Пасхальная служба прошла гладко и без проблем.

Юи подменяла заболевшего в хоре и поразила прихожан своим мощным голосом - она исполнила гимны так, будто и вовсе не было никакой паузы в пении. Если уж и придираться, то лишь к тому, что её пение было настолько впечатляющим, что люди в церкви почти перестали слушать проповедь пастора - настолько они были поглощены её голосом.

Ну а раз она посвятила пению всю себя - никто и не стал её винить. Нам обоим заплатили и еще раз искренне поблагодарили.

На следующий день после пасхи, как только закончились уроки, мы с Юи опять посетили чайную лавку «Карамель».

— Выпьем за… - начал я.

— …За удачную пасхальную службу, - подхватила Юи.

— За успех! 

Мы деликатно звякнули чашками.

Я поднес чашку к губам; тонкий аромат чая щекотал нос. Мы с Юи одновременно выдохнули тёплым паром и расслабились.

— Спасибо, что пригласил меня, Наоми. Я очень хотела снова отведать вот тот ваталаппам.

 — Это «ваталаппаН».

Юи ничуть не смутилась, что ее поправили, щедро окунув ложкой фирменный шри-ланкийский пудинг и, укусив, зажала щёки от удовольствия, глаза сужались от блаженства.

— Ммм… так вкусно…!

Я отломил себе кусочек особенного чизкейка - фирменного блюда дня - легкая кислинка лимона, смешавшись с насыщенной сладостью сливочного сыра, вызвала у меня довольный вздох.

— Кстати, моя сестра так радуется: «Теперь можно урезать бюджет хора!» — сказал Наоми. — Так, может, продолжишь помогать хору?

— Если моя помощь понадобится - то я с радостью. На самом деле, я хочу петь еще больше - за все те разы, когда не могла.

Юи без колебаний кивнула, у неё расцвела мягкая улыбка.

После того, как она выступила на службе, я теперь по-настоящему перестал волноваться. Единственное, чего стоило опасаться - если кто-то из одноклассников узнает о её таланте; тогда её образ «Ледяной Принцессы» мог бы вспыхнуть с новой силой и привлечь еще больше внимания. Хотя, думая логически, наши одноклассники вряд ли пойдут на утреннюю службу, так что, пожалуй, всё в порядке.

Я заметил, как Юи стеснительно посмотрела в мою сторону.

— Что-то не так?

— Ээ… Наоми, можно попросить тебя об одолжении? 

Она покраснела, поиграла пальцами, стараясь не смотреть в глаза.

— Ну… это то, что можешь сделать только ты…

Пауза. Я сделал глоток и подождал еще немного.

— Благодаря тебе я снова могу петь перед людьми… но если можно, хоть иногда, я бы очень хотела снова выступать в церкви с тобой…

Она опустила голову и подняла глаза с щенячьей мольбой.

Оказалось, что в конце концов это была не какая-то грандиозная просьба. Я слегка разочаровался от раздувшегося ожидания, но ответил прямо:

— Конечно. В любое время. Я тоже хочу слышать твой голос чаще.

— Правда? Спасибо, я так счастлива.

Юи расплылась в застенчивой улыбке.

Честно говоря, я был бы рад слышать её пение хоть каждый день. Если это делает её счастливой - я готов слушать столько, сколько понадобится.

Она напевала себе под нос, расставляя посуду на стол, тянула мелодии во время мытья, а когда настроение было особенно хорошим, и вовсе срывалась на экспромт - вроде её «Песни о домашних делах». И всё это было чисто, ровно по интонации и ритму - одни лишь нотки и выражение - просто выдающийся талант.

“Вот как выглядит врожденный талант”, - подумал я.

Когда я делал ей комплименты, она стеснялась, но снова начинала петь - это было мило, и я стал просить её чаще исполнять что-нибудь, может, даже больше, чем следовало.

Разумеется, не все проблемы Юи были решены, но то, что она преодолела эту стену, буквально подняло ее самооценку. Мне казалось: с таким шагом вперёд ее будущее будет в порядке.

— Кстати, скоро “золотая неделя”. Поедешь домой, Наоми?

Спросила она, поднося чашку к губам.

— Пока никаких планов. Это хлопотно, да и дорога весьма дорогая. А ты?

— Еще ничего не планировала.

— Девчонки из класса не зовут тебя куда-нибудь?

— Зовут, но я отказалась. Мне всё ещё трудно находится с чужими людьми, кроме тебя… ну и…

Она прижала чашку обеими руками и взглянула на меня застенчиво:

— Сейчас я скорее хочу провести время с тобой, Наоми.

Тёплая улыбка, лёгкий смешок - всё это заставило меня покраснеть до кончиков ушей; я сделал большой глоток чая, чтобы прикрыть смущение.

— …Понимаю.

— …Да.

Мы ответили друг другу коротко и робко, оба с покрасневшими щеками.

Хотя я понимал, что она говорила это без какого либо флирта, я не мог не считать её очаровательной - и решил не корить себя за такие мысли. Раз уж скоро каникулы, было бы неплохо приготовить что-то более праздничное вместе - то, чего обычно не готовим. Эта мысль тихо порадовала меня.

— Эй, Наоми, можно мне кусочек твоего особенного чизкейка?

— Да, ешь, сколько хочешь.

Я пододвинул тарелку с тортом к ней, и она снова взяла вилку, поднесла кусочек ко рту и, сжимая щеки от удовольствия, съела его.

Эта искренняя улыбка была просто невыносимо мила, и, наблюдая, как она жует с таким счастьем, я не мог не испытывать тихую радость от того, что на какое-то время могу хранить эту милоту только для себя.

…

…

По дороге обратно из лавки.

Под закатным светом, отбрасывавшим длинные тени, мы с Юи шли рядом по торговой улице Башамичи.

— Я хотел угостить тебя сегодня, чтобы сказать спасибо… - начал я.

— Но это же было наше совместное празднование - было бы странно, если бы я позволила тебе оплатить весь чек, - парировала она, все еще недовольная моим желанием оплатить весь счет.

Я пытался успокоить Юи: это был её первый заработок в Японии, и она почти не тратилась на себя, так что я втайне надеялся, что она начнет тратится на свои прихоти.

— О, похоже тут какой-то фестиваль, - заметил я, увидев скопление людей по обе стороны улицы, и ткнул туда, чтобы отвлечь Юи, которая все еще дулась.

Над улицей висел баннер «Ярмарка ручной работы - открыто!», и вдоль дороги тянулись десятки палаток.

— Раз уж мы здесь… хочешь посмотреть? - спросил я.

— Хочу! Давай посмотрим.

Юи оживилась, глаза у неё загорелись.

Мы пошли от одного конца до другого и свернули в ряд киосков. На каждом столе аккуратно лежали товары: серебряные украшения, кожаные изделия, бижутерия из бисера, чехлы для телефонов, сборники фотографий, букеты - что хочешь, то там и продавалось.

Торжествовала живая атмосфера: продавцы-профессионалы и любители - общались с посетителями, музыка и разговоры наполняли воздух.

— Вау… всё это ручная работа? - удивилась Юи.

— Да. Гораздо круче, чем я ожидал.

Она с интересом осматривала прилавки, как ребёнок, вертя головой, а я шёл рядом и глядел на товары. Даже среди похожих вещей цены сильно варьировались: от дорогих уникальных изделий до дешёвых милых вещиц, которые по карману обычным школьникам. Вкупе с праздничной атмосферой даже просто оглядывать товары было приятно.

— …Ох.

Юи вдруг остановилась и склонилась над одним из столов. Я тоже замер и посмотрел туда, куда она смотрела: это был серебряный прилавок с украшениями.

— Тебе такое по вкусу? - спросил я.

— Не то, чтобы «по вкусу», — неуверенно ответила она, чуть улыбнувшись и отводя взгляд. — Но, может быть, немного…

Меня удивила её реакция - она выглядела неловко, а потом сзади раздался звонкий голос продавщицы.

— Ого, у тебя классная девушка! Как насчёт сувенира на память о сегодняшнем дне? Скидочку дам, если купите что-нибудь! - весело предложила коротко стриженная блондинка в кожаной куртке, махнув нам рукой.

Она выглядела хозяйкой лавки: на ней было серебро буквально везде: ожерелья, браслеты, кольца, серьги — настоящий рокерский стиль.

— Она не моя девушка, а просто подруга, - поспешил я уточнить.

— Ага, ясно. Извини! - продавщица отмахнулась и улыбнулась. Юи с нерешительной улыбкой всё-таки приглядывалась к ряду украшений.

Я подошёл ближе и глянул на товары. За яркой внешностью владелицы скрывались изящные вещи: сдержанные кольца, элегантные цепочки, тонкие браслеты. Такое, размышлял я, подошло бы Юи.

Я поймал её взгляд - она тайком посмотрела на меня, и тут же отвернулась, смущённо покраснев.

“Что-то явно не так…” - подумал я. Она продолжала краешком глаза поглядывать в мою сторону, явно нервничая.

Тогда продавщица подмигнула и протянула мне тонкий цепочный браслет.

— Как насчёт этого? Думаю, он тебе подойдет.

Цепочка состояла из маленьких прямоугольных звеньев, аккуратно отполированных; на подвижной застежке болтался один гранёный кристаллик, который ловил закат и преломлял свет на крошечные радуги. Даже я, далекий от украшений, понял - вещь смотрится стильно.

— Разве не будет хорошо смотреться на твоем парне? - кокетливо подтолкнула продавщица.

— Ээ… да, думаю, будет.

Юи взяла браслет в ладонь, долго на него глядела, затем снова посмотрела на меня тем же тревожным взглядом.

— Как думаешь, Наоми, будет хорошо смотрется? - спросила она тихо.

— Будет ли хорошо смотрется…? Хм… - протянул я, рассматривая браслет в её руках.

Стоил он всего две тысячи йен - вполне по карману школьникам. Я никогда не покупал себе украшений, но если бы взял что-то, то, наверное, в таком лаконичном стиле. Простой и минималистичный дизайн, который подошел бы любому, и я подумал, что Юи он особенно идёт, так что с согласием кивнул.

— Да, смотрится хорошо. Стильно и лаконично.

— Правда? Я тоже так думаю. Он точно подойдёт тебе, Наоми, - взволнованно кивнула Юи, может, даже излишне.

— Подожди, — смутился я, — я имел в виду, что он подойдёт тебе, Юи…

В этот момент продавщица вмешалась, подталкивая нас к зеркалу.

— Так почему бы тебе не примерить его на своем парне? У нас есть зеркало!

— Ээ… он же не мой парень… - виновато прошептала Юи.

— Это все детали! Давайте, не стесняйтесь - сделайте это ради забавы.

Юи бросила мне умоляющий взгляд: «Наоми, можно?» Я кивнул - у меня не было причин отказывать. Я протянул левую руку. Юи ловко расстегнула застежку и аккуратно обвила цепочку вокруг моего запястья.

— Когда занимаешься подобным - реально чувствуешь себя, как парочка. Немного неловко.

— Ну да, как-то так, - ответил я.

Мы неловко рассмеялись. Юи застегнула браслет, оставив небольшой люфт для удобства.

— Вот как ощущается браслет, - сказал я, пошевелив рукой и почувствовав непривычное ощущение на запястье.

Он оказался легче, чем я ожидал, и почти не ощущался. Серебро не выделялось слишком сильно, а едва заметный аксессуар на руке смотрелся куда лучше, чем я думал.

— Да. Он тебе очень идёт, Наоми, - тепло сказала Юи.

Юи сложила руки вместе и кивнула, сияя улыбкой.

Даже глядя в зеркало, я толком не понимал, идёт ли мне браслет или нет, но услышав её слова, я почувствовал, что это совсем не так уж и плохо.

— Я возьму этот, пожалуйста.

— …Что?!

Я повернулся к Юи, начав удивленно сверлить ее глазами.

Юи слегка покраснела и мягко улыбнулась, кивнув.

— Это особенный подарок для Наоми. Раз уж я не смогла угостить тебя раньше.

— Подожди, подожди, Юи, это же твои первые заработанные деньги. Ты должна потратить их на что-то для себя…

— Нет. Потому что это не просто подарок.

Юи перебила меня твердым, ясным голосом.

— Это первые деньги, которые я заработала в Японии. Я хочу потратить их на что то особенное для тебя, Наоми.

— Юи…

— Я смогла снова петь благодаря тебе, и я заработала эти деньги благодаря этому. Так что если я хочу потратить их на самое важное для меня - это нормально… ведь так?

Вечернее солнце окутало её, когда она посмотрела на меня, слегка сужая глаза. Та улыбка, которую она демонстрировала только со мной, теперь в теплом оранжевом свете казалась ещё более нежной и красивой.

— И к тому же… если это просто мое эгоистичное желание - тогда это нормально, правда?

Юи игриво повторила мои слова, смягчая момент.

— …Ты поймала меня. Я не имею права сказать тебе “нет”.

Я почесал кончик носа и сдался, тихо рассмеявшись. Юи в ответ мило хихикнула.

— В таком случае…

Я указал на другой браслет и обратился к продавщице:

— …А я возьму этот.

Это была женская версия того же дизайна - чуть тоньше, и стояла рядом с браслетом, что теперь был на моём запястье.

Юи удивленно подняла на меня глаза.

— Я подумал, что он подойдёт и тебе. И… я тоже хотел для тебя сделать подарок.

— Но… я же ничего не сделала, чтобы заслужить подарок от тебя, Наоми…

Юи махнула руками, смущенная, пытаясь отказаться, но я наклонился, чтобы остановить её.

— Дело не в благодарности. Я просто подумал… если однажды ты посмотришь на эту вещь - ты вспомнишь: «Если я пережила тот момент, значит, смогу справится с чем угодно».

— Наоми…

Её большие голубые глаза слегка расширились, губы сжались, взгляд опустился, будто она была в сомнении.

— …Это так нечестно. Если ты говоришь нечто подобное… как я могу сказать «нет»?

Даже под уходящим солнечным светом я видел, как её щёки покраснели. Она крепко сжала руки на груди и отвечала с наигранной обидой.

— Ты не хочешь этот подарок?

Я спросил, а она покачала головой, не поднимая взгляд.

— Я точно хочу… Мне очень, очень приятно.

— Тогда решено.

— …Да. Спасибо.

Юи медленно подняла голову и подарила мне слёзно-робкую улыбку. А я ответил своей довольной.

Продавщица, наблюдавшая за нами с улыбкой, протянула браслет, который я выбрал.

— Ну что же, вот, для молодого человека - держите.

Я слегка поклонился, улавливая её интонацию, и взял подходящий браслет. Повернувшись к Юи:

— Юи. Протяни мне свою руку.

— …Хорошо.

Она тихо кивнула и протянула левую руку. Я аккуратно надел браслет на ее тонкое запястье и застегнул застежку.

Мягкое серебро идеально сочеталось с её светлой кожей, а кристалл на конце застежки переливался радугой под закатным светом.

— Спасибо. Буду хранить его.

Юи мягко провела пальцами по браслету, словно касаясь драгоценного сокровища, глаза сужались от нежности. Её улыбка казалась ещё более близкой к слезам, чем раньше.

— Да… я тоже буду хранить его.

Я понял, что, вероятно, мое лицо сейчас такое же мягкое и открытое, как и у неё, но это не имело значения. Больше всего я просто хотел продолжать смотреть на её улыбку. Не отводя глаз, мы оба улыбались сквозь смущение.

— Тогда счёт, пожалуйста.

— Я тоже заплачу. Спасибо.

После того, как мы расплатились, продавщица любезно дала нам в подарок ткань для полировки серебра, и мы покинули прилавок.

Когда мы шли по Башамичи на закате, Юи подняла левую руку к уходящему солнцу, улыбаясь, пока браслет сверкал на свету. Она обернулась к Наоми с этой радостной улыбкой.

— Эй, давай сфотографируемся. С нашими парными браслетами. Так, держи руку рядом.

— Отлично, я согласен.

По предложению Юи я открыл камеру на телефоне. Она приложила свою бледную, стройную руку рядом с моей. Наши одинаковые цепочные браслеты блестели в теплом, оранжевом, вечернем свете.

— Готово, снимаю.

Щелкнул “затвор”, запечатлев наши руки рядом, украшенные одинаковыми браслетами.

Две кристаллических подвески на наших тенях отражали закат всеми цветами радуги - момент был прекрасен, идеально пойманный на фото.

— Вау… как красиво. Какая чудесная фотография.

Юи с любовью разглядывала снимок на экране, слегка покачивая браслет на левой руке с выражением радости.

— Спасибо, Наоми. Я правда не знаю, как тебя можно отблагодарить.

Она тихо рассмеялась, бросив мне тёплую, мягкую улыбку.

Окутанная светом заходящего солнца, улыбка Юи больше не несла той хрупкости и теней, что были раньше. Просто видеть её такой, понимая, что я помог сохранить эту улыбку, снова и снова наполняло грудь теплом.

— Я должен быть тем, кто говорит спасибо, Юи.

— Я не думаю, что сделала что-то, чтобы заслужить твою благодарность, Наоми…

— Сделала. Просто ты пока этого не понимаешь.

— Хех, что это значит?

Юи улыбнулась, забавляясь моей расплывчатой фразой.

Жизнь уже была насыщенной: готовка, дела, чтение по выходным. Но с тех пор, как Юи стала проводить время со мной, она стала ещё ярче.

Она с радостью ела приготовленные мною блюда, мы болтали ни о чём, и она показывала мне такие стороны себя, которые никто другой не видел - шалости, улыбки, настоящую радость. Эти моменты делали жизнь гораздо красочнее, чем прежде.

Я вложил все эти мысли в свои слова и поблагодарил её.

— Ладно. Что хочешь на ужин сегодня? Я приготовлю что угодно для тебя.

— О! Можно приготовить фирменный карри от Наоми? Я могу помочь, и мне очень хочется готовить вместе с тобой.

— Тогда, может, я немного побалую тебя и куплю хорошую говядину.

— Да, давай. Можно уж и полностью отдаться делу.

Улыбка Юи была настолько полна счастья, что заражала им. Я тоже улыбнулся, повторяя её улыбку, пока мы шли бок о бок.

Наблюдая, как она тихо любуется своим браслетом, снова и снова улыбаясь, я решил, что сегодня вечером приготовлю для неё ещё и десерт.

◇ ◇ ◇

На следующее утро.

Когда Наоми вошёл в класс, Кей уже сидел, склонившись над партой. Как только он заметил Наоми, поднял руку в приветствии, потер сонные глаза и громко зевнул.

— Ты всегда полусонный в начале недели, да, Кей?

— Бедность и занятость - вот моя жизнь.

Кей пробормотал это, потягиваясь и снова зевнув, а Юи вошла через несколько мгновений после Наоми и тихо села рядом с ним.

Затем, мельком взглянув на Наоми, она кивнула и тихо произнесла равнодушное приветствие.

— Доброе утро.

— Утречка.

Наоми ответил лишь одним словом, а Юи достала телефон и начала пролистывать его изящными пальцами.

Кей, наблюдая за их привычным словесным обменом, вздохнул и пожал плечами.

— Всё тот же холод. И это после того, как леди Вильерс даже попыталась тебя поприветствовать.

— Ничего страшного. Не все обладают таким уровнем социальных навыков, как у тебя.

— Верно. Если бы Наоми вдруг начал вести себя как влюблённый - это было бы странно, да, леди Вильерс?

Кей развернул свой поток мыслей к ней. Сквозь волосы Юи лишь мельком взглянула на него глазами, прежде чем снова сосредоточиться на телефоне.

— Согласна. Было бы странно.

— Вау, леди Вильерс проявляет к тебе ещё меньше привязанности, чем ты к ней, Наоми.

Кей громко засмеялся, но Юи не обратила на него внимания, продолжая пролистывать телефон с холодной сдержанностью, которая соответствовала её прозвищу - уединенная “Ледяная Принцесса”.

— Нам и так нормально.

Наоми удовлетворенно ответил, а Кей мог лишь развести руками с раздражением.

Когда солнечные лучи проникли в окно, они зацепили край рукава Юи, и кристальная подвеска на её серебряном браслете на мгновение заиграла всеми цветами радуги.

Наоми аккуратно поправил рукав своего пиджака, и парный браслет сдвинулся вместе с движением, слегка касаясь его запястья.

Юи, заметив это краем глаза, позволила на губах появиться лёгкой улыбке, прежде чем повернуть лицо к окну, чтобы скрыть её.

Эта мягкая, милая сторона Юи - никто здесь её не знал. Секрет ощущался как щекочущее тепло в груди, и прежде чем я успел остановиться - вырвался тихий смех.