Казалось, голос Цзянь Синчжи обладал какой-то особой магией. Услышав его, Цинь ВаньВань почувствовала сонливость, и тут же вновь уснула.

На следующий день, проснувшись рано утром, она воспользовалась медитацией Цзянь Синчжи, и выбежала на улицу. Стоило ей выйти, как она встретила Бай Суюя, который, увидев Цинь Ваньвань, радостно поприветствовал девушку:

- Госпожа Ли, куда путь держите?

- Ах, даос Бай! – поздоровавшись с ним в ответ, Цинь ВаньВань указала на улицу, - Я намереваюсь поискать работу. Быть может, Вы знаете, куда можно устроить простого смертного?

- Госпожа Ли, почему бы Вам не сходить в мастерскую «Ваньши» (1) на Восточной улице? Слышал, что там, если есть деньги, ничего нет невозможного.

(1) Ваньши 万事 – все необходимое; что-то вроде «Тысяча мелочей».

- Замечательно! – обрадовалась Цинь ВаньВань, - Сейчас же пойду туда.

- Я как раз собирался на Восточную улицу, чтобы арендовать лошадь, - продолжил Бай Суюй, - Почему бы нам не пойти вместе?

- Хорошо!

И, Цинь ВаньВань, в сопровождении Бай Суюя, отправилась на Восточную улицу.

Бай Суюй знал город СюньСянь, как свои пять пальцев и оказался остроумным собеседником. По пути, он рассказывал Цинь ВаньВань об особенностях местной кухни. Эти двое быстро нашли общий язык. Бай Суюй поинтересовался у девушки, зачем она направляется в мастерскую «Ваньши»:

- Барышня Ли хочет найти работу для господина Чжана? Разве Вы не собирались странствовать вместе?

- Честно говоря, - приняла озабоченный вид Цинь ВаньВань, - на самом деле, он всегда был одержим мной, настойчиво преследуя. Сейчас я хочу устроить его, чтобы он мог вести спокойную жизнь. В конце концов, я практикую путь дао, и таскать его с собой, подвергая лишениям, слишком жестоко с моей стороны.

- Барышня Ли такая заботливая, - выказал понимание Бай Суюй. – Дорога совершенствующего полна испытаний и тягот. Господин Чжан же, судя по всему, хрупкий красавец, которому нелегко переносить невзгоды пути.

- Значит, Вы тоже так думаете? – быстро ответила Цинь Вань Вань, - Вот поэтому я хочу найти ему работу. Я смогу оставить юношу здесь со спокойным сердцем, только, когда если буду уверена, что его ждет мирная и стабильная жизнь.

- Барышня Ли рассуждает верно, - Бай Суюй, казалось, понимал ее очень хорошо.

Увидев, что он разделяет ее мысли, Цинь ВаньВань попыталась прощупать почву:

- Не одолжит ли мне даос Бай немного денег?

Бай Суюй замер. Цинь ВаньВань посмотрела на него, горько улыбнувшись:

- Мой мешочек Цянькунь находится у Чжан Сана. Я все верну, как только улажу дела с ним.

- Ох, - тут же откликнулся мужчина, - Это же такая мелочь, госпоже не стоит переживать.

Цинь ВаньВань просияла, услышав, что Бай Суюй готов одолжить ей денег. Затем она вспомнила:

- Где Ваш шишу?

- Побеседовав вчера со мной о былом, шишу вернулся домой.

Бай Суюй улыбнулся:

- Если госпожа пожелает, я могу отвести Вас к нему в другой раз.

Цинь ВаньВань кивнула и взглянув на Бай Суюя, что следовал за ней, девушка с улыбкой произнесла:

- Конечно.

Вдвоем они отправились в мастерскую «Ваньши».

Когда Цинь ВаньВань озвучила свои требования, хозяин, обернувшись, взмахнул рукой. Верхний шкаф открылся, и оттуда плавно опустился свиток.

- Управляющий зернохранилищем в деревне Хундоу, край СяньСы, десять духовных камней. Подойдет?

- Работа стабильная?

Этот фактор являлся самым важным для Цинь ВаньВань. Она не могла позволить «Цзянь Чжияню» умереть с голоду.

- Стабильней некуда, - улыбнулся хозяин, - край СяньСы всегда жил в мире, а сейчас и вовсе для них настала эпоха процветания. Эта должность подразумевает выплату жалованья от императорского двора. Стабильность гарантирована.

- Какое месячное жалованье?

- Десять лянов серебра, два даня риса, два отреза льняной ткани, два ляна угля зимой, а также дополнительные выплаты за переработку в праздники.

- Жилье предоставляется?

- Конечно.

- Какова продолжительность рабочего дня?

- Не более четырех часов в день, десять выходных в месяц. Также праздничные дни в соответствии с указаниями двора. Работа очень спокойная. Кроме записей при приеме-получении, больше и делать-то нечего. Можно даже книги читать.

- Я…

Цинь ВаньВань запихнула фразу: «Где подать заявление на эту вакансию?» себе обратно в горло. Ей пришлось напомнить себе, что она ищет работу для Цзянь Чжияня, а не для себя любимой.

Девица даже немного закручинилась. Вместо того, чтобы таскаться с великой миссией главной героини, она предпочла бы вот такую замечательную работу: жилье, кормежка за счет государства и весьма ненапряжная работа. Короткий рабочий день и десять, десять! выходных в месяц. И это не считая праздников.

Увидев, что девушка молчит, хозяин начал сомневаться:

- Барышня, мне стоит поискать что-либо другое?

- Не стоит, - ответила Цинь ВаньВань, позеленев от зависти. Повернувшись к Бай Суюю, она спросила, - Что Вы думаете об этом варианте?

- Мне кажется, это отличная работа.

Бай Суюй, отсчитав десять духовных камней, положил их на стол.

Хозяин лавки, с радостным смехом тут же достал шкатулку:

- Рекомендательное письмо, приказ о назначении, официальная печать, а также трудовая книжка и должностная инструкция – все здесь. С вами приятно иметь дело, наша мастерская с нетерпением ждем вашего следующего визита.

Цинь ВаньВань взяла шкатулку.

Увидев поблизости таверну, они с Бай Суюем присели за столом.

Девушка внимательно изучила содержимое документов, что лежали в шкатулке.

Если верить бумагам, мастерская «Ваньши» основательно все подготовила. Все, что требовалось от Цзянь Чжияня – это прибыть в указанное место, где его будет ждать повозка. Об остальном позаботится мастерская.

Оставалось решить только один вопрос: как заставить Цзянь Чжияня уйти по собственной воле?

- Давайте поступим так, - высказал идею Бай Суюй, - чуть позже я предложу Вам отправиться ловить наводящих морок муравьев. Я найму для этого двух лошадей. Скажем молодому господину, что лошадей не хватает и оставим его в гостинице под этим предлогом. Заберем у него мешочек Цянькунь и уйдем вместе. Барышня оставит ему письмо. Он будет ждать Вас, но так и не дождется, затем он прочтет письмо и смирится. Он же простой смертный, и податься ему некуда, в итоге ему придется податься в край СяньСы, чтобы занять должность.

- Ваш план хорош, - согласилась Цинь ВаньВань, - так и поступим.

Закончив обдумывать свой гениальный план, они попросили хозяина принести кисть и чернила. После, тщательно обсудив каждое слово, девица и Бай Суюй написали прочувствованное письмо о неминуемой разлуке. Закончив писать, Цинь ВаньВань перечитала его еще раз, растрогавшись до глубины души.

Подув на письмо, Цинь ВаньВань вложила его в конверт персикового цвета, который прикупила тут же у хозяина. Спрятав письмо на груди, она окончательно успокоилась, решив вернуться на постоялый двор.

Когда они пришли обратно, Цзянь Синчжи все еще медитировал. Цинь ВаньВань осторожно сунула письмо под одеяло, и тут юноша заговорил:

- Ты еще не пошла ловить муравьев? Если нет, отправишься искать Цянь Лю.

- Уже иду, - быстро ответила Цинь ВаньВань, деликатно кашлянув, она продолжила, - Вот только боюсь, что для тебя сопровождать меня в этом деле может быть слишком опасно. Цзянь Чжиянь, думаю, тебе будет лучше остаться на постоялом дворе.

- Еще чего, - отрезал Цзянь Синчжи, поднимаясь с кушетки, - я иду с тобой.

Кивнув, Цинь ВаньВань направилась с ним к лестнице, ведущей вниз. У двери их уже ждал Бай Суюй, державший поводья двух коней.

Девушка, завидев молодого даоса, начала усиленно ему подмигивать. Бай Суюй поспешил к ним:

- Брат Чжан, барышня Ли.

- Поехали.

Цзян Синчжи направился к коням, но Цинь ВаньВань схватила юношу за руку:

- Подожди.

- Брат Чжан (2), - останавливая его, сказал Бай Суюй, - Эээ, там может быть опасно, может, тебе лучше остаться?

(2) 张兄 – Чжан-сюн. Бай Суюй вежливо обращается к засранцу Сьюху, что-то вроде «старший брат Чжан».

- Для Ли Сы не составит труда меня защитить.

Цзянь Синчжи небрежно кивнул в сторону Цинь ВаньВань, которая отчаянно замигала Бай Суюю. Тот смущенно продолжил:

- Я не ожидал, что брат оправится с нами, и подготовил только одну лошадь. Вдвоем на ней ехать неудобно. Может брату Чжану стоит подождать нас на постоялом дворе?

- Да, да, да! Так будет лучше! – быстро поддержала его Цинь ВаньВань, - Ты не должен так утруждаться. Тем более, что и лошади нет. Просто отдай мне мешочек Цянькунь и жди в гостинице.

- Не имеет значения. Есть ли лошадь, или нет, вообще не важно.

Опешившая от его слов Цинь ВаньВань, удивленно наблюдала, как выхватив меч у нее из-за пояса, Цзянь Синчжи одним ударом перерубил гостиничную вывеску.

- Стойте! – завопил хозяин постоялого двора, выбегая наружу. Вывеска сорвалась, но не успела она рухнуть на землю, как Цзянь Синчжи взмахнул мечом еще раз. Когда доска коснулась земли, она уже превратилась в нечто, по своей форме напоминавшее скейтборд.

Все застыли в изумлении, наблюдая, как Цзянь Синчжи невозмутимо подошел к лошади, привязав к ней свой скейтборд. Затем, повернувшись к хозяину, который недоуменно смотрел на опустевшее место, на котором только что находилась вывеска, юноша сказал:

- Ерунда была там написана. Я тебе потом новую сделаю.

Сказав это, он, сложив руки на груди, встал на скейтборд.

- Поехали.

Он еще и подгонял Цинь ВаньВань.

Девица потеряла дар речи. В глубокой задумчивости смотрела она на штуку, так похожую на скейтборд.

Мгновение спустя, подняв голову, она серьезно произнесла:

- Нечетные числа меняются, а четные остаются неизменными.

Цзянь Синчжи спокойно смотрел на нее.

Цинь ВаньВань, уж было просиявшая от радости, что встретила земляка-попаданца, вдруг услышала приказ юноши:

- Живо садись на коня.

Все ее надежды рухнули. Она переглянулась с Бай Суюем, который подбодрил девушку взглядом.

Пусть сейчас ей не повезло, но в будущем, Цинь ВаньВань еще представится возможность избавиться от него!

В любом случае, тепленькое местечко она уже приготовила, а способ найдется.

Подумав так, Цинь ВаньВань и Бай Суюй успокоились, одновременно вскочив на коней. Цзянь Синчжи на своем скейтборде, удивительным образом сохранял равновесие на доске.

Лошади пустились вскачь, и юноша, стоящий на доске, мчался вместе с ними.

Человек, расположившись на доске, летел вперед, скрестив руки на груди и выпрямив спину. Лошади поднимали тучи пыли, а волосы его развевались на ветру. Вся его фигура, словно окруженная аурой небожителя, металась промеж грязи и бессмертия, и, вызывая странное ощущение, быстро исчезла из виду.

Спустя долгое время, наконец, придя в себя, хозяин постоялого двора спросил:

- Кто же он такой?

Все присутствующие казались озадаченными, в итоге один из них нерешительно произнес:

- Я слышал, как даос Бай называл его Чжан Саном.

- Кто такой Чжан Сан? Что за великий мастер?

Все зашумели, обсуждая произошедшее, а до хозяина постоялого двора наконец дошло, что его обманули. Упав на колени, он горестно завыл:

- Моя вывеска написана лично прошлым победителем турнира мечников Се Гутаном, она содержит тонкое и поразительное мастерство владения клинком Се Даоцзюня. Многие люди приезжали сюда издалека только ради этого. Чжан Сан, этот проклятый разрушитель вывесок, безнравственный человек, Се Даоцзюнь, я так виноват перед вами! Этот никчемный не смог защитить вашу вывеску! Только бы мне больше не встретить этого негодяя, иначе я его до смерти засужу!