– Я велел тебе издеваться над детьми?

– Юлиус!..

– Анджелина, не вини меня в своей подлости.

У графа из-за графини были большие комплексы. На самом деле, он оказался бы в опасном положении, не помоги ему семья графини, и было забавно, что он перекладывал вину на Анджелину из-за того, что она все исправила. У него была низкая самооценка?

В итоге отношения между парой оказались такими, какими выглядели сейчас. Они не имели никаких точек пересечения, как вода и масло.

– Прошу прощения?

Кроме того, графиня не смогла выносить своего ребенка. С ее стороны было естественно сказать, что она не может иметь детей.

Из-за этого ей было невозможно избежать даже большей ненависти со стороны Юлиуса, хотя это не означало, что она не пыталась забеременеть.

– Я думал, ты не находишь другого выбора, кроме как выместить стресс на детях, потому что не можешь родить?

– Как ты можешь говорить мне такое!

Но, вероятно, судя по тому, что она сейчас видела, у нее начинали возникать вопросы, а в самом ли деле графиня не может иметь детей. Что, если графиня на самом деле могла вынашивать детей, но граф не хотел, чтобы она рожала их ему?

– Не приближайся больше к Элизии.

– Я!..

Если ее предположения были правдивы, тогда она понимала, почему графиня так ненавидела их с Эдвардом.

– Просто обрати внимание на Ровену.

– Юлиус!

Граф, холодно велев ей заботиться о Ровене, не вел себя как нормальный муж. Прежде всего, граф и графиня и не были обычной парой. Хотя у очень малого количества благородных пар были хорошие отношения, они и не были такими дурными, как у этих двоих.

– Прекращайте, вы оба. Разве вы не пришли сюда для того, чтобы сказать мне о чем-то?

– ...

Жаль было видеть, как графиня, которая слова не могла вымолвить, только кусает губы и таращится на графа. Возможно, так она сама будет выглядеть... глядя на Деймона.

– Я слышала, что ты выгнала графиню Арианну.

– Анджелина! Ты хочешь сказать, что отправила к Элизии графиню Арианну?

– Тебе все равно!

– Я – отец Элизии!

Элизии стало любопытно, почему, как только граф услышал об Арианне, он так разозлился. Элизия не могла не заинтересоваться, так как подробности жизни светского общества не были ей известны.

– Если ты о графине Арианне, то она – ближайшее доверенное лицо императрицы.

– И что с того? Если бы Элизия смогла получить образование у такого человека, это было бы для нее большой честью.

– Все знают, что императорская семья и эрцгерцог Рафаэль в дурных отношениях! А теперь ты, кажется, создаешь Элизии проблемы.

Об этом факте она умолчала. Об этом Элизия вообще не знала. Элизия знала, что императорская семья и Деймон в плохих отношениях, хотя ей и не было известно, что Арианна – человек императрицы. И она никогда не подумала бы, что Анджелина имеет какое-то отношение к партии императрицы.

– Об этом деле лично позаботилась императрица, так как же ты можешь говорить «нет»?

– Об этом позаботилась императрица? О том, чтобы ее обучала горничная? Должно быть, ты не понимаешь, что все это делалось, чтобы высмеять Элизию.

Она впервые слышала о том, что Арианна была горничной. В те времена горничными редко становились благородные леди. Правильно было считать, что такое невозможно. Как бы там ни было, она стала благородной леди, пройдя путь от служанки... Это означало, что титул ей даровала лично императрица.

– А теперь графиня Арианна – полноправная служанка императрицы. Так что это честь для нее – быть горничной императрицы. Юлиус, ты представить себе этого не можешь.

– Я не могу себе представить? Должно быть, она планировала выставить Элизию на посмешище.

Элизия холодно взглянула в лицо графу, размышляя о том, с каких это пор он стал для своей дочери любящим отцом.

– Да какая разница, что было прежде? Важно ее нынешнее положение! Прямо сейчас Арианна – первая в светском обществе.

– Вот почему тебе нельзя было этого делать. Итак, вот почему тесть до сих пор не может прикрыть этот низкий бизнес.

– Этот низкий бизнес спас тебя! Или ты не знаешь об этом?

Вздох сорвался с губ Элизии. У нее не было причин больше наблюдать за ссорой пары. Даже если бы она продолжила наблюдать, кажется, она уже услышала все необходимое... Граф и графиня стояли друг напротив друга.

– Прекратите, вы оба. Если все дело в графине Арианне, кажется, она не хочет меня учить. Когда я об этом сказала, она ушла.

– Убери уже свои руки от Элизии!

При этих словах она сочувственно усмехнулась, увидев, как граф попрекает графиню. Он быстро пришел в восторг от ее слов, так как, кажется, это утверждало его чувство собственного достоинства.

– Кого ты хочешь попросить, когда до свадьбы остался месяц?

– Это... потому что ты не отадал приказ обучить Элизию вовремя.

– Не говори мне ни слова! Только ты и заставил меня себя так вести, Юлиус!

Всего через несколько мгновений эти двое снова начали ссориться. Теперь было понятно, почему они никогда не ходили вместе. Граф и графиня были настоящими противоположностями. В каком-то смысле, может, они различались больше, чем вода и масло.

– Не приближайся сейчас к Элизии. Это приказ главы дома.

– Подготовка к свадьбе – это испокон веков дело хозяйки дома!

Графиня очень заботилась о своей привлекательности. Она была к этому еще внимательнее, потому что граф игнорировал ее из-за обычных каштановых волос и карих глаз. Она выглядела очень молодо для своего возраста. Но она выглядела значительно хуже, когда мучила Элизию с ядовитым выражением на лице.

Но когда графиня стала кричать, словно умоляя графа, она снова показалась старой. Элизия не понимала, почему графиня так хотела этого и так цеплялась за графа.

Если отложить свои неприязненные чувства в сторону и присмотреться объективно, то граф обладал довольно привлекательной внешностью. У него были прекрасные серебристые волосы и сапфировые глаза. Несмотря на возраст, его крутой вид, кажется, еще находил отклик у многих женщин.

– Если ты не хочешь развлечься с эрцгерцогом Рафаэлем, лучше выслушай меня.

При холодных словах Юлиуса Анджелина замолчала. Элизия молча смотрела, дрожа и сжав кулаки.

* * *

Наконец, графиня потерпела поражение. Никто в комнате не остановил Анджелину, уходившую оттуда в ярости. Несмотря на то, что Элизия, конечно, не стала бы ее задерживать, граф не выказал никаких признаков желания остановить ее. Ее муж воистину был безжалостен.

– Когда мадам Арианна вернется, ты не должна иметь с ней дел ни при каких обстоятельствах. Также ты должна слушать меня.

– Но, как и сказала матушка, если я отвергну мадам Арианну, то теперь некому будет взяться за мое обучение.

В словах Анджелины не было ничего неправильного. На подготовку был только месяц, так что никто не взялся бы обучить ее основам в такой короткий срок. Если бы она не подготовилась как подобает, неизвестно, что пришлось бы вынести Деймону. К счастью, Арианна обладала огромной поддержкой в лице императрицы, так что могла гордиться.

– Это...

– Мне все равно. Даже если эта мадам Арианна – человек императрицы.

– Даже если эрцгерцог Рафаэль нас возненавидит?

– Да. В любом случае, все равно этот брак начинался с ненависти. Скорее, правильно было бы учиться тому, что было нужно, и пользоваться этим.

Юлиус, казалось, задумался о чем-то. Затем он заговорил.

– Какая ты странная. Если бы тебя собирались возненавидеть за что-то в таком роде, тебя бы уже ненавидели.

Ответ уже был в его словах. Начиная с момента их первой встречи ее могли возненавидеть. Прежде всего, не могло такого быть, чтобы у Деймона Рафаэля был любимый человек. Как она ни пыталась бы, он не придавал значения ни одной женщине и ни одному мужчине. И именно Элизия знала об этом лучше, чем кто бы то ни было.

– Просто знай, что ты не обязана делать то, чего пожелает графиня. Если она захочет использовать тебя в каких-либо целях... не думай об этом.

Притворяясь добрым другом, граф все еще оставался сторонним наблюдателем, который бросил ее и Эдварда в бездну.

– Я могу помочь тебе.

– Мне не нужна помочь. Я уверена, что это Вашему Превосходительству, а не мне необходима помощь.

– Раз так, не будет ничего странного, если ты получишь развод в любое время.

Когда Юлиус сказал, что еще неизвестно, когда она получит развод, она громко фыркнула про себя. Этого конца она хотела бы сильнее всего.

Она думала, что для нее лучше всего было бы получить от Деймона безопасный развод. Если бы такое произошло, это было бы весьма кстати. Нет, она надеялась на развод.

– Это не имеет значения.

– Подумай снова.

Граф, пытавшийся прельстить ее доброжелательным видом, тоже ушел, и Элизия наконец осталась одна в комнате.

Она знала, что граф не сдастся сразу. Юлиус был из людей, настойчиво жаждущих успеха. Он не мог упустить такую великолепную возможность. Вероятно, он отступил сейчас, чтобы успокоить ее.

– Твой статус выше, чем я полагала.

Пробормотав это, она уставилась на камзол, скомканный на кровати. Камзол, казалось, все еще хранил запах Деймона, хотя она уже отстирала его. Медленно и тихо она закрыла глаза, почувствовав, как этот запах распространился по комнате, ей казалось, что этот манящий аромат соблазняет ее. И теперь, через месяц, она станет женой Деймона Рафаэля.