На следующее утро после нашей первой годовщины.

Начался первый учебный день для нас с Юи в качестве третьегодок старшей школы.

Как обычно, мы не афишировали наши отношения в школе. Поэтому я вышел из дома чуть позже неё и, когда прибыл, увидел толпу, собравшуюся у шкафчиков для обуви, где вывесили списки новых классов.

Поскольку наша академия — это, по сути, подготовительная школа, ученики делятся на две категории: специальные продвинутые классы для тех, кто метит в топовые университеты, и обычные классы. Из-за нашего статуса — Юи как иностранная студентка, а я как стипендиат — нас автоматически определили в продвинутую группу.

Продвинутых классов было всего два, и, поскольку обстановка там была заточена на учёбу, составы групп менялись редко.

И всё же не было стопроцентной гарантии, что мы с Юи снова окажемся в одном классе. Иногда бывали переводы из обычных классов или небольшие перетасовки.

Хотя мы не вели себя в школе как парочка — и нас даже не считали особо близкими — я всё равно надеялся, что последний школьный год мы будем вместе.

Пожалуйста, пусть мы будем с Юи в одном классе...

Безмолвно молясь богу, в которого даже не верил, я немного нервно приблизился к списку. В этот момент Юи, вышедшая из дома чуть раньше, подошла к списку с другой стороны.

— Доброе утро, Катагири-сан.

— А, утра.

Мы обменялись обычными короткими приветствиями, Юи с её неизменным образом холодной «Кудереллы», который, несмотря на всё, до сих пор казался мне немного непривычным, и мы оба уставились в списки.

Никто бы не подумал, что прошлой ночью мы заснули, держась за руки. Атмосфера была такой же официальной, как если бы мы были незнакомцами — но я решил не зацикливаться и начал просматривать список с первого класса.

Вскоре я нашёл имя «Катагири Наоми» в разделе на «К».

— Фух…

Я на миг закрыл глаза и глубоко вздохнул, затем перешёл к разделу на «В».

Яно, Ямагути, Ямада… Я проверил каждое имя по очереди, пока не почувствовал, как кто-то тянет меня за рукав.

Подняв взгляд, я увидел Юи, которая чуть заметно улыбалась, и её обычно холодное выражение лица смягчилось.

Я снова взглянул на список: сразу после моей фамилии значилось «Юи Элия Вильерс».

Выдохнув с облегчением, я сжал кулак и наконец расслабился. Повернувшись к Юи, я не смог сдержать улыбки.

— Похоже, мы снова в одном классе. Хорошего нам года.

— Да. Я с нетерпением жду этого.

Мы оба кивнули, вложив в эти несколько слов всю нашу радость, и направились к новому классу бок о бок.

Как только я вошёл в комнату вслед за Юи, чьи-то тонкие руки крепко обхватили её сбоку.

— Юи-тян, мы снова в одном классе в этом году! Давай отлично проведём время!

— Синдзё-сан. Я тоже с нетерпением жду совместной учёбы.

Как всегда, слова Синдзё Хины были неформальными и игривыми. Её большие, с поволокой глаза довольно сощурились, пока она обнимала Юи.

— Катагири-сенсей, давай и ты хорошо проводи этот год~

Всё ещё обнимая Юи, Хина повернулась ко мне и подмигнула, показав двумя пальцами знак «мира» и игриво усмехнувшись.

— Взаимно. Постараемся.

Я поднял руку в ответном приветствии, но тут же почувствовал, как кто-то хлопает меня по плечу сзади.

— Йо, Наоми. Похоже, мы снова в одном классе и на третьем году.

— Значит, вместе уже три года, Кей? Мы и правда давно одноклассники.

Я стукнулся кулаком с Кей Судзумори, который протянул руку, как всегда. Мы были вместе с первого года.

Оглядев класс, я увидел, что по сравнению с прошлым годом состав почти не изменился. Видеть так много знакомых лиц — включая тех, с кем мы с Юи хорошо ладили — было, честно говоря, облегчением.

— На-а-а-а-чан, до-о-оброе утро! Я снова буду вашим классным руководителем в последний год старшей школы! Давайте веселиться!

Голос громче и энергичнее, чем у любого из одноклассников, обрушился мне на спину — голос, который я знал с детства.

— Мы в школе, Касуми-сенсей…

— Ах да, точно! Упс! Ладно, неважно! В общем, все, пора идти в часовню на церемонию открытия!

Как всегда, моя чересчур беспечная двоюродная сестра, Катагири Касуми, с хохотом погнала класс к выходу.

И вот так начался последний год нашей школьной жизни.

✧･ﾟ: *✧･ﾟ:* *:･ﾟ✧*:･ﾟ✧

После церемонии открытия в часовне мы вернулись в класс, где Касуми начала делиться ближайшими объявлениями на классном часе.

—Я знаю, у каждого из вас свои планы на будущее, но это ваш последний год в школе — так что убедитесь, что не пожалеете ни о чём, хорошо? Особенно девушкам, которые метят в женские университеты — позвольте дать вам совет как старшая по курсу. Если относиться к жизни легкомысленно, вы вообще никого не встретите, серьёзно! Не упускайте свои шансы, выжидая и строя из себя недотрог. Не думайте, что эти шансы будут появляться снова и снова! Понятно!? Я абсолютно серьезна!!

После того как Касуми закончила свою страстную тираду о нехватке мужского внимания, сопроводив её сжатым кулаком, классный час закончился, и всех отпустили. [Прим. Микаэля: как говорил Хикигая Хачиман: "Женитесь уже кто-нибдуь на ней!"]

Так как это был первый день после каникул, многие одноклассники остались поболтать вместо того, чтобы идти домой. Сидя лицом к доске, я заметил, как Кей, занявший место передо мной, повернулся и заговорил шёпотом:

— Насчёт сегодняшнего вечера — полседьмого нормально?

— Ага. Я беру на себя ужин, так что рассчитываю на тебя.

— Ладно, я и Минато сообщу.

Кей энергично кивнул, подняв большой палец с довольной ухмылкой.

— Всё не могу поверить, что это ты всё организовал.

— Ага, я и сам удивляюсь, как я изменился за год.

— Изменился, значит. Ладно, до вечера.

Он рассмеялся своей привычной дружелюбной улыбкой, перекинул сумку через плечо и вышел из класса.

Как только он ушёл, Юи подошла к моей парте и протянула лист бумаги.

— Катагири-сенсей попросила передать это и вам тоже, Катагири-сан.

— От старшей сестры?

Я взял распечатку и прочёл заголовок: «Касательно волонтёрской деятельности при церкви для третьеклассников».

Поскольку подработки в академии были в целом запрещены, нам с Юи разрешали заниматься одобренной школой волонтёрской работой, что было своего рода лазейкой.

В основном наша работа заключалась в помощи при проведении церковных служб. Короче говоря, распечатка была вежливым способом сообщить нам, что раз мы теперь третьеклассники, то должны сосредоточиться на учёбе и подготовке к вступительным экзаменам в университет, как и подобает ученикам подготовительной школы.

— Это значит, что третьеклассники больше не будут много работать?

— Официально — да. Всё-таки подготовительная школа.

По правде говоря, мы с Юи были единственными активными волонтёрами, и в группе всегда не хватало рук. Они, вероятно, были бы рады помощи, но с точки зрения школы, нельзя было оправдать отвлечение учеников от учёбы ради этого.

— Говорят, у тебя хорошие шансы на рекомендацию в профильный вуз. Если с планами на колледж всё решено, то проблем быть не должно.

— Я надеялась использовать время, которое обычно трачу на учёбу, чтобы помогать с детскими мероприятиями в церкви, так что это было бы замечательно.

Юи тихонько вздохнула с облегчением.

Она решила пойти по стопам матери и получить педагогическое образование, так что помощь с детскими праздниками и церковными фестивалями была бы идеальной подготовкой к её будущей профессии.

Видя, как Юи вот так делает шаги к своей мечте… мне, как её парню, становится очень радостно.

Пока мы разговаривали, я заметил двух девушек позади Юи, которые нервно наблюдали за нами.

Судя по незнакомым лицам, это были, вероятно, новые одноклассницы из обычного потока. Ни у меня, ни у Юи не было с ними никаких личных связей.

— Что-то случилось?

— Ах…! Извините, ничего такого, просто…

— Эм, мы хотели спросить кое-что у Вильерс-сан…

Когда я заговорил с ними, они немного неловко засуетились.

Они всё подталкивали друг друга, чтобы одна начала первой, и наконец, набравшись смелости, подняли глаза на Юи.

— Что именно?

Юи слегка склонила голову, глядя с недоумением, пока девушки смотрели на неё широко распахнутыми, полными волнения глазами.

Затем одна из них достала из сумки журнал и раскрыла его, показывая нам.

— Это ведь вы… да, Вильерс-сан?

Как только наш взгляд упал на страницу, мы с Юи переглянулись. Журнал был слишком знаком.

На развороте красовался броский заголовок: «Специальный репортаж: Японские кимоно!»

Две девушки, изображённые на центральной фотографии, были безошибочно узнаваемы — Юи и София.

— Д-да…? Эм… Наверное, это… похоже на меня… да…?

Глаза Юи отчаянно заметались, пытаясь уйти от ответа, а на лице появилась редкая для неё неловкая улыбка.

Но Юи в журнале — даже с лёгким макияжем — была явно ею.

Не говоря уже о том, что они обратились к ней, уже будучи уверенными, что это она. Отвертеться не было никакой возможности, особенно учитывая, как оживлённо обе девушки подались вперёд.

— Так вы же младшая сестра Софии, Вильерс-сан!? Это же потрясающе — работать моделями вместе с сестрой!

—Вы такая милая, Вильерс-сан, это неудивительно!

Пока они взволнованно пищали, оставшиеся в классе одноклассники начали оборачиваться.

От внезапного внимания глаза Юи расширились, лицо залилось краской, и она явно занервничала.

Что ж, София была моделью с мировым именем, так что неудивительно, что даже в нашей школе найдутся её фанатки.

И раз уж они засветились вместе в журнале, такая ситуация была лишь вопросом времени.

Надо было раньше подумать об этом…

— А вы знаете других моделей из окружения Софии!?

— Можно я возьму автограф, пока есть шанс!?

— Э-э…! В тот раз я просто помогала по просьбе… Это была не официальная работа или что-то в этом роде…!

Юи повернулась ко мне с видом полного отчаяния.

Пока она безмолвно молила о помощи, я лихорадочно соображал, как лучше поступить, чтобы не сделать хуже.

Но тут обе девушки обратили свои улыбки и на меня.

— Катагири-кун, вы что, менеджер Вильерс-сан или что-то вроде?

— А? Менеджер?

— Ну, вы же тоже были на фото, правда?

— Я? На фото?

Я моргнул в замешательстве от их возбуждённых голосов.

Да, я был там в тот день.

Но я просто наблюдал за съёмкой со стороны. И, получив экземпляр журнала на память, я тайком пересматривал его десятки раз — так что был уверен, что меня нет ни на одном снимке.

— Эм, смотрите — вот.

Они показали мне экран своего телефона с аккаунтом журнала в соцсети.

Это был кадр со съёмок того дня, «закулисье», где были Юи и София.

И там был я — чётко видимый на заднем плане, как на ладони.

— Ага… это… явно я, да…?

Прямо как Юи минуту назад, я почувствовал, как на моём лице расплывается неловкая улыбка, а глаза забегали.

Вместо того чтобы выручить Юи, я сам попал в ту же ловушку.

Юи, на грани паники и еле сдерживая слёзы, взглянула на меня своим обычным холодным выражением лица — едва держась.

Тем временем девушки перед нами сияли от любопытства, совершенно не замечая нашего смятения.

Всё плохо. Очень плохо.

Ни я, ни Юи не были достаточно ловкими, чтобы придумать какое-то хитрое оправдание на ходу.

…Хотя, стоп. А с чего мы вообще решили скрывать наши отношения от всех?

Эта мысль внезапно пришла мне в голову.

Когда мы только начали вместе обедать у меня, это я предложил держать всё в секрете. Я не хотел подвергать Юи любопытным взглядам и расспросам.

Но это было тогда.

Сейчас мы с Юи встречаемся уже полгода.

Тогда мы и сами были не до конца уверены — настолько, что даже не думали, как объяснять это другим.

Но сейчас… в моих чувствах к Юи нет ничего постыдного или неловкого.

Я могу сказать это где угодно и кому угодно: я люблю Юи.

И если это привлечёт внимание, значит, я просто буду защищать её от него.

…Хм. Почему сейчас это кажется таким простым?

Как только я осознал это, я не мог не рассмеяться над тем, как отчаянно пытался найти выход минуту назад.

— Нао… эм, Катагири-сан?

Юи склонила голову, явно сбитая с толку и всё больше нервничая.

Поэтому я посмотрел ей прямо в глаза и спросил:

— Юи, ничего, если я расскажу им о нас?

— О… нас?

Я быстро набрал сообщение в телефоне: «Чтобы ни случилось, я тебя защищу».

Когда Юи увидела его, она на мгновение удивилась, но затем твёрдо и понимающе кивнула мне.

С её молчаливого согласия я глубоко вздохнул и повернулся к девушкам.

— Юи тогда согласилась на съёмку только потому, что её попросила сестра. А я просто пошёл с ней за компанию, потому что волновался, что она пойдёт одна.

— Согласилась?

— За компанию?

Они одновременно склонили головы и перевели взгляд на Юи.

Юи, всё ещё немного смущённая, кивнула в знак согласия со мной.

И тогда я сказал это. Максимально чётко и уверенно.

— Мы встречаемся.

— «Ч-чего…?»

Обе девушки захлопали глазами, потом прикрыли рты руками и переглянулись в неверии.

По классу прокатился вздох — оставшиеся одноклассники замерли, глядя на нас.

Рядом со мной Юи густо покраснела и прикусила губу, прежде чем застенчиво кивнуть.

— …Да. Мы с Катагири-саном встречаемся.

Она наконец произнесла это вслух в школе.

Даже уши у неё покраснели под распущенными волосами, пока она смущённо хмурила брови.

А я? Я тоже покраснел, но стоял прямо, не отводя взгляда.

Потому что настолько сильны были мои чувства к Юи.

Я смотрел прямо на двух девушек передо мной, и тут они внезапно отвели глаза, выглядя при этом скорее неловко, чем удивлённо.

А затем одна из них пробормотала едва слышным голосом, крайне смущаясь:

— Извините, просто… мы, типа, уже знали об этом…

— «……Чего?»

Мы с Юи выдохнули это дуэтом, ошарашенные.

Когда мы повернулись к одноклассникам, всё ещё наблюдавшим за нами, те слабо, но согласно кивнули.

— Ну… мы видели, какие вы смотрите друг на друга по дороге из школы…

— И даже в школе видно, что вы живёте в своём собственном мире…

— Но вы как бы пытались это скрыть…

— Вот мы и решили, что лучше не поднимать эту тему…

Остальные одноклассники вокруг энергично закивали в знак согласия.

Мы с Юи посмотрели друг на друга пустыми, непонимающими глазами.

Охваченные невероятно неловким чувством, повисшим в воздухе, мы оба рефлекторно закрыли пылающие лица руками.

Так вот что значит «провалиться сквозь землю от стыда»…

Я готовился к такому драматическому, серьёзному признанию — и полностью провалился.

Это был, без сомнения, самый неловкий момент в моей жизни. Я прижал горящее лицо ещё сильнее, словно надеясь остудить его.

Юи рядом со мной уткнулась головой в парту и молчала.

— Катагири-кун, Вильерс-сан… простите нас…

— Мы не думали, что всё выйдет… так неловко…

— Нет… это не ваша вина. Так что не извиняйтесь…

Юи даже не шелохнулась, так что мне пришлось выдавить эти слова за нас обоих. Девушки и остальные одноклассники, почувствовав необходимость ретироваться, тихо покинули класс.

— Я серьёзно не думал, что они все уже знают…

— Ага… похоже, знали действительно все…

Позже, когда мы оба немного отошли и вышли из школы вместе, мы брели рядом, всё ещё неся в себе эмоциональные потери.

Потом Юи тихо заговорила:

— Но теперь… нам не нужно это скрывать, да?

— Ага. Если это и так было всем очевидно, может, открытость всем облегчит жизнь.

Когда я с кривой улыбкой взглянул на Юи, она ответила мне такой же — такой же смущённой.

— Так что… с сегодняшнего дня давай ходить в школу и из школы как настоящая пара.

— Ага!

Когда я протянул руку, Юи взяла её, и мы оба, смущённо улыбаясь, пошли по знакомому маршруту домой.

Даже когда мы проходили мимо других учеников, возвращавшихся домой, нам больше не было дела до их взглядов или перешёптываний. Держась за руки, как пара, мы просто смеялись вместе, идя по улице.

Мы с Юи… и правда так сильно изменились за год…

Ровно год назад сегодня Юи перевелась в мой класс. Тогда я и представить себе не мог, что мы будем вот так идти домой. Никогда бы не подумал, что буду с кем-то, кто значит для меня так много.

Но сейчас я был просто счастлив, что могу проводить последний год старшей школы открыто, вместе с ней.

Учёба, прогулки домой, перемены и уроки—

Я был просто счастлив делить всё это время с ней, будучи её парнем.

—Но мы всё равно должны вести себя прилично, хорошо?

—Если ты будешь меня останавливать, когда меня заносит…

Когда Юи, застенчиво отвернувшись, пробормотала это, я не смог сдержать смех — а она надула щёки, а потом рассмеялась вместе со мной.

✧･ﾟ: *✧･ﾟ:* *:･ﾟ✧*:･ﾟ✧

—Ладно, я зайду к тебе позже, Наоми.

—Ага, я приготовлю ужин и буду ждать.

В коридоре квартиры мы расстались, помахав друг другу, и Юи зашла в свою квартиру.

Так как учёба сегодня закончилась в полдень, мы перекусили вне дома и отправились по домам.

Юи вернулась к себе заниматься делами и готовиться, а я зашёл к себе и переоделся из формы. Потом открыл холодильник.

Достав ингредиенты, купленные заранее, и разложив их на кухонной стойке, я взглянул на часы в телефоне. Был примерно час дня.

Судя по прошлому опыту, Юи, скорее всего, закончит свои дела и придёт около шести.

Значит, у меня есть около пяти часов.

За это время я приготовлю ужин — и ещё одно блюдо в качестве сюрприза.

Я пересмотрел рецепт и рассчитал время подготовки и готовки.

— Отлично. Времени полно.

Шёпотом подбодрив себя, я приступил к делу, предвкушая, какое лицо будет у Юи.

От лица Юи

Я вернулась к себе, закончила со стиркой и уборкой, и проверила телефон. Было шесть часов.

За окном уже село солнце и стемнело.

Я задёрнула шторы, взяла запасной ключ от комнаты Наоми, выключила свет и вышла.

— Прости, Наоми. Я немного задержалась.

— Ничего страшного. Даже идеально по времени.

Когда я открыла запасным ключом дверь кваритры Наоми, он поднял взгляд от кухни.

Я заметила, как он смешивает в миске муку и картофельный крахмал, и сразу всё поняла.

— Подожди, мы сегодня едим караагэ?

— Верно. Готовлю много, чтобы ты могла есть сколько захочешь.

Наоми мягко улыбнулся и кивнул.

Он не говорил мне, что сегодня в меню, и, услышав, что это моё любимое караагэ, моё сердце подпрыгнуло от радости.

Напевая под нос свою импровизированную песню про караагэ (сегодняшняя версия была в стиле госпел), я повесила свой запасной ключ на крючок, который Наоми сделал для нас.

Я легонько стукнула своим ключом по ключу Наоми, висящему рядом, и их мягкий звон был необъяснимо приятен.

Этот красивый звук каждый раз заставлял меня улыбаться.

— Тебе правда так нравится этот звук, да?

— Ага, обожаю. Эхе-хе.

Я кивнула Наоми, который тепло улыбался мне, и сама не скрывала улыбки.

— Юи, можешь посидеть вот здесь на минуточку?

Он указал на подушку перед низким столиком.

— Здесь?

Я послушно опустилась на колени и села.

— А теперь закрой глаза.

— Глаза? Вот так?

Я сделала, как просил Наоми, и закрыла глаза.

— Не открывай, пока я не скажу, хорошо?

Он удовлетворённо потрепал меня по голове, и я услышала, как его шаги удаляются в сторону кухни.

…Что это?

Мою грудь наполнило волнение от этой незнакомой ситуации.

Похоже на какой-то сюрприз, но я понятия не имела, что это может быть.

Может, когда я открою глаза, весь стол будет уставлен караагэ…?

Но если бы так, я бы уже учуяла запах чеснока и масла, как только вошла…

Пока я напряжённо размышляла, я услышала, как Наоми открыл холодильник и что-то достал.

— М-м… а долго мне ещё так сидеть?

— Ещё чуть-чуть.

Беззаботный ответ Наоми только усилил странное чувство тревоги, закипавшее внутри.

Я знала, что он пытается сделать мне приятно.

Я знала это, но…

Его шаги приблизились, и я услышала, как что-то поставили на стол передо мной.

А потом — щёлк — погас свет.

— Прости за ожидание. Можешь открывать глаза.

— Д-да…

Теперь, когда мне сказали открыть, я вдруг занервничала. Я медленно открыла глаза.

И увидела на столе бесчисленное множество маленьких огоньков, мягко мерцающих.

— А…?

В тусклой комнате, освещённой лишь свечами, стоял редкий чизкейк диаметром около двадцати сантиметров.

В воткнутые в торт восемнадцать тонких свечей, а в центре была шоколадная табличка с надписью: «С Днём Рождения, Юи».

— П-почему…?

Мой разум опустел — это было то, чего я совершенно не ожидала.

За мягко колышущимся пламенем свечей Наоми мягко улыбался мне.

— …Ты знал, что у меня сегодня день рождения…?

— Я видел в твоей анкете для работы в церкви. К тому времени, как мы сблизились, твой день рождения уже прошёл, так что я подумал, что в этом году сделаю тебе сюрприз.

Наоми усмехнулся, как ребёнок, которому удалась шалость.

— Нао… ми…

В тот миг, когда я увидела эту улыбку, слёзы брызнули из глаз, прежде чем я успела их остановить.

Мгновение спустя всё поплыло перед глазами, к горлу подкатил комок, и всхлип вырвался наружу, прежде чем я смогла его сдержать. Моё лицо само собой сморщилось.

— Ю-Юи…!?

— П-прости…! Всё нормально…! Правда нормально, так что…!

Я закрыла лицо руками, съёжившись, словно пытаясь спрятаться от Наоми.

Но даже так я не могла остановить тихие всхлипы, которые продолжали вырываться из горла.

Наоми заглядывал мне в лицо с обеспокоенным видом, но даже когда я пыталась улыбнуться, у меня это плохо получалось.

— Такого…! Со мной такого не было с тех пор… с тех пор, как мама была рядом, так что я просто… это застало меня врасплох…! Я счастлива… правда счастлива, но… прости…! Прости-и-и…! У-у-у-у…!

Для меня дни рождения были просто очередным днём, который приходит и уходит.

После того как меня разлучили с матерью, семья Вильерс — которая держалась от меня на расстоянии — конечно, не праздновала их. Я и Софии не говорила, потому что не хотела создавать ей лишних трудностей.

Так что я, честно говоря, и не помнила собственный день рождения.

— П-прости… Наоми…! Д-дай мне минуту…! У-у-у-у…!

— …Всё хорошо. Просто побудь так.

Наоми сел рядом со мной, пока я пыталась сдержать рыдания, и мягко притянул меня в уютные объятия.

— Ты так долго держалась молодцом. Я знаю. Тебе больше не нужно извиняться.

— У-у-у… Наоми…!

Я уткнулась лицом в грудь Наоми, вцепившись в его рубашку.

Его сильные руки обхватили мою спину, мягко поглаживая, словно успокаивая младенца.

Его спокойный голос мягко звучал у моего уха.

— Отныне каждый год в день, когда ты родилась, я буду его праздновать. Так что… спасибо тебе за то, что ты родилась, Юи.

— Наоми…! У-у… фе-е… уа-а-а-а…!!

Услышать такое… я больше не могла сдерживаться.

Все чувства, которые я держала в себе, вырвались из груди наружу слезами и рыданиями.

Плача, как ребёнок, не сдерживаясь, я сморщила лицо и зарыдала в голос, пока Наоми держал меня и продолжал мягко поглаживать по спине без тени раздражения.

— Мне столько пришлось пережить…! Было так трудно, но… но я правда рада, что не сдалась…! Я так рада, что продолжала идти…! А-а-а-а—!!

[Прим. Микаэля: а я-то чего плачу...]

Словно плотину внутри прорвало — слёзы было не остановить.

Наоми успокаивал боль, о которой я даже не подозревала, что запрятала глубоко внутри.

Боль, которую я давным-давно задвинула подальше, убеждая себя, что это уже не важно. Он нежно обнял меня и вытащил ту спрятанную часть меня обратно на свет.

— Ты так хорошо держалась всё это время. Но теперь я здесь. Так что всё хорошо.

— Я т-так тебя люблю…! Правда-правда люблю…! У-у-у… уа-а-а… Наоми…! Я так тебя люблю, Наоми!!

Я обняла Наоми в ответ изо всех сил, не заботясь о том, как ужасно выгляжу с залитым слезами лицом, и прижалась щекой к его щеке.

Ах… мне правда так повезло.

Быть любимой так сильно. Быть такой ценной для кого-то.

Я хочу прожить всю оставшуюся жизнь рядом с ним.

Я хочу продолжать жить ради него.

Переполненная любовью, которую едва могла сдержать, я обхватила Наоми за спину и выкрикивала это, уже ничуть не сдерживаясь.

Наоми крепко обнял меня в ответ, и вдруг я услышала, как он тихо ахнул у моего уха: —Ах—, а потом — щёлк — свет внезапно зажёгся, и комната озарилась.

— …Фе?

Подняв мокрое от слёз лицо, я застыла — так же, как и Наоми.

У входа в комнату стоял Судзумори-сан с виноватой улыбкой, его палец всё ещё лежал на выключателе, а рядом с ним — Минато-сан с раздражённым видом.

— Эм… простите, кажется, мы не вовремя… А-ха-ха…

— Мы пришли в назначенное время. Чем это вы тут, чёрт возьми, занимаетесь…?

Они оба тяжело вздохнули, плечи их поникли.

— М-Минато-сан…? Подождите, что значит «в назначенное время»…?

— Наоми пригласил меня на день рождения Юи, но… вау, Юи, ну и рожица у тебя.

Минато-сан рассмеялась, приподняв принесённый с собой подарок.

Я перевела ошеломлённый взгляд на Наоми, который с виноватой улыбкой почесал щёку.

— Ага, я хотел сделать сюрприз… Прости.

— Дай угадаю — Наоми опять сказал какую-то суперсопливую и проникновенную фигню, да?

— Чтобы заставить Вильерс плакать от счастья… он, должно быть, сказал что-то действительно из ряда вон.

Судзумори-сан рассмеялся легкомысленно, как обычно.

Наконец осознав, что происходит, я поспешно отстранилась от Наоми.

Моё распухшее от слёз красное лицо теперь пылало жаром уже по другой причине.

— Ну, мы тогда пойдём потусуемся в магазинчике или типа того.

— Постарайтесь прийти в себя, пока нас нет, ладно?

Помахав руками, они вышли из комнаты, и звук закрывшейся входной двери эхом разнёсся по квартире.

Когда мы с Наоми остались одни в затихшей комнате, мы не смогли сдержаться и одновременно рассмеялись.

Наоми мягко прикоснулся ладонью к моей щеке и большим пальцем вытер слезу.

— Спасибо, Наоми. За всё.

— Это я должен извиняться. Надо было сказать тебе, что я задумал.

— Нет, ты самый замечательный парень, о котором можно мечтать. Я правда тебя люблю.

В свете мерцающих свечей, отмечающих мой восемнадцатый день рождения…

Я посмотрела на самого любимого человека и снова поклялась, что хочу прожить свою жизнь рядом с ним — а затем мягко прильнула к его губам.