1

Мне всё равно, кто ты.

— Вот думаем поехать куда-нибудь на праздничные выходные... Не хочешь с нами, Кими?

Когда мама позвонила с предложением где-нибудь отдохнуть, Кими уже успела обжиться в Токио и была вполне самостоятельна.

— Поехать?

— Угу. Я понимаю, ты занята учебой, но подумала: дай-ка спрошу на всякий случай.

Имя Кими Нишино (貴未) получилось из первых иероглифов в именах родителей: папиного Такаши (貴志) и маминого Миэ (未惠). Сама она была девушкой обычной, с самой непримечательной внешностью, но по натуре искренней. К учебе относилась серьезно, что и помогло Кими Нишино поступить на медицинский факультет Университета Камии в двадцатом районе.

— Мне на этих выходных нужно доклад готовить... Вряд ли получится, — опустив взгляд на лежащий под рукой учебник, ответила Кими.

Конечно, первокурсникам пока ещё не ставили профильные лекции, по которым потом придётся сдавать государственные экзамены, но Кими, помня, с каким трудом ей удалось поступить, на радостях взяла сразу кучу предметов, из-за чего её расписание стало очень плотным. А докладов требовали делать вообще уйму! Но даже если выпадала свободная минутка, Кими тратила её на чтение медицинских пособий, потому что знала: однажды это поможет ей спасти чью-то жизнь.

— Я так и думала! Ну ничего, — с пониманием в голосе отозвалась мама. — Мы привезём тебе какой-нибудь сувенир. Учись хорошо!

— Угу. Извини, ладно? Передавай всем от меня привет.

И они попрощались.

Кими положила мобильник на стол и потянулась.

— Чего это они вдруг собрались куда-то?.. — пробормотала она, но тут вспомнила, что её брату — он был младше её на два года — надо поступать уже в следующем году. Наверное, именно поэтому семья собралась в путешествие — времени потом не будет.

— Может, надо было согласиться?..

С тех пор и до конца своих дней Кими задавала себе этот вопрос.

Но тогда она жила в уверенности, что ещё успеется, они не раз и не два поедут куда-нибудь всей семьёй. Поэтому она со спокойным сердцем села писать доклад.

На следующий день, уже по дороге в университет, Кими услышала знакомые голоса. Однокурсницы окликнули её:

— Кими-тян, доброе утро! — поздоровалась Шираиши — жизнерадостная девушка, которая без макияжа и дома никогда не покинет. — Доклад сделала?

— В отличие от тебя Нишино-сан ленью не страдает, — холодно заметила Итосэ, наследница целой врачебной династии.

Все вместе они пошли и устроились в парке перед университетом. Кими достала доклад:

— Угу, сделала.

— Кими-тян, хватит вечно за учебниками сидеть, давай где-нибудь погуляем! — сверкая глазами, предложила Шираиши.

— Не советую, Нишино-сан. Она просто ищет девушку для группового свидания. Для ровного числа.

— Да мы только развеемся немножко, может, где-нибудь посидим, ничего такого! — воскликнула Шираиши, возмущённая, что Итосэ её сдала.

Буквально каждый раз Шираиши звала Кими на групповое свидание.

— Ты же ни с кем не встречаешься, правильно, Кими-тян? Мы на этих длинных выходных договорились пересечься с ребятами из одного крутого универа! А то какая же это студенческая жизнь — без парня?

Спорить с ней было трудно, тем более Кими действительно ни с кем не встречалась и давно ушла в учебу с головой. Даже от семейной поездки вот отказалась. Однако сама Кими не верила, что из такого свидания что-нибудь получится: вряд ли кто-нибудь из парней клюнет на её блёклую внешность.

— Прости, я не могу.

— Но почему?! — не сдавалась Шираиши.

— Не приставай, — укорила её Итосэ.

— Ну тогда давай ты с нами! — переключилась на неё Шираиши и умоляюще свела ладони.

— На этих выходных сестра жениха приведёт, хочу на него посмотреть.

Старшая сестра Итосэ работала медсестрой в университетской больнице и встречалась с врачом из местных.

— Ого, хорошо вам, у вас такая семья! Я тоже себе престижного парня хочу!

— Так начни прививать себе вкус.

— Ты на что намекаешь?! У меня всё отлично со вкусом! Да я олицетворение вкуса! — рассердилась Шираиши.

— Предлагаю заглянуть в толковый словарь и уточнить значение этого слова, — без злости отбила Итосэ.

Глядя на них, Кими невольно засмеялась.

— И ты туда же! — притворно надулась Шираиши, и тогда Итосэ тоже не сдержала смеха.

Закончились утренние лекции. Попрощавшись с Шираиши и Итосэ, Кими купила в ларьке любимую булочку и села в университетском парке на скамейку — здесь листва деревьев хорошо укрывала от солнца, не давая ему бить в глаза. Университетский парк Камии славился и большой территорией, и ухоженными аллеями.

Пока что студенческая жизнь Кими складывалась хорошо. Для полного счастья не хватало разве что парня, о чём и твердила каждый раз Шираиши.

Некогда Кими уже пыталась встречаться с парнем, правда, у них было всего одно свидание: в десятом классе ей признался в любви сэмпай, но они не нашли общего языка, и их отношения быстро сошли на нет. Другого опыта у Кими не было.

И всё-таки Кими устраивала её жизнь: она постепенно обзаводилась университетскими друзьями и обживалась в двадцатом районе. Впечатлений ей выпало много — о таком в родном городе нельзя было и мечтать.

Кими жадно откусила от булочки и улыбнулась:

— Вкуснятина...

Таких булочек на родине тоже не попробуешь.

Обычно люди принимают повседневную жизнь как данность, уверенные, что такой она будет всегда. Но рано или поздно благополучию приходит конец.

2

В первый день праздничных выходных Кими, просидевшая допоздна за докладом, проснулась лишь в час дня и, не вставая с постели, потянулась к телефону.

— О...

Брат прислал сообщение с темой «Фото». На экране мобильника загрузился снимок, который брат отправил, путешествуя с родителями.

— Вау, как классно... — вздохнула Кими, рассматривая зелёный пейзаж курортной зоны. Наверняка это мама попросила брата что-нибудь отправить, ведь сама она с мобильниками не дружила.

Посмотрев фото, Кими написала: «Спасибо за фотку. Жаль, меня с вами нет».

Ей тут же ответили: «Вот именно! Мы бы тебя подождали!»

Брату наверняка было неуютно одному в компании родителей. Судя по сообщению, они только выехали, а значит, ещё были в машине.

«Скажи папе, чтобы вёл осторожно», — написала Кими.

«Сказал. Говорит, понял».

На этом переписка закончилась.

Кими встала и, пока готовила себе поесть, включила телевизор.

Новостью дня стало нападение гуля в пятом районе.

К счастью, один бдительный мальчик вовремя сообщил о гуле ККГ, и того быстро поймали. Оказалось, что всё тот же мальчик недавно спас женщину, которая могла стать жертвой этого же гуля. Репортёры не скупились на похвалу маленькому герою, а тот лишь сказал, что в будущем хочет работать в ККГ.

— Гули... — пробормотала Кими.

В двадцатом районе ситуация с ними была относительно спокойной, но Кими, как и все одинокие девушки, не раз задумывалась, что будет делать, повстречай она кого-нибудь из них. Да и кто они, эти гули, на самом деле? Что за загадочные существа, о которых ходит так много слухов? Конечно, Кими знала, что гули очень опасны и многие люди предпочли бы никогда не пересекаться с ними, но с ней всё было иначе: где-то в глубине души теплилась надежда однажды познакомиться хотя бы с одним.

Кими немного посмотрела начавшееся после новостей ток-шоу, но ей это быстро наскучило, поэтому она выключила телевизор и отправилась мыть посуду, напевая себе под нос. Планов на сегодня у неё не было. Кими уже подумала, а не пойти ли поужинать в один расхваленный ресторанчик, как вдруг кто-то позвонил на мобильный.

— Сейчас-сейчас!

Вытерев полотенцем руки, она побежала к телефону. На экране высветился номер родственников, живущих недалеко от родителей.

— Чего это они? — удивилась Кими и ответила на звонок, ещё не зная, что он изменит её жизнь.

Что он положит конец всему.

— Кими-тян!.. Твои родители... твои родители попали в аварию!.. — услышала она, и земля ушла у неё из-под ног.

Автомобиль родителей, заезжая на узкую и извилистую горную дорогу, на одном из поворотов столкнулся в лобовую с грузовиком. Всех пострадавших срочно увезли в больницу.

Вот что сказали ей родственники по телефону. Сняв в банкомате всё, что только осталось на счёте, Кими запрыгнула в такси и попросила гнать в больницу на полной скорости. И всё равно на дорогу ушло больше двух часов. Сердце Кими колотилось как ненормальное, лёгкие с трудом успевали втягивать воздух, и очень скоро она почувствовала, что задыхается.

Всю дорогу без остановки она звонила то родителям, то брату. Она страстно хотела вновь услышать родные голоса, но никто ей не отвечал, и бесполезные звонки только посадили аккумулятор. Перед тем как телефон выключился, Кими ещё раз перечитала дневную переписку с братом. Когда они общались в последний раз, всё казалось таким обыденным, таким неважным. Дрожащими от страха пальцами она набрала сообщение: «Где ты сейчас? Как ты?»

— Пожалуйста, пусть с тобой всё будет хорошо!..

Но сколько бы она ни молилась, чего бы ни желала, ответа не было.

Когда она добралась до больницы, уже стемнело. Выскочив из такси, она забежала в холл и бросилась к стойке приёмной:

— Здравствуйте, меня зовут Нишино! Кими Нишино! Мне сказали, к вам привезли моих родных после аварии!..

— Минуточку, пожалуйста, — ответила девушка.

Прошло совсем немного времени, и Кими заметила, что к ней идёт какой-то мужчина в белом халате.

— Как мои родители и брат?!.

На лице врача отразилась скорбь.

«Почему он так на меня смотрит?» Кими даже собственный внутренний голос перестала узнавать.

— Ваши родители погибли на месте, а брат скончался в машине «скорой».

«Что он такое... говорит?..»

Тогда её отвели в морг.

Из открытой двери веяло холодом. Но даже когда Кими увидела тела родных, даже когда постояла напротив них некоторое время, всё равно не могла осознать случившееся.

— Ваши родные? — спросил врач.

Его слова подействовали на неё: Кими сорвалась с места и бросилась к родителям. И хоть до столов было рукой подать, ей казалось, будто тело стало ужасно тяжелым, а сама она движется так медленно, будто пробирается сквозь трясину. В голове её болезненно пульсировало: «Нет! Этого не может быть!» Она схватилась двумя руками за белую ткань, скрывшую папино... лицо. Изуродованное, деформированное, обернутое, как и тело, бинтами. Неузнаваемое лицо.

Кими повело в сторону, однако на ногах она устояла и тогда стянула ткань с лица мамы. Её изуродовало ещё сильнее, и Кими невольно отвернулась. Голова у неё раскалывалась от боли, думать не получалось, колени дрожали. С трудом переставляя ноги, Кими подошла к столу, где лежало тело её младшего брата, и подняла белую ткань.

— Этого не может быть...

В отличие от мамы и папы, авария не изуродовала его — повреждения было трудно заметить так сразу. Казалось, он просто мирно спит на столе.

— Этого не может быть!..

Кими схватила его за плечи и с силой потрясла:

— Этого не может быть!

Она стала звать брата во весь голос, пока не посадила связки, однако он так и не проснулся. Не пришли в себя и мама с папой. Вся её любимая семья...

— Очни-и-и-и-итесь!!!

Их не стало в одно мгновение.

Кими плохо помнила, что было дальше, но, кажется, случилось многое: разговор с полицией, встреча с родственниками, ночь бдения, похороны... Водитель грузовика тоже погиб. Поскольку все участники аварии погибли, а свидетелей оказалось очень мало, расследование продвигалось кое-как, пока не зашло в тупик. В итоге постановили, что виноваты обе стороны.

Через неделю после похорон, после первых семи дней траура, Кими вернулась в свою квартиру в двадцатом районе. Родственники настаивали, чтобы она ещё немного отдохнула, но Кими возразила:

— У меня университет...

Что она ответила маме на её приглашение поехать с ними? Что ей нужно писать доклад. А та сказала: «Учись хорошо!»

— Я так отстану от программы... Нужно идти на занятия... Писать доклад...

Побродив кругами по комнате, Кими села за стол и открыла учебник:

— Что нам задали?... Что сказали делать?...

Но в голове у неё стоял сплошной туман, и все попытки разогнать его оборачивались страшной мигренью. Кими подперла ладонями лоб и замерла.

Её взгляд метался туда-сюда, выцепляя какие-то детали, но на тексте учебника остановиться не мог. Наконец она выхватила глазами мобильный телефон и потянулась за ним, чтобы открыть переписку с братом. За последние дни она так часто её перечитывала, что знала практически наизусть. На экране показался снимок с захватывающим дух пейзажем.

«Они наверняка смотрели на такую красоту и улыбались... Говорили друг другу: „Жаль, что Кими этого не видит“...»

Из горла Кими вырвался придушенный вой. Глазам стало горячо. Её охватил мучительный жар.

Она ясно видела тело мамы, а ведь та совсем недавно звала её в семейное путешествие.

Видела тело брата, а ведь он совсем недавно прислал ей фото, чтобы Кими хотя бы так разделила с ними впечатления.

Видела тело папы, а ведь тот совсем недавно пообещал ей, что будет водить осторожно.

Она видела их останки как наяву.

Давясь всхлипами, Кими закрыла лицо ладонями. Слезам, казалось, не будет конца.

— Не хочу... Не хочу так!..

Они умерли. А она осталась жить.

3

В первый же день, когда Кими вернулась на занятия, едва зайдя в лекционный зал, она сразу же увидела Шираиши и Итосэ. Всегда улыбчивая Шираиши вдруг ответила на её приветствие серьёзно:

— Доброе утро, — и подавленно умолкла.

— Я видела репортаж по телевизору. Мои соболезнования, — первой сказала Итосэ.

— Спасибо, — с трудом выдавила из себя Кими.

Большего она при всём желании не смогла бы сказать. Но к счастью, однокурсницы вполне её поняли и притихли.

Началась лекция. Кими изо всех сил вслушивалась в объяснения преподавателя, перечитывала пометки на доске, но всё без толку: в голове ничего не откладывалось. За лекцию она не записала ни слова.

— Как же так... — растерянно пробормотала она, разглядывая чистый лист тетради.

Рассеянность преследовала её весь день. По дороге домой Кими то и дело врезалась в идущих навстречу прохожих. Уже в квартире она снова вспомнила о семье и залилась слезами. А после всю ночь маялась без сна, пока не пришло время идти в университет, и она встала.

У неё совсем пропал аппетит, но Кими понимала, что есть надо, и как-то сама собой перешла на энергетические напитки и желе, хотя и то и другое казалось ей безвкусным. А любимые булочки она больше не покупала — не хотелось.

После каждого занятия тетради оставались пусты — Кими просто просиживала лекции, не понимая, как она вообще жила до смерти родных.

«А не сошла ли я с ума?» — однажды подумала она, пока сидела на скамейке с банкой сока в руке и бездумно смотрела на университетский двор. Даже блеск солнца в листве обжигал ей глаза.

С того дня её никто не беспокоил: однокурсники знали о случившемся и старались не докучать. Друзья, оставшиеся в родном городе, не знали, как и чем её поддержать, поэтому решили затаиться и выждать, пока она сама не оправится.

И Кими осталась совершенно одна.

— Почему я не поехала с ними... — пробормотала Кими себе под нос. — Надо было поехать...

Тогда бы она умерла вместе с семьёй.

К тому же какой теперь смысл ходить в университет? Врачи, вообще-то, должны жизни спасать, а Кими не смогла сберечь самых дорогих людей. Так зачем ей учиться на медицинском факультете?

«Я всё равно уже мертва».

Как только она узнала о гибели родных, её сердце разлетелось на осколки. Она погибла вместе с родителями и братом. От Кими осталась лишь пустая оболочка.

С каждым днём она всё сильнее хотела увидеться с мамой, папой и братом.

Банка выскользнула из пальцев и упала на землю. Сок выплеснулся, к ушку открывашки прилипли трава и грязь.

Кими подобрала опустевшую банку и вздохнула:

— Надо взять себя в руки.

Встав со скамейки, она направилась к торговому автомату. Выбросив банку в мусорное ведро, она закинула в монетоприёмник две монеты по сто иен и купила такой же сок. Загремела упавшая в отсек выдачи банка. Кими забрала её и пошла назад к зданию университета, но даже подняться по лестнице и двинуться к лекционному залу стоило ей огромных усилий.

Откуда-то доносились весёлые голоса студентов, и Кими думала, как же они могут так просто радоваться жизни, в то время пока она...

— Эй, — окликнул её внезапно какой-то парень.

Она машинально обернулась и увидела, что вслед за ней поднимается высокий молодой человек в очках. Он приветливо улыбался. Должно быть, такой же студент, как она.

— Твоя сдача. В автомате забыла, — протянул он монетки.

И ведь не поленился нагнать!

— А!.. А... Спасибо... Большое спасибо... — запинаясь, с трудом сообразила поблагодарить Кими и взяла сдачу.

На этом разговор должен был оборваться, но вместо этого студент спросил:

— Ты учишься на первом курсе? Как тебя зовут?

Кими удивилась его любопытству, но всё же ответила:

— Нишино.

Услышав её фамилию, он просиял:

— Нишино?! Очень похоже на мою фамилию! Я Нишио.

В последнее время с ней заговаривали лишь те, кому было известно о её горе, поэтому в их тоне вечно слышалось сочувствие, если не настороженность. Как будто они боялись, что чем-то её заденут. Кими уже так привыкла к хмурым лицам, что улыбка незнакомого парня показалась ей пугающе ослепительной. Такой, что становилось больно смотреть, и Кими отвела глаза. Ей вдруг вспомнилось, что она совсем перестала за собой следить, и сделалось стыдно, что этот парень увидел её такой неопрятной.

К тому же любой бы на его месте обиделся на её холодность: и заговорил по-доброму, и сдачу принёс, а она бурчит что-то в ответ и в сторону смотрит. Но не тут-то было:

— Нишино-сан, а дай мне свой номер!

— А?.. — вырвалось у Кими.

— Может, потом сходим куда-нибудь?

— Что?.. — уставилась она на него совершенно круглыми глазами.

Конечно, это могло ничего не значить, но с чего такому симпатичному парню звать её куда-то?

— Так что насчёт номера? — достав мобильный, снова спросил он.

Всё ещё плохо понимая, что происходит, Кими, поддавшись его напору, машинально достала телефон.

— Нишио-кун, правильно?.. — уточнила она.

— Нишики. — На его губах опять расцвела улыбка. — Меня зовут Нишики Нишио, так что можно просто Нишики.

— Нишики... кун?

— Угу.

— Я вечером тебе напишу! — пообещал он и, помахав на прощание, ушёл.

А ошарашенная Кими осталась стоять на месте. На всякий случай она проверила контакты в телефоне: «Нишики-кун» в списке доказывал, что ей ничего не приснилось.

Так она познакомилась с Нишики.

Вечером, вернувшись домой, Кими положила мобильный на стол и уставилась на него, не мигая.

— Наверняка просто пошутил, — решила она.

Ей казалось, что такой, как Нишики, явно пользуется вниманием у девушек, а значит, такая, как она, Кими, ничем не могла его привлечь.

Вот только неожиданная встреча вернула ей вкус к жизни, и Кими вспомнила, что когда-то разговоры об отношениях она слышала сплошь и рядом.

Но долго эта жажда жизни не продлилась: очень скоро Кими вспомнила о погибших родных, а как вспомнила — поникла и устало опустила голову на стол. Горе снова захватило её, и уже хотелось просто заснуть и никогда не проснуться. Чтобы завтра никогда не наступало.

От тоскливых мыслей её отвлёк сигнал нового сообщения. Кими торопливо потянулась к телефону, схватила и прочла на экране имя отправителя — Нишики-кун.

«Он и правда написал», — изумленно подумала она и открыла сообщение.

«Привет! Что делаешь?»

Вроде ничего особенного, а сердце Кими ёкнуло. В поисках идей, что бы такого ответить, она поглядела вокруг и наткнулась на оставленный на столе учебник.

«Занимаюсь», — с волнением написала она. К такому при всём желании не придерешься.

Ответ пришёл быстро.

«Молодец. Ты, кстати, на каком факультете?»

«Медицинский».

Следующее сообщение не заставило себя ждать.

«Круто! Я на фарме. У нас бывают совместные лекции?»

Их переписка затянулась. Они не обсуждали ничего важного, просто болтали, но Кими с удивлением обнаружила, что с каждой минутой ей становится легче: она общалась с тем, кто ничего не знал о её горе. С тем, кто её не жалел.

В конце концов они договорились позаниматься вместе.

«До завтра! Спокойной ночи», — написал Нишики, и на этом они закончили.

Кими уже позабыла, когда в последний раз разговаривала с кем-то так долго. И не важно, что пришлось не говорить, а писать. Но стоило ей попрощаться с Нишики, как силы разом оставили её, как это бывает, когда после адреналиновой встряски накатывает усталость. А вместе с усталостью пришла и сонливость. Кими не стала сопротивляться, а, потирая глаза, забралась в постель.

Заснула она как убитая.

4

Проснувшись утром и увидев залитую солнцем комнату, Кими не сдержала удивлённого возгласа:

— Что?.. Но... Сколько же я проспала?..

На первую пару она безнадёжно опоздала, но пропускать целый день ей не хотелось. Собираясь, Кими встала перед раковиной и впервые за долгое время внимательно на себя посмотрела. Даже долгий сон не смог убрать с лица следы усталости.

— Почему он вообще со мной заговорил? — прижав ладони к бледным щекам, пробормотала Кими.

Она столько дней не заглядывала в зеркало, не знала, как в принципе выглядит, но теперь спохватилась — и пока не привела себя в порядок, из дома не вышла.

После занятий она направилась в условленное место. Нишики уже ждал.

— О-о! Ты пришла, Нишино-сан!

— З-здравствуй...

Кими отчасти была уверена, что он ни за что не придёт, а когда наткнулась на Нишики, не смогла удержаться и с изумлением уставилась на него.

— Что-то не так?

— А, нет, всё хорошо... — Смутившись, она отвела взгляд.

— Да расслабься ты! — улыбнулся Нишики. — Кстати, можно, я буду звать тебя по имени? Тебя же Кими зовут, да?

— А... Да... Пожалуйста.

— Да говорю же, расслабься! — засмеялся он. — Я знаю, где мы можем сесть.

Он привёл её на закрытую террасу, и они сели друг против друга. Нишики достал из рюкзака учебники и распечатки, на что Кими округлила глаза: поначалу новый знакомый показался ей парнем легкомысленным, но, судя по растрёпанным страницам книг, он их постоянно читал.

— Один я начинаю лениться, а так ты будешь меня подстёгивать, — сказал он и начал заниматься.

Спохватившись, Кими достала свой учебник. Поначалу она даже не знала, что будет делать, но тут вспомнила, что со дня аварии все лекции прошли мимо неё, и решила: пора бы перечитать пропущенные параграфы.

Пока они корпели над учебниками, Нишики время от времени ненавязчиво её о чём-нибудь спрашивал, и хотя каждый такой вопрос заставлял Кими нервничать, она не чувствовала злости.

Прозанимавшись до заката, они договорились встретиться снова.

Кими не понимала, почему Нишики заинтересован в ней, но от общения с ним на душе становилось легче.

Так они занимались всё чаще и чаще, а затем Нишики начал её приглашать просто куда-нибудь погулять, и постепенно они стали проводить всё больше времени вместе.

Вскоре Нишики расслабился и стал позволять себе грубые словечки даже при Кими, а она перестала смущаться. И если раньше она мечтала, чтобы завтрашний день никогда не наступил, то теперь ждала его с нетерпением. Благодаря Нишики её душевная рана стала потихоньку затягиваться.

Как-то раз она ждала Нишики, сидя на скамейке в университетском парке, как вдруг услышала:

— Кажется, Кими-тян встречается с Нишики с фармацевтического.

Обернувшись, она увидела, что к ней идут Шираиши и Итосэ. Кими стало неприятно оттого, что её обсуждают, и, пока однокурсницы не заметили, она спряталась за деревом.

— Я слышала, их видели на фестивале! Они оба были одеты в юкату! — продолжала Шираиши. — Слухи ходят, будто они вместе, но я чего-то не знаю... У Нишио-кун репутация не очень. Кто знает, насколько у них всё серьёзно.

— Нишио-кун, говоришь... Он вроде популярен, так с чего ему с Нишино-сан связываться? Если просто поразвлечься, так полно девушек поинтереснее, — насмешливо заметила Итосэ, отчего у Кими по спине пробежали ледяные мурашки.

— Ну ты как скажешь, Итосэ-тян!..

— Будто ты сама не зазывала её на групповые свидания, чтобы на её фоне казаться привлекательнее!

— Не без этого...

Девушки совсем не стеснялись в выражениях, ведь они были уверены, что Кими никогда об этом не узнает.

— После аварии она ходила вся такая убитая, смотреть больно, — добавила Итосэ, — но сейчас ничего, оживает понемногу. Все-таки мы, женщины, умеем приспосабливаться. Ну а что, молодец. Теперь хоть не надо волноваться, что может с собой покончить. А то как-то неприятно, если бы мы учились вместе с самоубийцей...

Кими крепко сцепила руки, дожидаясь, когда подружки пройдут мимо.

Нет, на критику в свой адрес она не обиделась, ведь и сама не понимала, что такого нашёл в ней Нишики, когда рядом столько красивых девушек вьётся.

По-настоящему её потрясло разве что замечание Итосэ: «оживает понемногу».

Нишики нашёл Кими у дерева — она стояла сгорбленная, прислонившись к стволу.

— Кими? Ты что тут делаешь? — с удивлением спросил он, склонив голову набок.

Она резко выпрямилась:

— Н-ничего!

— Ну как знаешь. Чем сегодня займёмся? Пойдём ко мне?

— А... Угу.

И они двинулись по аллее. Ветерок шелестел листьями, качал ветви деревьев, и от этого под ногами плясали яркие солнечные пятна. Кими, не выдержав их красоты, сощурилась.

— Хороший сегодня денёк, — подняв лицо к кронам, тихо сказал Нишики.

Пока они шагали по аллее, Кими чувствовала, как же радостно ей рядом с Нишики. Радостно и больно. Ведь он так внезапно появился в жизни Кими и вырвал её из омута мучительных воспоминаний. Но, позволив себе радоваться, Кими невольно стала реже думать о смерти родных. А это... разве это не предательство?

У Нишики дома Кими поужинала одной лишь булочкой, купленной в университетском ларьке. Нишики тоже обошелся хлебом без ничего.

Кими частенько любила пожевать что-нибудь на ходу, а вот Нишики ни к чему аппетита не выказывал. Обычно он просто брал что-нибудь готовое и ел. Кими даже начала волноваться, как бы он не заболел от такого несбалансированного питания.

Наверное, Нишики не особо любил есть, потому что никогда не следил за сроком годности продуктов. И пусть во всех мелочах жизни он казался очень педантичен, но в холодильнике у него вечно обнаруживалось что-нибудь безнадёжно испорченное.

Покончив с хлебом, Нишики включил музыку и коротко бросил:

— Я в туалет.

Вернулся он уже с банкой чёрного кофе, который постоянно пил.

Какое-то время Нишики и Кими просто сидели рядом и болтали ни о чём, пока он не прикоснулся к её щеке. Кими прильнула к его ладони, и так всё случилось.

Однажды она задумалась, почему же ей так приятно быть с Нишики. Скорее всего, дело в том, что он никогда не нарушал её собственные границы. Рьяно защищая свою личную жизнь, Нишики с уважением относился к Кими и никогда не лез с неудобными вопросами о семье. О своих родных он тоже не рассказывал.

То ли ему и правда не нужны были слова, чтобы видеть, что творится у Кими на душе, то ли ей просто повезло, что Нишики не отличался настырностью. А может... они оба знали, что такое невосполнимая утрата.

В тот же день, пока Нишики пил кофе, Кими, укрывшись одеялом, наблюдала за ним.

В эту минуту ей страшно хотелось быть с ним всегда, но в то же время она не могла простить себя за то, что больше не убивается по близким.

И если раньше Кими сожалела, что не поехала с семьёй, чтобы умереть с ними вместе, то теперь её мысли текли в совершенно другом направлении.

Она представляла, что случилось бы, согласись она поехать с родными. Тогда папе пришлось бы для начала забрать её из Токио, а уж потом поехать по намеченному маршруту. А значит, он бы обязательно потерял во времени и разминулся с тем грузовиком. Никакой аварии не случилось бы.

Если бы да кабы! Но эти «если бы» не давали Кими покоя. А вдруг именно её решение обрекла родных на гибель? Вот почему... вот почему она не могла себя простить. Ей нельзя было...

— А хорошее имя, — внезапно услышала она.

— Что? — вскинула голову Кими: она и не заметила, как успела загрустить.

Нишики словно нехотя продолжил:

— Я только что понял. Иероглифы твоего имени... Кими Нишино... Это сокращение словосочетания «значимое будущее».

На самом деле её имя получилось из первых иероглифов, что стояли в именах отца и матери, и в то, как назвать дочку, родители никакого особенного смысла не вкладывали. Но почему-то у Кими язык не повернулся возразить.

Слова Нишики звенели у неё в ушах, отдаваясь в сердце.

Значимое будущее — это то, что подарили ей мама и папа.

До этого момента, думая о родных, она неизменно вспоминала холодные тела в морге. Но теперь... теперь перед глазами стояли их живые улыбающиеся лица.

Навстречу своему значимому будущему.

— Ты чего?.. Плачешь?

— Нет, — закрыла ладонями лицо Кими, но слёзы сдержать не могла.

И с каждой слезинкой чувство вины и душевные муки медленно, но верно покидали её.

«Спасибо, Нишики-кун».

Он собрал воедино осколки её разбитого сердца.

У неё вечности не хватит на то, чтобы его отблагодарить. Пока он сам её не прогонит, она останется с ним навсегда. Она будет рядом, что бы ни случилось.

Это решение обрекло Кими на страшные испытания в будущем, однако её решимость нисколько не потеряла в значимости.

— А потом появился ты и спас меня. Поэтому...

«Продолжай. Ты должен жить».

Ей всё равно, кто такой Нишики.

Достаточно того, что он — это он.

Так между человеком и гулем образовалась связь.