Глава 1. Начало лета, конец неопределённых отношений

Середина июля. В душном классе, где от влажного летнего зноя воздух казался тёплым и тяжёлым, раздался пронзительный звонок.

… Хотя, возможно, пронзительным он показался только мне.

— Ааа, наконец-то всё закончилось… — услышав звонок, возвестивший об окончании всех экзаменов за семестр, я, Касиваги Рен, тут же без сил уткнулся головой в парту.

Ещё бы, ведь не успела еще выветриться атмосфера школьного фестиваля, как мы погрузились в экзаменационную пору.

Я, как член комитета фестиваля, вложивший в него всю душу, естественно, не успел толком подготовиться и, практически не смыкая глаз, кое-как закончил проходить весь материал. Неудивительно, что сейчас я чувствовал себя совершенно разбитым.

Внезапно, прямо над моей головой, раздался невероятно бодрый голос:

— Рен-кун, ты молодец!

Это была Касуми Миру. Бывшая участница популярной айдол-группы, переведённая в наш класс в этом году.

Она уже сменила школьный пиджак на белую рубашку с коротким рукавом, и её стройные, восхитительные ножки, выглядывающие из-под короткой юбки, притягивали взгляд. Лента на груди тоже стала летней, лёгкой и белой.

Кстати, форма в нашей школе считается одной из самых симпатичных в округе. Поэтому для глаз это было настоящее наслаждение.

— Ну как? Доволен, как всё написал?

— Да, более-менее.

Касуми улыбалась, держа в руках листок с заданиями.

Она, как и я, была в комитете по подготовке фестиваля, а значит, её график был таким же загруженным, как и у меня. Но, в отличие от меня, выглядевшего разбитым, она и сегодня буквально сияла. Серьёзно, даже с учётом её природной красоты, это было просто поразительно. Не человек, а электровеник какой-то.

— Ну… всё-таки бывшая айдол.

— Эм, это, наверное, был комплимент, да? Тогда спасибо, с радостью приму его.

— Ага.

Самое удивительное в Касуми то, что она не какая-нибудь двоечница, а вполне себе входит в число лучших учеников параллели.

По её словам, она не хотела прикрываться отговоркой: «не хочу оправдываться тем, что была занята айдол-деятельностью и не успевала учиться».

А ещё она говорила, что «умение хорошо учиться не повредит, даже если ты айдол».

Слушая такие слова, начинаешь думать, что её профессионализм пронизывает каждую клеточку её тела, вплоть до кончиков волос. И признаюсь, это немного пугает.

Но именно это и делает Касуми Миру Касуми Миру.

Умение не делить дела на более или менее важные, а всегда выкладываться на полную — это невероятно круто. И, узнав о том, что такое возможно, я уже не могу себе позволить опускать руки.

Да, это совершенно точно комплимент. Я восхищаюсь ею.

Хотя ей я об этом никогда не скажу.

— Тогда, раз уж из тебя прямо сочится усталость, Рен-кун, я в качестве исключения отнесу твой бланк с ответами вместо тебя.

— Серьёзно? Спасибо огромное, буду очень признателен.

— Хе-хе, не за что. Я же знаю, что ты всё это время старался не потерять свою позицию в рейтинге, даже когда нашёл что-то, чем действительно хотел заниматься.

С этими словами Касуми мягко улыбнулась.

— Такой Рен-кун мне очень нра…

— …

— вится. Нет, не то. [1]

— Э?

Я уже приготовился к её привычной «дайсуки»-атаке, поэтому невольно удивился.

— Нет-нет, не то. Не то, но и не совсем не то… Как это объяснить? Подожди, я сейчас найду подходящее слово в своём внутреннем словаре!

— А… ага.

Внезапная паника Касуми передалась и мне, я почувствовал, как заливаюсь краской.

"…Ведь я впервые говорю слово «айситеру»." [2]

В голове всплыли слова Касуми, сказанные несколько недель назад.

С того дня она вела себя как-то странно. Даже во время обычных разговоров иногда она вдруг замолкала, как будто пыталась подобрать слова.

Я уверен, что это связано с тем, что она тогда сказала, но у меня не хватало смелости напрямую спросить об этом. Поэтому я всегда просто жду, пока она подберёт что-то более нейтральное.

Пока я украдкой поглядывал за Касуми, которая, всё ещё краснея, прижимала руку ко лбу, сзади раздался голос:

— Прошу прощения, что отвлекаю вас, но не могли бы вы поскорее сдать свои работы? Остались только вы двое.

— Черт, извини. После экзамена совсем расслабился.

К нам, покачивая хвостиком, подошла Куон Котоно, староста нашего класса. Мы с Касуми отдали ей свои работы, и она передала их дежурному.

Котоно и сегодня, как и всегда, излучала строгую ауру отличницы и неприступной красавицы.

Серьёзно, что вообще происходит? Неужели только я чувствую себя как выжатый лимон?

— Ну что же ты! Возьми себя в руки. Я, абсолютно уверена, что ты правильно выполнил все задания.

— Ты меня переоцениваешь.

— Ничего подобного. И в этот раз по математике я тебе не проиграю!

— Прекрати! Математика — это единственный предмет, где я могу с тобой хоть как-то конкурировать.

И вообще, прекрати так говорить, лучшая ученица параллели. Между прочим, я не могу схалтурить на экзаменах в том числе из-за твоих слов.

— Может, вы хоть немного подумаете и о Миру, которая в вашу борьбу даже вступить не может.

Касуми, услышав наш разговор, надула щёки и уставилась на нас.

Котоно, встретившись с ней взглядом, заметно занервничала и заговорила:

— Касуми-сан, понимаешь, ты у нас сама по себе совершенство. Одним своим именем на бланке с ответами, ты можешь сделать его национальным достоянием. В хорошем смысле, ты совсем на другом уровне.

— Почему ты вдруг начинаешь так странно себя вести?

Отаку-тян, помешанная на айдолах, пожалуйста, перестань тараторить.

Я понимаю, что тебе сложно привыкнуть к присутствию своего кумира, но ведь первая половина года уже прошла, так что пора бы успокоиться. А ещё, хватит дёргать меня за рубашку, как бы намекая, чтобы я помог. Сама справляйся.

— Кстати, вы уже придумали, чем будете заниматься на летних каникулах?

Я задал вопрос, который меня вдруг заинтересовал, и Касуми с гордым видом ответила:

— Как вовремя ты спросил! Завтра мы с Майной-тян идём в секретное кафе. [3] Говорят, там подают очень модные ланчи. Ну как, завидуешь?

— Не то чтобы завидую… Скорее, я в шоке.

Та самая Касуми! С подругой! Идёт на ланч!?

Не могу поверить, что мы до этого дожили. Честно говоря, я чуть не прослезился от чувства выполненного долга. Может, мне стоит задуматься о карьере в сфере образования?

Пока я умилялся, вытирая воображаемые слёзы, Котоно рядом со мной и правда начала всхлипывать. Похоже, у нее проснулся не только фанатский инстинкт, но и материнский. Успокойся, пожалуйста.

— Это здорово. Только не забудь как следует замаскироваться.

— Можешь на меня положиться! В таких делах я спец, между прочим!

Хоть меня и терзали смутные сомнения, я решил довериться Майне.

Она точно сможет одернуть Касуми, если та скажет или сделает что-то не то. И, самое главное, она умеет заботиться о других.

Думая об этом, я вдруг… Совершенно случайно… Подумал о том, что Касуми теперь будет проводить время не только со мной.

Наверное, это то самое чувство, которое испытывают родители, когда отпускают своих детей во взрослую жизнь.

Я был рад, что у Касуми появились друзья помимо меня. Честно говоря, я именно этого и хотел. Это было одной из её главных целей.

Но всё равно, то ли из-за того, что мы с весны постоянно были вместе, то ли ещё почему-то, мне стало немного грустно.

— Кстати! Котоно-тян, может, тоже пойдёшь с нами?

— Я… У меня дела. В этот раз я, пожалуй, пас.

— Жаль. Ну ничего, давай как-нибудь сходим куда-нибудь вдвоём во время каникул.

— П-правда можно!?

— Конечно!

Они увлечённо болтали о чём-то своём.

Когда Котоно и Касуми общаются, я чувствую… Ну, как сказать… В общем, я только рад, что им весело вместе.

Но тогда почему? Может, дело в том, что меня немного задевает, что Касуми радуется чему-то, о чём я совершенно не имею понятия?

Но она же не моя собственность.

У меня, человека, который предпочитал поверхностное общение, впервые за долгое время появился настоящий друг. Может, поэтому я так странно реагирую? Мысль о том, что я был первым, с кем она подружилась, не должна тешить моё самолюбие и лучше её сразу же выкинуть на помойку.

— Что-то случилось, Рен-кун?

Похоже, Касуми заметила, что я ушёл в себя, и теперь заглядывала мне в лицо.

— Да ничего особенного. Просто подумал, что было бы здорово, если бы мы втроём ещё несколько раз встретились во время каникул.

Сквозь открытое окно доносилось стрекотание цикад.

Единственное в жизни лето после первого года старшей школы уже началось

---------------------

Примечания:

[1] だいすき (дайсуки) - "очень нравится", "обожаю". В оригинале Касуми запинается на слоге "су" в слове "дайсуки". Затем следует пауза "….".

А потом она произносит "ки дзянай", что буквально переводится как "не является + ки", где "ки" - остаток от оборванного "дайсуки".

[2] Я перевел эту фразу в первом томе с таким значением, которое, как я предполагаю, закладывала в него Касуми. Здесь, то, как на мой взгляд воспринял это слово Рен. 愛してる (aishiteru) - очень сильное признание в любви в японском языке, обычно используется между влюблёнными или супругами.

[3] Японское слово 隠れ家 (kakurega) можно перевести на русский язык в зависимости от контекста. Оно буквально означает "укромное место" или "убежище". В данном случае, это, скорее кафе, о котором знают только избранные, но которое отличается особой атмосферой и качеством. Своего рода, заведение для своих.