В замке было множество пустых комнат. И все же она не могла понять, зачем графиня отдавала ей комнату Ровены.

– Стало быть, Ровена...

– Она переедет в другую комнату.

– Она ведь не отправится на чердак, верно?

Как бы графиня ни отвергала Ровену, сюда она не отправится.

– Нет.

– Почему я переезжаю в комнату Ровены вместо новой?

– Сейчас бы потребовалось слишком много времени, чтобы обставить и украсить новую комнату.

Сколько бы времени ни заняло украшение новой комнаты, графиня не должна была отправлять ее в старую спальню Ровены. Другими словами, смена комнаты не была вещью из разряда срочных.

– Мы изменили обстановку, так что не беспокойся так сильно.

– Изменили обстановку?.. Разве до сегодняшнего утра это не была комната Ровены?

– Леди Ровена переехала в другую комнату на рассвете.

Судя по этим словам, графиня уже с самого рассвета все приготовила. Почему она спешила? У нее не было причин торопиться.

Происходило что-то странное.

– Тебе нравится новая комната?

Когда она приняла долгую ванну и вернулась, ее сопроводили в комнату, где жила Ровена. Как было сказано, обстановка изменилась, и спальня выглядела немного иначе, чем когда ее использовала Ровена. Казалось, было приложено немало усилий, чтобы с рассвета изменить интерьер.

– Почему вы отдали мне комнату Ровены?

– Я сделала это, потому что хотела предоставить тебе спальню как можно скорее. Тебе не нравится, потому что это комната Ровены?

Реакция почему-то особенно обеспокоенной графини была странной. И сейчас она неожиданно отобрала у Ровены комнату. Сколько бы она ни обменивалась с Ровеной любезностями, Элизия была для нее бельмом на глазу.

Однако чтобы выгнать свою родную племянницу? В это она и правда не могла поверить.

– Вам не следовало так спешить.

Прошло меньше суток с тех пор, как она заключила сделку с графиней. Хотя за это время все и изменилось, такого она не ждала. Элизия не думала, что она когда-либо осмелится посягать на место Ровены.

Графиня, не имевшая возможности рожать, воплотила свои мечты в Ровене. Вот почему она не могла выносить, если граф и Эдвард не обращали на нее внимания.

Но Ровена повела себя так, словно это сделала графиня. Несмотря ни на что она выставила Ровену вон?

– Если ты хочешь стать эрцгерцогиней, то должна научиться получать от этого удовольствие.

Всегда была причина для чрезмерной доброты.

Элизия напряглась всем телом и застыла от реакции графини, которая, как она считала, никогда не изменилась бы.

– По-моему, еще вчера вы скептически относились к идее о том, что я стану эрцгерцогиней, не так ли?

– Разве?

Судя по поведению графини, которая стала вести себя иначе всего несколько часов назад, она предположила: что-то не так. Как она могла поменять местами Элизию и Ровену, если у нее не было уверенности?..

Это было очень странно и достаточно необыкновенно.

– С чего бы вдруг?

– Что ты такое говоришь? Я буду мила с Эдвардом, как ты и желаешь.

Определенно, она вела себя не так, как вчера, когда неохотно согласилась на условия Элизии. Это даже создало у нее такое впечатление, словно прямо сейчас графиня читала ее мысли. Девушка боялась того, что графиня скрывала. Никто не мог бескорыстно проявлять доброту, в особенности – графиня.

– Это неудобно, так что просто делайте то, что делали всегда. Честно говоря, мне очень некомфортно.

Взглянув в лицо графини, сморщившееся от этих слов, Элизия поняла, что та делала это не потому, что хотела.

Итак, что же могло изменить графиню?

– Я рада, что тебе некомфортно. Просто так получилось, что и мне тоже неуютно.

– Да.

– На рассвете я получила срочный вызов из эрцгерцогства Рафаэль.

Услышав, что с ними связалось эрцгерцогство Рафаэль, Элизия занервничала и сглотнула.

Срочный вызов ранним утром. Обычно, когда вы принимаете или отвергаете предложение о браке, вам не следует отправлять гонца в ранние утренние часы...

– Что произошло?

– Из эрцгерцогства пришел положительный ответ.

При мысли об этом она занервничала, хотя Деймон и согласился на свадьбу. До этого момента все следовало сюжету книги.

– Это к счастью.

– Так и есть. Если ты станешь эрцгерцогине, не забывай, что все это – результат трудов графства Кейтлин.

Тот факт, что она притворилась такой доброй, словно только и собиралась рассказать ей об этом, выматывал Элизию.

– Ты – представительница графства Кейтлин, что бы ни случилось. Ты это знаешь?

– Почему вы сейчас это подчеркиваете?

– Это означает не забывать об оказанной милости, как неблагодарное существо.

Казалось, что эрцгерцогство Рафаэль весьма сильно́.

Графиня выскочила из ее комнаты, закончив говорить то, что должна была.

Элизия разложила вещи, которые на время предоставила ей графиня. Наконец, когда все-таки осталась одна, девушка пришла в себя.

«Ах, теперь я стану женой настоящего сексуального подонка, Деймона Рафаэля».

Помимо того, что он был сумасшедшим убийцей, ей хотелось бы знать о нем, как он выглядит. Красота Деймона также способствовала его популярности.

«Интересно, как он выглядит...»

* * *

Ее интересовало, каков он, хотя она никогда не думала, что сумеет увидеть его так скоро.

– Приятно познакомиться, жена.

Элизия потеряла дар речи, увидев напротив себя мужчину, обратившегося к ней. Казалось, она поняла, почему графиня поспешно поменяла ей комнату.

– Ах...

– Должно быть, вы очень удивлены.

Мужчина напротив нее не походил на Деймона Рафаэля, которого Элизия себе представляла.

Был ли Деймон из оригинального романа таким вежливым персонажем? Как бы она ни пыталась вспомнить, она не припоминала ни одного момента, когда он вежливо обращался к кому бы то ни было. Кроме того, он даже никогда не улыбался...

Итак, кем был этот мужчина, что обращался к ней сейчас, стоя напротив нее, в уважительном тоне и с улыбкой на губах?

– Вы вошли так внезапно...

– Кажется, графиня ни слова заранее не сказала.

– Да?..

Угольно-черные волосы и небесно-голубые глаза... И в довершение всего, когда Элизия заглянула Деймону в лицо, она не сдержала удивления.

Он был чрезмерно привлекателен, ведь его так и называли – «сексуальный подонок». Даже статуя бога, выполненная с большим старанием и талантом, казалось, блекла перед Деймоном.

Дело было не только в этом. Даже когда он молчал, грация и сексуальность, исходящие от него, вполне могли приворожить с одного взгляда. Этот красавец сейчас еще и улыбался, так что ей сложно было прийти в себя.

Кроме того, его голос был так красив, что ей казалось, будто ее уши тают.

– Вы еще красивее при ярком свете, жена.

– Прошу прощения? Ваша жена?

Элизия была приятно удивлена его словами о том, что она – его жена. Даже зная о жестокости Деймона, девушка все равно была практически околдована.

Она не должна обманываться. Она не должна забывать, что под этой милой улыбкой скрывается опасность, подобная яду.

– Да, жена. Я назвал вас моей женой. Как же мне вас называть?

«Жена» – это милое и нежное слово? Оно прозвучало так естественно, что Элизия почти не нашла это странным.

– Я знаю, мы еще не женаты.

– Да.

– Думаю, еще слишком рано говорить, что я – ваша жена. Не могли бы вы просто называть меня по имени?

Несмотря на то что обращенный к ней голос звучал мило, она не слишком хотела, чтобы он с первой встречи называл ее женой. Элизия была потрясена его ответом, слишком благоприятным для человека, который заявлял, будто никогда не женится.

– Не думаю, что такое возможно.

Конечно, она подумала, что он остановится, хотя Деймон произнес это совершенно неожиданно. Увидев, что он улыбается так, словно она сказала нечто неправильное, девушка растерялась и не нашла слов.

– Да?..

– Вы станете моей женой, так почему бы мне вас так не называть?

– Ах...

В это мгновение она поняла, что после того как услышала его ответ, не сможет с ним общаться. Что бы она ни ответила, кажется, он не собирался менять мнение. Для Элизии все было бессмысленно, ведь с самого начала он называл ее «женой».

Возможно, он притворяется дружелюбным, пытается успокоить ее, чтобы потом отравить? Иначе Деймон не смог бы вести себя с ней по-доброму.

Когда она обнаружила, что это направлено на ее успокоение, то все встало на свои места.

– Неважно, как вы будете меня называть.

Она не должна была провоцировать сумасшедшего. Дело в том, что Элизия не могла узнать, о чем думает Деймон, но как минимум она, знала, что ей не следует его провоцировать. Если бы она ошиблась, то для этого человека, который походя убивает других, называть ее своей женой ничего не значило.

– Вам не нравится, когда вас зовут женой, не так ли?

– Как такое возможно?

И снова Деймон проявил резкость. Он пристально уставился на нее, прищурив голубые глаза. Она попыталась избежать его пристального взгляда. На самом деле, Элизии было очень сложно вот так смотреть ему в глаза.

Она уже знала о нем всю правду. Хотя и притворялась, что с ней все в порядке, притворялась, что все в норме, взгляд на него пугал. Чтобы никто не заметил, как у нее дрожат пальцы, она постоянно напрягалась.

– Это странно.

– Да?..

Ее губы пересохли, а на лбу и затылке выступил пот.

Встретиться лицом к лицу с Деймоном Рафаэлем было куда сложнее, чем она полагала. Их разговор был словно бомба замедленного действия, которая могла рвануть в любой момент. Царило такое сильное напряжение, что если бы она сказала хоть одно неверное слово, игра окончилась бы немедленно.

От одной мысли о том, что ей придется продолжить это делать, у Элизии перехватило дыхание.

– Похоже, я не очень нравлюсь своей жене.