И вот, незаметно наступил конец июля, а вместе с ним - и церемония закрытия в моей школе, академии Тосэй.

Хотя это и называлось церемонией - ничего особенного в ней не было. Учителя произносили привычные напутственные слова, напоминали о летних каникулах, после чего нас распускали, предварительно раздав табели в классах.

Раздав табели, мой классный руководитель - и по совместительству кузина, Касуми Катагири - вручила нам ещё один комплект бумаг, прежде чем вернуться на кафедру.

Я получил листок от Кей, сидевшего передо мной. Крупные буквы вверху гласили: “Анкета - планы на будущее”

— Так, все. Поскольку это лето уже вашего второго года обучения, анкета будет довольно серьезной. Я соберу её после каникул, так что подумайте хорошенько и отнеситесь к делу серьёзно, ладно?

Протянула Касуми своим слегка детским, растянутым голосом, от которого по классу прокатилась легкая волна суеты: одноклассники поспешили засунуть анкеты в сумки.

Академия Тосэй уже проводила предварительный опрос ещё на первом году обучения, так что большинство учеников давно определились с примерным планом на будущее. Повода для паники не было.

Я тоже тогда сдал свою анкету. И, посоветовавшись с кузиной, работающей учителем на полную ставку, услышал следующее:

[... — Если у тебя пока на уме нет ничего конкретного, чем хотелось бы заняться, я думаю, лучше всего поступить в университет, и уже там определиться. Диплом ведь даёт массу преимуществ при поиске работы. Да и с твоими оценками, Нао-чан, ты сможешь пройти по рекомендации хоть куда, даже не утруждая себя учёбой. А ещё, студенческая жизнь - самое лучшее время, чтобы оторваться по полной, без оглядки на чужое мнение. Тебе просто необходимо завести пять или десять девушек, иначе потом пожалеешь! Потом найдешь отличную работу, познакомишь меня с богатым мужчиной, и всё будет идеально! Разве я не гений!? Эй, Нао-чан, ты слушаешь!? Поклянись мне, ясно!? Священная клятва!!

…Ее монолог плавно перекатился в целый час жалоб и несбыточных грёз.

Правда заключалась в том, что я так и не понял, чего хочу на самом деле, поэтому написал в анкете что-то вроде «планирую поступить в университет» и сдал, частично прислушавшись к ее совету.

Даже сейчас я чувствовал на себе невидимое давление её лучезарной улыбки, словно она молча напоминала: «Ты ведь помнишь, да?» Но я сделал вид, что ничего не замечаю, и опустил взгляд на лист в руках.

— На этом первый семестр окончен! Только не вздумайте на каникулах заводить себе парней или девушек! - бодро заявила Касуми, в голосе которой явно сквозила личная обида.

Класс зашумел, и те, кто успел уложить вещи, начали вставать.

Формально Касуми была моим опекуном, так как я жил один, и я сказал ей: «Я еду в поездку с друзьями на летних каникулах».

Это было всего лишь краткое объяснение, чтобы оправдать мое отсутствие дома, так что она наверняка решила, что я еду с Кей. Зная её манеру говорить, если бы она узнала, что я еду с Юи, хлопот было бы по горло, поэтому я решил оставить всё как есть.

Но сейчас меня занимало совсем другое. Я сидел, подперев подбородок рукой, и рассматривал анкету о планах на будущее.

… Интересно, что Юи напишет в своей?

Возможно, она уже заполняла что-то подобное в прошлом году, когда училась в старшей школе в Великобритании. Но она об этом не упоминала, да и тогда у неё всё было совсем иначе.

Юи говорила, что её перевод сюда оказался настолько неожиданным, что она толком не успела подготовиться к жизни в Японии. Сомневаюсь, что у неё была возможность заранее построить планы…

… А вдруг она собирается вернуться в Великобританию? 

Поскольку она учится здесь по программе обмена учениками, её официальное место жительства - там. Значит, будет вполне естественно, если после выпуска она вернётся обратно.

Это самый очевидный вариант. И только подумав об этом - я невольно сильнее сжал листок.

— …

Неосознанно я потянулся рукой к браслету на левом запястье и сжал его. 

Юи пока ничего не говорила. Всё это было лишь моими догадками. Но сама мысль о том, что она внезапно окажется далеко, заставила меня украдкой взглянуть в её сторону. Она заметила и, удивлённо моргнув своими большими голубыми глазами, чуть наклонила голову с вопросительным “Что?”.

... Я-то думал, что её это будет тревожить куда сильнее. 

Но её привычное, очаровательно наивное выражение застало меня врасплох. А в этот момент к её парте с дружеской улыбкой подсела одноклассница, положив подбородок на ладони.

— Эй, эй, Юи-тян. У меня к тебе одна просьба. Есть минутка?

В своей обычной, непринужденной манере Хина Синдзе развалилась на ее парте.

— Просьба… ко мне?

— Ага. Это кое-что, о чем я могу обсудить только с тобой, Юи-тян…

Хина театрально вздохнула, её от природы слегка опущенные глаза излучали показное уныние.

Она была одной из близких подруг Юи и, начиная с того урока кулинарии, где мы оказались в одной группе с Кей, время от времени перекидывалась парой слов и со мной. После того, как она увидела мои таланты на кухне, она прикрепила ко мне прозвище «Катагири-сэнсэй».

Хина относилась к тем людям, что врываются в чужую жизнь довольно бесцеремонно, но легкая аура и врожденное обаяние позволяли ее проделкам легко сходить с рук.

Подумав, что лучше дать им немного личного пространства, я отправил Юи сообщение: “Я пойду домой первым”. 

В ответ от неё тут же пришёл чрезмерно энергичный, анимированный стикер с растрепанным мультяшным котом и надписью: «Поняяяяла!!»

Эта чрезмерная бодрость совершенно не вязалась с её обычно спокойным образом, и от этого выглядела еще милее.

Раз уж мы попрощались, я поднял сумку и собрался уходить…

— А, постой, Катагири-сэнсэй.

Меня остановила Хина.

— На самом деле, мне тоже нужна твоя помощь, Катагири-сэнсэй… для интервью.

Она сложила руки вместе и очаровательно улыбнулась, как маленький щенок.

— Интервью…? О чём ты вообще говоришь?

— Ну-ну, позволь мне сегодня представиться как следует…

Хина попыталась придать себе официальности и вытащила из сумки буклет, который положила на парту Юи.

— Это… «Древо познания»? - Юи склонила голову, читая название на обложке.

Древо познания - одно из двух деревьев, которое, согласно Библии, росло в Эдемском саду. Его плоды, как говорилось, даровали мудрость. Именно с него Ева, соблазненная змеем, сорвала запретное яблоко - наверное, самое простое объяснение.

Поощряемая Хиной, Юи пролистала буклет, а я, заглянув через её плечо, увидел, что в нём публикуются новости и статьи о мероприятиях и жизни академии Тосэй.

— Проще говоря, это пиар-журнал нашей школы.

— Я и не знала, что у нас есть такой.

— Ага, большинство не знает. Я тоже не знала, пока не вступила в студсовет… - Хина рассмеялась и замахала рукой.

— Так интервью - для этого?

— Угу! Там есть страница, за которую отвечает студсовет. Где же она… ага, вот! Нет, стоп, не то… - она металась по страницам, пока наконец не нашла нужную, и показала нам.

На фото позировали члены студсовета, и среди них была наша одноклассница, сияя широкой улыбкой и показывая двойной «V».

— Это… ты, Синдзё?

— Бинго! Как ни странно, я отвечаю за пиар. 

*V* - она подмигнула, сложив пальцы в знак «победы» у лица, ее вечно сонные глаза выглядывали из-за руки.

Я никогда не имел дел со студсоветом, но всегда думал, что это серьёзная и строгая организация. Было удивительно увидеть там такую беззаботную и игривую личность.

— Так вот, нам нужно чем-то заполнить эту страницу.

— И ты хочешь взять у нас интервью для этого?

— Оо, Юи-тян, ты такая проницательная! Ловишь на лету, подруга! - Хина наставила на нее сразу два указательных пальца и энергично кивнула.

— Значит, ты хочешь поговорить со мной и Юи… то есть как со служащими в церкви?

— Катагири-сэнсэй тоже молодец! Вот почему вы мой учитель! - Хина повторила тот же жест уже в мою сторону, широко улыбаясь.

— Ты же знаешь, что наша школа собирает много пожертвований? Этот буклет ещё и способ поблагодарить инвесторов.

— А если демонстрировать деятельность студсовета или профили учеников - он становится для них интереснее.

— Точно! Катагири-сэнсэй, в яблочко. Пятнадцать баллов от Хины тебе! - она хлопнула меня по плечу, «награждая» какими-то загадочными баллами.

Не знаю, для чего они нужны, но теперь я хотя бы понял суть.

Академия Тосэй хоть и оставляет вопрос веры на усмотрение учеников, но по сути остаётся старой миссионерской школой. Касуми как-то говорила, что расходы и обновления школы во многом покрываются за счёт пожертвований выпускников и связанных с церковью людей. Так что традиционной христианской аудитории вполне будет приятно видеть в таком журнале статьи с упоминанием учеников и их участия.

Но…

— Я понимаю, о чём ты, но тут есть одна серьезная проблема.

— Серьезная проблема? - Хина моргнула и наклонила голову.

— Я ведь не христианин.

— Что, серьёзно??

— И к никакой конфессии не принадлежу.

— Юи-тян, даже несмотря на твое второе имя!? Да вы издеваетесь! - Хина переводила взгляд то на меня, то на нее, раскрыв рот и подняв руки.

Судя по названию и назначению буклета, материал должен был звучать как «Интервью с двумя христианами-учениками, помогающими в церкви». Для журнала миссионерской школы это было бы идеально. Но на деле ни Юи, ни я не имели никакого отношения к какой-либо религии.

Причина, по которой мы работаем в церкви, была чисто практическая: я - стипендиат, она - участница по обмену, и официально нам нельзя подрабатывать где угодно. Церковь стала единственным вариантом.

Так что мы совсем не подходили для такого интервью.

— Вот это поворот… Неловко вышло… - Хина сложила руки на груди и пробормотала озадаченно.

Немного подумав, она вдруг подняла взгляд и улыбнулась.

— Ну и ладно. Давайте просто скажем, что вы оба христиане.

— Это вообще нормально?

— Ну, в статье же не будет прямо указано, верующие вы или нет. А факт, что вы работаете в церкви, - неоспорим. Так что если напрямую не упоминать, то всё окей… 

Хина звонко рассмеялась и уверенно хлопнула в ладоши.

Я так и не понял, говорит ли она всерьез, но если сама Хина считает, что всё в порядке… Я только пожал плечами.

Не было повода отказывать однокласснице. Можно было считать это частью моей «работы» в церкви.

— Ю… Вильерс, ты согласна?

— Если Синдзё-сан устраивает, то и у меня нет возражений.

На всякий случай я уточнил у Юи. Поскольку и её всё устраивало, я повернулся к Хине и кивнул.

— Спасибо, это очень поможет. Ладно, тогда пошли в комнату студсовета.

— Эээ? Прямо сейчас?

— Дедлайн сдачи макета - завтра. Куй железо, пока горячо… - она лукаво показала язык.

И вот, Юи и я оказались увлечены Хиной в комнату студсовета, чтобы дать интервью для «Древа познания».

◇ ◇ ◇

— Заходите! Добро пожаловать в наш кабинет студсовета…

Поприветствовала нас девушка, ведя в комнату на верхнем этаже другого здания, не там, где наши классы. Она располагалась в дальнем конце коридора. Примерно в два раза меньше обычного класса, комната была оборудована гостевым диваном и столиком, несколькими рабочими столами в глубине, и металлическими стеллажами вдоль стен, плотно забитыми документами.

Одна ученица, сидевшая за одним из столов, встала и тихо поклонилась нам, заметив нас, но, похоже, остальные члены студсовета ещё не пришли.

— Садитесь на диван. Он из кабинета директора, так что очень удобный…

Мы с Юи уселись на указанный диван, а девушка, которая нас встретила, принесла чай. Она была аккуратно одета в форму, волосы заплетены в косички, большие очки - настоящий образ книжной девушки. Она села напротив и приготовила блокнот для заметок.

— А, это секретарь первого года. Она очень скромная и тихая, так что не обращайте внимания… 

С улыбкой представила её Хина и принесла планшет со своего стола, затем сама села напротив нас.

— Можно сделать фото для школьной газеты? Вряд ли кто-то на неё смотрит.

— Мне не трудно.

— И мне тоже.

— Спасибо, что сотрудничаете со студсоветом…

После нашего согласия, секретарь достала цифровую камеру и показала Хине «класс». Хина начала постукивать по планшету, затем снова посмотрела на нас с той же дружелюбной улыбкой.

— Хорошо, давайте начнем интервью. Отвечайте на вопросы как хотите. Секретарь-тян, готовьте свои заметки…

По сигналу Хины секретарь подготовила блокнот.

Я немного нервничал, потому что всё записывают… Ничего особо сложного в вопросах не было, но сама обстановка казалась неловкой. Я выпрямил спину, и Юи рядом со мной сделала то же самое.

— Итак, первый вопрос: ваш класс и имя - ну, мы это уже знаем, так что просто пропустим. Двигаемся дальше… А вот, какую работу вы выполняете, помогая в церкви?

Хина взмахнула пальцем по планшету, перелистнула на следующую страницу и улыбнулась мне.

— В основном помогаю с мероприятиями, а ещё уборка и поддержание порядка в церкви.

—Понятно, понятно. А вы, Юи-тян? Почему выбрали эту работу?

— Мне её предложили как способ заработать, не нарушая школьные правила.

— Хорошо, тогда, Катагири-сэнсэй, работа приносит удовлетворение?

— Я просто выполняю указания, так что особенно удовлетворяющей её назвать нельзя.

— А Юи-тян, как часто посещаете службу?

— Не посещаю. Я не религиозный человек.

— А, точно. Хмм… Ладно, вы двое, минутку…

Хина, всё ещё улыбаясь, вдруг остановила интервью, встала и жестом позвала секретаря с камерой. Та наклонилась и что-то шепнула Хине на ухо. Хина скрестила руки и несколько раз кивнула с задумчивым выражением лица.

Видя это, Юи слегка наклонилась ко мне и тихо спросила с лёгкой тревогой:

— Мы что-то не так сказали?

— Я думаю, мы просто отвечали честно…

Мы абсолютно честно отвечали на её вопросы. Если они ожидали чего-то развлекательного или яркого, то выбор нас с Юи с самого начала был неудачным. Когда мы наедине, Юи иногда шутит, и эта мягкая сторона её очень милая, но сейчас она полностью в своём холодном и собранном образе «Ледяной Принцессы». Хотя мне это даже нравится… на самом деле, этот образ Юи для меня довольно освежающий.

Пока я наблюдал за продолжавшимся тихим перешептыванием Хины и секретаря, они в итоге вернулись к дивану и сели напротив нас.

— Извините за ожидание… То, что произошло - моя вина. Ну что, вернёмся к интервью?

Секретарь подняла камеру и… *щёлк* - сделала снимок.

— Итак, Катагири-сэнсэй, какая у вас любимая еда?

— Любимая еда?

— Ну, читателям интереснее, если они поймут, какие вы с Юи-тян люди, поэтому я немного меняю вопросы.

Хина улыбнулась своей обычной дружелюбной улыбкой, и я подумал: «Ну хорошо, почему бы и нет», и стал обдумывать ответ.

— Моя любимая еда… если выбирать, то это караагэ.

Многое мне нравится на вкус, но караагэ - это то, что я изучал, пробовал разные способы приготовления, и экспериментировал. Если говорить о том, во что я действительно вкладывал усилия, то вот оно.

— Ого, неожиданно. С вашими кулинарными способностями я думала, что вы назовете что-то супер изысканное с труднопроизносимым названием.

Какое у Хины вообще впечатление обо мне? Я немного умею готовить, но не значит, что я люблю что-то экзотическое. И блюда с языковыми заклинаниями? Я их обычно не делаю.

—А вы, Юи-тян? Любите что-то аристократическое и изысканное?

— Моя любимая еда тоже караагэ.

— Стоп, серьёзно? Караагэ-близнецы? Ещё вопрос: а в Великобритании вообще есть караагэ?

— Какое то подобное блюдо было, но совсем не похоже на то, что я пробовала в Японии.

— Ого, значит, вам понравилось это блюдо после переезда в Японию?

— Да… недавно…

Юи лишь на мгновение взглянула на меня, слегка покраснев, и снова отвела взгляд.

— Хммм, понятно…

Хина это заметила. Её губы изогнулись в игривую, озорную улыбку.

— Отлично, отлично. Это направление намного интереснее - то есть, получится классная статья…

Хина удовлетворенно наклонилась вперёд, а секретарь рядом радостно кивнула и снова щелкнула затвором.

— Ладно, продолжаем. Юи-тян, какой ваш любимый цвет?

— Эм… синий.

— Любимое животное?

— Кошки. Кошки - лучшие.

— Вы обожаете эти дивные наклейки с котами, да? Они всегда меня смешат…

Хина уже практически отложила планшет и болтала, будто мы снова в классе. Юи тоже заметно расслабилась - голос ее звучал светлее, чем раньше. Ну, если ей это нравится- тогда хорошо…

Даже когда я думал об этом, я не мог избавиться от чувства того момента - слова, которые Хина чуть было не сказала, но вовремя остановилась. Я тихо наблюдал за Юи.

— Следующий вопрос. Как бы вы описали свой характер?

— Мой характер…? Я особо не думала об этом…

Слегка нахмурив брови, Юи прижала сжатую руку ко рту и задумалась. Она уставилась на стол и полностью замерла.

Видя это, Хина обернулась ко мне с выражением, будто просит о помощи.

— Раз вы коллеги по работе, как насчёт того, чтобы услышать, что Катагири-сэнсэй думает о Юи-тян?

— Э… что я думаю о ней?

Юи, замершая, посмотрела на меня с боку, с невинным любопытством.

— Разве это не уходит от темы интервью?

—Нет, полностью по теме. Взрослые любят видеть, как студенты ладят между собой - оно их трогает! Это сделает школьную газету ещё лучше. Гарантирую…

Чрезмерная уверенность Хины звучала убедительно. И раз Юи явно застряла, я решил немного помочь. Я приложил руку к щеке и посмотрел на потолок.

Как бы я описал характер Юи… Сначала я думал, что она просто холодная и отстраненная девушка - типичная «Ледяная Принцесса».

Но чем больше я общался с ней, тем яснее становилось: на самом деле она честная, искренняя, и очень серьёзная. В ней есть какая-то чистота, прямота, которая сразу же бросается в глаза. И пусть иногда она выглядит сдержанной, в важные моменты всегда открыто высказывает то, что думает, и никогда не поступает несправедливо.

— Вильерс… мм, как бы сказать… она очень искренняя, наверное. Не притворяется, и всегда честно признаёт, если что-то не так.

— Э-э?! 

Юи, сидящая рядом, замерла и округлила глаза, будто не ожидала услышать такие слова.

Я смутился, почесал затылок, и поспешил добавить:

— Ну, то есть… она надежный партнер. Мне нравится в ней именно эта черта характера.

— ...

Юи слегка опустила ресницы, и её щёки едва заметно окрасились розовым.

— Ууу, вот это поворот! - с торжествующим видом протянула Хина, а секретарь уже вовсю щелкала фотоаппаратом.

— Да, да! Такой материал - это золото для школьной газеты!

Юи пробормотала почти неслышно:

— Я не такая особенная…

— Ну-ну, не скромничай, Юи-тян! — весело улыбнулась Хина. — Ладно, следующий вопрос!

А я, глядя на Юи, которая всё ещё выглядела немного смущенной, вдруг осознал, что сказал это совершенно искренне, без всяких оговорок.

Но чем больше времени мы проводили вместе, тем меньше становилась эта дистанция. Её улыбки, совсем не подходившие к холодному образу «ледяной принцессы», становились всё более очаровательными.

Она сумела пережить трудное прошлое и обрела силу смотреть в лицо своим слабостям. Её черты лица настолько четкие, что на первый взгляд она может показаться бесстрастной, но я успел узнать, насколько она на самом деле выразительна, и насколько глубоко всё чувствует.

Она с головой выкладывается в любом деле, и эта искренность невероятно трогательна. Даже её слегка рассеянные моменты - по-своему прелестны.

Она по-настоящему честна и прямолинейна, и для меня это… ослепительно.

…Да. Именно эти её качества я и люблю.

Чем больше я пересчитывал то, что в ней восхищало меня, тем яснее становилось, как сильно я её люблю.

— Катагири-сэнсэй, у вас лицо покраснело. Вам жарко? Может, понизить температуру? 

— А, нет, всё нормально. Не беспокойтесь…

Я слегка кашлянул, пытаясь скрыть то, как глубоко ушёл в свои мысли.

— Вильерс - девушка весьма честная и знающая саму себя.

Я ответил чётко, стараясь соответствовать её ожидающему взгляду сбоку, хотя мне и было немного неловко.

Когда я посмотрел на неё, Юи опустила голову, обе руки крепко сжаты на коленях. Я заметил, как её голубые глаза чуть сузились, щёки порозовели, а губы она прикусила в тихом восторге.

— …Вот как вы меня оцениваете.

Она тихонько рассмеялась и пробормотала это голосом, который был слышен только мне.

От этой неожиданно милой реакции я тут же задрал голову к потолку, отворачиваясь в другую сторону.

Выкидывать такие эмоции на публику - это совсем нечестно…

Резкий контраст с ее обычной «ледяной» манерой сбил меня с толку, и сердце громко забилось в груди.

— Хмм, ну и отличное интервью получается, да, секретарь-тян?

В ответ на довольный шепот Хины, секретарь воодушевленно защелкала затвором камеры снова и снова, параллельно спеша что-то нацарапать в блокноте.

— Ладно, теперь ваша очередь, Юи-тян. Что за человек - Катагири-сэнсэй?

— Я-я!? Эм, ну… д-давайте подумаем…!

Растерявшись, Юи прижала ладонь к подбородку, бормоча «эм, эм», пока напряженно ломала голову.

Покраснев, она нахмурила брови и долго сидела в раздумьях. Затем, всё ещё нахмурившись, осторожно посмотрела на меня исподлобья.

— Д-д-добрый… Я думаю, он очень добрый человек…

После стольких раздумий её простой ответ прозвучал почти как извинение. Она украдкой скосила на меня взгляд, а пальцы неловко ерзали у неё на коленях.

— Я, эм… думала о многом, но не смогла как-то правильно выразить свои мысли… Простите…

Она выдавила слова тихо и смущённо, сжав плечи, будто пытаясь спрятать горящее лицо.

Увидев это, Хина с очень довольным видом наклонилась вперёд и хитро улыбнулась мне.

— Так вот какой вы на самом деле, Катагири-сэнсэй? Оказывается, по секрету вы очень добрый тип? В классе вы мало говорите и кажетесь холодным, а тут прямо контрастик, да?

— Я вовсе не добрый, и нечего особо отмеча…

— Нет, Катагири-сан добрый. Очень.

Юи внезапно перебила, её маленькие руки были крепко сжаты, а голос прозвучал с такой уверенностью, что я опешил.

Такое неожиданное вмешательство выбило меня из колеи. Услышать похвалу в присутствии других, да еще из уст человека, который мне дорог, - я совершенно не знал, какое лицо должен сделать. Это было и приятно, и мучительно стыдно.

— Ну, что бы мы ни думали, для Юи-тян вы супердобрый. Вот что имеет значение, верно, секретарь-тян?

Хина скрестила руки и улыбнулась, обмениваясь с секретарём довольными кивками.

… Зачем они вообще всё время переглядываются и кивают? 

К интервью это явно не имело никакого отношения, но я никак не мог понять, что они затеяли.

Наклонившись вперёд, Хина задала Юи новый вопрос:

— А конкретно? Что именно делает его добрым? Если дадите пример - всем будет проще понять.

— Эм, ну, например…

После короткой паузы Юи вдруг подняла лицо, теперь уже посветлевшее, и ответила:

— Он думает не только о том, что значит доброта для него самого, но и о том, что она значит для другого человека.

— То есть, другими словами, Катагири-сэнсэй ставит себя на ваше место и старается сделать то, чего вы желаете?

— Да. Именно это я считаю настоящей добротой.

— Ууу, как мило. А ещё ведь снаружи он такой холодный, а добрый только с вами наедине… это же прямо ультимативный контраст! Такая черта точно заставляет сердце биться-битьсяяяяя…♪

Хина хихикнула, прижимая ладони к щекам и извиваясь, будто её переполняли эмоции.

Это какой-то новый вид пыток…? 

Словно смерть от похвалы - настолько сокрушительный, что казалось унизительным. Я начал потеть в самых неожиданных местах.

Я рад, что Юи так обо мне думает, правда… Но даже обычную похвалу на людях тяжело воспринимать. 

Пока я сидел, слишком смущенный, чтобы даже уловить суть слов Хины и Юи, первая продолжала безжалостно копать, а вторая - отвечать, тщательно подбирая слова и улыбаясь всё шире. Я ведь только что подумал, что её честность мила… но не в таком же виде. Совсем не это я имел в виду…

Сухо и вымученно улыбаясь, я как-то выдержал этот адский промежуток времени.

— Фуух… какая вкусная порция обаяния Катагири-сэнсэя. Спасибо за угощение.

Наконец-то «беседа» (или скорее допрос) завершилась. Хина и секретарь одновременно склонились в низком поклоне, и Юи, всё ещё краснея, неловко последовала их примеру.

Юи выглядела измотанной - достала из сумки носовой платок и вытерла лоб.

Хина наклонилась к ней с хитрой улыбкой и искренне заметила:

— Юи-тян, ты ведь действительно любишь Катагири-сэнсэя, да…?

— …Скажем так - как человека. Сойдет?

Вспомнив, как однажды уже вляпалась в неприятности с тем же вопросом, Юи ответила с нарочитым спокойствием. Хина удивлённо моргнула, поняв, что ее раскусили.

— Хе-хе… Прости за хитрый вопрос. Но Юи-тян такая милая, я просто не удержалась.

Хина извинилась с озорной ухмылкой и высунутым язычком.

Юи нахмурила брови, глубоко вдохнула и, словно приняв решение, опустила голову, шепнув почти неслышно:

— Ну… конечно, он мне нравится.

Очень тихий шёпот.

Но её нежный голос прозвучал для меня, сидящего рядом, совершенно отчётливо - настолько, что я невольно распахнул глаза и повернулся к ней.

Из-за длинных волос виднелись её уши, горящие алым пламенем. Маленькие ладони, лежавшие на коленях, крепко сжимали носовой платок.

— …

Нет… 

Всё…

С меня хватит…

Эта неожиданная фраза и её жест пробили меня прямо в сердце. Я откинулся на спинку дивана и прикрыл раскрасневшееся лицо руками.

Я уж было расслабился, решив, что пытка наконец закончилась, - и тут меня сразили в упор.

А Хина и секретарша тем временем сгорбились, прижавшись друг к другу плечами и сжимая руки, молча кивая в унисон.

Юи оставалась неподвижной, всё так же глядя вниз после своего искреннего и честного ответа. В комнате студсовета, где, казалось, само время остановилось, тишину нарушало только тихое гудение кондиционера.

Спустя какое-то время, когда мы сидели так неподвижно, первой «перезагрузилась» Юи.

— …Эм, мне не стоило этого говорить…?

— Да нет, прости… Просто Юи-тян была слишком милой…

Даже Хина, застигнутая врасплох неожиданным эмоциональным ударом, залилась румянцем, прикрыла рот ладонью, сдерживая беспомощную улыбку, и честно извинилась.

— Прости, сэнсэй. Я действительно с этим закончила, так что давай, наконец, займемся настоящим интервью…?

— Да, пожалуйста… Давайте уже покончим с этим.

У меня не осталось даже сил на комментарии. Мы с Юи синхронно вздохнули и ответили на остальные, более формальные вопросы - как два совершенно нормальных человека.

◇ ◇ ◇

Прошло около тридцати минут, и интервью наконец завершилось без происшествий.

Я бросил взгляд на Юи: она всё ещё сидела, развалившейся у подлокотника дивана, явно не оправившись от пережитого эмоционального урона. Сам же я помогал Хине заваривать свежий чай.

Секретарша, к слову, яростно стучала по клавишам, вбивая всё интервью с бешеной скоростью. “Ну, она ведь говорила, что дедлайн сегодня”, - подумал я с уважением к её трудолюбию.

Тут Хина обернулась ко мне с привычной дружелюбной улыбкой.

— Знаешь, благодаря тебе сегодняшняя работа прошла просто великолепно. Если бы студсовет всегда был таким - я была бы только «за»…

Она посмотрела на меня с озорным блеском в глазах и улыбкой, в которой было что-то подозрительно сияющее.

— Но ведь весёлой была как раз таки неформальная часть, да?

— Ах… ну, если подумать, ты прав. Но, в конце концов, раз нам было весело - значит, всё отлично…

Большую часть подколок доставалось Юи, и мне было немного жаль её… Но если бы меня спросили, было ли весело мне самому, - рискнуть и ответить честно означало бы вырыть себе могилу, так что я промолчал.

Тогда Хина наклонилась ближе к моему уху и шепнула с хитринкой:

— Да и Юи-тян вовсе не выглядела так, будто её это тяготит. Похоже, вам уже пора идти ва-банк, верно…?

— …Ты же не лезешь ва-банк просто потому, что тебе кажется это выгодным.

— О, серьёзно? Значит… даже если шансов мало - ты готов пойти на это?

Она озорно склонила голову и посмотрела на меня с любопытством.

Какой бы расслабленной ни казалась её манера, Хина умела цепляться за мелочи и внимательно слушать то, что говорят люди… Но даже если она и попала в точку, отрицать это сейчас значило бы сбежать от собственных чувств к Юи. Слова застряли у меня в горле.

Не сумев отмахнуться остроумной отговоркой, я лишь замолчал. Хина уловила паузу, прищурилась с игривой улыбкой, и понимающе кивнула.

— Ага… Понятно, понятно… Вот оно как…

Она довольно усмехнулась и дружески похлопала меня по руке, явно собрав всю картину воедино.

Я почесал щеку, не зная, как реагировать, когда человек, который мне нравится, фактически был разоблачен. Обернувшись к Хине, я тихо сказал:

— …Я не хочу доставлять Вильерс неприятностей. Так что, можешь догадки пока оставить это при себе?

— А? Неприятностей? Что ты имеешь в виду?

Хина непонимающе склонила голову.

— Про меня пусть говорят что угодно. Но я не хочу, чтобы вокруг Вильерс началась какая-то шумиха. Она и так многое пережила, хоть и не показывает виду.

На мои слова Хина, уловив смысл, мягко рассмеялась.

— Я бы никогда не превратила чьи-то чувства в повод для сплетен, знаешь? Так что можешь расслабиться - обещаю. И вообще, Катагири-сэнсэй, вы правда добрый человек.

Услышать такие искренние слова от Хины, обычно такой легкой и игривой, да ещё и увидеть её тёплый, открытый взгляд - оказалось неожиданно серьёзно тронуло меня.

Эта мягкая улыбка, какой я у неё раньше не видел, будто растопила беспокойство в груди.

— Так выходит… я только что сделала тебе суперскую голевую передачу, да?

— Ничего ты не сделала.

— Ах, точно. Получается, только я сама вкусно пообедала…

Она снова показала привычную озорную улыбку и протянула мне поднос с тремя чашками чая.

С её обещанием и этой улыбкой, на которую невозможно было сердиться, я поймал себя на мысли: «Ну… если это Хина, тогда ладно».

Я поднес чай к дивану, где Юи всё ещё сидела обессиленной тенью самой себя, а Хина присоединилась к нам, сев напротив и тоже сделав глоток.

— Эй, Юи-тян. Последний вопрос, ладно?

Юи, держа чашку обеими руками и легко дуя на поверхность, подняла на неё взгляд.

— Конечно… если он будет лёгким.

— Хаха, ничего такого, обычный вопрос. Просто любопытно.

Хина сделала небольшой глоток чая и продолжила:

— Какие у тебя планы после выпуска, Юи-тян?

Моя рука, державшая чашку, замерла в воздухе.

Это был вопрос, который я ещё не успел обсудить с Юи, - планы на будущее.

Слегка сжавшись от внезапного напряжения, я посмотрел на Юи рядом и сделал медленный глоток чая, будто проглатывая вместе с ним и дыхание.

— Ну… сама учеба за границей вышла довольно внезапной, так что я пока не задумывалась так далеко наперёд…

Осторожно подбирая слова, будто прислушиваясь к собственным чувствам, Юи заговорила куда спокойнее, чем я ожидал.

Она мягко выдохнула над тёплым чаем и, чуть улыбнувшись, подняла голову.

— Но я всё же думала об этом… Я хотела бы выбрать такой путь, чтобы после выпуска остаться жить в Японии.

За этим коротким ответом последовал взгляд в мою сторону - её голубые глаза слегка сузились, в них мелькнула тень неуверенности.

— Значит, даже после выпуска мы сможем проводить время вместе! Я так рада! 

Хина просияла от восторга и вскинула руки вверх.

А потом, с привычным озорным блеском в глазах, подалась вперед и заглянула на меня.

— Слышал, Катагири-сэнсэй? Ну разве ты не безумно рад?

— Замолчи.

Я едва успел выдавить этот ответ и отвернулся от обеих, пряча улыбку, расплывшуюся на лице.

…Значит, Юи собирается остаться в Японии.

Даже если она пока не размышляла о деталях, одного её признания оказалось достаточно, чтобы развеять напряжение, тянувшее меня с самого начала разговора.

Я понимал, что это эгоистичное чувство облегчения. Но если человек, который тебе дорог, собирается остаться рядом, радоваться этому - самое честное и естественное чувство на свете. Я невольно тихо рассмеялся.

— Надеюсь, мы и дальше будем ладить.

— Да. Я тоже.

Юи смущённо улыбнулась, а я кивнул в ответ с улыбкой.

◇ ◇ ◇

Когда мы вышли из комнаты студсовета и прошли через школьные ворота - телефон показывал уже два часа дня.

— Думал, домой попадем к полудню, а вышло куда дольше.

— Ага… мы ведь ещё и после интервью долго болтали.

Щурясь от палящего летнего солнца, я шёл рядом с Юи, и мы обменялись виноватыми улыбками.

Хина напоследок заявила: «Ведь теперь мы долго не увидимся с Юи-тян», - и вывалила гору сладостей в придачу к чаю. Вот мы и засиделись за дружеским разговором.

Секретарша же радостно сказала: «Считайте, что меня нет. Наслаждайтесь. Спасибо за угощение», - так что мы втроём и продолжили беседу. 

Если бы всё ограничилось исключительно строгими рамками, я бы успел сбегать за обедом и вернуться домой к полудню. План был пообедать вместе с Юи. Но после чая и сладостей стало слишком поздно для обеда и слишком рано для ужина - какое-то странное промежуточное время.

Я подумал немного и предложил Юи:

— А как насчёт лёгкого французского тоста?

— Французский тост? Хочу!

Не успел я даже объяснить идею, как Юи тут же радостно отозвалась, чуть ли не подпрыгнув от восторга.

Впрочем, я и ожидал, что ей понравится. Но увидеть, как её глаза так и засияли, оказалось даже милее, чем я думал, - я невольно улыбнулся.

С тех пор, как мы заходили в специализированный чайный магазин, Юи распробовала сладости. Её маленькая слабость - покупать дорогие десертики от известных кондитерских, когда они устраивали временные стенды в супермаркетах.

Когда ей что-то нравилось, она тщательно осматривала каждое изделие, а потом…

[... — …Можно я возьму? …]

С той застенчивой интонацией и взглядом снизу вверх - это было невыносимо мило.

Вот поэтому я и предложил французский тост - сладкое, что подойдёт и как легкий обед, и насытит. Если это её так радует, значит, оно того стоит.

— …А, но… 

Юи нервно переплела пальцы и взглянула на меня с лёгкой тревогой. 

— Я рада, но… разве для тебя, Наоми, это не будет слишком лёгким обедом?

— Раньше, может, так и было бы. 

Я слегка пожал плечами и улыбнулся. Юи наклонила голову, не понимая.

— Но благодаря тебе я тоже полюбил сладкое. Так что всё в порядке.

— Наоми…

Услышав это, Юи чуть расширила глаза.

Раньше я вовсе не интересовался сладостями. Но после того, как мы ели ватталаппам, делали мороженое, пробовали разные десерты, моё отношение изменилось - я стал думать, что это и правда вкусно.

Это было изменение, пришедшее с Юи. И мысль, что оно появилось благодаря нашему совместному быту, делало меня искренне счастливым.

— Это один в один с тем, что я влюбилась в твой караагэ.

— Верно, тоже самое.

— Приятное чувство - влюбляться в то, что любит другой.

В её голосе звучала радость, и она застенчиво улыбнулась.

Есть старая поговорка, что супруги со временем становятся похожи друг на друга, но, может, именно в этом и есть суть - жить вместе, постепенно влиять друг на друга, и становиться ближе.

Если бы я не встретил Юи, я бы не пошёл в котокафе, не оказался бы моделью на свадебной выставке, не сходил бы на свидание на фестиваль фейерверков… и даже не узнал бы, что значит любить кого-то.

Быть измененным любимым человеком и самому менять его в ответ - в этом есть что-то по-настоящему чудесное. И за это я благодарен.

— В Англии я почти не интересовалась едой. Но поскольку ты готовишь так вкусно - я её полюбила.

— Тогда я продолжу совершенствоваться, чтобы взять за это ответственность.

— Мм. Обещание. Я буду на тебя рассчитывать.

Юи кивнула с радостной улыбкой, и мы пошли дальше под летним солнцем.

Даже в изнуряющую жару рядом с Юи всё казалось удивительно легким.

— Ну что ж, я постараюсь приготовить вкусный французский тост.

— Спасибо. Я очень ждууууу♪

Юи засияла мягкой, сладкой улыбкой - и вот так ещё одно воспоминание добавилось в нашу историю.

И с этим тёплым чувством мы пошли бок о бок к нашему привычному супермаркету, чтобы купить ингредиенты для самого первого обеда на летних каникулах.