Глава 156.

– И всё же, мне интересно…… Виктор часто приходил ко мне, когда я лежала в больнице? – спросила Скарлетт во время разговора с братом.

После её вопроса Исаак замолчал.

Он вспомнил Виктора Дамфэльт, который молился каждый день рядом со Скарлетт, которая была в коме.

Исаак видел, как часто он закрывал глаза у постели его сестры. Казалось, боль Виктора была настолько сильной, что Исаак слышал, как ворчал военный врач, который был рядом с ним, о том, что капитан израсходовал уже два сильных, наркотических обезболивающих, выданных ему.

Поскольку от сестры Исаак знал, что глаза Виктора лечились тем же лекарством, что и его, он спросил, не из-за лекарства ли боль и получил утвердительный ответ, лишь дав обещание сохранить всё это в тайне.

Сколько мне можно рассказать Скарлетт?

– Вместо частых приходов, он…… просто всегда был рядом с тобой, – немного подумав, сказал Исаак.

Пальцы Скарлетт, которые теребили цветочную корону, остановились от этих слов.

Даже после приезда Исаака Виктор продолжал оставаться рядом со Скарлетт. Он не ел и на некоторое время засыпал в кресле рядом с кроватью, а затем снова просыпался.

Виктор был рядом, пока Скарлетт находилась на грани смерти и вернулся на поле битвы лишь после того, как сильная лихорадка, терзавшая её организм, немного спала.

Исаак улыбнулся сложному выражению лицу младшей сестре и тут же сменил тему:

– В любом случае, ты уже завтракала?

– Нет, ещё нет.

– Давай поедим.

Скарлетт кивнула и отправилась позавтракать с Исааком. На мгновение она задумалась о том, чем занимается Виктор, но поскольку он всегда был хорош в своих делах, то решила не придавать этому большого значения.

Пока они с Исааком говорили о разных вещах, ели и пили чай, раздался телефонный звонок.

После ответа, Исаак вернулся к Скарлетт и спросил:

– Сэр спрашивает, здесь ли ты?

– Что? – Скарлетт помедлила и снова спросила. – А где Виктор?

– В таунхаусе. Он, кажется, удивился, что тебя там нет. Впервые слышал его настолько встревоженным.

– Я думала он ушёл…… – на лице Скарлетт отразилась неловкое выражение, и она взяла венок. – Я вернусь.

– Да. А если снова поссоритесь, то приходи в любое время.

– Угу, – кивнула Скарлетт.

Положив венок в корзину велосипеда, Скарлетт направилась обратно в таунхаус. Когда она вернулась туда, то увидела, что все окна в доме были открыты.

Виктор, который ждал её в холле, сидел в кресле, читая книгу, закрыл её и выпрямился. Вопреки словам Исаака о том, что он был встревожен, голос мужчины прозвучал спокойно:

– Была в особняке Кримсон?

– Да. Но откуда запах гари……

Возможно из-за того, что она была погружена в цветочные ароматы, слабый запах гари ощущался ещё сильнее.

Скарлетт пошла по запаху и нашла на кухне что-то, превратившееся в чёрный пепел. Казалось, это была еда, но, откровенно говоря, если блюдо сгорело до такой степени, то, казалось, пытались сделать уголь.

– ……невозможно.

Этот мужчина не сумел ничего приготовить. Этот мусор, должно быть, дело его рук, – Скарлетт громко рассмеялась и, осмотревшись, поняла, что Виктор, казалось, убрал за собой.

Возможно, военная академия заставила его убраться самостоятельно.

У Виктора было равнодушное выражение лица, но, казалось, был смущён внутри, поскольку дважды потёр шею ладонью. А когда Скарлетт изумлённо посмотрела на него, он сказал:

– Это непросто.

– …… – Скарлетт рассмеялась над его словами. И, снова посмотрев на уголь, спросила. – Что ты пытался сделать?

– Сварить картошку.

– Это была картошка? Бедняжка.

Виктор не смог ответить, поэтому промолчал.

После нескольких мгновений, Скарлетт спросила:

– Минутку. Тогда завтрак?

– А ты?

– Конечно, поела. Который сейчас час.

– Слава богу, – Виктор уклонился от ответа, но, судя по ситуации, казалось, он не завтракал.

Повернувшись, Скарлетт принялась изучать продукты, которые принесли люди Дамфэльт. Это были самые распространённые продукты в Саланти: лосось, оленина и грибы.

Скарлетт также была далека от кулинарии, поэтому не была уверена в том, что сможет приготовить что-то. Однако, поскольку жарить на сковороде было несложно, она зажарила стейки из лосося, посыпанного мукой, в большом количестве масла.

– Просто поешь, – сказала Скарлетт, положив стейк лосося на тарелку и протянув её Виктору вместе с вилкой.

Услышав её слова, Виктор на мгновение посмотрел на тарелку и, наколов лосося на вилку, положил в рот. А затем поднявшись на ноги и, склонившись над плитой, принялся с аппетитом есть оставшуюся часть лосося.

Скарлетт была озадачена тем, что мужчина, не знающий радости еды, мог есть с таким аппетитом:

– Вкусно?

– Лучшее, что я когда-либо ел.

– Что?

Это не может быть так вкусно……

Скарлетт нахмурилась, когда положила в рот кусочек лосося, оставшийся на сковороде. Тот был солёным настолько, что обжигало язык.

– Слишком солёно.

– Не солёно, – ответив, Виктор тут же забрал у Скарлетт еду, которая вызвала у неё отвращение.

– Ты и правда слеп, – пробормотала Скарлетт, словно искренне не понимала. – Вкусно?

– Я могу съесть всю эту солёную еду? – Виктор рассмеялся её изумлению от того, что хотел съесть всё, что она приготовила.

– ……нет, слишком солёно, – сказала Скарлетт, смущаясь от этого смеха.

Потрясённая вкусами Виктора, она пришла в ужас, когда положила в рот ещё один кусочек лосося, задаваясь вопросом, как он может есть что-то настолько солёное. И та часть, которую она только что съела, была даже немного пресной.

Как и ожидалось, у этого мужчины есть проблемы с вкусовыми рецепторами.

Поскольку Скарлетт приготовила еду, Виктор приготовил чай. И пусть это было просто заваривание чая, который заранее привезли из особняка Дамфэльт, чай, который подал Виктор, с детства изучавший чайный этикет через телесные наказания, был очень хорош.

– ……если судить по чаю, то ты не слепой, – пробормотала себе под нос Скарлетт, делая глоток чая.

– Сколько раз мне нужно повторить, что было вкусно, чтобы ты мне поверила?

Слова о том, что это вкусно не могут быть правдой. Рыба была настолько солёной, что съесть всю её просто невозможно, – съедая закуски, Скарлетт подумала, что вкус Виктора может стать объектом её исследований.

Виктор, который также пил чай, кивнул на привезённый ей венок:

– Это.

– Исаак сделал для меня. Красиво? – ответила Скарлетт и надела венок на свою голову.

Белые лилии и светло-зелёные листья гармонировали с её чистой, белоснежной кожей.

Виктор скрестил руки на груди и нахмурил брови, словно принимая важное решение, а затем, внимательно осмотрев Скарлетт, ответил:

– Похожа на фею.

– ……какую фею?

– Ну…… фею лилий? – спокойно ответил Виктор и, откусил кусочек той же закуски, которую ела Скарлетт.

Скарлетт собралась в смущении отложить цветочную корону, но Виктор протянул руку, останавливая её:

– Носи её.

– Неловко, потому что ты говоришь лишнее.

– Тогда тебе следует быть менее красивой.

– Довольно. Сейчас же перестань говорить, что я красивая. Это неприлично, не находишь?

Когда Виктор продолжал называть её красивой, сначала Скарлетт чувствовала себя хорошо, потому что он наконец-то сказал ей что-то приятное, но сейчас смущалась и краснела. Было ясно, что мужчина просто сильнее дразнил её, потому что ему нравилось видеть её смущённой.

Виктор улыбнулся Скарлетт, которая залилась краской, и ответил тихим голосом:

– Ты была права, – когда она подняла голову, услышав эти слова, мужчина продолжил. – Как же хорошо быть наедине.

– Что?

– Как ты и говорила, до сих пор мы не были наедине.

Рядом с ними всегда был кто-то, обсуживающий персонал и морские офицеры.

Оказавшись в месте, где никого не было, Виктору показалось, что он наконец начал понимать, на какую супружескую жизнь надеялась Скарлетт.

Размышляя так, я прихожу к выводу, что я так и не смог дать Скарлетт ни капли той супружеской жизни, которую она хотела. Ситуация настолько плоха, что стоит порадоваться, что у неё была причина бросить меня. Ну, в прошлом меня бросали даже без причины.

И сейчас меня тоже бросили, – с опозданием понял Виктор. 

После того, как я снова оказался рядом с ней, пустота в моём сердце не заполняется, потому что она бросила меня.

Сейчас я понимаю, почему Скарлетт отказалась от поиска любви, которой желала. И не верит, когда я говорю, что в будущем стану лучше.

В отличии от времени, когда она любила меня.

Виктор часто вспоминал о прошлом, но задыхался, когда вспоминал их любовь, в которой был лишь тем, кто получал её.

Сейчас, когда Виктор знал, что Скарлетт улыбается даже когда ей грустно или больно, все моменты, когда он не обращал внимания на её улыбку и позволял жене уходить, стали для него плохими воспоминаниями.

Однажды, её лицо было краснее обычного, должно быть, тогда она простудилась. Но прежде чем я успел заподозрить, что она больна, Скарлетт издалека затараторила, говоря, что есть книга, которую она хочет прочитать сегодня, а потом убежала в свою комнату. Должно быть, ей было больно и в тот день, когда она обрезала шипы роз и смеялась, неся на спине невидимый груз.

И вернувшись после долгого путешествия, Скарлетт, не сказав ни слова, скрывала своё разочарование, одиночество и боль от убеждения, что муж не любит её, притворяясь весёлой.

Я никогда не делал её счастливой. Эти два года, самые счастливые годы в моей жизни, наверное, были для неё лишь на уровне удовлетворения, поскольку она могла спать спокойно.

Вероятность того, что она вернётся ко мне после этой недели, кажется нулевой.

– Ты ничего не хочешь? – спросил Виктор, желая хотя бы на этой неделе сделать для Скарлетт всё.

– Ничего особенного.

– Что ты хотела сделать во время нашего брака? То, что хотела сделать, но не смогла. К примеру, прогуляться по кедровому лесу.

– Мм…… – Скарлетт наклонила голову набок, словно обдумывая его слова.

Виктору хотелось, чтобы она что-то сказала.

Всё, что мне осталось, это ждать……

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –