Следуя за потоком людей, они спустились на площадку у реки, где располагалась ярмарка.

Это было место, где торговые палатки стояли вплотную друг к другу.

Прогуливаясь, Юи переводила взгляд вправо-влево:

— Окономияки, такояки, жареная кукуруза... О, и картошка с маслом! Всё выглядит вкусно~. А ты, Юки-кун? Хочешь что-нибудь?

— Мда, сложно выбрать...

— Понимаю, понимаю, когда столько всего, глаза разбегаются. Кстати, из чего выбираешь?

— Тот франкфуртер или... корн-дог.

— Ты что, так хочешь съесть сосиски?

— Или хот-дог... нет, не стоит. Думаю, надо было купить в той палатке.

— Ты так запал на них?

Обмениваясь такими шутками, они вернулись к своей обычной норме.

Хотя, наверное, странно говорить, что это возвращение в норму.

В итоге, после мучительных раздумий, Юки купил и франкфуртер, и корн-дог.

Увидев его с двумя сосисками, Юи подумала: «Как всегда, непредсказуемый...», но тут Юки протянул ей обе руки и спросил:

— Какую хочешь?

— А? К-какую?

— Фуфу, Юи в таких ситуациях всегда нерешительна.

— Ч-что?! К-кто нерешительна? Тогда вот эту!

Его лёгкая насмешка задела её, и она, поддавшись духу противоречия, указала на ближайший франкфуртер.

С невозмутимым видом он протянул его со словами «Вот, держи», и у неё возникло ощущение, что её подставили.

— Спасибо... подожди, деньги.

— Не нужно, не нужно. Сегодня без церемоний.

— Разве ты правильно употребляешь это выражение? И почему ты обращаешься со мной как с подчинённой?

Она немедленно сделала замечание, но Юки, не обращая внимания, уже впился зубами в свой корн-дог, и Юи последовала его примеру.

— А ты что-нибудь хочешь?

— А? М-м~, я-то~...

Поинтересовался Юки, быстро расправившийся с корн-догом.

Выбор был слишком велик, и она задумалась, но, кое-что вспомнив, сказала: «Тогда, наверное, вот то» и встала в очередь к одному из ларьков.

Судя по длине очереди, это явно было самое популярное место.

— Ох~, запах якисобы в такие моменты — это просто нарушение правил.

— В итоге якисоба? Как банально.

— А с чего это я должна здесь шутки шутить?

— Я же специально подготовил почву для шутки.

— Сложно понять, серьёзен ты или шутишь. Кстати, тогда это была твоя природная глупость.

Она передала деньги продавцу и получила упакованную якисобу.

Тем временем Юки купил цыпленка на гриле и такояки, которых, казалось, хватило бы на двоих.

— Может, присядем где-нибудь и поедим?

Решив сначала поесть, они отошли от ряда ларьков и направились к берегу реки.

На пологой насыпи повсюду были разбросаны туристические коврики, и, обнаружив достаточно места для двоих, Юки принялся копаться в своём рюкзаке.

Юи удивилась, что он взял рюкзак — вещь для него редкую, из которого он достал сложенный небольшой пляжный коврик.

Расстелив его на траве, он вытащил полотенце и постелил его сверху.

Закончив, Юки жестом пригласил её: «Прошу», — предлагая сесть.

— О, подготовка на высоте. ...М-м? Тут написано «Члены общества. Нарито Момо».

Похоже, коврик видал виды.

Как только они устроились, Юки деловито достал из рюкзака завернутые в фольгу онигири и термос, в котором оказался чай.

— Неожиданно высокие навыки домохозяйки...

— Юи, ты будешь онигири?

Теперь она сама немного пожалела, что ничего не приготовила и не взяла с собой.

Она думала только о юкате и причёске, а об этом даже не вспомнила.

Пока она так размышляла, Юки с лёгким недоумением спросил:

— Всё в порядке, я хорошо помыл руки перед тем, как лепить.

— Само собой.

Её мучила не такая примитивная проблема.

Тем временем Юки, бормоча: «Это с умэбоси, с лососем, с кацуобуси...», один за другим выкладывал онигири.

— Сколько их? Сколько же ты налепил?

— Думал, все будут есть. Ешь сколько хочешь.

— Прозвучало, будто «неуклюжая девушка приготовила слишком много».

— Онигири-колобок, кувырк-скок.

— Ты чего это вдруг?

Юки, кажется, сегодня был почему-то особенно весел.

Обычно он приходил без плана и с пустыми руками, поэтому было удивительно, что сегодня он так хорошо подготовился.

Более того, Юки снял фольгу с онигири и положил сверху купленные ранее такояки, демонстрируя:

— Смотри, получился настоящий такорайс (п.п.: по аналогии с омурайсу).

— Что с тобой сегодня, ты в порядке?

— Ну, сегодня же фейерверки.

— И что? Фейерверки заставили твой мозг искрить?

— В голове не «Юи», а «Юки», да*?

*п.п.: Игра слов. Юки меняет иероглифы в имени Юи, добавляя иероглиф своего имени, таким образом подкалывает Юи за то, что она частенько говорит о себе в третьем лице.

— Всё-таки ты прикалываешься над Юи.

Он и правда вёл себя не как обычно.

Она не считала его тем, кто легко поддаётся праздничному настроению, поэтому это было неожиданно.

Заразившись его настроением, Юи подцепила палочками купленную якисобу и, зловеще ухмыльнувшись, помахала ей перед лицом Юки.

— Вот, капуста из якисобы, получай, получай~. Съешь, если сможешь~

Это была атака на слабость, которую Юки признал ранее у бассейна. Именно ради этого она и выбрала якисобу.

— Ури-ури-ури, — дразнила она, качая ею перед его глазами и наслаждаясь моментом, как вдруг Юки без колебаний раскрыл рот и всё съел.

— Вкусно.

— А как же твоя «слабость»? Обманщик.

— Я только сказал, что не очень люблю. Предпочитаю, чтобы капусты не было, но если есть, то...

— Ладно, хватит об этом. Впервые в жизни меня победили «реальным мандзю»*.

*п.п.: Фраза «Реальный майдзю» — это отсылка к известной шутке «Мандзю страшные». Один человек говорил своим друзьям, что он больше всего на свете боится мандзю (японские паровые булочки с начинкой). Друзьям это показалось нелепым, и они, чтобы подшутить над ним, забросали его мандзю. А он, конечно же, с удовольствием их съел.

— «Реальным мандзю»...? Звучит страшновато.

— Это не «Реальные прятки»*, знаешь ли?

*п.п.: это отсылка к японскому аниме «Kakurenbo: Игра в прятки». Это короткометражный мистический триллер 2004 года. В нём дети играют в «вечерние прятки» в заброшенном городе. По легенде, если играть поздно вечером, вместо обычного водящего приходят настоящие демоны и забирают детей.

И правда, хитрый какой. Грязно играет.

С виду вроде полон слабостей, а поди ж ты — реальных уязвимостей в нём не найти.

— Но всё равно, приятно, что ты запоминаешь такие мелочи.

— А? Н-ну да... слабости противника надо знать, чтобы быть Летним Убийцей.

— Да-а, быть Убийцей — нелёгкий труд.

И Юки, словно это его не касалось, продолжил есть онигири.

Не желая уступать, Юи ответила: «Да, это тяжёлый труд» и воткнула палочки в якисобу.

(Но всё равно... как же это весело...)

Она заметила, что думает так уже некоторое время.

Конечно, иногда он её бесит, но она может спокойно отпускать шутки в его адрес и этим всё компенсировать. Это невероятно весело.

Даже если она переступит черту, Юки не станет по-настоящему злиться.

Хоть его и не понять, но если бы он чувствовал то же самое...

(Хотя, признание в такой обстановке... это, наверное, слишком, да?)

Сколько бы Маки ни подталкивала её, это, пожалуй, невозможно.

Сестра, скорее шутила, но что, если она признается, а он откажет... Что станет с их нынешними отношениями?

Или, даже допустим, случиться чудо, это удастся, что будет с их теперешними отношениями...?

Как только эта мысль мелькнула в голове, её внезапно охватило напряжение, и она сама не заметила, как замолчала.

Словно пытаясь отогнать эти мысли, она стала есть якисобу.

«Чёрт, этими палочками только что ел Юки!» — дошло до неё, но было уже поздно.

Вскоре, доедая якисобу, она заметила, что Юки смотрит на неё с недоумением.

— Ты сегодня какая-то странная, Юи? Что-то случилось??

— Ч-что ты? Нормальная я. Обычная. Как всегда.

На мгновение её сердце ёкнуло.

Может, на её лице отразилось лёгкое беспокойство, или он просто заметил, что она внезапно замолчала, и нашёл это странным.

Она поспешно попыталась изобразить улыбку, но Юки сказал тоном, будто его осенило:

— А, может, в туалет хочешь?

— Хватит уже шутить про туалет.

Она ответила рефлекторно, но, поскольку они выходили из дома в спешке и немного опаздывали, она действительно не успела сходить в туалет.

Пока это не было критично, но, если прижмёт в самый неподходящий момент, будет не очень хорошо.

— Ну да... то есть. Мне нужно... в туалет...

— Угу, иди.

— Почему ты только в такие моменты подозрительно добрый?

Юки жестом показал направление, где, по его словам, был туалет.

Было досадно, что с ней обращаются как с ребёнком, но на его лице не было и тени злого умысла, что сбивало с толку.

«Всё-таки, по-любому, лучше начать заново», — подумала Юи и поднялась с коврика.