдернули Рюдзи и Тайгу наверх. Наверно, сотрудники курорта или даже полицейские.

– Как вы, ребята? Где болит?

– Я в порядке! А вот Тайга! У неё кровь!…

Не интересуясь, кто это, Рюдзи громко крикнул человеку, который накрыл его одеялом. Взрослый в люминесцирующем комбинезоне понимающе кивнул и поднял Тайгу.

Рюдзи не мог сидеть прямо, он улёгся на снегу, переводя дыхание, словно его швырнула на землю непреодолимая сила.

Всё, что он мог видеть перед собой, это белизна. Метель. А другая метель бушевала у него в голове.

Он знал, что Минори бежит к нему, как и Китамура. И он наконец понял, что это за «что-то», о чём они не хотели говорить. И понял свою глупость.

Это было похоже на верёвку, завязанную мёртвым узлом, который наконец развязали силой. И сила была так велика, что верёвка готова порваться в любой момент. Если она порвётся, Рюдзи и представить не мог, чем всё это закончится.

– …Китамура, я хочу тебя кое о чём попросить.

Рюдзи обратился к своему лучшему другу, который поддерживал его за плечо и обеспокоенно смотрел на него. Он изо всех сил напрягал живот, не позволяя Китамуре услышать дрожь в голосе.

– Расскажи всем, что это ты спас Тайгу и не спрашивай, почему. А если спросит Тайга, скажи ей, что она всё время была без сознания и ничего не говорила. Прошу тебя… Пожалуйста!

Поддерживая Рюдзи, Китамура тихо сказал…

– Есть кое-что, о чём Айсака просила меня никому не говорить…

Рюдзи не мог видеть выражение глаз Китамуры за очками.

– Когда мы пересеклись с ней под Новый Год, она выглядела подавленной и серьёзно молилась мне… Пророку Бога Разбитых Сердец. Это как-то связано с произошедшим?

Рюдзи не ответил, не мог ничего ответить. Он не знал, что скажет, если попытается.

– Это как-то связано, верно?… Понимаю… Сочельник… И Новый Год… Понимаю…

– Никто не виноват, ни ты, ни… – Сказал Китамура и кивнул, хотя его голос утонул в метели.

* * *

В результате Тайга почти не пострадала. Небеса наградили её крепким телом в качестве компенсации за неуклюжесть.

«Она только лоб рассекла, а в остальном всё в норме», сказала им учительница за обедом. Устроив такой большой переполох, Тайга наверняка должна быть до смерти смущена.

Повсюду послышались вздохи облегчения. Самые любопытные подняли руки и спросили, не присоединиться ли она ко всем завтра.

Но ответ Одинокой Леди (30 лет) оказался неожиданным…

– Айсака-сан сегодня останется в больнице, а завтра её заберёт её мать. Ехать на автобусе для неё слишком утомительно.

Рюдзи едва не выронил свои палочки для еды.

Мать… Она имеет в виду её настоящую мать? Она даже не пришла в школу, когда Тайгу отстранили, и вдруг теперь появляется из ниоткуда, чтобы забрать Тайгу? И не похоже, что Тайга серьёзно пострадала!

– Разве это не здорово, Така-тян? Тайга в порядке!

– …Э-э, угу…

Рюдзи небрежно улыбнулся Харуте, чьи глаза сфокусировались на нагрудном кармане Рюдзи…

– А? Заколка снова вернулась к Така-тяну!

Подобрав её на снегу и сунув в карман, он напрочь забыл о ней. Дурак Харута прошептал прямо в ухо Рюдзи…

– Кстати, эта заколка – твой рождественский подарок для «этого человека», да? Когда ты собирался её выбросить, я видел, что она в рождественской упаковке, теперь понимаю, почему…

– Угу…

В голове Рюдзи продолжала бушевать метель.

Он пожал плечами, подтверждая мысли Харуты, совершенно не замечая ничего вокруг. Слишком о многом ему надо было подумать.

Вот почему он не заметил «этого человека», сидевшую недалеко от него, словно радар отфильтровывающую посторонние звуки и фокусирующуюся на голосе Рюдзи. И когда она услышала этот разговор, она сразу всё поняла.

Она наконец поняла, как её неумышленные действия привели к таким серьёзным последствиям.

Минори тихо встала и вышла из ресторана, никем не замеченная, прошла по холодному коридору и добралась до пустой комнаты отдыха.

Она села на диван, на котором до того сидел Рюдзи, зарылась лицом в колени и заплакала. Она не понимала, почему ей так грустно, она просто знала, что до невозможности ненавидит свои руки, эти маленькие женские руки, которые слишком малы, чтобы спрятать своё заплаканное лицо.

Закрыв лицо руками, Минори сидела, съёжившись, и тихо плакала.

Метель должна кончиться завтра.

Но пока что звук метели, стучащей в окно, был достаточно страшен, чтобы напугать ребёнка, даже стёкла дрожали.